Читаем Костяные врата онлайн бесплатно

Посвящаю эту книгу друзьям и родным, которые сделали мою жизнь намного интереснее.

Вот их имена:

Уэйн Ален

Высокий, худой мужчина, который всего добился в жизни сам. Он продолжает трудиться и стремится познавать мир даже в свои 90 лет, и всегда готов не только поделиться опытом, но и помочь.

Мой дядя — Сэм Стайн

Еще один человек, который всего добился сам; его трудолюбие можно сравнить лишь с его щедрым сердцем и столь же изобретательным умом. Надеюсь, мы еще поднимем бокал за твой 100-летний юбилей.

Бернард Коуч

Искренний джентльмен. Каждый его визит озаряет наш дом ярким светом. Общение с таким светлым человеком — всегда удовольствие, всегда подарок.

Лэрри Стоун

Нежный гигант с большим чувством юмора, сравнимым лишь с его честностью и щедрым сердцем.

Александр, Тайлер Джо и Адриан

Юные мои читатели и сами по себе удивительные люди.

Моя мама Барбара и моя тетя Крисс,

которые привили мне любовь к чтению и приключениям. Мне вас очень не хватает… Вы навсегда с нами…

Над Авенхой взошла полная луна и своим золотистым сиянием разогнала сумрак ночи. Жители Авенхи спали после тяжелого сбора урожая и приготовления запасов на предстоящую зиму. По всем приметам надвигалась суровая зима. И даже сейчас, ночью, охотники отправились на промысел в надежде добыть оленей, кабанов и диких коз, чтобы сделать заготовки на зиму.

Ренарт заворочался, пытаясь вытянуть свои длинные ноги и при этом никого не потревожить. Он давно уже сидел у двери дома вождя Мантора и не понимал, зачем его позвали. Правда, в глубине души надеялся, что его простили. Ренарт потер руки и посмотрел на такую дорогую ему татуировку на большом и указательном пальцах — так помечали всех, кто имел отношение к Гильдии Торговцев. Он любил свое дело и очень переживал, что его отлучили от него.

И зачем он только связался с чужаками? Да откуда было знать, что этого не следует делать? Они выглядели такими безобидными, растерянными, даже беззащитными, когда появились здесь. Кто бы мог подумать, что он так ошибется! Правда, были и другие, из-за них-то все и случилось.

Ренарт первый познакомился с пришельцами, рассказал им о своем мире, помог выжить… и те, другие, настолько хорошо освоились здесь, что стали охотиться на его собственный народ. Как Ренарту винить вождей, которые из-за тех, других, отказались иметь с ним дело? В наказание Гильдия Торговцев отобрала у него патент, понизила его в должности до простого клерка. И зачем он начал вести торговлю с незнакомыми людьми, не согласовав свои действия с гильдией? Теперь-то он понимал, что это выглядело как превышение полномочий. На самом деле все не так: просто было любопытно, к тому же хотелось помочь пришельцам. В конце концов, его должны понять, и несомненно он вновь обретет доверие соотечественников.

Несомненно?

Ренарт уставился на свои ботинки. Да, обувь пришельцев странная… кроссовки, так они их называют. Удобные! В них можно двигаться почти бесшумно, и он продолжал носить их, несмотря на все неприятности, которые доставила ему торговля с чужаками. Даже сейчас он не считал, что поступил неправильно. Он же не мог знать, что эти пришельцы такие разные, как добро и зло, словно две стороны монеты… Ренарт не успел додумать, как его позвали.

Внутри дом тускло освещался занавешенным фонарем; пылающие угли в очаге, обложенном камнями, отгоняли ночной холод. Вождь сидел на покрытом шкурой кресле, татуировки на лбу и скулах свидетельствовали о его высоком ранге. Мантор выбил трубку о камень. Ренарт стоял и гадал, что замыслил вождь.

В дверь просунулся караульный:

— Сколько еще нам ждать?

— Всю ночь. И следующую. И еще одну, если понадобится, — ответил Мантор и добавил: — Пока ловушка не захлопнется.

— А если они не придут?

— Тогда разведчики ошиблись, хотя я так не думаю. Полагаю, наше ожидание завершится этой ночью. А как ты думаешь, Ренарт?

Молодой торговец покраснел.

— Я… я не понимаю, зачем меня позвали и чем я могу помочь. Вождь Мантор, вы — лучший предводитель из всех, но… — Ренарт содрогнулся при одном воспоминании, — Черную Руку невозможно остановить. Они пользуются колдовством. Я лишь могу посоветовать смириться с этим.

— Понятно. Мне нужен писец помогать моей дочери вести хозяйственные записи. А почему я выбрал тебя… — Вождь сделал паузу. — Я — вождь и умею ценить людей. Думаю, ты заслуживаешь, чтобы тебе дали шанс.

Вождь взглянул на угли в очаге, потом перевел взгляд на дочь, лицо которой было разукрашено так же, как и его. Она что-то писала, перо быстро двигалось по бумаге.

Другой караульный просунул голову в дверь:

— А если мы ошиблись в расчетах?

