Читаем Красный бутон онлайн бесплатно

— «…Моей племяннице Роуане Редланд, которую я не видел ни разу в жизни, но которая лучше всех моих племянников и племянниц потому, что не ждет от меня никакого наследства, я завещаю…» — Мистер Перкисс вдруг замолчал, озадаченно глядя в документ, но сразу же поспешил разъяснить заминку девушке, сидевшей на другом конце стола: — При составлении завещания ваш покойный дядюшка, мисс Редланд, очевидно, не прибегал к помощи юриста.

— Вы хотите сказать, оно недействительно? — огорченно произнесла Роуана, которой на самом деле не терпелось получить наследство.

— Нет, нет, действительно, но, знаете ли, написано в таких выражениях, — нотариус нахмурился, снял очки и принялся протирать их, — что я лучше переведу его для вас на нормальный юридический язык.

Роуана хотела сказать, что не стоит, ей было интересно, что именно написал дядя, но мистер Перкисс, водрузив очки на нос, продолжил:

— «…я завещаю все свое имущество, движимое и недвижимое, при условии, что она будет поддерживать его прибыльность и вести дела так, как они ведутся в настоящий момент, надзирать за чем станет мистер Джонатан Саксби, опекун. Если по каким-либо причинам мистер Саксби не будет удовлетворен действиями наследницы, то имущество должно быть поделено между…» Дальше список имен…

— Лорис, Джессика, Глэдвин, Хол и Пирс, у всех разные фамилии, — опередила Перкисса Роуана.

— Правда? — Тот удивленно поднял брови.

— У моей матери было пять сестер и брат, который остался холостым, а каждая из сестер имела по ребенку.

Нотариус смотрел на Роуану недоверчиво, так как копия завещания прибыла из Австралии, а он знал, что ее семья давно потеряла связь с австралийскими родственниками. Роуана пояснила:

— Мама записала их имена в своей Библии, когда они были совсем маленькими.

Мистер Перкисс понимающе закивал:

— Ну что же, мисс Редланд, вы унаследовали имущество вашего дяди, но должны помнить об опекуне.

Роуана рассеянно кивнула. «Наверно, какая-нибудь ферма, — размышляла она, — как же я там управлюсь, да еще чтобы этот Саксби остался доволен? Или того хуже — банановая плантация, а я даже не знаю, вверх бананы растут или вниз, или виноградник…»

— Это закусочная под названием «Мальчик-с-пальчик», — объявил мистер Перкисс, покопавшись в бумагах, — и находится она в местечке Укромный Уголок, что в Куинсленде.

— Ах! — Роуана просияла от радости. Как прекрасно управлять маленьким кафе с таким милым названием, да еще в местечке Укромный Уголок! Воображение торопилось рисовать чудесные картинки: всегда оживленная улица (где же еще может быть расположено кафе?), скромный, но уютный зал на двадцать — максимум тридцать посетителей, бумажные салфетки на столиках (надо будет заменить их на хлопковые в яркую клетку), в меню — всевозможные бутерброды и тосты с корицей, а для любителей подкрепиться поплотнее — яичница и гренки с сыром. — Ах! — снова вырвалось у Роуаны.

— Вы и в самом деле заинтересовались, мисс Редланд? — удивился нотариус. Неужели весть о столь ничтожном наследстве, к тому же за тридевять земель и при наличии связывающего по рукам и ногам указания покойного «вести дела так, как они ведутся на сегодняшний день», может так взволновать, недоумевал он.

— Ну конечно, — уверяла его счастливая наследница, — ведь я каждый обеденный перерыв мечтаю о чем-нибудь подобном.

— Да что вы? — все больше удивлялся мистер Перкисс. Обеды ему доставляли прямо в офис из лучших ресторанов города, и он понятия не имел, что значит работать в районе, где есть один-единственный и всегда переполненный кафетерий. А именно туда и ходила его клиентка, потому что в пансионе мисс Гримбелл для избранных леди — а она была из числа избранных — обеды не предусматривались.

Как часто, стоя в длинной очереди, Роуана с подругами принимались мечтать о своем собственном кафе: мысленно выбирали занавески и чайные принадлежности, бесконечно спорили о меню, сойдясь под конец на этих самых сандвичах, гренках и яичнице.

