Читаем Лаберилльская Пудра (СИ) онлайн бесплатно

Управляющая Красного Дома Инона резко проснулась среди ночи. Первым её желанием было ругнуться и спать дальше. Возможно, она так бы и сделала, но вдруг стала думать, что же явилось причиной такого внезапного пробуждения. В дверь постучали. Ну, вот вам и ответ…

— Линара* Инона…

— Что стряслось? Мать вашу…

Смотритель за дверью кашлянул и перевёл дыхание:

— Прошу выйти, линара! Здесь вас спрашивают…

— Ээх… — протянула Инона.

Откинув пёстрый плед, она стащила с постели свои девяносто килограммов, кое как пригладила растрёпанные красные волосы и стала одеваться. Сунув ноги в мягкие туфли и намотав вокруг оплывшей талии плотный халат, открыла дверь и выглянула в коридор.

— У нас что, пожар? — Инона хрипела спросонья — Что случилось?

Смотритель, детина метра под три ростом, затянутый в кожаные штаны и жилет и плохо выбритый, сверху вниз посмотрев на управляющую, хмыкнул:

— Брат сестру продаёт.

— А… — зевнула Инона — Пойдём, посмотрим!

И заковыляла вперёд по жёсткому темно — синему в белых мазках ковру, переваливаясь с боку на бок, как весёлый цирковой медведь. Смотритель, поигрывая зажатыми в руке связанными между собой крупными тёмными бусинами, двинулся за ней.

В небольшом холле, обставленном во вкусе " приличных домов": громоздкая мебель, тяжёлые драпировки на окнах, их ждали двое.

На низкой кушетке, сложив руки на коленях и опустив голову, сидела хрупкая девушка. Рядом стоял высокий, невероятно худой парень в коротком измятом пиджаке и узких штанах из серой, блестящей ткани. Парень заметно нервничал и трясся, как от холода. Стрижен он был коротко, словно арестант или инфекционный больной. Кисть левой руки украшала грязная неряшливая повязка.

Когда вошли управляющая и смотритель, парень уставился на них почти немигающим взглядом воспалённых красных глаз.

— Ну и? — прокряхтела Инона, опуская в низкое кресло зад невероятных размеров — С чем пожаловал, пудренный*?

— Вот. — кивнул он, указывая на девушку перевязанной рукой — Возьмёте?

Управляющая закинула ногу на ногу, обнажив жирные белые ляжки с выступающими на них венками и закурила.

— Возьму. — кивнула она — Может быть… Встань, девушка.

Та поднялась, вдруг резко выдохнув и утопив лицо в ладонях.

— Без слёз давай! — прикрикнула управляющая — Вон, на ковёр иди. Как зовут?

— Аталина Баррет. — тихо ответила девушка, встав в центр круглого ковра.

Ноги её, обутые в тонкие, совсем не по погоде, тряпичные туфли, утонули в мягком, тёплом ворсе.

— Руки убери! — командовала Инона — Лицо покажи. Стой ровно. Не горбись!

Девушка вздрагивала от каждого слова управляющей, как от удара. Старалась подчиняться быстро, но терялась и получалась какая — то возня.

— Быстрее! Что копаешься? — Инона раздраженно сломала сигару в пепельнице — Лицо покажи, я говорю…

Аталина подняла голову и управляющая обомлела.

Девчонка была необычайно, испепеляюще красива… Белая нежная кожа имела оттенок зрелых сливок. Черты лица были чёткими, ровными, идеальными. Губы цвета спелой малины… Огромные голубые глаза, веки, чуть припухщие от слёз… Длинные волосы нежно падали на плечи каштановым блестящим потоком…

— Сколько тебе лет, Аталина?

— Восемнадцать, линара. — тихо ответила девушка и добавила зачем — то — Сегодня исполнилось…

— С днём рождения! — хмыкнула Инона — Сколько было мужчин?

Аталина покраснела:

— Нисколько, линара…

— Ну уж… — усомнилась управляющая — У такой красавицы… Вартон!

— Да, линара. — отозвался смотритель.

— Позови Шэлта. Я должна знать, за что плачу деньги.

Явился местный врач, заспанный и помятый. Кивнув девушке на узкую дверь, открыл её. Управляющая вошла следом.

— Чиста и свежа, как весенний дождь! — заявила она, выйдя через несколько минут.

Нервный парень шумно выдохнул:

— Так берёте, линара?

