Читаем Кион-Тократ (СИ) онлайн бесплатно

Кион-Тократ

«Сказание о Губителе: книга вторая»

В год Красного Дива[1],

Когда небеса зальются жестоким огнём,

И хляби небесные, страхом томимы,

Извергнутся чёрным дождём,

Родится Сын Хаоса — Тьмы Порожденье,

Древний Хранитель Теней,

Несущий со смертью Миру спасенье,

Презрев боль и страхи людей.

Из логова Тьмы он воспрянет душою,

В которой одна Пустота,

И пеплом покроется мир под луною,

И смерти не будет конца…

Пророчество Тёмного Менестреля

Часть первая: Испытание духа

Как долго ждал я момента, когда смогу получить зелёный пояс Шандикора[2]! Какими сладостными мыслями тешил я разум, представляя себя в облачении взрослого воина Токра, гордо смотрящего в лицо смерти. И вот этот миг наступил. Я сдал экзамены, получил статус студента, и, казалось бы, что жизнь улыбается мне. Тем более, что все учителя Дома единогласно поставили мне наивысшие оценки. Однако странная стычка с наставником, а затем его непонятное исчезновение, не давали мне покоя. Мой мозг трещал от обилия гнетущих мыслей. Неизвестность заставляла метаться по комнате, словно во мне засел дикий зверь. Мог ли я догадываться, что самые сложные испытания ещё впереди. Испытания не для тела, но для духа.

Потом, спустя несколько лет, я понял значение слов наставника Агно. Остаться невинным в той среде, где прошло моё детство, было невозможно. По крайней мере, для человека, не знающего другой жизни. Но я её знал! Ни кто иной, как Агно Свирепый показал мне эту жизнь, когда увидел во мне не тёмного убийцу, а маленького мальчика, жаждущего любви…

Но вот наставник покинул Орден, оставив меня один на один с жестокими нравами Покинутых. Мне пришлось самостоятельно узнавать ответ на вопрос, который я задал ему много лет назад: «что означает быть Токра». Лучше бы мне этого не знать. Полученный ответ потряс меня до глубины души, отбросив сознание в озлобленную пустоту. Я стал ненавидеть всех и вся. Но больше, чем кого-либо, наставника Агно, того, кто стал для меня много большим, нежели просто учитель.

Какая ирония судьбы! Мои гнев, злоба и ненависть — именно эти чувства дали мне силы противостоять жестокой морали Ордена. Я не смог полностью очиститься от тех пороков, что присущи каждому Покинутому, но, по крайней мере, я боролся с ними до конца. Моему «альтер эго» никогда не удавалось завладеть телом без долгого сопротивления с моей стороны. Честно говоря, слабое утешение для всех тех, кто познал поцелуй Охотника.

Артур Смилодон

Глава 1

Бои на арене

«Ученик, получивший пояс студента, обязан осознать истинную ценность Крови, и место, которое он занимает под солнцем, как воин Кион-Тократ. Во имя этой цели он должен научиться убивать быстро, хладнокровно и неотвратимо. Сие финальная стадия обучения Покинутого, которая призвана укрепить волю нерешительного и дух сомневающегося»

Устав Токра, 81-ое положение

— Смилодон, поторапливайся, — грубый окрик настиг Артура в тот момент, когда он выходил из спальни, на ходу поправляя Шершень и тяжёлый паладор, полученный им после экзаменов.

— Уже иду, учитель Тарчет, — вяло отмахнулся Смилодон, озабоченный другими мыслями. С тех пор, как наставник Агно внезапно исчез из его жизни, он не находил себе места. Юноша мучительно пытался понять, есть ли в том его вина, но не мог найти объяснений. Проклятый Тарчет, как и остальные учителя, не спешили просвещать его, будто сговорились все.

— Главный учитель Малициус! — внезапно рявкнул Тарчет, — обращайся ко мне, как положено, наглый мальчишка.

Артур промолчал. Лишь в пронзительно синих глазах отразилась насмешка.