— Я так не думаю. Они ленивы, сами не работают, собрали вокруг себя изгоев; нападают на селения после сбора урожая. Должны ли мы ждать помощи свыше, ниспосланную от Властителя, или должны защищаться сами, используя его опыт и умение, которые перешли от Него к нам? Я выбираю сражение! Нервничаешь, Фламег, или не терпится сразиться?

— И то и другое. Ожидание всегда томительно.

Фламег грузно переступил с ноги на ногу, половицы скрипнули, и он замер, испугавшись, что может привлечь внимание и их засада раскроется, потом погладил свой длинный лук.

— Не вздумай начать раньше времени, — предупредил Мантор, взглянув на него.

— Не буду, хотя скорее бы. Совет согласился с твоим планом, и я готов…

Снаружи раздался предупреждающий крик, но тут же потонул в глухом гуле приближающегося топота копыт. Судя по звуку, врагов было много.

Все вскочили. Задремавший было Ренарт тоже поднялся. Наблюдая за происходящим, он все еще не мог до конца прийти в себя, стоял со взъерошенными волосами, закутавшись в клетчатый плащ. Он не был бойцом, как вождь, или Фламег, или даже Пира, дочь вождя. Ренарт взглянул на свои руки и гибкие пальцы с татуировкой торговца. Когда гильдия его простит и он станет начальником, у него на виске появится точка, обозначающая его знания и опыт. У Фламега татуировка на его могучих плечах, ее можно увидеть, только если он снимет тунику.

Ренарт до сих пор не мог понять, жалеет ли, что вступил в контакт с чужаками, особенно с теми, кто пришел потом, — с Черной Рукой. И тем не менее он без колебаний торговал и менялся с ними до тех пор, пока они не схватили и не начали пытать его. Эти пришельцы смертельно враждуют между собой — Маги и Черная Рука. И он, Ренарт, к несчастью, испытал это на себе.

Чужаки принесли с собой войну, такую же, как когда-то вел Властитель. Сейчас его огромное царство живет в мире, и города и селения управляются в соответствии с советами, которые черпают вожди из древних рукописей Властителя, а также из наставлений и видений Его Святого Духа. Даже крепости Властителя теперь лишь развалины из гниющего дерева.

Пока другие готовились к бою, Ренарт направился к Пире. Он взял у нее бумагу, чернила и кожаный мешок. Девушка тоже готовилась к бою: вытащила кривую саблю и проверила лук и стрелы. Пытаясь не выказывать своего страха, Ренарт сложил письменные принадлежности и закинул мешок за спину. Гул копыт приближался к воротам Авенхи.

Мантор выглядел довольным.

— Они пришли. Их ждет ловушка. Все за мной, — кивнул он дочери.

С холма спускалось оранжевое пламя — всадники с факелами. У Ренарта перехватило дыхание. Он понял, что услышанные рассказы о них вовсе не преувеличены. Ренарт виновато опустил голову. Не он привел чужаков в свой мир, но невольно способствовал тому, чтобы они здесь задержались. Сначала их было чуть больше трех десятков, но позже они привели к себе всех бездельников и изгоев, промышлявших воровством и грабежами.

Примерно с полсотни коней в клубах дыма и пыли неслись к закрытым воротам селения. Почти не сдерживая коней, передние всадники подняли руки и на деревянных воротах вдруг отразились лунные лучи. Под ударом какой-то неведомой энергии ворота разлетелись в щепки, и дом вождя затрясся. Мантор, увидев это, выругался. Ренарт взглянул на него: неужели он думал, что ворота выдержат кристаллы? Караульный схватил вождя за локоть:

— Пора?

Мантор отрицательно покачал головой. Рядом с ним стояла Пира, вся побледневшая, но, несмотря на это, полная решимости.

— Пока еще нет, — тихо сказал вождь. — Рано.

Всадники ворвались в селение и, снося двери домов на своем пути, устремились к продовольственным складам. Ренарт почувствовал, как у него подкашиваются ноги, и напрягся, стараясь не потерять равновесие, благо подошвы его странных ботинок не были скользкими.

Внезапно дверь одного из домов открылась, оттуда с криком выскочил мужчина и, размахивая косой, на какой-то миг перегородил собой всю улицу, затем упал, завопив от боли, — в его бедре торчала стрела. Всадники, не обращая на него внимания, пронеслись прямо по нему.

— Упрямец, — пробормотал Мантор. — Не захотел уйти со всеми. Ну, они за это заплатят нам.

Пира легонько вскрикнула и быстро прикрыла рот рукой, стараясь подавить свои чувства — вожди должны быть твердыми. Другой рукой она сильнее стиснула рукоятку своей сабли. Ренарт смотрел на нее с восхищением, ему казалось, что он не видел никого отважнее и прекраснее ее.

— У нас ничего не выйдет, — произнес Фламег.

— Посмотрим. — Мантор снял с плеча длинный лук и натянул черную стрелу. Он стоял в тени дома и сузившимися глазами смотрел, как разоряют его селение, которое он обязан защищать.