— Беру, конечно! Но по тарифу. Больше не дам, так и знай.

Парень согласно затряс головой:

— Как угодно, как угодно!

Получив деньги и даже не посмотрев на сестру, вылетел за дверь.

— За ним. — велела Инона смотрителю — Ему деньги незачем. Всё равно все пропудрит…

Потом посмотрела на вышедшую из комнаты девушку:

— Пойдём, комнату покажу. Завтра начнёшь работать! И смотри мне… Сама не пудришься?

— Нет…

" Девственница. С потрясающим лицом и идеальным телом… " — подумала управляющая — " Да её клиенты на части разорвут… Надо бы придумать ей что то поинтереснее! "

Проводив Аталину в комнату, Инона вернулась к себе. Спать уже не хотелось и поэтому она, сев в кресло, стала думать над тем, что бы этакое поручить новоприбывшей…

И к утру, после пятисотой рюмки коньяка, управляющую осенило.

" Это будет фурор! Такого нет нигде! Самое изощрённое развлечение… "

______________________________________________________________________________________

*Лаберилльская Пудра — самый сильный наркотик Мира Лаберилл. Употребляется в виде кристаллического порошка, капсул и инъекций. Имеет запах ванили. Вызывает привыкание с первой дозы.

*Линара — Госпожа. Линар — Господин. Обращение используется, как вместе с именем, так и с фамилией.

Полтора года спустя

______________________

Аталина провела пальцем по стеклу, вызвав противный скрип. Поморщилась. Снаружи лил дождь, капли были крупными и блестящими, они напоминали ей фальшивые украшения, обожаемые её подругами по несчастью.

Дело двигалось к вечеру, двигалось медленно. Оно растягивалось, как резина…

Аталина запустила руку в корзинку с печеньем. Зажав зубами жестковатую корочку, переломила кругляшок пополам. Лениво прожевала. Уткнувшись лбом в стекло, принялась смотреть на улицу.

Дверь осторожно и медленно отворилась.

— Привет, подружка.

— Нэйлин, — отозвалась Аталина, продолжая смотреть в дождь — проходи…

Та прошла, высокая и яркая, пахнущая лавандой. Подойдя ближе, прижалась щекой к плечу подруги.

— Я скучаю… — всхлипнула Нэйлин — Ты игнорируешь меня. Как и Лайну, и Ронни…

— Нет времени. — Аталина хрустнула следующим печеньем — Ты же знаешь.

Нэйлин развернула подругу за плечи, стараясь заглянуть в голубые глаза:

— Но сейчас ведь… Время есть?

— Пожалуй.

— Ну посмотри на меня… Аталь, умоляю…

Аталина подняла взгляд. Теперь голубые глаза отражались в шоколадных, блестящих, как глазурь. Она запустила в черные короткие пряди длинные пальцы, прижалась малиновыми губами к губам Нэйлин, провела по ним прохладным языком… Нэйлин рвано вздохнула, ощутив вкус печенья во рту.

— Я очень люблю тебя, Аталь… — она погладила ладонями упругие груди — Ты такая красивая!

Аталина неторопясь стянула с одного плеча шёлковый халат, улыбаясь машинально и глядя в стену. Потом полулегла на край большой круглой кровати.

Поманила к себе подругу:

— Иди сюда, любимка!

— Ты всем это говоришь…

Нэйлин легла рядом, провела рукой по сливочному гладкому животу, приподнялась. Ухватив губами жёсткий сосок, потёрла его языком. Аталина застонала и прикрыла глаза.

— Тебе нравится, Аталь? Со мной ведь лучше, чем с другими? Скажи!

Не дождавшись ответа, Нэйлин скользнула рукой между стройных ног. Вздрогнула от счастья, разведя пальцами набухшие губки, провела ладонью по влажному цветку.

— Ты не закрыла дверь, Нэй.

— Плевать…

Нэйлин поцеловала второй сосок, набухший винной ягодой, спустилась вниз, чертя языком дорожку и обогнув пупок, рассыпала черные волосы по нежному животу.

— Атаааль… — протянула она — Я уже готова кончить…

Нэй развела колени подруги, принялась целовать внутренние поверхности бёдер, спустилась ниже и найдя губами горячий комочек клитора, слегка прикусила. Аталь зажала рот ладонью, чтобы не завопить. Сейчас она не чувствовала ничего, кроме горячих губ, терзающих средоточие её женского начала. Низ живота тяжелел, горел и плавился. Аталина крепче зажала рот рукой и застонала в ладонь, влажную от дыхания.

