Читаем Les Etudes онлайн бесплатно

Посмотрел на себя.

Ситуация – сплошная неправда,

Убегаю от места, где

Всегда запарно.

И музыка убивает

Достаточно рано.

Что не выходит?

К тому не приду больше ныне.

Счастье и уныние

Как два брата

Из пыли.

Забыли убитые клетки

Жизнь бренную,

Минуты счастья редкие,

А уныния мерзкие.

В стихах больше боли,

Чем смысла закопано.

Частично все вымысел.

Даже вселенная ложь

Незавидная,

Даже ограниченое краем —

Мы об этом не знаем.

В чем проблема?

В чем причина?

Архетип под личиной

Психоватого поэта.

Почему? Поэтому!

За все это

Награждаю себя

Пустотой отсебятины

Смежной, между отчаянием

И надеждой.

Что за человек безмятежный,

А что значит грешный?

У человека есть брешь —

Это эмоции. Лишь

Живешь,

Хотя жизнь не в кайф.

Все от тебя убегает!

Не хочу попасть в рай,

Ведь там не выживают.

Дерьмо иногда случается.

У меня не получается!

Ты лелеял мечту?

Похорони ее заживо!

Я твой голос учту,

И отдам никому все, что нажил я!

Фикция – это слово я использую часто.

Несчастье без участия – это все про меня.

Стой за себя. Желаю счастья!

Мы падали в яму.

Я кричал, что другим

Никогда не стану.

Но поменялся явно.

В чем причина? Явка?

Симбиоз-затравка

К чему привела?

Не понятна эта загадка,

Зато ответ ясен.

Разложение – страшно,

Когда свет в конце гасят.

Мне долго хотелось

Быть просто собой,

Ведь раньше я писал,

Лишь двигая рукой.

Но не терпит время,

А мне носить то бремя —

Измены явно не к лицу,

Лишь быть собой – вот что хочу!

Но каждый день

Как новый сказ,

Мне очень лень

Писать рассказ.

И музыку я не пишу —

Эмоций нет и не хочу!

Любое изменение

Для меня критичное;

Мои измерения,

Пропали в безразличие.

И то, чем я дорожил,

Теперь я запросто забыл,

А то, что я хотел отдать,

Теперь обидно потерять!

Крик души звучит,

Но никто не обернулся,

Лишь мои враги

Ехидно посмеются!

Мне кажется, что я

Не поменяюсь никогда,

Но чаще замечаю,

Что я себя меняю.

Я ненавижу себя за то,

Что прокрастинировал много.

Я убил бы себя за то,

Что жил беззаботно.

В ярости ножом бы пырнул

Себя, а затем бы навеки уснул!

Я ненавижу себя за то,

Что когда-то сказал плохое.

Я убил бы себя за то,

Что не ценил время покоя.

И даже если меня любят, я

Все еще ненавижу себя!

Я ненавижу себя за то,

Что «Покемонов» смотрел.

Я убил бы себя за то,

Что верил в вымысел.

И мне обидно, что меня никто

Не отдалил от «Покемонов»!

Я ненавижу себя за то,

Что когда-то влюбился в Пичу.

Я убил бы себя за то,

Что сейчас себя убить хочу.

И хоть у меня все в порядке,

Я не выдержу этой разрядки.

Я ненавижу себя за то,

Что не достаточно искренен,

Я убил бы себя за то,

Что не пытался защитить её.

Я хватит мечтать уже, да.

Не бросай на ветер слова!

Теперь во мне нету искры.

Кажется, мне до лампочки беды,

Из-за которых когда-то я быстро

Возгорался и потухал бедно…

А теперь я в норму пришёл —

Вроде клёво, согласись?

Но тогда было шоу!

А сейчас его нет – зато мне зашибись!

Раньше я был загадкой

С огромной пробоиной где-то в груди!

А сейчас с жизнью своею сладкой

Сердце в упоение стучит!

Сто семьдесят два.

Как злые слова звучат!

А зубы стучат, да!

Сто Семьдесят Два.

Это не просто число, это чье-то имя,

Теперь имя мое…

Навсегда, да!

Сто Семьдесят Второй!

Не как все, а такой.

И, чего-то пугаясь,

Трясешься и бродишь.

В комнаты

Всякие

Входишь.

Странное чувство,

Будто бы огонь в груди разгорелся…

Это все нечестно!

Искусство только ради…

Зачем; я резко огляделся…

Сзади!

У каждого, знаю, бывает порой:

Ты мечтаешь о чем-то, забывая мир свой.

Это все ожидания, приятные очень,

Но за ними реальность, и чтоб ты не прочил,

Буду честен, мечте редко случается

Реальностью хоть на секунду стать,

А если и выйдет, то, получается,

Тебе после придётся страдать.

И ведь правду Шекспир писал

В одном из сонетов:

«Лишь однажды горечь познал,

Дальше живу лишь бедами».

Я перевёл не очень точно, но сейчас объясню все:

Как видно выше, Шекспир потерял то, что

Сердцем ценил, после оплакивал долго,

Но больше горечь его и не трогала.