«А еще, — теперь думалось Роуане, — если опекун не будет возражать, я заведу ячменные лепешки со сливками и слоеный пирог. А вдруг будет, что тогда?» Впрочем, она была уверена, что в Укромном Уголке с закусочной «Мальчик-с-пальчик» бояться ей совершенно нечего. Роуана расплылась в довольной улыбке: перед глазами предстало очередное волшебное видение — на чашках тонкого белого фарфора красуется гномик в остроконечной шляпе с пером, такие же гномики на зеленых передниках двух румяных девушек — ее помощниц, звучит какая-то приятная мелодия в стиле ретро…

— Вы меня слышите, мисс Редланд?

— Ох, простите, мистер Перкисс.

— Как я понимаю, вы согласны вступить в наследование имуществом вашего покойного дяди Томаса Тумба?

— О да!

— Надеюсь, вы осознаете, что приступить необходимо как можно скорее, иначе опекун может счесть, что вы нарушили условия?

— К счастью, у меня все готово для отъезда.

— У вас есть какие-нибудь родственники в Англии, мисс Редланд?

— Нет. Моя мать была родом из Австралии, и она единственная перебралась сюда.

— Понятно. — Мистер Перкисс закрыл завещание. — В таком случае все, что мне остается, это пожать вам руку и пожелать удачи на новом месте. Мне кажется, в этом Укромном Уголке с вами не должно случиться ничего плохого, — заключил он отеческим тоном, ибо имел дочь двадцати с небольшим лет — то есть одного с Роуаной возраста.

— Надеюсь, вы совершенно правы, мистер Перкисс. Спасибо, сэр. Будете в Куинсленде — обязательно заходите в «Мальчик-с-пальчик» отведать огуречных сандвичей! — Закрывая дверь конторы нотариуса, Роуана все еще мысленно расширяла меню.

В пансионе мисс Гримбелл шло оживленное обсуждение неожиданного везения Роуаны. Исключение составляла сама мисс Гримбелл, мысленно уже заделавшая новой постоялицей грядущую дыру в своем бюджете.

— Роуана, ты должна устроить закусочные «Мальчик-с-пальчик» по всей Австралии, — настаивала мисс Сильвер.

— Конечно, — охотно соглашалась Роуана, — но для начала мне нужно справиться хотя бы с одной. И я твердо решила, что справлюсь! Из кожи вон буду лезть, но этот старикашка мистер Саксби останется мною доволен!

— Испеки ему тминный пирог, — рекомендовала мисс Джонс, — старики это обожают, и в меню, кстати, включи.

— А вдруг у него нет зубов для тминных семечек? — предостерегала мисс Уайт. — Лучше почаще угощай его мадерой.

— Мой дедушка, — говорила Алиса Уэст, — без ума от сдобы с изюмом.

Потом одна из девушек принесла карту Австралии, и все принялись изучать штат Куинсленд. Долго искали Укромный Уголок, но так и не нашли; зато обнаружили много английских названий, что взбодрило их: Сент-Джордж, Инглвуд и Уитерсфилд (названия вроде Нугга-Нугга или Кунтегелла они, не сговариваясь, опускали).

Через неделю пришло письмо от Джонатана Саксби. Пожилой джентльмен, судя по четкому почерку обладавший твердой рукой, писал исключительно о деле.

— Вот сухарь, — с сожалением вздохнула Алиса, заглядывая Роуане через плечо, — никаких тебе «милочка» и «надеюсь, вы пребываете в добром здравии».

Зато письмо содержало подробные указания, как добраться до Укромного Уголка, — мистер Саксби здраво рассудил, что это сейчас для Роуаны самое важное. «Из Сиднея летите самолетом до Брисбена, Куинсленд, в Брисбене пересаживайтесь на самолет до Литтлвуда», — вообще, пересадок надлежало сделать немало, — «…садитесь на автобус до Укромного Уголка и спросите „Мальчик-с-пальчик“», — писал опекун в конце. «Какая предупредительность!» — умилилась Роуана.

Две недели спустя все, кроме мисс Гримбелл, которая как раз заселяла новенькую на освободившееся место, провожали Роуану в аэропорту.

