Читаем Кошмар Слэппи онлайн бесплатно

Аннотация

Слэппи изумленно таращился на лежащего в ящике навытяжку деревянного болванчика. Кукла была его точной копией. «Где ты раздобыл этот хлам?» — спросил он саркастически, однако глаза его тревожно заметались из стороны в сторону. Джимми О'Джеймс аккуратно взял в руки новую куклу и пачку пожелтевшей бумаги. «Я нашел его в волшебной лавке. А это инструкция, как привести к жизни вот этого, другого болванчика, и как заставить тебя заснуть навечно!»

Джимми О'Джеймс поддернул рукава черного свитера с воротником-хомутом. Нервно пригладил тыльной стороной ладони свои короткие каштановые волосы. Рука была холодной и влажной.

Через дырочку в занавесе он посмотрел на публику в зрительном зале. Там царил полумрак, но ему видны были полные предвкушения лица, хлопающие руки. Дети тянулись вперед на своих креслах, подталкивали друг друга локтями, тихонько перешептывались, готовые к началу представления.

Джимми отступил на шаг от занавеса, усадил поудобнее у себя на руке чревовещательскую куклу — деревянного болванчика, смахнул какую-то ниточку с его яркой, в красно-белую клетку курточки, поправил красный галстук-бабочку.

— Убери от меня свои волосатые лапы, — скрипучим голосом буркнул деревянный человечек. — Только притронься ко мне еще раз — и тебе конец!

— Послушай, Слэппи… — сердито прошипел Джимми, не разжимая зубов. Он увидел, как помощник режиссера машет ему. Занавес вот-вот должен был подняться.

Пора начинать представление.

Через усилитель грянула музыка фанфар. Дети в зрительном зале начали успокаиваться.

Джимми О'Джеймс крепко сжал куклу.

— Предупреждаю тебя, Слэппи… — шепнул он.

— Чем это воняет? — прервал его деревянный человечек. При разговоре его губы постукивали, холодные голубые глаза стреляли на-право и налево. — Это у тебя изо рта? Или ты во что-то вляпался за кулисами?

— Зззаткнись! — прошипел Джимми. Он резко встряхнул ухмыляющегося болванчика. — Это твой последний шанс!

Слэппи, откинув голову, издал резкий презрительный смешок.

— Это твой последний шанс, Джимми, — проскрипел он. — Твой последний шанс быть забавным.

По щеке Джимми ползла большая капля пота. Он стер ее свободной рукой.

Украдкой бросил взгляд назад. И увидел, что два молодых парня из труппы таращатся на него, глядя, как он препирается с деревяшкой.

— Э… Просто разогреваюсь, — пояснил он им.

— У меня есть для тебя одно упражнение по разогреву, Джимми, — пробурчал Слэппи. — Ступай прыгни с обрыва.

На сцене конферансье уже начал представлять их:

«Леди и джентльмены… Мальчики и девочки… Давайте как следует поприветствуем лучшего в мире чревовещателя — Джимми О'Джеймса и его славного маленького приятеля Слэппи!»

Зрительный зал разразился аплодисментами.

— Славный маленький приятель?! — возопил деревянный человечек. — Меня сейчас вырвет!

Джимми вцепился в деревянный затылок куклы.

— Не пакости, Слэппи, — еще раз предупредил он. — Я не шучу. Это твой последний шанс.

По деревянной физиономии расползлась нарисованная красная ухмылка. Болванчик захихикал.

— Не волнуйся. Я тебя не подведу.

Снова грянули аплодисменты.

Занавес раздвинулся.

Обняв смеющегося Слэппи, Джимми выбежал на сцену, чтобы начать представление.

По лбу Джимми катились крупные капли пота. Но он должен был признать, что представление шло очень неплохо. Он провел на сцене уже пятнадцать минут, и пока никакой катастрофы не произошло.

— Ты что, забыл, что это комический номер? — спросил Слэппи. — Здесь есть только одна забавная вещь — твоя физиономия.

Публика взвыла от смеха. Дети колотили ладонями по коленкам и по ручкам кресел.

Им нравились грубые реплики Слэппи, нравилось то, как он оскорблял Джимми. Им казалось, что более смешного представления они в жизни не видели!

«Если бы только они знали, — с горечью думал Джимми. Его рука тряслась, когда он взял стакан, чтобы отпить глоток воды. — Если бы только они знали, что это не представление!»

— Джимми, какой рукой ты ешь суп, правой или левой? — спросил Слэппи.

— Правой рукой, — ответил Джимми.

