Читаем Леди оборотня (ЛП) онлайн бесплатно

Национальный Заповедник Биг-Сайпрес

К западу от Майами, Флорида

Полночь

Лунный свет серебрил ветви кипарисов, отбрасывая скрюченные тени и превращая стволы в ужасающие очертания людоедов из детских кошмаров. Но кровь, образовавшая на грязи геометрические узоры, никак не была порождением детского ужаса, а очень даже реальным подтверждением жестокого нападения.

Ругаясь сквозь зубы, Итан обошел подвергшуюся нападению пантеру — уже шестую за последние две недели — в то же время не прекращая всматриваться в холодный зимний мрак, ища хотя бы намек на неизвестного хищника, который это сделал. Он услышал крики боли животного, патрулируя на расстоянии больше чем в одну милю и, не медля, бросился бежать, так быстро, как только мог, но нападавшего уже скрыла зимняя ночь.

По крайней мере, с этой пантерой он успел вовремя. Эта кошка все еще жива.

Так как раненная пантера, будучи крупным самцом, приподняла свою голову и зарычала, Итан обнажил свои зубы, опережая вызов кошки собственным предупреждающим рыком.

— Мне жаль, мой друг, я знаю, что тебе больно, — сказал он, изменив свой голос на низкий рокот самца-альфы, утверждая свое превосходство над членом стаи. — Но если ты не позволишь мне подойти достаточно близко, чтобы я смог тебе помочь, мы окажемся перед необходимостью действовать в установленном порядке, применив укол транквилизатора.

Приподняв голову, он снова ощутил витавший в воздухе запах, напомнивший ему аромат, который обрушился на него, когда Итан только приблизился к этому участку леса. Его чувства оборотня были сверхъестественно остры, так что даже в своей человеческой форме Итан мог учуять след этого запаха. Он отличался от любого, присущего членам его прайда, но в то же время почему-то был странно знакомым.

Лежавшая на земле кошка снова зарычала, на этот раз более слабо. На боках и животе блестели рваные когтями глубокие темно-красные пятна, казавшиеся черными в лунном свете.

Итан в последний раз оглянулся вокруг и опустился на колени рядом со зверем.

— Похоже, что ублюдок, который сделал это с тобой, ушел. Так что позволь подойти к тебе тому, кто может помочь.

Пантера обнажила свои зубы, вызывающе зарычав в последний раз перед тем, как Итан обхватил ее лицо руками и посмотрел в глаза. Он мысленно коснулся сознания пантеры, приглушая боль, от которой страдало животное и одновременно посылая простую мысль: Брат из прайда. Альфа. Помогу тебе.

Поднимая тяжелое тело на руки, осторожно, чтобы не двинуть пантеру больше, чем нужно, он мрачное пообещал.

— Я достану его для тебя, друг. Верь мне, он заплатит.

Атлантида

Утро следующего дня

Мари стояла на изумрудно-зеленой траве и как завороженная смотрела на белый мраморный храм, инкрустированный нефритом, сапфирами и аметистами. Она старалась запомнить его, хотя более трехсот лет каждый день жила и трудилась в нем. Мари хотела выжечь его изображение в своем сердце, на тот случай — абсолютно невозможный случай, напомнила она себе — если никогда больше его не увидит.

Ее храм. Ее священная обязанность.

Обязанность, которую она покидает.

Ее дыхание ускорилось, и в горле встал ком величиной с один из ее любимых морских сапфиров.

— Эрин, я …

Рядом стоявшая Эрин вздохнула и покачала головой. Ее золотые локоны засияли в лучах магического солнца. Это солнце заменяло настоящее, которое никогда не осмеливалось проникнуть так далеко в морские глубины. Эрин стояла, уперев руки в бока, странный человеческий жест, поза, которую обычно принимали она и возлюбленная принца Конлана, Райли, когда бывали раздражены.

Люди. Мари все еще поражалась тому, что у нее две человеческие подруги, а ведь до Райли более одиннадцати тысяч лет в Атлантиду не ступала нога человека.

− Больше ни слова, Мари, — твердо сказала Эрин, притопывая ногой в притворном нетерпении. — Мы не будем еще раз повторять мои обязанности в храме. Будучи Верховной Девой Нереид более трехсот лет, не кажется ли тебе, что пришло время взять отпуск?

− Но лорд Джастис …

Эрин застыла, игривость сошла с лица.

— Никто не желает найти его сильнее нас с Вэном, Мари. Ты же знаешь, что Конлан, Вэн и все остальные воины только и делают, что занимаются поисками Джастиса с тех пор как он … с тех пор как он …

Голос Эрин затих, было заметно, какие усилия она прилагает, чтобы контролировать свои эмоции.

— Он пожертвовал собой, чтобы спасти меня от этого чудовища. Спасти Вэна и меня. Мы никогда не сдадимся.

Мари обняла девушку, которая была меньше нее ростом, вознося очередную безмолвную молитву, чтобы лорд Джастис был жив. Узнав шокирующую правду о том, что он приходится сводным братом Принцу Конлану и Лорду Мстителю, Лорд Джастис предложил богине вампиров Анубизе свою жизнь в обмен на жизнь своего брата. Мари много раз слышала рассказ об этом, но все еще не могла постигнуть, какую храбрость надо иметь, чтобы добровольно отдать себя на милость богине Хаоса.