Путь ее пролегал через Карачи, Нью-Дели, Бангкок, Сингапур, Дарвин, Сидней. В Сиднее Роуана не увидела ничего, кроме аэропорта Кингсфорд Смит, — нужно было торопиться, чтобы не опоздать на самолет до Брисбена, где времени до следующего рейса опять оставалось в обрез. Последний перелет показался ей самым долгим, а ведь на карте, которую они рассматривали в Лондоне, это расстояние занимало всего несколько дюймов. Но вот, наконец, самолет приземлился на каком-то поле, заросшем чертополохом и одуванчиками. Сойдя по трапу, Роуана увидела неподалеку автобус и направилась к нему. Молодой водитель подтвердил, что автобус проезжает Укромный Уголок и прибудет туда в соответствии с расписанием, несмотря на то что везти с аэродрома некого, возможно, она будет единственной пассажиркой.

— Запрыгивайте, — пригласил он в свою обшарпанную колымагу. В салоне не хватало половины стекол, а оставшиеся все были в трещинах.

Жутко дребезжа, этот драндулет катил по узкой асфальтовой дороге.

— А что вы забыли в этом Укромном Уголке? — поинтересовался водитель.

— Мне нужно кафе «Мальчик-с-пальчик».

— Ах, «Мальчик-с-пальчик»? Как же, знаю, — буркнул он и больше ничего не спрашивал, удовлетворив, видимо, свой интерес.

«Спасибо и на этом», — с тоской подумала Роуана.

По обе стороны дороги тянулись плантации сахарного тростника, и в любое другое время она залюбовалась бы причудливой их мозаикой, но сейчас ей все больше становилось не по себе. Плантации тростника сменились рощами каучуковых деревьев, затем начались холмы, где росли бананы, потом были папайи, кокосовые пальмы, снова сахарный тростник и еще какие-то зеленые кусты с розоватыми цветками. Роуана хотела спросить, как они называются и что еще выращивают в Австралии, но не осмелилась отвлекать водителя — дорога была узкая, и навстречу неслась очередная колонна грузовиков. «Все это, конечно, очень красиво, но где же города?» — недоумевала Роуана. Она знала, что в Англии, даже сравнительно недалеко от Лондона, есть безлюдные места и около Нью-Йорка, ей рассказывали, тоже. Но чтобы такие огромные пространства?

— Подъезжаем, мисс! — наконец объявил водитель. Однако, выглянув в окно, Роуана обнаружила все то же узкое разбитое шоссе и вереницы трейлеров впереди и позади их автобуса.

— Как много машин, — заметила она.

— Да уж, мисс. Ведь эта трасса соединяет два города — по ней все время что-нибудь перевозят. И хорошо, я вам скажу, что здесь есть «Мальчик-с-пальчик», где дальнобойщики могут червячка заморить. Говорят, скоро напротив еще закусочная откроется. Ну да эти шоферюги быстро разберут, с какой стороны хлеб маслом намазан. — Парень засмеялся собственной шутке. — Приехали, мисс.

— Как — «приехали»? — ошарашенно переспросила Роуана. Прямо на нее смотрело уродливое, обитое оцинкованным железом здание с вывеской, где огромными буквами значилось: «Мальчик-с-пальчик», а чуть ниже и помельче было выведено имя бывшего владельца — Томас Тумб.

— Это и есть «Мальчик-с-пальчик». — Парень кивнул в сторону здания и принялся выгружать ее вещи.

Роуана была в шоке.

— Ну, если вы остаетесь, мы еще увидимся, — тараторил водитель, — я всегда ем вместе с дальнобойщиками, а они едят здесь. Они знают толк в еде и вечно здесь толпятся. Неудивительно, что скоро будет две закусочных. — Он посмотрел на Роуану. — Так вы остаетесь?

— А здесь, наверно, не подают ячменных лепешек со сливками? — пролепетала она в ответ, уже готовая расплакаться.

— Никогда, мисс, — ухмыльнулся парень, садясь за руль, — а вы дерните вот за этот колокольчик и сами убедитесь.

Взревел мотор, и автобус уехал. Его место тут же занял трейлер, затем подкатил второй. Спрыгнув на землю, водители и их напарники смерили Роуану оценивающим взглядом, потом один из шоферов принялся нетерпеливо дергать за колокольчик, укрепленный у двери кафе.