Теперь только малые беды, что не сильно вредят,

Так как он закалён, ведь не зря говорят:

«В учении трудно, но в бою все как надо».

Да, я снова недословно, но иначе накладно.

Но при чем тут мечта, и почему после горе?

Ответ необычен, но вы поймёте все в скоре.

К мечте мы стремимся неудержимо

Меняемся внешне, сбиваем режимы,

И мы верим, что в итоге откупим свой труд,

Но, как не прискорбно, наши чувства нам врут.

Ожидание часто нас губит душевно,

Заставляет задуматься о чем-то свящённом,

Точнее желанном, чего в душе мы хотели бы

И, как не смешно, это жуткое ущелье,

В котором, как в яме, мы будем тонуть,

Вспоминая все доброе, но про это забудь!

И все то, о чем ты думал тогда

Тянут ко дну, совсем не щадя!

Да, я имею в виду ожидание,

«Ожидание:реальность», думаю слышали, да?

Нам сначала показывают наше желание,

А потом представляют реальность, всегда

Реальность будет хуже мечты,

Это правило мема,

Но ничего, кроме зевоты

Не вызывает, но не в этом проблема.

Он достаточно точно передает все мысли мои,

Разность ожидания и реальности

Достаточно неприятно в душе ощущать,

На это нельзя внимания не обращать.

А ведь, как известно из еще одной мудрости:

«К хорошему привыкнешь быстро, забывая плохие глупости»,

А если мечта все же станет на миг

Реальностью,

Тебя удивит

Свой красочностью,

А потом убежит

Что ты будешь делать тогда?

Реальность над тобой вершит

Неправдивое правосудие всегда.

Ты вернулся назад, и уже как-то больно

Вспоминать о чем-либо, что ты забыл,

Когда ты был искренне довольным,

Когда мечту в свое сердце пустил.

Но пойми – реальность такова!

Тебе лучше не жаловаться, а колоть дрова.

Передо мной цель, а сзади волна, не убегу я, как бы она не гнала.

В мозг пошли суеверия – мутно-серые очертания моего будущего творения.

Весь план появился лишь по смутному велению.

В щепки и в огонь!

Гори, навеки!

Хоть не пальцем не тронь, не горят эти щепки!

Хоть я в космос сбегу, оно меня не покинет – то что я изобрёл, то что создал я не сгинет!

Сколько разных путей – столько разных падений.

Очень сложно, но появляется мое творение.

Никто такого не видел, лишь во сне и в фантазиях есть – то, чего, ещё пока-что в мире нет!

В щепки и в огонь!

Гори, навеки!

Хоть не пальцем не тронь, не горят эти щепки!

Хоть я в космос сбегу, оно меня не покинет – то что я изобрёл, то что создал я не сгинет!

Крутиться вертится петля сумасшедшая,

Не дающая спокойно мне жизнь свою жить,

И музыка из эпохи лет сто так прошедшей

Не даёт мне счастливым хоть мгновение быть.

Красивой мелодии заложник я бренный.

Почему мне так грустно стало?

Это шутка, придуманная богом вселенной,

Заставляет меня выглядеть вялым.

Я слезть не могу с музыкальной иглы,

Для меня минор ближе друга.

Метка ли на мне есть судьбы,

В жизни все мутно…

Не верят в тебя?

Да и похуй, забудь!

Не слышат тебя и друзья?

Пошли их в пизду и вперед, в светлый путь.

А все, кто неверный —

Махни на них сильной рукой!

Тебе будет сложно, наверно,

Но без них ты – совсем другой!

Сомнения гложат,

Апатия давит?

Состояние сложное,

Но пошли их всех на фиг!

Пока есть ты, кто в меня верит,

Мне не нужны друзья на-время…

Мне сново грустно

Так ещё и болею,

Ненавижу когда,

Я себя не жалею.

Нет бы раньше заснуть,

Но нет, Лёва снова поэт;

Херь какую-то пишет,

Не дай бог начать и сонет…

А ведь мне грустно,

Потому что я чего-то не досчитался.

Трудно понять чего,

Но с этим будет трудно свыкаться…

Чего-то тут нет,

Может чуда?

Напиши сонет,

Придёт из ниоткуда!

Может друзей?

Вроде есть, все в онлайне

Сейчас никто не спит,

А вот ты должен спать, засыпай-ка!

Но я начал этюд,

Мой долг все закончить!

Все 40, не больше не меньше,

Закончить, забыть, больше не прочить.

А ведь утром снова бредить буду,

Так ещё и дома брат,

Я себя щадить не стану;

Я сам себе зловещий гад.

Ладно, мне уже пора поспать,

Завтра снова буду работать,

Над понкой с дохлой картой,

Потом вокал нужно будет обработать…

Я зла не держу, если кто-то с ошибкой

И не верю в последствие боли,

А верю лишь в то, что за каждой улыбкой,

Может быть и судьба, тяжко битая горем.

Быть может мне кто-то жизнь поломал,

Наговорил много лишнего,

Но стоит забыть и не верить словам,

Если вина – лишь его.

