Читаем Кровавая луна (ЛП) онлайн бесплатно
Кровавая луна (ЛП)
Когда случился апокалипсис и Кейтлин Мидоуз была вынуждена выживать в бегах с Джеком Букером, она не ожидала, что они протянут хоть неделю, не оторвав друг другу головы. И уж тем более не думала, что они влюбятся друг в друга. Но теперь она не может представить жизни без него и готова на все, чтобы сохранить жизнь своего любимого в этом мире, кишащем зомби. В попытках найти своих друзей Кейтлин и Букеру приходится пересечь унылый ландшафт, чтобы отыскать секретную группу выживших, у которых могут иметься нужные им ответы. Но зомби, отчаянные охотники за припасами и болезни — это не единственные угрозы в новой суровой реальности. Часики тикают. Когда их время истечет?
Романы / Любовно-фантастические романы***
Николь расхаживала туда-сюда между изножьем кровати и окном, до крови кусая ноготь на большом пальце.
Кейтлин уже должна была вернуться.
Опускались сумерки, небо окрашивалось золотыми, розовыми и оранжевыми оттенками.
Это было бы прекрасным зрелищем, если бы ее лучшая подруга не задерживалась на несколько часов Бог весть где.
— К-кей… Кей, ты должна…
Повернувшись, Николь хмуро посмотрела на Букера.
Он уже больше часа бормотал в лихорадочном бреду, едва пребывая в сознании. Она старалась успокоить его как могла, но не была уверена, что он вообще осознает ее присутствие.
— Пожалуйста… Прошу, дорогая, — мямлил он, протягивая руку к чему-то, видимому только ему.
— Ш-ш-ш, Букер, все хорошо, — сказала Николь, шагнув поближе. — Просто отдыхай.
— Ты должна уходить, — сказал он, моргая помутившимися глазами. — Кей, ты должна уходить. Я не выживу, понимаешь? Ты просто… Ты должна уходить.
— Букер, с тобой все будет в порядке, я обещаю, — присев на край матраса, она взяла с прикроватной тумбочки миску с холодной водой и тряпочку. — Тебе нужно поспать, — сказала она ему, прижимая влажную ткань к его лбу и шее.
— Не могу… Не оставайся, просто… Пожалуйста, птичка певчая, тебе надо уходить.
Смочив его волосы, она шикнула на него.
— Никто не собирается тебя бросать, Букер.
— Придется, — слабо ответил он. — Пожалуйста… Уходи.
Взяв вместо тряпочки пузырек тайленола, Николь достала две таблетки и запрокинула Букеру голову.
— Вот, выпей это, — сказала она, просунув таблетки между его губ. — Это поможет.
Проглотив их насухую, он закрыл глаза, и Николь на мгновение подумала, что он наконец-то задремал.
Крепкая как тиски хватка застала ее врасплох, и пузырек с таблетками упал на пол.
— Бук…
— Я люблю тебя, птичка певчая, — прошептал он. — Прости, что я не продержался дольше. Прости, что у нас было так мало времени вместе…
Наклонившись, Николь сказала:
— Ты еще не умер, Букер. Так что прекрати прощаться.
Его хватка ослабела, но он не казался убежденным. Капельки пота стекали по его лбу и вискам, впитываясь в итак уже промокшую наволочку подушки.
— Нет для меня надежды, Кей… — его слова были едва слышными. — Все те люди, которым я позволил умереть… Надо было догадаться, что меня накажут…
Ужас поселился глубоко в груди Николь, вышибая весь воздух.
Глянув в окно на сереющее небо, она нахмурилась.
***
Кейтлин щурилась, вглядываясь вдаль, хотя перед глазами все расплывалось.
Она отказывалась верить, что заблудилась. Только не после всего случившегося…
На нее накатила очередная волна тошноты, и она содрогнулась в рвотном позыве, согнувшись пополам.
Кейтлин моргнула, и ужас промелькнул перед ее глазами как на старом кинопроекторе.
Открыв глаза, она снова очутилась в окружении высокой сухой травы и угасающего солнечного света.
Сплюнув гадкую смесь слюны и желчи, она вытерла лоб тыльной стороной ладони, игнорируя засохшую красную корку на ее пальцах.