— Вот странно. А я пользуюсь ложкой.

И снова смех.

Голос болванчика снизился до рычания:

— А что ты скажешь, Джимми, если я ткну тебя вилкой в глаз?

— Э? — Джимми громко сглотнул. Пот катился по его щекам, ярко поблескивая в свете прожекторов.

— Что ты скажешь, если я ткну тебя вилкой и глаз? — угрожающе повторил Слэппи.

— Я… Я не знаю, — заикаясь, пробормотал Джимми. — Прошу тебя, Слэппи, не надо…

— Ты скажешь «Ай!», — провозгласил деревянный человечек, и, откинув назад голову, залился жестоким пронзительным смехом.

Несколько детей в зрительном зале тоже засмеялись. Однако многие промолчали.

— Это совсем не смешно, Слэппи, — сказал Джимми. Голос его дрожал. — Давай не будем злыми, ладно?

— А вот загадка, — объявил Слэппи. — Какая разница между тобой и кучей желтой собачьей блевотины в шесть футов высотой?

— Слэппи, прекрати! — резко вскрикнул Джимми. — Это нехорошая загадка!

— Это плохая загадка, — воскликнул Слэппи, — потому что разницы нет никакой! Хии-хии-хии!

На сей раз из всех присутствовавших в зале смеялся один Слэппи.

В публике прокатился обеспокоенный шумок. Дети начали перешептываться друг с другом.

Джимми встряхнул Слэппи.

— Я тебя предупреждал, — прошипел он.

Джимми кашлянул. Горло у него пересохло, как будто было засыпано песком. Он снова потянулся за стаканом с водой и опрокинул его.

Дети ахнули, когда стакан вдребезги разбился о доски сцены.

Джимми соскочил с табурета и быстрыми шагами направился к краю рампы.

— Эй, ребятишки, а мне пришла в голову одна идея! — обратился он к публике, заставляя себя улыбнуться. — Кто хочет подняться ко мне сюда и познакомиться со Слэппи?

Молчание. Добровольцев не находилось.

— Эй! Давайте, лезьте сюда, ребята! Я не кусаюсь! — прокричал Слэппи.

— А у меня есть замечательный приз для того, кто выйдет на сцену, чтобы поговорить со Слэппи, — объявил Джимми.

Несколько малышей подняли руки.

Джимми выбрал мальчугана в третьем ряду. Все приветственно зашумели и зааплодировали, когда парнишка стал подниматься по ступенькам.

— Веди себя как следует, Слэппи, — шепнул Джимми.

В ответ Слэппи лишь рассмеялся.

Мальчик вскарабкался на сцену. Он был крупный, плотный, с короткими светлыми волосами и круглой розовой физиономией. На нем была надета синяя майка с карманом спереди, растянутая настолько, что спускалась чуть не до колен его мешковатых штанов цвета хаки.

— Как тебя зовут? — спросил Джимми, пододвигая микрофон поближе к розовой рожице паренька.

— Фредди, — ответил тот.

— Ну-ка, Фредди, поздоровайся со Слэппи, — ободряюще произнес Джимми.

— Тебе никогда не случалось нырять в тарелку со спагетти? — поинтересовался Слэппи, наклоняясь до тех пор, пока его физиономия не оказалась совсем рядом с лицом Фредди.

Тот нервно усмехнулся:

— Э? Спагетти? С какой стати мне нырять в спагетти?

— Уж больно ты похож на жирную мясную тефтелю, на мой взгляд, — язвительно проскрипел Слэппи.

Кое-кто из ребятишек засмеялся, кое-кто ахнул.

— Слэппи, веди себя прилично… — взмолился Джимми.

— Ну-ка, проверим, какова на вкус эта большая тефтеля, — крикнул Слэппи.

Его голова метнулась вниз. Рот, оказавшись возле розового уха мальчишки, приоткрылся.

Все присутствующие в театре услышали громкое «хрусть!», когда деревянные челюсти куклы плотно сомкнулись на ухе мальчика.

— Ооой-ооой-ооой! — взвыл Фредди от боли.

— Слэппи, отпусти! Отпусти его! — завопил Джимми.

Мальчик, спотыкаясь, рванулся вперед.

Слэппи, вывернувшись из рук Джимми, не отцеплялся от Фредди, его деревянные губы крепко сжимали ухо визжавшего ребенка.

— ПОМОГИТЕ! БОЛЬНО!!! Оой-оой! Больно!

