Читаем Космический Армагеддец (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Багровский Артур

Багровский Артур

Космический Армагеддец

"КОСМИЧЕСКИЙ АРМАГЕДДЕЦ"

история с душком авантюризма, иронии и сарказма

по мотивам романа

"КОСМИЧЕСКИЙ АПОКАЛИПСИС"

Аластера Рейнольдса.

(полусценарий)

ЧАСТЬ 1. ЧЕЛОВЕК СО ШРАМОМ

Сон о ночной автопогоне: некто удирает от полиции. Поздним утром Фёдор Фролов выходит из добротного, но запущенного загородного дома, видит покосившийся почтовый ящик. Короткое воспоминание: момент наезда на почтовый ящик. Фёдор бросает тревожный взгляд на закрытый гараж. Фёдор затравленно осматривается и торопливо уходит по улице.

Фёдор едет в вагоне надземки. За окном панорама большого красивого современного города. В окне отражение Фёдора - это крепкий, склонный к полноте блондин с короткой стрижкой и в очках а-ля Леннон.

Второе воспоминание о ночной погоне: за рулем машины Фёдор.

Остановка. Фёдор выходит из дверей вагона. Уличная суета. Фёдор входит в современное здание, со стилизованным под классицизм порталом с надписью УНИВЕРСИТЕТ. Он идет по людным и шумным коридорам мимо студентов и преподавателей, некоторые из которых с ним здороваются по имени отчеству. Все выше и выше, лестницы, коридоры. Людей становится меньше.

Дверь с табличкой ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ.

Пустой коридор. Дверь с табличкой КАФЕДРА АРХЕОЛОГИИ.

Дверь резко распахивается, навстречу вылетает молодой, но полноватый тип в кое-как заправленной рубашке и помятых брюках. На носу тонированные очки а-ля Берия. Это - младший научный сотрудник Чухонцев.

Чухонцев язвительно. Доброе утро, Фёдор Петрович!.. О, сочувствую!

Недоумение.

Чухонцев. Вам отказали в научном гранте! Опять!

Недоумение.

Чухонцев. О, я видимо поспешил с новостью. Это стало известно вчера во время заседания ученого совета. Я ведь там присутствую... в отличие от вас.

Фёдор, нахмурившись, проходит в дверь.

Чухонцев вдогонку. Сочувствую!

Дверь с табличкой ЗАВЕДУЮЩИЙ КАФЕДРОЙ АРХЕОЛОГИИ ВИЦЕ-ПРОФЕССОР ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ И. К.

Фёдор врывается в кабинет профессора и прямо с порога бросает. Слыхал, мне снова отказали в научном гранте!

Профессор, сухонький, живой старичок в старомодном пенсне. И вам доброго утра, Фёдор Петрович. Чтобы получить научный грант, как вы только что изволили заметить, нужно заниматься наукой. И соблюдать элементарные правила приличия. Например, не врываться в кабинет своего научного руководителя.

Фёдор. Выходит, если бы я постучался, а потом раскланялся - грант мне бы дали?

Профессор. Видите ли, Фёдор. Неуважительное отношение к людям указывает на аналогичное отношение ко всему прочему. В том числе и к работе. Федя, мы все и я лично глубоко уважаем вашего дедушку, благодаря которому вы до сих пор бесполезно занимаете место на кафедре. Но грант вы не получите. По крайней мере, до тех пор, пока я занимаю этот кабинет.

Фёдор. Я...

Профессор. Да-да, жалуйтесь ректору и проректору - это ваше конституционное право. А сейчас потрудитесь пройти на свое рабочее место и заняться наукой. Кстати уже одиннадцатый час. Но вы, я уверен, как обычно были в архивах, разумеется.

Преображенский склоняет голову к столу - разговор окончен.

Фёдор покидает кабинет.

Злоба, непонимание.

Фёдор заходит в просторную комнату, где находится несколько человек. Не здороваясь и не замечая никого, он проходит к своему столу, падает на стул и смотрит на древнюю карту мира, на которой еще нет Америки.

"Раньше мир был мал, и всё было куда проще".

Новое воспоминание о происшествии. Автомобиль мчит по ночному пригороду. Фёдор за рулем нервно оборачивается, подъезжая к дому, задевает почтовый ящик, прячет машину в гараж и забегает в дом. Не включая света, выглядывает в окно второго этажа.

"Погони нет? Оторвался? Может, пронесло и всё обойдется?"

Фёдор шлепается в кресло, расстегивает ворот рубашки, отирает лицо носовым платком и закрывает глаза.

Воспоминание внутри воспоминания. Мелькают сцены из более раннего события: Фёдор пытался ограбить ювелирный магазин.

Неудача. Полиция. Преследование. Бегство.

