Читаем Книга о Небе онлайн бесплатно

Незадолго до кончины Кодзиро Сэридзава написал состоящую из двух частей «Книгу о Небе». Ее появление предсказано еще в «Жизни Человека». Близкий друг писателя гениальный Жак говорит там: «…а затем будешь описывать мир Бога — Великой Природы…»

Первая часть — «Сон Великой Природы» — была написана, когда писателю исполнилось уже 96 лет.

При том, что книга отличается очень простым языком, ее содержание необычайно глубоко. В основном она выдержана в разговорно-вежливом стиле, монологи написаны более официальным письменным языком. Судя по всему, автор проникся еще большим смирением, обрел еще большую душевную мягкость, преодолел все преграды на своем пути.

В «Сне Великой Природы» Сэридзава достигает последней ступени своего душевного совершенствования, вплотную приближается «к вратам Небесного мира». Там продолжает звучать основная тема «Книги о Боге», через весь текст лейтмотивом проходит фраза: «Любого человека — хорошего или плохого, нищего ли, императора ли, — Великая Природа (Бог) одинаково, как возлюбленных чад Своих, прижимает к Своей груди, защищает, наделяет каждого их собственной судьбой и дарит Свою любовь. Поэтому, что бы ни случилось, не надо отчаиваться, всем надо радоваться и прилагать усилия для самосовершенствования. Это и будет еще одним доказательством ценности человека…»

Еще в «Жизни Человека» Кодзиро Сэридзава писал: «…обо мне нечего беспокоиться, живу беззаботно, знай себе пописываю», к тому времени он, освободившийся от эгоистических желаний и помышлений, научился читать в сердцах людей, прорицать их истинную сущность.

Но писать книгу о Небе — тяжкий труд. Сэридзава много раз задавал Великой Природе вопрос: «О чем мне писать?» — и получал ответ «О Сне Бога». Решился начать он после того, как буддолог Сампэй Ямамото, окончивший тот же университет, что и Сэридзава, только двадцатью годами позже, принес ему книгу «Сказание о Море грязи» (ее автором считают второго Столпа учения Тэнри, Сёдзэна Накаяму). Сэридзава вдруг понял, что ничто в этом мире не случайно, что под «Сном Бога» следует разуметь «Сказание о Море грязи», над которым он как раз в это время работает (имеется в виду помещенная в третьей главе «Сна Великой Природы» «История о начале Начала», связанная с эпохой Сотворения Человечества). В результате мучительных трудов Бога, затратившего на Сотворение Человека столь долгое время, что от одной попытки представить себе весь процесс начинает кружиться голова, был создан человек в его нынешнем виде. Понявший это Кодзиро Сэридзава ощутил свою малость и захлебнулся от слез благодарности.

Таким образом Сэридзава обрел способность черпать вдохновение из древних времен (к нему пришло осознание прошедшего), то есть получил дар прозрения.

Ласковые слова госпожи Родительницы: «Небеса — это мир добрых чувств… Рай — это мир без зависимости, в котором все души равно без корыстных желаний, алчности и спеси могут прекрасно жить в радости… Рай существует и в этом мире. И для того, чтобы создать Рай в этом мире, человеку Богом дано тело…» — тоже сыграли свою роль в душевном становлении Сэридзавы, помогли ему продолжать работу над книгой.

Вслед за Небесным сёгуном из Истинного, то есть Божьего, загробного мира к автору постоянно является его близкий друг, гениальный Жак, он передает ему послания жены — Канаэ, постоянно подбадривает его: «…люди приободряются, узнав, что в таком возрасте ты хорошо пишешь… Потому что ты честно доносишь до читателя душу Великой Природы… именно она диктует тебе, что писать. С этой уверенностью и верой в свои силы постарайся донести до всех ее нежную душу, любовь и радость…» Жак помогает ему советами и часто берет с собой в Истинный мир.

В Истинном мире — разреженный воздух, там трудно дышать, и находиться долго там невозможно, но Кодзиро Сэридзаве была дарована «небесная жизнь»: «Раздался грохот, и над моей головой как будто ударила молния». После того как ему разрешили поступить в Небесную школу, Великая Природа, возможно, изменила свойства его тела, он уже «не чувствовал воздействия разреженного воздуха… был в обычном своем состоянии» — стал ощущать себя в Истинном мире совершенно так же, как в мире земном. Более того, Жак привел его из Истинного мира к миру Небесному.