— Стейк с яичницей или яичницу со стейком? — закричали из цинковых недр заведения. — Сколько?

— Четыре, нет — пять, с нами леди.

— Нет, — поспешила отказаться Роуана, — мне только сандвич.

— Стейк и яйца четыре раза и один сандвич. — Откуда ни возьмись вынырнул мужчина и с грохотом опустил на непокрытый стол, сооруженный из козел, четыре гигантские тарелки с бифштексами и яичницей. Затем он притащил томатный соус и гигантские бутерброды с маслом высотой чуть ли не с Пизанскую башню. — Сандвич для леди, — объявил «официант» в протертых джинсах, черной майке и шляпе на затылке, роняя на стол еще одного гиганта. — Солонину с собой? — спросил он и снова исчез.

Шоферы попросили Роуану разлить чай, который был заварен в огромном чане, напоминающем урну для мусора, и оказался очень крепким. Потом они положили себе в чашки по нескольку ложек грязно-серого сахара («Лучший в мире нерафинированный солнечный сахар, мисс»).

Когда с едой было покончено, поднялся страшный шум — каждый рвался заплатить за Роуану.

— Сейчас же прекратите! — возмутилась она, пораженная столь необузданной галантностью. — Ничего не надо!

— Очень жаль, мисс. Не в каждом рейсе леди разливает нам чай.

Спор, однако, прекратился, и все полезли за деньгами. «Официант» никак не мог справиться с подсчетами, и на помощь был призван повар. К большому удивлению Роуаны, из кухни явился молодой человек в белоснежной рубашке с короткими рукавами и довольно чистых серых брюках. Вынув карандаш из-за уха, он спросил:

— Так как же мы платим?

— Каждый за себя, — быстро сказала Роуана.

— Тогда с вас пятьдесят центов, мисс.

Сотрапезники Роуаны опять было принялись спорить, но в конце концов удалились, на прощанье дружно помахав девушке. Та взглянула на повара.

— Мне, — волнуясь, начала она, — мне… не нужно платить…

— Но вы же сами сказали: каждый за себя. Пятьдесят центов, мисс.

— Я могла бы, конечно, заплатить, но это же смешно.

— Ничего, я не из смешливых.

— Ну ладно, хватит, — вспыхнула Роуана. — Если бы я только знала раньше, что за дыра этот ваш Укромный Уголок, я не стала бы тратить все свои деньги, чтобы добраться сюда!

— Добраться? А вы не…

— Вы хотите спросить, уж не я ли мисс Редланд?

— Вот именно…

— Да. Меня зовут Роуана Редланд, к вашему сведению. Мне и в голову не могло прийти, что «Мальчик-с-пальчик» такая консервная банка, что это не приличное кафе, где официантки в передниках, где сандвичи…

— Ну уж этого у нас хватает.

— …с огурцом, сливки…

— Вы здесь не приживетесь, мисс. — Повар смотрел на нее с презрением. — Я предупреждал старину Тома, но он и слушать не хотел, сказал только: «Ты присмотришь за ней, Джо».

— Джо?

— Вы хотите спросить, уж не я ли Джонатан Саксби? Да, это я.

— Но вы же… но вы же не старый! А как же тминный пирог, сдоба с изюмом…

— Что? Какая еще сдоба? Вы вообще хорошо себя чувствуете, мисс Редланд?

— Плохо. — Роуана рухнула на табуретку. Налила в чашку чаю и, выловив листья заварки, сделала глоток. Вкус был отвратительный. Она подсластила чай ложкой грязного сахара, и тогда ей стало немного лучше. «Недаром дальнобойщики так уважают сей местный продукт», — подумалось ей.

Тем временем Джонатан Саксби вынул из кармана какой-то конверт и протянул Роуане.

— Телеграмма, — кратко сообщил он, — пришла незадолго до вас.

Роуана вскрыла конверт. Это была шуточная телеграмма-заказ, который прислали ее верные подруги из пансиона. «Семь порций гренков с корицей», — гласил заказ, под которым стояли семь подписей.

И вот тут-то Роуана не выдержала и разрыдалась.