— Слэппи! Я тебя предупреждал! — выкрикнул Джимми. Он схватил деревянного болвана за воротник его спортивной курточки в красно- белую клетку и сдавил ему шею.

— Отпусти! Сейчас же отпусти его, Слэппи!

Детвора в зрительном зале орала и визжала.

Водители вопили. Несколько человек бросились к сцене.

— Ооой-ооой! УБЕРИ ЕГО! — Фредди завывал, так ему было больно, его лицо стало теперь ярко-красным. Он хлопал по болвану руками, пытаясь сбросить его с себя.

— Слэппи, ну пожалуйста… — беспомощно умолял того Джимми.

Теперь уже все дети были на ногах. Кресла скрипели и хлопали. От стен эхом отдавался гулкий топот ребятишек, бросившихся к выходу из зала.

— Ооой-ооой! — выл Фредди в агонии.

В конце концов нарисованный красной краской рот Слэппи медленно приоткрылся.

Фредди рухнул на доски сцены.

Слэппи откинул голову назад, его голубые глаза дико метались из стороны в сторону. Он разинул рот, и оттуда понесся пронзительный вой.

Громче любой пожарной сирены, любой сирены «скорой помощи» — оглушительный свист перекрыл все крики и вопли зрительного зала.

Громче… Еще громче…

— Двери заперты! — взвизгнула какая-то женщина, ее восклицание было почти заглушено невыносимым для слуха звуком, исходившим из раскрытого рта Слэппи.

— Мы не можем выйти!

— Выпустите нас! Выпустите нас!

— Мои уши! Мне словно нож в уши вонзили!

— Велите ему перестать! Велите ему перестать!

— Ооой-ооой! Мои уши! Мои уши, они сейчас лопнут!

— Ох… Больно! До чего же больно!

Джимми О'Джеймс пинком распахнул дверь гримерки и с силой швырнул Слэппи внутрь.

Слэппи проехался по полу и остановился, уткнувшись в облупившуюся зеленую стену.

Войдя, Джимми с размаху захлопнул за собой дверь, но он шарахнул ею так сильно, что она снова отскочила, приоткрывшись. Он этого не заметил.

Он ураганом ринулся через всю крошечную комнатку и вздернул деревянного человечка в воздух за отвороты курточки.

— Последний раз… — Джимми задыхался, давясь словами, он был так зол, что едва мог говорить, он трясся всем телом, сердце в груди бешено колотилось. — Говорю тебе… Это последний раз, когда ты испортил мне представление, Слэппи! — И шваркнул куклу на гримировальный столик.

Голова Слэппи звонко стукнулась о мутное зеркало.

Он рассмеялся кудахтающим смешком.

— Испортил представление, Джимми! Ты что, рехнулся? После сегодняшнего дня ты прославишься!

Джимми вздохнул:

— Я больше никогда не получу работу. Ты погубил мою карьеру, Слэппи. Мне конец! Конец! Ну что, теперь ты рад? Доволен собой?

Слэппи закинул ногу за ногу.

— Тебе стоит пойти проветриться, Джимми, — сказал он ободряюще. — Ты ужасно выглядишь.

— Закрой свой рот! — взвизгнул Джимми. Он сделал глубокий вдох и задержал дыхание, скрестил руки поверх своего черного свитера, крепко сжав их.

«Держи себя в руках, — приказал он себе. — Держи себя в руках».

Но это было не просто. У Джимми до сих пор в ушах стоял исполненный ужаса крик детей в зрительном зале. До сих пор маячили перед глазами их искаженные страхом лица, их руки, зажимающие уши. Он до сих пор видел и самого себя, умоляющего Слэппи прекратить это невыносимое для слуха завывание сирены.

Джимми уронил голову в ладони.

— Не видать мне больше работы, — повторял он прерывающимся от волнения голосом. — Ни один театр никогда в жизни не наймет меня!

— Это же шоу-бизнес, — усмехнулся Слэппи.

Джимми поднял голову и через всю комнату

глянул на болванчика.

— Тебе тоже никогда впредь не работать. Я говорил всерьез, Слэппи, можешь мне поверить. Тебе конец. Это был твой шанс.

Деревянная голова куклы отрицательно качнулась.

— Тебе без меня не обойтись.

Глаза Джимми сердито сверкнули.

— Да ну?

— Без меня у тебя нет номера, — настаивал Слэппи. — Без меня у тебя нет ничего. Ты дешевый чревовещатель, который шевелит губами. И который не способен отличить хорошую шутку, если услышит ее. Чего с тобой никогда не бывало.