Поправив свой тяжелый рюкзак, она потащилась вперед, уверенная, что идет в верном направлении. Уверенность была ее единственным вариантом.
Сомнение сейчас казалось слишком опасным уступом, на который нельзя опираться.
Измождение наваливалось на нее непосильным бременем, отчего колени делались ватными, а голова шла кругом. Ее затылок пульсировал, волосы сделались липкими и льнули к шее от пота и крови.
Все это неважно. Все события этого дня не имели значения, если она доберется к Букеру.
Последние лучи солнца погасли, когда Кейтлин заметила знакомую крышу примерно в полумиле перед собой.
Густые заросли слева от двухполосной дороги зашуршали, и она застыла.
Нечто слишком крупное для грызуна или дикого кота.
Слишком шумное для хищника.
Гниющая изувеченная рука показалась первой, хватая воздух. Вывалившись из зарослей, фрик зарычал, его почерневший рот раскрылся неестественно широко.
Она должна быть в ужасе.
Одна ночью, столкнувшись с фриком, который двигался прямиком на нее, Кейтлин должна была со всех ног кинуться прочь или запаниковать, потянувшись к оружию.
Вздохнув, она завела руку назад и отстегнула свой топорик от рюкзака.
Один замах вогнал лезвие прямо между глаз фрика, заставив того рухнуть на землю.
Чтобы достать топорик из черепа твари, потребовалось несколько пинков и рывков, но она справилась.
Крепко сжимая рукоятку, она зашагала дальше, крутя головой по сторонам и направляясь к дому.
***
Громкий стук в дверь заставил Николь вскочить на ноги и схватить первый попавшийся тяжелый предмет — металлический книгодержатель в форме дельфина.
Тут уж не до выбора оружия на свой вкус.
Крадучись спустившись по лестницам, она вытянула шею, пытаясь высмотреть что-то в маленькое окошко, которое они оставили для обзора.
— Николь! Николь, открывай чертову дверь!
Она едва не выронила книгодержатель.
— Кейтлин?
Сбежав до низа лестниц, Николь спешно отодвинула баррикаду от двери и отперла засов.
Увидев ее, Николь тут же ахнула, зажав рот рукой.
— О Боже мой.
— Как он? — спросила Кейтлин, протискиваясь мимо.
Николь возилась с ручкой, запирая дверь.
— Он, эм, в тяжелом состоянии, но… — она потрясенно таращилась широко раскрытыми глазами. — Господи Иисусе, Кейтлин, что…
Она уже поднималась по лестнице.
— Он в сознании?
— Он спит, — Николь справилась с запиранием двери и последовала за ней. — Ты достала антибиотики?
Кейтлин пробежала по коридору к комнате, которую они с Букером присвоили себе.
— Сказала же, что достану.
Распахнув дверь, она встала на колени возле кровати, уронив рюкзак.
— Джек? Джек, это я, — звала она, обхватив его лицо ладонями.
Его единственным ответом было неразборчивое бормотание с закрытыми глазами.
— Лихорадка вымотала его, — сказала Николь позади нее. — Он бредил уже несколько часов.
— Джек, очнись, — Кейтлин потрясла его за плечо. — Я принесла то, что тебе нужно.
Дрожащими руками она расстегнула рюкзак и достала пластиковый пакетик с таблетками.
Открыв застежку, она обернулась через плечо.
— Можешь принести ему воды?
Николь кивнула, уже направляясь в ванную в коридоре.
— Джек? — Кейтлин накрыла ладонью его подбородок, чувствуя, как щетина царапает ладонь. — Пожалуйста, очнись ради меня.
Его глаза на мгновение задвигались под веками, затем он моргнул.
— Птичка певчая?
Узел, сжимавший горло Кейтлин, затянулся окончательно.
— Да, это я, — прошептала она. — Я принесла тебе лекарства.
Высыпав горсть себе на ладонь, она отсчитала то, что показалось ей подходящей дозой, и протянула Букеру.
— Тебе нужно выпить их, хорошо?
Николь, вернувшаяся со стаканом и аптечкой, протянула ей воду.