Она проскользнула сквозь зоркие очи,

Разрывая багровые стены,

В те самые зимние ночи,

И зимние ночи, и белые…

Мне не странно смотреть на темные пятна,

Что я вижу зимой наверху.

В них, может быть и неявно,

Указано все, что у людей на слуху…

Ебал я родину такую,

И жизнь такую я ебал,

Ебал я эту тьму ночную;

Я в ярости, считай до ста!

Мне порядком надоело,

Что, за что я не возьмусь,

Все падает из рук, и тело

Так болит, что я запрусь.

И больше не имею воли

Хоть что-то новое начать;

Я опасаюсь все той боли

От которой я готов кричать.

Как физическая, боль

Душевная взяла в контроль

Меня и жизнь мою простую;

Ебал я родину такую!

Я не просто так выбрал эту страницу,

В поэзии я не простак.

Из-за картинки справа за границей

У меня воистину душевный бардак.

Посмотрите на мой странный рисунок:

Вы находите его привлекательным?

Нет, я не про саму картинку, я не полудурок,

Я про персонажа, что нарисован нестарательно.

У него по канону ещё милая судьба,

Если сравнивать с остальными персонажами,

Которые с ним по канону типа друзья.

Вот с ними судьба недоброжелательна!

У него лишь нога повредилась!

Жестоко? Но погоди.

Все тут под сравнение ложилось:

У других гораздо страшнее пути.

Один из груди вырвал важное что-то —

Теперь весь искрится изнутри.

Второго жестоко расстреляли потомки.

А как же? Им не запретишь!

Третьему бошку подключили к компу,

Раскрутив его так старательно,

Но я все равно никак не пойму:

Разве все это – обязательно?

О! У четвёртого нету руки,

И из дыры, как кровь, бьются искры,

Всякие железки торчат из ноги,

А взгляд у него совсем не искренен!

Пятому одели ошейник

С подведённой цепью к нему,

И непонятно за что искру

Пустили по ней. Мошенники!

Да, его поджарили током

Электрическим, а толку-то?

Шестой кого-то держит в зубах,

И из груди достаёт элемент

Жизненно важный, без которого крах,

Но причины все еще нет!

(Остальное стихотворение утеряно)

Смерть ему!

Я жду! Быстро его под гильотину

Или нет… лучше пусть сдохнет от голода.

Этой тягостной рутиной введу

Его в вечный сон

Полный томных забот.

Пусть с ума сведёт его яростная пытка,

Чтобы его попытка, преисполненная агонии и нечестности,

Вернула то, что забрала у меня

Новый год блаженства, 24 декабря день вещественно

Важный для меня, ведь тогда этот черт

Показал себя во весь рост.

Я ненавижу его с того дня,

Я искалечу его, над ним же смеясь,

Он подохнет, сгорит, он умрет,

Его никто не пощадит,

Отдам Моге-ко на растерзание, тогда он

Точно убит, попадёт в вечный сон.

Пусть он сдохнет в муках ужасных,

Пусть трепещет голосом несчастным, но

Я не сжалюсь над ним, как он тогда!

Ядерная война? Лови в бошку, змея!

Эмоций не хватает, чтобы тебя описать,

Насколько ты мерзок и жалок,

Умри навеки, я готов тебя убивать!

Я всю жизнь отдам, чтобы вечно орать:

«Смерть ему!»,

Без причины лучше меня не ломать…

Но, как говорили мне важно:

Что сломал однажды

Не сломаешь дважды.

Формации и хризантемы,

Сыр Чеддер, теле-антенны,

Кисло-сладкий соус и баня,

Автобан до Европы, не раня.

Коммерция и пармалат,

Жертва и Ожидание наград,

Сетуй, лето, вече, мета,

Гетто, Метро, коршун, это.

Слова, нет смысла и рандом,

Попытки, слава и слалом.

Старый дом, большой чердак,

На чердаке сидит чудак.

Смысл, тайна и рогоз,

Робот, сердце и прогноз,

Буря, ветер и дожди,

Час остался – подожди.

Жизнь, нежизнь, эмоции,

Гормон, добавка, порция,

Любовь, кольцо, колено,

Формации и хризантемы.

Сейсмической давки не сдержав,

Весь род земной на шалашах

Кричали, что горло было,

Но что кричали – позабыли…

Дни, месяцы, века бежали:

Мы Божьей кары не сдержали,

Грехопадением обличав,

Всем каясь, ждали палача.

Нас всех убили, мы потом

Стояли на шару земном,

Укоризненный бросая

Взор на избы и сараи.

Не наша воля тут была,

Что пролетела так стрела,

И что попала под окно,

Где было мира полотно.

Не мы виновны, что орем,

Не важно: кучей иль вдвоём,

И не виноват никто на свете,

Что жалуются на мир и дети.

Всегда все было плохо, не иначе.

Каждую минуту решали эту задачу:

Всем угодить, никого не задеть,

Шапку счастья не одеть, а надеть.

И мы не изменим ошибки Всемирной,