Слэппи соскочил с гримировального столика. Его блестящие черные ботинки громко стукнули об пол.

— Ты убожество, — сказал Слэппи. — Убожество во всем. Но смотри, что я нынче для тебя сделал: завтра ты появишься во всех газетах страны.

— Послушай… — начал было Джимми.

— Я нужен тебе, Джимми, старина, — продолжал Слэппи. — Как еще придурок вроде тебя смог бы попасть во все газеты? Ну, подумаешь, заставили мы эту мелюзгу повопить и поплакать чуток. Ну, подумаешь, лопнули кой у кого барабанные перепонки. Велика беда! А ты прославишься!

— НЕТ!!! — вскричал Джимми, тяжело дыша. — Нет! Впредь такого не будет! С тобой покончено, Слэппи! Вот. Взгляни на это. Я пока-жу тебе, почему с тобой покончено.

Слэппи раскрыл было деревянные губы, чтобы что-то ответить. Но ничего не сказал и молча глядел, как Джимми выдвинул ящик грими-ровального столика.

— Вот почему тебе конец. Вот почему ты никогда больше мне не понадобишься!

Слэппи осторожненько приблизился на шаг поближе.

Его холодные голубые глаза не отрывались от ящика.

— Ну вот, изволь. Смотри внимательнее, — приказал он деревянному человечку.

Слэппи уставился в ящик.

Из его глотки вырвался пискливый звук удивления:

— Нет! Нет! Не могу в это поверить!

Слэппи изумленно таращился належавшего в ящике навытяжку деревянного болванчика. Ошибки быть не могло. Кукла была его точной копией.

Слэппи наклонился и коснулся деревянного лица. Впился взглядом в глаза болванчика — холодные, голубые, точь-в-точь как его собственные. Покрутил из стороны в сторону его голову.

Схватил за запястье его безжизненную руку и приподнял. Потом позволил ей упасть обратно в ящик.

— Где ты раздобыл этот хлам? — спросил Слэппи, закончив осмотр.

Джимми О'Джеймс аккуратно взял в руки новое чучело.

— Его зовут Уолли. Я нашел его в волшебной лавке.

— Надо же, какой красавчик, — сострил Слэппи.

Джимми не засмеялся.

— Он тебе никого напоминает, Слэппи? Он был сделан тем же злобным кукольником, который смастерил и тебя.

— Не говори «злобным»! — вспыхнул Слэппи.

— Злобным, — повторил Джимми. — Сделавший тебя кукольник был злым волшебником. Иначе о нем и не скажешь. Он смастерил тебя из доски от гроба и…

— И с тех пор я твой до гробовой доски, — воскликнул Слэппи. Он разинул рот и залился

резким, пронзительным смехом.

Выражение лица Джимми оставалось торжествующим.

— Я не шучу, — спокойно сказал он. — Возможно, Уолли — это более ранняя модель.

— Да какая разница, — сердито вскричал Слэппи, пнув ящик тяжелым черным ботинком. — Ты не можешь использовать его в своем представлении, Джимми! У него нет моего шарма!

— Зато к нему прилагается кое-что интересное, — ответил Джимми. — И это кое-что сделает мою жизнь лучше — и покончит с твоей.

— Тра-ля-ля, болтовня, — саркастически процедил Слэппи, однако глаза его тревожно забегали. На всякий случай он отступил, пока Джимми тщательно укладывал нового болванчика в коробку.

Потом Джимми открыл маленькую дверцу в днище ящика и вытащил оттуда стопку измятых пожелтевших листков.

— Ты что, бутерброды в них заворачивал? — съязвил Слэппи.

Джимми не удостоил вниманием это замечание. Он торопливо перебирал страницы. Затем поднял на Слэппи глаза.

— Это инструкция, — сказал он, — написанная мастером-кукольником, собственноручно.

Слэппи воззрился на листки в руках Джимми и ничего не сказал.

— Это, — продолжал Джимми, — инструкция о том, как контролировать злую силу, вселившуюся в твое тело. На этих страницах сказано, как привести к жизни второго болвана и как заставить тебя заснуть навечно!

У Слэппи аж челюсть отвисла. Нарисованная на его лице ухмылка стала блекнуть, глаза с негромким щелчком широко распахнулись.

Слэппи тряс головой, переводя взгляд с Джимми на своего лежащего в ящике близнеца и обратно.

— Скажи «до свидания», Слэппи, — холодно произнес Джимми.

— Никогда! — взвизгнул Слэппи в ответ. — Никогда! Никогда!!!