Запрокинув голову Букера, Кейтлин забросила ему в рот пару таблеток и аккуратно помогла ему запить. Она повторяла процесс, пока он не принял все антибиотики и жаропонижающие, которые они могли безопасно ему дать.
Букер слишком ослабел, чтобы держать глаза открытыми, но он потянулся к ней, и его пальцы ухватились за вырез ее порванной рубашки.
— Люблю тебя, Кей, — пролепетал он, погружаясь обратно в сон.
Наклонившись поближе, Кейтлин поцеловала его в лоб.
На вкус он напоминал соль и железо — именно тот вкус, который она ощущала часами.
— Кейтлин… — тихий голос Николь раздался позади нее. — Нам надо подлатать тебя.
Она покачала головой.
— Я в норме.
Что-то прикоснулось к ее плечу, и Кейтлин подпрыгнула.
Николь. Это была всего лишь рука Николь.
— Милая, у тебя на затылке ужасная рана, — сказала ей Николь. — И ты выглядишь весьма потрепанной.
Кейтлин снова посмотрела на Букера, боясь отвести от него взгляд.
— Я никуда не пойду.
— Тебе и не нужно. Мы можем перевязать тебя прямо здесь.
Держа спину напряженной, она один раз кивнула.
— Ладно.
Кейтлин почти не чувствовала жжения антисептика или уколов и тяги иглы с нитью, пока Николь накладывала швы. Она оставалась онемелой, пока ее подруга смывала кровь и грязь с ее лица и рук с помощью тряпок и бруска мыла.
Мир начинал сужаться и меркнуть.
— Викодин тоже нашла, да? — спросила Николь, проверяя содержимое сумки.
— Подумала, что он может нам понадобиться.
— Верно, — сказала Николь, открывая пузырек и доставая две таблетки. — Держи. Выпей их.
— Что? — Кейтлин нахмурилась. — Нет, я не…
— Кейтлин, ты выглядишь так, будто тебя пропустили через мясорубку, а чувствуешь себя, наверно, еще хуже. Тебе надо отдохнуть и расслабиться.
Она начала качать головой.
— Я не хочу быть в отключке, когда Букер очнется.
— Это же не эфир, — сказала Николь, силой вкладывая таблетки в ее руку. — Ты не будешь полной отключке. Пожалуйста, Кейтлин? Ради меня?
Она вздохнула.
— Ладно. Под принуждением.
— Пусть будет так.
Проглотив таблетки, Кейтлин поморщилась. Ее горло оказалось более раздраженным, чем она думала.
Помолчав минуту, Николь села рядом и спросила:
— Ты хочешь поговорить о том, что случилось?
Кейтлин смотрела на Букера, пока тот погружался в более глубокий сон.
— Я сделала то, что должна была, — сказала она. — И я вернулась домой.
***
Спать в сидячем положении в кресле явно нехорошо для здоровья, но варианты Кейтлин были ограничены.
Букера слишком лихорадило, и ему совсем не нужно, чтобы другой человек в постели добавлял тепла. А ее голова слишком сильно раскалывалась, чтобы она допустила хоть одну мысль о сне на полу.
Так что пришлось довольствоваться деревянным креслом-качалкой.
Она то задремывала, то снова пробуждалась, никогда не погружаясь в достаточно глубокий сон для настоящего отдыха.
Честно говоря, она была этому рада.
Каждый раз, когда она закрывала глаза…
Кейтлин резко вдохнула, дернувшись в кресле.
Серо-розовый свет просачивался сквозь кружевные занавески, деликатно сообщая о наступлении утра.
Она начала проводить пальцами по волосам, но остановилась, задев больное место на затылке.
— Эй, ты проснулась, — прошептала Николь позади нее.
Обернувшись, Кейтлин выдавила улыбку.
— Доброе утро.
Николь шагнула поближе, предлагая ей открытую упаковку крекеров с арахисовым маслом.
— Держи, тебе нужно что-нибудь поесть.
Запах сразу же заставил желудок Кейтлин взбунтоваться.
— Нет, спасибо, — она покачала головой. — Я не голодна.
— Тебе нужно поесть. Поддерживать силы.
— Я поем попозже, — пробормотала Кейтлин, вставая, чтобы дать Букеру еще одну дозу антибиотиков.