Тарчет раздраженно прикусил губу. Что о себе возомнил этот чертёнок? Небось, с мастером Осирисом разговаривал бы по-другому. Хотя, нет! Тарчет припомнил недавний случай, которому он стал свидетелем. Тогда мальчик подстерег Осириса в коридоре с целью выяснить, куда пропал его наставник. Произошел короткий разговор, результатом которого стала вспышка гнева со стороны заместителя главы Шандикора. Он схватил Смилодона за грудки и оторвал от пола. На что юный Токра, словно издеваясь, сказал: «Если вам не сложно, мастер Осирис, трясите меня менее активно. Иначе я не могу гарантировать вам чистоту вашей куртки».

Тарчет мысленно усмехнулся, вспомнив, какое выражение лица стало у мастера, и сразу же повеселел. Да уж, не он один страдает от нахальства парнишки, и то хлеб, не так обидно. Пробубнив под нос пару проклятий, учитель вернул себе душевное равновесие, и продолжил движение.

— Главный учитель? Можно вас кое о чём спросить?

Тарчет обернулся и недовольно скривил губы:

— Хочется поболтать, Смилодон? Ну что же, валяй. Только не начинай одну и ту же песню. Пойми, ты уже не ученик. Студенты не имеют наставников. Считается, что они достаточно взрослые, чтобы их опекать. Вот почему ты уже всех достал своими расспросами.

— Тогда просто ответьте. Если не хотите, чтобы я вас доставал.

Тарчет ядовито осклабился.

— Это похоже на шантаж. Я смотрю ты не гнушаешься самых низких приёмов.

— С волками жить, по волчьи…

— Хватит, — Тарчет вроде разозлился по-настоящему. — Это уже не смешно!

— А вы видите, что здесь кто-то смеётся? — голос Артура был более чем прохладным.

Учитель Малициус остановился и пристально посмотрел на юношу. Увидев, что тот сохраняет ледяное спокойствие, учитель наконец понял, насколько важно для Смилодона знать ответ.

— Хорошо, тогда давай заключим сделку! Точнее пари. Если ты выиграешь, я расскажу всё, что знаю.

Артур не сомневался ни секунду.

— Какие условия?

— Я озвучу их чуть позже, а сейчас постарайся не отставать.

Тарчет продолжил путь, и Артуру ничего не оставалось, кроме как держаться за его спиной. В глубине души парень пообещал себе, что сделает что угодно, чтобы докопаться до сути.

Вскоре главный учитель привёл юношу в ту часть крыла Дома Шандикор, в которой ему ещё не приходилось бывать. Судя по настенным знакам Покинутые находились сейчас в одной из башен замка. Лестница, устланная тяжёлым ковром, привела к железной двери, на которой были дополнительные полосы металла. Это наводило на размышления. Зачем понадобилось усиливать защиту и без того бронированной двери?

— Пришли, — сухо сказал Тарчет. — Теперь поговорим. Как ты думаешь, зачем я привёл тебя в эту часть замка?

Артур пожал плечами. Честно говоря, его мало волновали соображения Тарчета.

— Не знаю, главный учитель.

— А я объясню, — криво улыбнулся Покинутый. — С сегодняшнего дня у тебя и всех твоих сверстников начинается специальный курс, который условно можно назвать так: «практическое применение полученных знаний».

Артур только хмыкнул. Интересно, а чем же он раньше занимался, если не практикой. Тарчет понял по лицу студента, какие мысли посетили его голову.

— Я не оговорился. Раньше ты изучал боевые техники, а также оттачивал свои физические навыки для одной цели — убить врага. С того дня, как ты одолел моего ученика Бергуса, прошло восемь лет. Всё это время ты постоянно доказывал своему окружению, что можешь больше, чем они. И это правда. Прямо сейчас ты сильнее своих сверстников. Но этого мало. С сегодняшнего дня начнётся новый этап твоего обучения. Ты испытаешь себя в настоящих сражениях, где от конечного результата будет зависеть, останешься ли ты в живых. Случай в Дан-Мире не в счёт. Тогда ты действовал неосознанно, без должного понимания своих действий. Но теперь у всех вас, вчерашних учеников, будет возможность в полной мере вкусить и ярость боя, и торжество победителя.

