Читаем Локк за 90 минут (Просто о сложном) онлайн бесплатно

пер. с англ. П. Ю. Зиновьева

Философия движется в обратном направлении.

Она начиналась с бесконечного количества сложных, красивых и часто противоречивых идей.

Постепенно, благодаря воздействию религиозного фанатизма, разума и воли к пониманию, философия начала уменьшать этот мир до более постижимых размеров. Все стало проще, очевиднее.

Философия двигалась «назад», к точке, где она стала описывать мир таким, каким мы его видим.

Начало этого периода в философии связано с именем Джона Локка.

Зачастую все гениальное просто. Идеи Джона Локка не исключение. Сейчас многие из его идей стали для нас совершенно очевидными. Его философия заложила основы эмпиризма, согласно которому наше знание о мире основывается на опыте. В его философии также содержалась идея либеральной демократии, которая стала символом западной цивилизации. Теперь, люди, которые даже не в состоянии без ошибок написать слово философия, признают эти принципы, непонятные большинству еще три века назад.

Все вышесказанное делает философию Локка довольно интересной. Однако нет причин считать философию нескучной отраслью знания.

Наоборот, существуют очень веские причины, почему эта наука должна быть скучной. Все беды начались именно тогда, когда работы по философии стали интересны и люди действительно начали их читать. Люди склонны верить в то, о чем читают, а затем ждать, что же произойдет. Начало XX века останется страшным напоминанием того, что же может произойти, когда огромные группы людей начинают воспринимать философию всерьез.

К счастью, в настоящее время философия уже полностью преодолела тот начальный этап, когда ожидалось, что люди, читающие философские произведения, в них поверят. Однако это не всегда было так, и многие из мудрейших философов опасались, что читатели начинают действительно понимать их идеи. Спиноза сделал все от него зависящее, чтобы решить эту проблему. Он создал труды, которые невозможно читать. Сократ, в свою очередь, решил, что наилучший способ решения проблемы — вообще ничего не писать. (Путь, избранный Спинозой, был позже взят на вооружение такими философами, как Кант и Гегель; к решению, предложенному Сократом, прибегли Хантингтон-Джонс, Эренсвард и Поллок.) Решение Локка состояло в том, чтобы изложить такую очевидную философию, которая вскоре бы показалась скучной. Но она была такой не всегда. Для своего времени мысли и идеи Локка были революционными, и они изменили направление развития философии.

Локк был единственным крупным философом, который занимал пост министра в правительстве.

И это показательно. Он был многогранной личностью, но оставался, прежде всего, человеком последовательным и практичным. Его идеи действительно применимы к реальной жизни как отдельного человека, так и общества в целом.

Локк пытался прожить такую жизнь, которая была бы настолько же скучна, как и его философия.

К счастью для нас, но к сожалению для него самого, Локк жил в эпоху замечательных событий, которые не могли не вовлечь и его в свой круговорот. Джон Локк родился 29 августа 1632 года в небольшом, захудалом, крытом соломой деревенском доме, расположенном рядом с церковью в деревушке Рингтон, что в графстве Сомерсет.

Его отец был лишенным всякого честолюбия сельским юристом, мать — дочерью кожевника, в молодости она слыла красавицей.

Вскоре после рождения Джона его родители переехали в свое семейное владение, расположен ное рядом с небольшим торговым городком Пенсфордом, к югу от Бристоля. Здесь Локк рос в загородном доме постройки эпохи Тюдоров, который носил название Беллатон. Это здание давнымдавно исчезло, но говорят, что дом, который сейчас находится на этом месте, был построен на фундаменте старого здания. Новый дом стоит на холме, у подножия которого расположился ничем не примечательный городок Пенсфорд, однако в летний день отсюда открывается захватывающий вид на Мендип Хиллз по направлению к Мидсаммер Нортону и аббатству Даунсайд.

Когда Джону было десять лет, эта деревенская идиллия была разрушена начавшейся в 1642 году гражданской войной, которая стала кульминацией давних разногласий между королем Карлом I и Парламентом.

Карл верил в божественное происхождение королевской власти. Согласно такой точке зрения, монарх получает свою власть непосредственно от Бога и потому неподотчетен институтам, которыми управляют простые смертные, таким как Парламент. Его члены, ответственные за одобрение королевского бюджета, думали иначе. В действительности, гражданская война в Англии была, по существу, бескомпромиссной схваткой между зарождающимся классом буржуазии с одной стороны и королем и крупной земельной аристократией с другой. Начавшаяся война разделила страну на два лагеря и привела к первой завершившейся победой революции в истории Европы.