Особенно прекрасно зная о семи годах, проведенных Конланом в руках Анубизы.

Эрин сделала глубокий вдох и отступила из объятий Мари.

— Но жизнь продолжается. Она всегда продолжается. Женщины все еще приходят в храм с просьбами о помощи, с беременностью и родами, и хоть я и не обученная в храме акушерка, камни дают мне исцеляющую силу, чтобы помогать им.

Мари улыбнулась над этим преуменьшением.

— Ты — наша певчая драгоценных камней, Эрин. Ты поешь исцеляющую силу камней нашим женщинам и малышам. Ты исцелила Райли и будущего наследника трона Атлантиды. Не надо недооценивать свой дар.

− Я не недооцениваю его, иначе никогда бы на это не согласилась. Ответственность за нерожденных детей Атлантиды очень велика, слишком велика для одной ведьмы, — ответила Эрин. — Или, по крайней мере, была бы велика, если бы ты лично не обучала меня. Ты окружила меня очень опытными храмовыми помощниками и лично наблюдала, как я использовала дар, чтобы нести исцеление и мир женщинам на сносях.

Мари снедало желание навестить своего брата Бастиена и познакомиться с его любимой Кэтрин, но она все еще волновалась.

— Я чувствую себя так, будто оставляю свои обязанности в то время, когда все в Атлантиде должны объединиться и действовать сообща.

Взгляд синих глаз Эрин смягчился.

— Я знаю. Но ты заслуживаешь это время, Мари. Ведь твой брат и Джастис были очень близки, не так ли?

Губы Мари вытянулись в улыбке.

— Да, всегда. Оба, медузами не разольешь.

− Водой.

− Что?

− Мы говорим «Водой не разольешь», — смеясь, сказала Эрин. — Хотя должна признать, что «медузами не разольешь» имеет больше смысла.

Мари внимательно посмотрела на ведьму, которая пленила сердце Лорда Мстителя и восстановила славу Храма Нереид с помощью своего дара. Она резко кивнула.

— Да. Ты права. Бастиен обезумеет от ярости и беспокойства за Лорда Джастиса, и даже больше от расстройства, что не сможет сразу присоединиться к поискам. Я должна увидеть его.

И как будто по сигналу, вокруг и между ними пронесся ледяной ветер, и из него преобразовалась сияющая фигура жреца Посейдона, Аларика. Он как всегда был одет во все черное, огонь сверкал в зеленых глазах, которые ярко пылали на напряженном лице.

— Вы готовы к путешествию, Леди Мари? — спросил он скрипучим голосом, будто перенапряг его в последние дни.

− Да, — ответила она, склонившись в сторону жреца. В нем было столько горького страдания, но его мучила не рана и не болезнь. Она чувствовала, что это душевные страдания, но никогда бы не осмелилась спросить его, не важно какие слухи ходили об Аларике и Квинн, сестре возлюбленной Принца.

Если бы Аларик хотел поделиться своей болью, она бы его выслушала. Такова была ее роль в жизни, слушать и лечить так хорошо, насколько это возможно. Такая жизнь имела свои плюсы. В последний раз взглянув на храм, она улыбнулась, подняла с травы свою маленькую сумку и кивнула.

— Пожалуйста, если можно, вызови портал.

Аларик долго пристально смотрел на нее, затем сказал.

— Знай, я против этого путешествия, моя леди. Теперь сверху нам угрожает еще большая опасность, чем за многие тысячи лет. И сейчас особенно глупо и рискованно покидать Атлантиду.

Мари ответила ему с уважением, подобающим воину-жрецу, кто лечил и сражался вместе с ее братом и другими воинами Семерки бесчисленное множество раз, хоть она и считала вопрос закрытым, так как он согласился вызвать для нее портал.

— Как всегда, ваше мнение и совет очень ценны. Но как Верховная Дева, я не беззащитна. Богиня не покинет меня в опасности.

Он выглядел так, будто хочет прервать ее, и она протянула руку, чтобы прикоснуться к его руке.

— Я знаю, Аларик. Я знаю. Но он мой брат, и он нуждается во мне, хоть никогда и не признается в этом. Я должна идти.

Аларик сжал губы, она увидела, как у него заходили желваки. Но больше он ничего не сказал, просто поднял руки, закрыл глаза и воззвал к магии. Магии первосвященника, самого сильного из всех существующих помазанников Посейдона. Это действительно завораживало. Временами очень капризный портал, он мог открыться как угодно и где угодно, никогда не смел ослушаться Аларика. По его команде появился мерцающий овал, сначала как едва различимый свет величиной с ладонь, затем он увеличился и расширился, превратившись в яйцевидную сферу, переливающуюся тысячами искрометных цветов драгоценных камней.

Конечно, она и раньше это видела. Она видела, как ее брат и его приятели, элитные воины, входящие в состав Семерки и охраняющие Высокого Принца Конлана, проходили через портал несметное число раз за века, что существуют драгоценные камни в Храме. И все равно она не переставала восхищаться этим, а сегодня даже больше.

