Читаем Князь Владимир онлайн бесплатно

Действующие лица:

– Князь Владимир;

– Волчий Хвост – русский воевода;

– Воротислав и Тудор – бояре;

– Рогнеда – жена Владимира;

– Малуша – мать Владимира;

– Григорий – старец, христианский священник на Руси, служивший при Ольге, бабке Владимира;

– Анна – византийская принцесса;

– Феофано – мать Анны;

– Ирина и София – подружки Анны;

– Анастас – отлученный от церкви болгарский священник;

– Лев – Херсонеский стратиг;

– Марк и Иоанн – ромейские воеводы;

– Вихтуй – волхв Бога Перуна;

– Русские вои, бояре, придворные и прочая массовка.

Старец Григорий (за кулисами):

До наших до дедов стояла брань,

При наших при отцах она стояла;

Днесь мы идем на жертвенную длань –

И впредь ей будет русской крови мало…

Владимир, воевода Волчий Хвост, бояре Воротислав и Тудор, Рогнеда.

Владимир и бояре сидят молча. Входит воевода.

Волчий Хвост (с грустью и болью):

Мы победили, князь. Мы славно бились.

Хоть победили, днесь не пировать:

К тебе мы с болью в сердце воротились,

Чтоб горьку весть с позором передать.

Рогнеда подносит Воеводе чашу

Владимир (в это время):

С позором? Как? Вы посрамили Русь?

На поле брани честью поступились?

Волчий Хвост:

Нет, князь! С врагом мы честно бились,

И Русь не посрамили мы, клянусь!

Владимир:

Так говори…

Рогнеда уходит за Владимира, наполняет кубок и несет боярам.

Волчий Хвост:

Мы из шести две тыщи воев потеряли,

Они покойны ныне и молчат.

А императоры, что в помощь нас позвали,

Уложенный коварно прали ряд,

Не дав ни гривны, выдворив назад.

Ропот бояр:

Не дав не гривны….? Выдворив назад…?

Уклады вероломно преступив,

Забыв о чести и о ратном страхе,

Нас выгнали через Босфор-пролив

Проклятые ромейские собаки!

Князь в задумчивости сжимает кулаки, смотрит в пол. Рогнеда снова наполняет чашу и дает ее Владимиру. После чего становится за Владимиром, рядом с ним, положив руку ему на плечо.

Воротислав:

Весь Киев-град встречать героев вышел,

Но плакать стал, как о предательстве услышал.

Погибли наши вои в Византии;

Принявши смерть, они теперь в покое;

И все купцы, бояре и живые вои,

Во гневе пребывали да в расстрое.

От той обиды и великой боли

Купцов мы греческих Перуну закололи.

Лишь Федор с сыном волей не пошли,

Так мы их заживо с подворьем всем сожгли!

Владимир:

Вельми жалею, в Киеве я не был,

Когда вы жечь купцов ромейских стали.

А то б сему тогда случиться не дал

Ведь не они на бойню посылали,

Ведь не они нарушили уклад,

Ведь не они свои мечи вздымали!

Их смертью не воротятся назад

Все те, кого в бою поубивали.

Тудор:

Так что теперь мы будем делать, княже?

Владимир:

Что думаете?

Волчий Хвост:

Будет, как прикажешь!

Владимир:

(отдает чашу Рогнеде)

Следи, чтоб воям, что в походе были,

С клетей боярских щедро заплатили.

И не забыли всех, кого в бою убили,

Чтоб вдовы их за них всё получили!

Воротислав:

Не пожалеем, княже, всем дадим!

Но почему доселе мы молчим?

Вот почему так стало, княже, странно,

Что даже польский или чешский князь

Считается в Византии на равных,

А варварами оне кличут нас?

Тудор:

Всё оттого, что это христиане,

Что в Польше, в Чехии уж новый есть закон,

Что в нём равны бояре и крестьяне,

А мы чтим древний родовой покон.

Пора сменить их святостью правленья

И миром стать под крестное знаменье.

Волчий Хвост:

Да, много ныне стало христиан

Средь нарочитых и простых славян…

Воротислав:

Кто мы? Кому молиться ныне?

Куда девать нам старые святыни?

Владимир (перебивая, встает):

Я слышу вас, я слышу землю всю!

Заглядывая в долгия века,

Я строил Русь, и с верою в бою

Несла единство ратная рука!

Русь велика, но острову подобна,

О брег которого, как хладная вода,

Бьют племена и страны нас, как волны.

Нам с ними горький дёготь пить и сладкие меда.