Во второй главе есть эпизод, когда автора заставляют в какой-то мере испытать на себе муки Христовы.«…Когда вчера ночью ты чуть-чуть повредил поясницу в ванной, то раздул из мухи слона, стал горячо просить Бога о помощи… Не стыдно тебе, что в вечерней молитве ты обратился с просьбой?» — бранил его посланец Великой Природы.

Похоже, в тот момент Сэридзава действительно испытал боль, какую испытывает человек, в ладонь которого вбивают гвоздь. Ацуко Кадзикава в своем труде «Мир Кодзиро Сэридзавы» пишет: «На следующий день после того, как это произошло, я случайно зашла к Кодзиро Сэридзаве, и он, разговаривая со мной, постоянно возвращался к случившемуся. „Посмотрите, рука до сих пор болит“, — говорил он, нажимая на ладонь пальцами. „Где болит, где?“ — я бесцеремонно нажала пальцем на его ладонь. „Перестаньте. Ведь мне и вправду больно!“ — смеясь, сказал он и, как ребенок, отдернул руку. „Ну, я, конечно, слышала знаменитую историю о ранах святого Франциска… — сказала я, пораженная, — неужели такое действительно бывает?“ — „Когда я пришел в себя, поясница перестала болеть“, — ответил он. Эту странную историю я хорошо запомнила».

Очевидно, таким образом Сэридзаве было указано на то, что где-то в глубине души он слишком еще изнежен. То есть ему дали понять, что на той ступени, на которой он находится, уже негоже обращаться за помощью к Богу-Родителю по столь ничтожному, не требующему срочного вмешательства поводу, наоборот. Бог хочет, чтобы Сэридзава сам помогал другим, чтобы его душа была широкой и любвеобильной, чтобы он нашел в себе достаточно милосердия для того, чтобы принимать на себя боль и муки других людей.

То есть люди, душа которых пробудилась, должны, по возможности, жить активной жизнью, жить так, чтобы радовать и Бога, и других людей. Еще это означает, что люди должны всегда помнить: у Великого Бога и радость безбрежна, и страдания глубоки.

В третьей главе значительными представляются слова, сказанные в беседе с Сампэем Ямамото: «Я только записываю то, что узнаю от Великой Природы». Они позволяют предположить — впрочем, это относится ко всему произведению в целом, — что в то время Сэридзава писал, если можно так выразиться, автоматически, так, как до него это делали основательница учения Тэнри Мики Накаяма («На кончике кисти», «Священные песни») и художник Тэммэй Окамото («Солнечные письмена»). (Как только, следуя указанию небес, берешь в руки перо, рука приходит в движение, и на бумаге сами собой появляются знаки и образы.)

В четвертой главе чрезвычайную важность имеют также слова Сэмпэя Ямамото, осознавшего, что он сам является одним из тех людей, которых Великая Природа создала себе на радость.

Слова эти важны потому, что в них содержится некий зов, обращенный к человечеству, а именно: чтобы создать человека в его нынешнем виде. Бог затратил неимоверно долгое, головокружительно долгое время, казалось бы, люди должны быть беспредельно благодарны Ему за Его усилия, за тяжкий труд, но, вероятно, они попросту забыли о том, чем обязаны Богу. Сэридзава словно говорит людям: нельзя забывать о благодарности только потому, что Бог незрим, надо бы изменить свои взгляды на жизнь, постоянно анализировать свои поступки, спрашивая себя при этом, а так ли я живу, как угодно Богу, радуется ли Он, на меня глядя?

В шестой главе есть такой эпизод: на своей даче в Каруидзаве Сэридзава упал, споткнувшись о корни какого-то дерева. Так дерево попыталось сообщить ему о смерти близкого человека. А на следующий день ему звонит младшая дочь и говорит, что умер некто И. Если знать, что И. — прототип Макото Каваиси, одного из персонажей «Милосердия Бога» и «Замысла Бога», этот эпизод кажется особенно выразительным.

В девятой главе прекрасно то место, где, возвращаясь из Небесного мира в Мир явлений, автор слышит хоровое пение — поют несколько десятков мужчин и женщин. В словах, звучащих в исполнении сопрано: «Верни благодеяния той поры, когда ты голодал!» — возможно, выражено подспудное беспокойство автора, считающего, что он так и не отблагодарил еще всех, кому обязан. Не лишено это место и юмористической окраски.