За окном раздается звук едущего автомобиля. Фёдор вздрагивает, подскакивает к окну. Мимо проезжает такси.

Облегчение.

"Снова неудача!"

Досада.

Фёдор вспоминает несколько попыток ограбить банк, торговый центр, казино.

Затем попытки получить кредит в различных банках.

Отказать!

Отказать!

Отказать!

Отказать!

Затем звучит фраза из уст насмехающегося Преображенского: "Федя, мы очень уважаем вашего дедушку, но грант вы не получите".

Фёдор в настоящем времени: он по-прежнему за рабочим столом. Фёдор достает из стола потрепанную папку, развязывает тесемки и смотрит на разрозненные листы.

"Чертовы дедовские дневники! Из-за этого маразматика меня подняли на смех, отказали в гранте".

Фёдор вспоминает, что уже давно засиделся в аспирантах. Тот противный Чухонцев, что столкнулся с ним в дверях, моложе его на три года, но уже защитился и посмеивается над Фёдором. Фёдор сидел бы тихонько и дальше, но примерно полгода назад он честно решил заняться археологией, которую не любит.

Поскольку интереса к науке нет, придумать Фёдор сам ничего не мог, потому и решил прибегнуть к помощи дедовских дневников.

Его дед - Аполинарий Аполлонович Фролов-Бельведеров - в прошлом выдающийся ученый-археолог. Он исколесил всю Галактику, сделал множество открытий, заслужил звание АРХИПРОФЕССОРА ДРЕВНЕЙШЕЙ ГАЛАКТИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ, являлся почетным членом многих университетов и научных обществ множества планет, до последнего момента возглавлял кафедру.

Пять лет назад дед принял решение зачислить на кафедру внука, поскольку заботиться о нем был уже не в силах. После этого Аполинарий Аполлонович подал в отставку и зажил тихо в своем отдаленном доме.

Фёдор деда не любит, называет не иначе как дед Апоп, а его домик на берегу моря - скитом. Фёдор считает, что дед и дальше должен бы заботиться о нем, а не бросать на произвол судьбы. В свои почти тридцать лет Фёдор еще не определился с профессией, а зачисление на кафедру считает оскорблением.

Около года назад дед неожиданно попросил Фёдора приехать, чего еще ни разу не случалось. Фёдор приехал и узнал, что дед сильно сдал за последнее время и даже слег, но не просит ухаживать за ним. Лишь попросил сохранить его дневники до "лучших времен".

Дед. Однажды скитаясь по окраине Галактики, я натолкнулся на удивительное нечто - Космический Занавес. Это было что-то таинственное, что ждет своего часа. Всё, что мне известно об этом феномене находится в моих записках. Сохрани их до лучших времен.

Фёдор спорить не стал, и расспрашивать тоже - просто забрал пухлую пожелтевшую папку и уехал. Потом он принес ее на работу и попытался разобраться в записях. Это было для него не интересно, поэтому Фёдор забросил дневники. И вот решив внести свой вклад в науку, Фёдор вновь принялся за разбор дедовых записей. Он отделил то, что касалось Занавеса, и принялся тщательно изучать.

Как оказалось, первоначальную информацию о Занавесе дед узнал на планете Пукао от каких-то местечковых жрецов. Фёдор деду не особенно верил, считая его истории обычными байками. Так бывает, когда не можешь поднять свой авторитет, проще опустить того, кто рядом. Так что для Фёдора дед был простым старым болтуном - Врунгелем. А тут еще жрецы с какой-то отдаленной планеты! Откуда им-то знать, что находится на окраине Галактики? Неудивительно, что Фёдор засомневался в подлинности записей, но что делать? Ничего иного Фёдор придумать не мог, поэтому он кое-как прочел всё, что касалось Занавеса, и после этого попросил финансировать научную экспедицию.

Заявку рассмотрели и отказали, поскольку Фёдор не мог привести никаких убедительных доводов. Когда его спросили, откуда у него, человека никогда нигде не бывавшего информация о Занавесе, он не стал ссылаться на дневники деда, поскольку это принизило бы его собственное достоинство.

Ему вспомнилась фраза, случайно услышанная от коллег: "Вот его дед - это авторитет, а этот так себе - серая посредственность. Точнее полный ноль. Сидит - штаны протирает. Даже на Земле ни разу не выбирался в полевую экспедицию". Позднее Фёдор вскользь упомянул о дневниках Чухонцеву.

Чухонцев разочарованно. Так это заслуга Аполинария Аполлоновича...

Фёдор пожалел, что проболтался: Чухонцев с тех пор начал над ним посмеиваться и подтрунивать.