Ренарт затаил дыхание от ужаса. Всадники, громко крича и жестикулируя, окружили склад. Шесть человек спешились и, взяв бревно, бросились таранить прочные двери склада. Дерево трещало, но не поддавалось.

— Оставьте! — прозвучал женский голос.

Она натянула поводья, и ее лошадь стала. Но женщина не спрыгнула вниз, а просто подняла затянутую в перчатку руку: сверкнул кристалл, и тут же из него вырвался луч света. Дверь задрожала. Женщина прогарцевала по кругу и с высокомерным видом вновь подняла руку, — вылетела новая молния. Дверь разлетелась, а ее обломки загорелись.

— Мы не сможем сражаться холодным оружием против огня, — прошептал Фламег.

— Сейчас нет. — Мантор опустил лук и еще дальше отступил в тень. — Фламег, забирай Пиру и уходи.

— Вождь… — начал было Фламег, но Мантор его перебил:

— Здесь ты ничего не сможешь сделать. Бери ее и уходи.

Фламег кивнул, сделал жест повиновения, приложив кулак к плечу, хотя было заметно, что подчиняется он неохотно. Пира быстро поцеловала отца, последовала за Фламегом, и они растворились в темноте.

Снаружи раздались возмущенные сердитые крики — нападавшие обнаружили, что склад пуст. Они стали забрасывать его факелами, деревянное здание, построенное недавно, занималось неохотно.

В ярости всадники начали громить пустые дома, склады, конторы гильдий, предавая все огню, грабя то немногое, что осталось.

Теперь Авенха была не только покинутой, но и разрушенной. Вождь стиснул зубы в бессильном гневе. Он что-то бормотал про себя, обращаясь к Властителю. Ренарт вздохнул и закашлялся от дыма. Глаза начали слезиться.

С криками ярости и разочарования всадники понеслись обратно к воротам, пришпоривая и нахлестывая лошадей, бросая оставшиеся факелы на полуразрушенные стены. Стук копыт затих в ночи.

Когда вождь и Ренарт вышли на улицу, кругом все пылало. Они направились верхом через пустынные поля к пещерам в холмах, где спрятались жители селения.

— Ты был прав, Ренарт. Эту Черную Руку нельзя остановить. Но ты все же поможешь нам бороться с ними, — грустно произнес Мантор. Он остановился, освещенный лунным светом, и положил руку на его плечо. Торговец с трудом унял дрожь; теперь он понял, зачем вождь призвал его этой ночью. — Я посылаю тебя к Магам.

Ренарт привык ездить в фургоне торгового каравана, поэтому сейчас осторожно направлял свою лошадь по ночной дороге; под копытами чавкала грязь, которая при ярком, серебряном свете луны казалась зловеще черной. Надо бы двигаться быстрее, однако Ренарт опасался, что лошадь может споткнуться, упасть и сломать ногу. Тогда пришлось бы идти пешком, и он, скорее всего, не доберется до Магов — просто замерзнет на горных перевалах.

Медленно передвигаясь по дороге, Ренарт горестно размышлял, не усугубит ли он еще больше свое положение тем, что вновь отправляется к Магам без разрешения гильдии. Но, с другой стороны, он не может этого не сделать. Кто стал бы спорить с Мантором, вождем Авенхи и советником Святого Духа? Вождь следует путями Властителя, Ренарт обязан беспрекословно ему подчиняться. Если это грозит новой бедой, в конце концов, он перенесет ее. Возможно, станет бродягой, одним из тех вечно странствующих поденщиков, которых все презирают за то, что они оказались вне законов. Ренарт мог бы их кое-чему научить, да и поучиться у них. Снова начнет путешествовать, и это хорошо. Работа клерка на складе все-таки совсем не то.

И вот теперь он вновь в пути, хотя все тело болит от непривычной езды верхом на лошади. Ренарт пробормотал слова благодарности Святому Духу Властителя за то, что движется в противоположном направлении от всадников. Он не имел ни малейшего представления, слышит ли его Дух давно ушедшего воина. Однако земли Духа долгое время пребывали в спокойствии и благоденствии после смерти Властителя. Советники молились Его Духу и получали ответы, по крайней мере, так говорили. В библиотеках хранились целые тома с мудрыми советами, которые оставил Властитель еще при жизни.

Властитель учил, что земли этого мира представляют собой как бы цепочку из сцепленных рук, непреодолимую стену духа и знания, которая может противостоять любому врагу до тех пор, пока все помнят, что цепь состоит из многих звеньев и служит общему делу. В течение веков сохранялся здесь мир. До этого Властитель разгромил врагов, пришедших из-за моря. Говорили, что врагов обратила в бегство не только мощь Властителя, но и эпидемия чумы; и многие опасались, что подобное теперь может повториться.

И все же, думал Ренарт, как советы Властителя помогут им против новых, неведомых врагов? С этими тяжелыми мыслями и слипающимися глазами он медленно ехал по темной дороге. У него не было ответов, и в данный момент непосредственными опасностями для него были ночь и одиночество. Оставалось только надеяться, что до утра ничего страшного не произойдет.