(В задумчивости)

Как дальше быть? Как мир блюсти нам с ними?

(Решительно)

Днесь с греками сбираться всем на бой!

Отмстим за всё проклятой Византии!

Бояре и Волчий Хвост (хором):

Отмстим за всё! Веди нас! Мы с тобой!

Владимир:

(пока бояре и воевода уходят)

Не мил им мир, они хотят войны…

Пора сказать им «Я иду на Вы»…

Владимир, Рогнеда.

Владимир тяжело опускается на лавку. Рогнеда отходит, встает к нему спиной.

Рогнеда:

И снова брань..? Как быстро миновали

Мир и покой, что в битвах добывали.

Владимир:

Не плачь, Рогнеда, слёзы ни к чему:

Ответить должен я, жена, на оскорбленье.

Они хотели развязать войну –

Они получат кровью омовенье!

Рогнеда:

(резко поворачивается)

К чему война? Ведь мертвых не воротишь.

(медленно приближается к Владимиру по мере реплики)

К чему хладная месть и гнев богов?

Или земли ты византийской хочешь?

Иль хочешь ты наложниц и даров?

Владимир:

Месть ни при чём – погибшим славна участь:

Они попали в Рай и ныне там.

Наложницами сыт я и замучен;

Земли подавно той не нужно нам.

(вскакивает с лавки)

Рогнеда:

(продолжает идти к Владимиру)

Так в чём войне тогда же этой прок?

Почём идешь за кровью на чужбину?

Владимир:

(повернувшись спиной к Рогнеде и удаляясь от нее)

Да преподать ромеям злым урок,

И не терпеть от них удары боле в спину!

(остановившись, говорит в зал)

Заставить императоров стонать;

Забыв о гордости своей порфирородной,

Меня (поворачивается к Рогнеде), рабыни сына, умалять

И с Русью говорить от сих, как с ровной.

Чтоб не считали варварами нас,

Коль наш покон от веры их отличен.

Чтоб императорам был равен русский князь,

Да русский торг ничем не ограничен.

Рогнеда:

(к этому времени оказывается рядом с Владимиром, кладет руки ему на грудь)

Коль нужно так, то смело поезжай;

Пусть боги озаряют поле брани.

Владимир:

(берет ее за руки)

Ты не горюй. Живым меня встречай,

Аще я цел и не пленён, не ранен…

Гремит гром, слышны удары в била (били по деревянным дощечкам со стен укрепления на ночь, к праздникам, к опасности – аналог колоколам); Рогнеда и Владимир уходят в разные стороны, прощаясь.

Владимир и священник Григорий (старец).

Владимир входит, озираясь, будто не привык к темноте. Не замечает старца.

Григорий:

Поклон тебе, великий русский княже!

(Владимир резко оборачивается к старцу)

Что привело ко мне в столь поздний час?

Владимир:

Поклон тебе; спасибо, что уважил.

Но я к тебе пришел не аки князь.

(Тихо, полушепотом)

Хочу, отец Григорий, я совета;

Да о душе и вере говорить.

Вопросов много – мне нужны ответы;

Как мне с моею ношей нынче быть?

Григорий:

Так спрашивай всё смело и спокойно;

Ведь алчущий да обретёт ответ.

Здесь никого – здесь только мы с тобою,

Да кроме Духа Свята никого тут нет.

Владимир (нормальным голосом):

Спасибо, отче. Так позволь начать же…

Вот Русь (смотрит и показывает в окно), стоит она, так дюже велика…

Но как же трудно в ней на столе княжить,

Аще усобицы доводят до греха.

Аще согласья в землях нынче нету,

Куда я днесь людей своих веду?

В душе моей так мало стало света,

И разум мой ввергается во тьму.

(Пауза в задумчивости)

Искал я веру, отче. Я искал, поверь мне.

Я вопрошал о ней и немцев, и булгар;

Ходил к варягам, схожим нам по вере,

И даже принимал послов хазар!

Но мне не по душе все эти боги,

Нет веры в них – сомнения одни:

То горделивы, то излишне строги,

А то и вовсе глупые они…

Григорий:

Мне ведомы твои терзанья, княже.

Я долго, терпеливо ждал тебя;

Покуда поздно, может быть присядешь?

А подле, стало быть, с тобою сяду я.

(садятся на лавку)

Давно тебя я знаю, со младенства:

Тебя хотела Ольга покрестить,

Но твой отец – во Царствия Небесна – (крестится)

Мне запретил крещенье сотворить.