Сегодня, наконец, она тоже пройдет через портал.

Не было никаких прощаний. Никаких заключительных инструкций. Она была просто готова, Мари с благодарностью улыбнулась Аларику и Эрин и вошла в портал. Где ее ждало новое приключение.

Когда магия окружила ее, Мари поразилась холоду, пронесшемуся по ее коже. Кружащиеся потоки ветра сбивали с ее губ слова, которые она шептала.

— Я взволнована? Или просто напугана?

Национальный Заповедник Биг-Сайпрес,

Напротив домика Кэт

Итан стоял, прислонившись к дереву, находясь от Бастиена так далеко, насколько возможно, чтобы не быть откровенно грубым. Но он встретил взгляд огромного воина Атлантийца, когда оба они с удивлением смотрели как Кэт в восьмой или девятый раз вытаскивала из кармана серебряный тюбик. Отличный профессионал, хладнокровная, спокойная и собранная Кэтрин Фиеро, очень ценный рейнджер Службы Национального Парка и дочь бывшего альфы пантер прайда Биг-Сайпрес, проверяла помаду в карманном зеркальце.

Как какая-то … женщина.

Затем она нервно покусала губу, Итан чуть не засмеялся. Он закашлялся, подавив смех, но Кэт повернулась и сердито посмотрела на него.

— Если ты собираешься издеваться надо мной, то убирайся отсюда. Я не нуждаюсь в свидетелях, когда выставлю себя дурой перед единственной сестрой Бастиена.

Бастиен моргнул, а потом погладил ее по плечу как непослушного щенка. Она резко развернулась, рыжевато-коричневые волосы взметнулись, и оскалила зубы на Атлантиса, напоминая им обоим, что она также и оборотень, способный обращаться в более чем сто пятьдесят фунтов дикой пантеры.

− Хватит меня гладить. Что, если я ей не понравлюсь? — Она пыталась спрятать страх за словами, Бастиен отчетливо видел это, он прекратил попытки поговорить с Кэт и сгреб ее в могучие объятия. Любовь и страсть на лице Бастиена, заставили Итана пожелать оказаться где-нибудь в другом месте.

Где угодно.

С тех пор как Бастиен и Кэт поженились, или между ними произошло какое-то волшебное Атлантийское соединение, которое воин называл «смешением душ», эти двое были неразлучны. Они постоянно испытывали сильнейший голод друг к другу. Итан был уверен, что любой мужчина сразу бы это почувствовал, даже не будучи альфой стаи Кэт.

С тех пор как Итан стал вожаком, он когда-то лелеял мечты, что однажды они с Кэт будут вместе. И находиться рядом с этой парочкой, было подобно боли от кинжала, воткнутого в живот. Он дал им еще минутку, а потом недовольно зарычал.

— Если вы уже закончили щупать друг друга, скажите, как себя чувствует кот?

Бастиен отпустил Кэт, но бросил на Итана предупреждающий взгляд.

— Может, тебе стоит поменьше интересоваться нашими с Кэт отношениями и заняться кем-то или чем-то, кто нападает на твоих котов.

Итан огрызнулся на него.

— Не искушай судьбу, Атлантиец. Я могу уважать твои воинские способности и наш альянс, но никогда не подвергай сомнению мое беспокойство и заботу о моих пантерах. Оборотнях или просто пантерах.

Бастиен склонил голову.

— Сделаю по твоему. Никто не сомневается в твоем отношении к членам твоего прайда или к родственным вам пантерам.

Кэт сощурила глаза.

— Следует ли мне испытать на вас мой магический приёмчик, мальчики?

Оба мужчины сразу отступили от нее шаг, поднимая руки. У Кэт был дар успокаивать агрессию, она посылала волны спокойствия даже на самых антагонистических [1]хищников. Итан подозревал, что Бастиен не больше него самого хотел почувствовать на себе его действие.

У Итана сейчас было отнюдь не миролюбивое настроение.

— Ну, так, что там с моим котом?

− Он был очень серьезно ранен, Итан, — сказала Кэт. — Доктор Герман самый лучший специалист, и тот сказал, что он находится в критическом состоянии, — она покачала головой. — Если бы ты его тогда не нашел …

− Да. Я великий герой. — Итан прошипел сквозь зубы. — Такой вот сраный герой, который позволил пяти нашим пантерам умереть. А теперь, наверно, уже шести. Шесть пантер из популяции во Флориде, которая состоит примерно из девятнадцати особей, девятнадцати максимум. В таком количестве они опять скоро окажутся на грани вымирания, как в 1955 году.

− Мы его найдем. Или их. Или это. Кто бы это не делал, Итан, — пообещала Кэт.

− Я тоже помогу в этих поисках, — добавил Бастиен. — До тех пор, пока мой принц не освободит меня от этих политических переговоров. Тогда я сразу присоединюсь к поискам Джастиса.

Ярость, горевшая в глазах Бастиена при упоминании о его друге и товарище по оружию, еще раз напомнила Итану, как же он рад, что Атлантийцы на его стороне.