— Нэээй…

— Что, цветочек мой? — Нэйлин прижалась к изнанке сливочного тёплого бедра смуглой щекой.

— Если бы ты могла взять меня…

Нэй вздохнула, протянула руку и погладила пальцем выступающий клитор Аталины:

— Ты же знаешь, КАК я этого хочу! Но тебя нельзя трогать глубоко… Ты же знаешь. У нас ещё недостаточно денег, чтобы уйти из Красного Дома. И потом, Аталь…

— Ну что?!

И, склонившись к низу живота своей любимой, ощущая запах свежести и звенящей чистоты, прикоснувшись губами к этому аромату, сказала:

— Ты ведь не любишь меня, Аталина. Ты вообще никого не любишь. У тебя нет вредных привычек…

Аталина выгнулась и застонала в ладони, сжигаемая мощным пламенем оргазма, плавясь и растекаясь золотой влагой.

…Аталь затворила за Нэйлин дверь и открыла окно настежь. В комнате пахло сексом, безысходностью и почему — то корицей. Дождь затих, ему на смену пришёл шум улицы: звуки моторов лайров*, музыка, смех, ругань.

В дверь заглянула Инона:

— Аталь! Одевайся, зайка. По твою душу пришли, на исповедь. — управляющая хохотнула — И постель поправь! Сестра Аталина, твою мать…

Когда Инона скрылась, девушка отворила дверь платяного шкафа. Сдвинув вешалки с одеждой в сторону, достала одну из мантий Верховного Клана* и бросила на скомканные жёлтые простыни. Затем, прихватив с собой свежее белье и полотенце, удалилась в душ.

Тех, кто являлся на исповедь, следовало принимать во всеоружии. Нельзя было допустить ни единой неточности.

Уж больно хорошие деньги они платили за то, чтобы очиститься.

______________________________________________________________________________________

*Лайр — средство передвижения.

*Верховный Клан — монахини.

В небольшом номере, декорированном под исповедальню, Аталину ждал клиент. Очередной " грешник". Мужчина упал на колени при виде " латонны " — девы, отпускающей грехи. При проведении " ритуала " "грешникам" надлежало держать голову опущенной, глаза в пол, но, заметив всё — таки невероятную красоту " латонны", клиент замер. Теперь он просто и вульгарно пялился на девушку, поедая её взглядом и пуская слюни.

Аталина, не заметив этого и погрузившаяся в свои мысли, начала медленно развязывать нетугую шнуровку мешковатого темно — зелёного одеяния Храма Наблюдателей*.

— С чем пришёл? — задала она дежурный вопрос, задаваемый обычно латоннами всем приходящим — В чем хочешь раскрыться?

Зелёная ткань поползла вниз, обнажив округлые плечи, грудь, схваченную белой тугой повязкой. Хламида остановилась, улёгшись на крепких узких бёдрах. Девушка взяла со стола небольшую кожаную плеть.

Подняв голову, встретилась с горящим страстью взглядом клиента. Усмехнулась.

— Вот как… Линар, вас разве не предупредили, что я не удовлетворяю мужчин ОБЫЧНЫМ способом? Если нет, мне очень, очень жаль…

Клиент спохватился:

— Предупредили! Но…

— Так мне продолжать или нет?

Тот покорно кивнул.

— Кайся, человек. Только искренне! Так, чтобы Наблюдатели услышали тебя!

Мужчина обнажился по пояс. Плечи его, крепкие, белые, были сплошь покрыты зажившими и заживающими рубцами. Всё в нём выдавало любителя порки.

— Я грешен в мыслях…

Аталина крепко сжала прохладную рукоять плети. Взмахнув резко, нанесла первый удар. Несильно, чуть задев кожу металлическими клёпками. " Грешник " радостно застонал.

— Разденься, латонна!

Она целомудренно улыбнулась. Сбросив хламиду на каменный пол быстрым движением бёдер, осталась в узкой повязке, закрывающей лобок и полностью открывающей ягодицы. Белые сверкающие чулки на подвязках и такие же белые туфли без каблуков дополняли образ " Невесты Наблюдателей".

Клиент, стоящий на коленях, упёрся ладонями в пол. На спину ему сыпались удары плети. Кровь тонкими струйками рисовала на теле причудливые узоры. Мужчина трясся и вопил от восторга.