Семья Локка поддержала Парламент. Член Парламента от округа, где она проживала, Александр Пофам стал полковником местного народного ополчения, стоявшего на стороне Парламента, и назначил отца Локка капитаном. Тот покинул дом, чтобы принять участие в войне против короля. После нескольких случайных стычек с неподготовленными отрядами монархистов, которые были без труда обращены в бегство, у города Девайзес народное ополчение полковника Пофама соединилось с армией Парламента. Однако на этот раз войска роялистов оказались более подготовленными к бою, сторонники Парламента были обращены в бегство, но отцу Локка с Пофамом удалось спастись. После этого они «решили оставить военную жизнь» и вернулись домой.

К этому времени вся страна погрязла в беспорядках, и семья Локка осталась без средств к существованию. Полковник Пофам делал все, что было в его силах, чтобы помочь своему старому капитану, но все, что он смог сделать, так это — оставить за ним пост деревенского чиновника, ответственного за канализацию (этот факт наглядно показывает отношение местного населения к этим двум бывшим воякам).

В 1646 году Карл I попал в плен и через три года был обезглавлен. Была установлена республика, во главе которой вскоре встал Оливер Кромвель.

Между тем у полковника Пофама появилась возможность еще раз помочь своему другу, капитану Локку. Как член Парламента он был наделен полномочиями назначать учеников для обучения в школу при Вестминстерском аббатстве в Лондоне, которая в то время была лучшей в стране.

Эта услуга, оказанная простому бедному судейскому чиновнику из западной части Англии, изменила жизнь Джона Локка. Неизвестно, проявил бы Локк свои исключительные способности, если бы не получил такого образования.

Любопытно, что несмотря на то, что школой при Вестминстере управлял парламентский комитет, директором в этом учебном заведении остался сторонник монархии. Им был несостоявшийся актер по имени доктор Басби, известный своими жестокими, иногда даже садистскими, порками учеников. По словам поэта Джона Драйдена, обучавшегося в Вестминстере в то же время, что и Локк, «бывало, что наш директор Басби порол мальчишку до тех пор, пока не делал из него полного болвана». Однако эссеист Ричард Стал, обучавшийся также в Вестминстере, придерживался мнения о том, что у Басби был талант преподавателя.

Удивительно, но подобная точка зрения преобладает.

Два века спустя премьер-министр Великобритании Уильям Гладстоун назвал доктора Басби «основателем системы частных школ».

Джон Локк был болезненным подростком, и потому перспектива знакомства с розгами доктора Басби, без всякого сомнения, стимулировала развитие его скрытых интеллектуальных способностей на полную мощь. Будучи одним из самых способных учеников в школе при Вестминстерском аббатстве, Локк, конечно же, был знаком с рано начавшим сочинять стихи Драйденом, который публиковал свои сочинения еще учась в школе. По всей видимости, Драйден кое-чему научился у директора-монархиста, который продолжал работать в школе, стоявшей в непосредственной близости от Парламента, несмотря на то, что король был обезглавлен неподалеку от Парламентской площади в Уайтхолле. В возрасте 26 лет Драйден написал героическое сочинение в честь Оливера Кромвеля. Два года спустя, когда монархия была восстановлена, Драйден сочинил настолько же благозвучную оду, посвященную Карлу II, за что вскоре получил должность придворного поэта. Находясь на этой должности, он сочинил хвалебную песнь в честь англиканской церкви; однако когда трон Англии перешел к Джеймсу И, который был католиком, поэт передумал и перешел в Римскую католическую церковь, написав эпическое восхваление католицизма.

К несчастью, через несколько лет на трон Англии взошел король-протестант Уильям, и Драйден лишился должности придворного поэта.

Эта история слишком интересна, чтобы иметь какое-либо отношение к Джону Локку, однако она должна продемонстрировать частые (и нередко опасные) перемены в политической конъюнктуре страны, происходившие в годы его жизни.

В отличие от великого поэта, Локк рассматривал свои принципы как нечто более постоянное, чем направление вращения флюгера. Но даже при этих условиях принципы Локка подверглись нескольким трансформациям. Первое из таких изменений произошло во время его учебы в Вестминстере. Локк воспитывался в доме, преданном Парламенту, однако в школе он обнаружил, что некоторые из его друзей по своим взглядам принадлежат к монархистам. Как его неприятие перегибов, свойственных сторонникам Парламента (таких, как казнь Карла I), так и эти знакомства заставили его взглянуть на роялистов с большей симпатией. Уже в этом возрасте начали проявляться два качества, которыми он стал известен: познание на основе опыта и терпимость.

Тем не менее в других областях Локк был тугодумом.