Денег на экспедицию нет. Собственных сбережений мало. Фёдор пытался взять кредит в банке, но кредитов на научные изыскания не существует. Фёдор попытался найти спонсоров - не нашел. Пробовал провернуть несколько сомнительных операций с недвижимостью: кое-кто погрозил ему пальцем, и дело пришлось свернуть.

Отчаяние.

Фёдор решается пойти на ограбление, но терпит неудачу за неудачей, поскольку не имеет абсолютно никаких навыков на этом поприще. Его последняя попытка ограбить ювелирный салон едва не закончилась арестом. Задним числом он сообразил, что даже не подумал, куда сбудет награбленное! Так что разбойника из Фёдора тоже не вышло...

Кафедра. И вот он сидит за столом перед пожелтевшими листками, костерит деда и потирает шрам на лбу. Из-за этого шрама Фёдора со школьных лет называли не иначе, как Гарри Поттером. И еще за очки с круглыми стеклами. Сам Фёдор считал, что похож на Джона Леннона, даже волосы носил на его манер. Но Ленноном его никто не называл, потому что никто не видел толстого Джона Леннона со шрамом на лбу, а Фёдор был именно таков. Волосы он остриг еще в школе и даже немного похудел, но и сейчас он слышал иногда вслед: "Вон толстый Гарри пошел".

Фёдор возвращается к реальности: он так и сидит за столом с разложенными записями, перед ним старинная карта мира.

Доносится смех молодой аспирантки Светы, с которой заигрывает Чухонцев.

Зависть.

Они обсуждают его? Может этот Чухонцев треплется, какое у Фёдора было лицо, когда ему сообщили об очередном отказе?

Фёдору Света нравится. Особых предпочтений в отношении женщин у него нет, но Света вот она - рядом, каждый день мелькает перед глазами. Будь здесь брюнетка Оля или рыжая Маня, он запал бы и на них, но здесь Света: молоденькая стройная блондинка, год как поступила в аспирантуру. Не из-за нее ли у Фёдора проснулся дух авантюризма? Неужели дело в банальном соперничестве? Фёдор всегда считал себя выше этого. Хотя Света никому не отдает предпочтения, ко всем относится ровно, но этот Чухонцев... Она ведь ему не нужна. Просто так флиртует, чтобы Фёдору досадить!

Ревность.

"Надо всем показать, чего я стою".

Фёдор пытается вникнуть в дневники.

Вечер. Фёдор поднимает глаза, потягивается. В комнате никого. Смотрит на часы: пора домой. Он собирает бумаги, открывает стол.

Сомнение.

Фёдор берет дневники с собой, почитать на сон грядущий.

Фёдор возвращается. Возле дома его поджидает неизвестный долговязый мосластый тип восточной внешности. По манере держаться и по костюму он напоминал офисного клерка, а не полицейского, но Фёдор долго наблюдает за ним с противоположной стороны улицы. Решив, что этот тип не связан со вчерашней попыткой ограбления, Фёдор решается войти в дом. Как только он оказывается в поле зрения долговязого, тот идет ему навстречу. Фёдор старается делать вид, будто не замечает того. Оба сходятся перед калиткой.

Фёдор первым. Кого-то ищете?

Незнакомец радостно. Вас!

Фёдор удивляется. Чем обязан? Мы знакомы?

Незнакомец. Вы меня не знаете, но я знаю вас - Фёдор Петрович Фролов?

Фёдор угрюмо. Ну, допустим.

Незнакомец смотрит на покосившийся почтовый ящик. Не надо ничего допускать. Я к вам по поводу кредита, в котором вам отказал наш банк.

Удивление.

Незнакомец. Может, продолжим разговор в доме?

Фёдор соглашается и нехотя пускает незнакомца в гостиную первого этажа. Он испытывает неловкость от запущенной обстановки даже перед посторонним человеком.

Незнакомец осматривает комнату. Пробегает взглядом по по фотографиям на полке электрокамина. Задерживает взгляд на фото молодых мужчины и женщины, стоящих на фоне космолетов.

Фёдор. Вы упомянули слово "кредит"? или мне лишь послышалось?

Незнакомец. Да - упомянул! Нет - не послышалось! Для начала позвольте представиться - Андрей Монетов-Медяков, менеджер по кредитованию физических лиц.

Фёдор рад, что не ошибся: костюм и манеры выдали клерка.

Медяков. Видел вас в нашем банке "Сатурн". Знаю, вам отказали. Поспособствую в получении. Могу ли я уточнить, о какой именно сумме идет речь?

Фёдор испытующе смотрит на гостя. Около ста тысяч стандартных галактических кредов.

Медяков. Сумма немалая, но постараюсь.

Фёдор. Здорово. На каких условиях будете стараться? Какая ваша комиссия?

Медяков. Небольшой процент с вашего дела.