— Ещё! Ещё! — кричал он, истекая кровью и слезами — Накажи меня! Спасибо, латонна!

Она разошлась сегодня не на шутку, нанося удар за ударом по живому сладко страдающему телу. Сама став этой плетью, слившись с ней.

" За меня! За Рэйза! За Нэйлин! За нас всех! "

Её лицо прикрывала полупрозрачная вуаль, закреплённая в волосах золотой шпилькой. Лицо было видно… Ровно настолько, чтобы разглядеть красоту его черт. Но не настолько, чтобы увидеть слёзы.

Аталина остановилась. Клиент приподнялся с пола.

— Покажи грудь. — велел он — Покажи грудь и то, что между ног. Доплачу прямо в руки.

— Мне это запрещено, линар. — она протянула ему влажное полотенце — Только с разрешения линары Иноны.

— Нахер мне твоя Инона… — произнёс он, стирая кровь влажной тканью — Говорю же, доплачу.

Аталина колебалась.

" У нас недостаточно денег, чтобы покинуть Красный Дом, Аталь! "

— Двести пятьдесят килотов.

Мужчина достал деньги:

— Я жду, сладкая.

Она стянула повязки с тела.

— Как ты хороша… — задыхаясь, шептал он, сжав губами её сосок — Пахнешь малиной. Интересно, на вкус ты тоже малиновая?

И, видя замешательство девушки, кивнул:

— Не переживай… Доплачу и за это.

Она легла на диван и развела ноги. Из одежды на девушке оставались только вуаль, чулки и туфли. Мужчина, устроившись между её ног, провёл пальцем по нежно — розовой горячей щелке:

— Не бойся. Глубоко не трону. Мне проблемы не нужны.

Припав губами к твёрдому клитору, застонал. Она инстинктивно подалась вперёд…

— Я сделаю тебе хорошо, детка. — прошептал он — Это всё, что мне от тебя нужно.

Не отрывая своих губ от гладкого цветка, он вылизывал нежные лепестки. Стонал, сжав руками тугие девичьи бёдра. Целуя розовые губы, скользил языком, то наращивая, то снижая темп.

— Какая ты сладкая! Попробуешь кончить?

Аталина кивнула, прикрыв рот рукой. Она смотрела в стену.

" Интересно, как погиб Рэйз? " — вдруг подумала она — " Кто его зарезал? И долго ли он мучился? "

Сжав голову клиента бёдрами, кончила ему в рот, чем вызвала радостно — исступлённый вопль.

— Ты лучше всех… — простонал мужчина куда — то в бедро девушке.

Одевшись, она открыла дверь. Дождавшись, когда клиент покинет помещение, убрала в чулок полученные деньги. Выйдя, наткнулась на Инону.

— Аталь! — грязно усмехнулась управляющая — А ты молодец. Одним фанатом больше!

У Аталины душа ушла в пятки:

— Линара Инона, я не понимаю… — залепетала она — Всё, как вы учили… По желанию клиента!

Инона резко отмахнулась и тяжёлые браслеты громыхнули на руке:

— Да я не про то! Что делают с тобой клиенты, это их дело. О невозможности проникновения они предупреждены. Эксцессов не было и не будет — у нас приличное заведение!

" Зачем она повторяет это каждый раз? Мне всё это известно. "

— Ты хоть знаешь, КТО это был? — прошипела управляющая.

Аталина пожала плечами.

— Правая рука Главы Круга Хорсеттов.

Девушка вздрогнула:

— Х… Хорсеттов… оборотней?!

Инона обняла подопечную за талию полной рукой:

— Нууу, сам то он человек… А вот Хозяин его вскоре здесь объявится. Я так думаю.

— Зачем? Он же оборотень! Что ему делать здесь?!

— Слухи о тебе, детка, далеко разнеслись… Каждому интересно: шлюха — девственница. А Глава Хорсеттов… Он, конечно, оборотень. Но и мужик же? Иначе бы так просто своего холуя не отправил сюда бы. Так что… Готова будь!

… Хруст печенья. Капли дождя в окно.

Не шлюха. Не жена. Не подруга…

Просто так.

Аталина плакала, уронив голову на руки. Дождь вторил ей, ветер завывал на все лады…

_______________________________________________________________________________________

*Наблюдатели — основатели Мира Лаберилл, почитаемые за богов.