Между ними повисло напряженное молчание.
Кейтлин чувствовала, как обеспокоенный взгляд Николь следит за ее движениями и ждет, когда она сломается.
Этого не случилось.
В итоге Николь отступила, спрятав остатки крекеров в карман.
— Как он?
Сосчитав таблетки на ладони, Кейтлин сказала:
— Я не уверена. Его все еще лихорадит, и он настолько не в себе… — она помедлила, заставляя себя вдохнуть. — Но с ним все будет хорошо.
Она не знала, кого пытается убедить, Николь или саму себя.
— Почему бы тебе не сходить в душ? Я присмотрю за ним.
Скормив Букеру таблетки и помогая ему запить, Кейтлин покачала головой.
— Я в порядке. Мне не нужна передышка.
— Милая, я тебя люблю, и это единственная причина, по которой я тебе это говорю… Ты пахнешь насколько погано, насколько это вообще возможно для живого человека.
Кейтлин резко повернула голову, и ее шокированный вздох превратился в смех.
— Ладно, ради моей гордости и твоего обоняния я приму душ.
Николь широко улыбнулась.
— Спасибо.
Взяв свою единственную чистую одежду (пару джинсовых шортов и серую майку), Кейтлин пошла к двери.
— Если он очнется…
— Я крикну тебе. А теперь, пожалуйста, иди и соскреби все это с себя, — сказала Николь, грозя ей пальцем.
Прямо перед уходом Кейтлин сказала:
— Как дела с горячей водой?
Николь поджала губы в ровную линию.
— Надолго не хватает. Думаю, в генераторах заканчивается топливо.
В животе Кейтлин образовался узел. Скоро у них закончится электричество, а Букер все еще болеет…
Кейтлин кивнула.
— Тогда постараюсь не мешкать, — сказала она, стараясь говорить будничным тоном.
Она никогда не была любительницей холодного душа, но видимо, самое время принять это и смириться.
После первоначального шока вода сделалась даже приятной, промывая ее рану и успокаивая.
Она мылась и мылась, и мылась. Слои крови и грязи сходили с ее рук, шеи, лица.
Склонив голову под струями воды, она смотрела, как вода сначала становится ржавой и коричневой, потом розоватой, потом прозрачной.
Взглядом Кейтлин следила за тем, как последствия ее действий по кругу смываются в сток.
Она сделала то, что должна была.
Она выжила.
Она вернулась.
Стук по двери заставил ее подпрыгнуть.
— Кейтлин? — позвала Николь.
Протянув дрожащую руку, она выключила воду.
— Да?
— Букер очнулся.
— Ну ты прекратишь?
Кейтлин закатила глаза, снова промокая его лоб влажной тряпкой.
— Нет.
— Кей…
— У тебя все еще высокая температура.
— Не такая высокая, как раньше, — ответил он, и от хрипоты его акцент становился сильнее. — Я даже могу держать голову поднятой и самостоятельно писать.
— Букер…
Теплые ладони схватили ее за руку, удерживая на месте.
— Эй, иди сюда.
Выдернув тряпку из ее хватки, Букер отложил ее, затем подтянул Кейтлин поближе.
Та сопротивлялась.
— Джек…
— Я просто хочу обнять тебя, — пробормотал он, сдвигаясь на кровати, чтобы освободить ей место.
Сделав глубокий вдох, она подчинилась и свернулась калачиком на боку, спиной к нему. Одной мускулистой рукой Букер обнял ее за талию, прижимая к своему телу.
— Мы должны поддерживать тебя в прохладе, — сказала она, выгибая шею, чтобы посмотреть на него.
— Нее, мне нормально.
— Букер.
— Мидоуз, — поддразнил он.
Закрыв глаза, она сделала вдох.
— Ладно. Две минуты.
— Я и этому рад.
Они тихо лежали вместе, и тишину нарушало лишь их дыхание да иногда чириканье птиц за окном.
Другая ладонь Букера скользнула вверх по ее шее, ласково выписывая круги на напряженных мышцах, переходивших в ее плечи.
Когда он начал играть с ее волосами, Кейтлин напряглась за доли секунды до того, как кончики его пальцев прошлись по швам на ее скальпе.
— Что…