Многозначительными кажутся слова Жака, заключающие главу двенадцатую. Тревожась о том, что следующий год — год обезьяны — может оказаться опасным для тех, кто рожден в том году, Жак предупреждает: «И обезьяна падает с дерева. Будь осторожен!»

Вторую часть — «Мелодию Неба» — Кодзиро Сэридзава написал в девяностошестилетнем возрасте. Он закончил ее 20 января 1993 года. Затем продолжил работу над своим «Литературным наследством», но через два месяца, 23 марта, тихо уснул вечным сном. «Мелодия Неба» — его последнее законченное произведение, оно увидело свет в июле, спустя четыре месяца после того, как он покинул этот мир.

В «Мелодии Неба» писатель возвращается к официально-письменному стилю, характерному для «Книги о Боге» и «Книги о Человеке».

«Семнадцатого апреля, наверное, станет торжественным днем в моем доме», — предчувствовал писатель, и действительно, в этот день, не успел он встретить своих покровителей по линии жены — Хаттори и Кито, приехавших из Нагои с супругами, как неожиданно появилась госпожа Родительница. Заведя разговор о «Книге Неба», она сказала: «Создать в дольнем мире общество, где люди будут жить с улыбкой на устах, — вот мечта Неба… В книге Неба донеси до людей сверкающее светом Сердце… Твоя роль в том, чтобы вдохнуть в людей желание жить, донести до людских сердец Истину». Потом она обратилась к присутствующим и каждому сказала несколько слов. Сэридзава вдруг обнаружил, что хорошо слышит все, что она говорит. До сих пор он был туговат на ухо — сказывались годы, к тому же Бог-Родитель пожелал, чтобы он не загрязнял свой слух мирскими речами.

Наверное, именно в тот момент душа Сэридзавы впервые обрела способность слышать, и с тех пор стоило ему достичь состояния полной отрешенности, как он получал возможность черпать вдохновение из будущего (к нему пришло осознание будущего).

Семнадцатое апреля 1992 года действительно стал памятным днем в жизни писателя.

Даже пребывая у Жака в Истинном мире, Сэридзава постоянно ловил себя на том, что то и дело возвращается в Мир явлений. Скорее всего, он существовал тогда в тех пределах, где оба мира гармонично сливаются воедино. И в каком бы из них он ни находился, в его ушах всегда звучала прекрасная музыка. Постепенно даже возвышенные беседы госпожи Родительницы о Небе совершенно естественно начинают восприниматься им как музыка.

В Истинном мире, окрашенном чудесными красками и наполненном прекрасными звуками, он слушает «звуки Неба», а когда возвращается в Мир явлений, комната Бога в его доме наполняется Мелодией Великой Природы.

Двадцатого августа он слышит голос Бога-Родителя, который говорит ему: «Кодзиро! Ты хорошо следовал Божьей воле. Бог доволен тобой. Благодаря тебе и Мои дети — человечество — начинают „жизнь в радости“; на небесах и на земле звучат разнообразные вариации Мелодии Великой Природы. На этом заканчивается и твоя книга „Мелодия Неба“. Как хорошо! Бог доволен тобой!» В этот момент Кодзиро Сэридзава узнает, что исполнил свое предназначение полностью.

Восемнадцатого октября 1992 года «и на Небе и на Земле слышалась сияющая, полная света Мелодия Великой Природы. В ней без труда можно было различить голос, поющий: „свобода“, „равенство“, „братство“. Это был голос моей любимой жены… Я поспешно заключил ее в свои объятия… и уже не отпускал ее от себя».

В «Сне Великой Природы» Кодзиро Сэридзава в результате суровых духовных упражнений сумел подняться из Истинного мира к вратам в Небесный мир. В «Мелодии Неба» пришла пора его душе вознестись на Небеса.

Во второй главе «Литературного наследства» Сэридзава пишет: «Нынешний, 1993 год является для меня знаменательным и очень важным годом. Счастливая судьба свела меня с Богом-Родителем, единственным Богом, существующим во Вселенной, и позволила пройти курс духовных упражнений под его руководством… В этом году мое обучение наконец закончилось… Многотрудным делом было подняться в Небо, где нет никаких дорог, и непосредственно встретиться с Солнцем».