Возможно, что в школе он учился хорошо, однако не проявил выдающихся интеллектуальных способностей. Действительно, он окончил школу в Вестминстере только в возрасте 20 лет (в этом же возрасте его современнику Готфриду Лейбницу уже предложили занять должность профессора). В 1652 году Локк поступил в кол ледж Христовой церкви в Оксфорде. В то время образование в Оксфорде еще не избавилось от пережитков Средних веков. Когда студенты находились в колледже, от них требовали обращаться к преподавателям и друг другу на латинском языке. Учебная программа ограничивалась изучением классики, логики и метафизики. Несмотря на появление новой философии Декарта и недавние, уже широко распространившиеся, достижения в науке и математике, позиции Аристотеля и схоластики оставались непоколебимыми. Студенты оказались в худшем из двух миров, ибо даже освященные веками прелести средневекового образования исчезли: назначенный немногим ранее новый вице-канцлер университета закрыл все бордели и дешевые таверны.

Непрерывные занятия классикой и схоластикой были настолько скучны, что даже Локк был вынужден искать пищу для своего ума. Он начал интересоваться химическими экспериментами и медициной.

Экспериментальная наука пришла в Оксфорд незадолго до того благодаря Джону Уилкинсу, однако популярностью она не пользовалась. К ней относились с таким же презрением, с каким современные университеты относятся к экстрасенсорному восприятию или экономической теории. Долгое время в Оксфорде сопротивлялись введению экспериментальной науки. (Преодолению этого сопротивления, возможно, немало способствовал тот факт, что Уилкинс приходился Кромвелю зятем.) С медициной Локка познакомил его бывший школьный друг Ричард Лоуэр. Медицина тогда продолжала в основном опираться на Аристотеля и таких древнегреческих авторитетов, как Гален и Гиппократ; но многие осознавали необходимость развивать ее за счет научных исследований и экспериментов. Эти методы уже привели к огромным успехам в области анатомии- таким, как открытие Уильямом Харвеем циркуляции крови. (Узнав об этом, друг Локка Лоуэр провел смелый эксперимент — смелый как для его пациента, так и для него самого — и первым произвел успешное переливание крови). Но даже в этих условиях практическая медицина продолжала опираться в основном на горе-хирургов и лечение пиявками. Локк много читал о последних достижениях в области медицины, но практические занятия ею не стали его хобби.

До конца 50-х годов XVII века республикой в Англии управляли пуритане, и страна начала страдать от постреволюционного религиозного фанатизма, который в настоящее время становится нормой, несмотря даже на атеистический характер предшествовавших революций. Англичане всегда преуспевали в том, чтобы быть скучными, и несколько раз в своей истории в области занудства они находились впереди планеты всей.

Рассматриваемые нами годы были как раз одним из таких периодов. В течение пребывания у власти пуритан все сколько-нибудь значительные удовольствия были строжайшим образом запрещены.

Было даже запрещено Рождество, хотя, пренебрегая запретом, его продолжали праздновать.

Ожидалось, что граждане будут работать все дни напролет, а все остальное время проводить за единообразными занятиями. Жизнь простых людей была полностью подчинена пуританским нравоучениям, полиции нравов и информаторам (доносивших, например, на злостных поедателей рождественских пудингов), долгим собраниям, посвященным изучению постулатов евангелий от Марка, Луки и Иоанна. Наконец, даже англича не пресытились такой жизнью, и решили попросить Карла II взять власть в свои руки. Жизни без рождественского пудинга они предпочли правление алкоголика, живущего с проституткой.

Тем временем отец Локка серьезно заболел.

Локк узнал, что его лечит знаменитый ирландский врач Эдмонд Меара, и написал отцу о том, что тот находится в надежных руках и скоро поправится.

Этот факт кажется странным, поскольку к тому времени доктор Меара уже пользовался дурной славой, поскольку подверг жесткой критике открытую Харвеем циркуляцию крови, назвав ее ложью, и написал злой памфлет с нападками на друга Локка и первопроходца в области медицины Лоуэра. В результате лечения отцу Локка вскоре стало хуже и через несколько месяцев он умер. Несмотря на то что еще до кончины Локк навестил его в Сомерсете (и даже пригласил нового врача), поведение сына в этой ситуации остается загадочным. Мог ли он затаить некоторое (возможно, подсознательное) чувство обиды на своего отца? Отец Локка был строг, но вполне мог потерять авторитет из-за временных неудач, спровоцированных гражданской войной. В последу ющем Локк всегда относился к своему отцу с уважением, но поскольку он привык скрывать свои чувства, мы можем только догадываться, как он относился к нему в действительности.