Артур заподозрил недоброе.

— Что вы хотите этим сказать?

— А ты всё ещё не понял? — улыбнулся Тарчет. — Конечно же, реальные поединки с настоящими противниками, которые сделают всё, чтобы убить тебя. Ты станешь первым в своей группе, кто выйдет на арену против врага с одним намерением — убить или быть убитым. За твоим боем будут наблюдать три судьи: я и два учителя из Мазадорга и Вентар. В конце боя мы вынесем экспертную оценку и определим, насколько хорошо ты провёл поединок. Как видишь, я не сомневаюсь в твоей победе, но учти, если ошибёшься, никто не станет тебя спасать. Таковы законы нашего мира. Выживает сильнейший.

Артур с трудом скрыл волнение. Больше всего на свете ему не хотелось обнажать клинок против другого разумного существа, которое к тому же лично ему не сделало ничего плохого. Но высказывать эти мысли вслух было бы крайне глупо, и Смилодон промолчал.

— И кто же будет моим противником? — глухим голосом осведомился он.

Тарчет почувствовал борьбу, происходящую в душе студента, и нахмурился.

— Увидишь. Всему своё время. А теперь о нашем пари. Официально в поединке тебе дозволяется использовать короткое оружие. Я имею в виду твой кинжал. Однако если ты справишься без него, я расскажу тебе, всё, что ты захочешь узнать. В противном случае, ты навсегда отстанешь от меня и других учителей и перестанешь задавать все эти нелепые вопросы.

Лицо Смилодона вспыхнуло. При одной мысли о том, что придётся убить кого-то ради баллов на экзамене или ответов на вопросы, его охватила ярость.

Улыбка исчезла с лица Малициуса. С неожиданной серьёзностью он заявил:

— Ты не можешь отказаться от боя. Пойми уже наконец.

Артур кивнул. Он знал, что у него действительно нет выбора. Или есть?

Студент снял со спины меч и бросил его на стойку. Затем пришел черед Шершня.

— Нет, кинжал оставь. Иначе, какой мне смысл заключать с тобой пари? Ты должен иметь возможность в любой момент принять решение, а потом, в случае необходимости, передумать.

Артур равнодушно пожал плечами. Эти игры его мало заботили.

Учитель достал ключ и после некоторых манипуляций, открыл железную дверь. Жестом он предложил Артуру пройти внутрь. Тот не стал затягивать и перешагнул порог. Дверь тут же с лязгом захлопнулась, не оставляя сомнений: до конца поединка выйти наружу невозможно.

Первым делом Артур огляделся по сторонам. Помещение представляло собой приплюснутый купол, в основании которого лежал круг средних размеров. Стены плавно перетекали в потолок, вызывая чувства замкнутости и дискомфорта. Твёрдое покрытие из белого мрамора искрилось в свете магических ламп в центре купола. Напротив двери, через которую Артур попал внутрь, находились три выхода, огражденные решётками. В темноте за прутьями ничего нельзя было рассмотреть. Но ведь Смилодону не нужны были глаза, чтобы почувствовать противника. Звериное обоняние, дарованное ему сакральным зверем, сразу же распознало среди дикой какофонии запахов, наполняющих арену, два специфических, доминирующих над остальными. Первый принадлежал к животному миру, дух нескольких сильных особей, испуганных и одновременно разъярённых. Прямо сейчас они затаились в своих камерах за решетками, с напряжением ожидая развязки. Артур так и не разобрал, что это за создания. Он впервые встречался с таким запахом.

К слову сказать, второй запах, будучи вполне обыденным для Смилодона, тем ни менее прямо сейчас вызывал у него куда большее удивление. Оно и понятно. Нос студента упрямо обнаруживал в одной из трёх камер кого-то с запахом фераши[1]. Очевидно этот человек периодически злоупотреблял бальзамом Грёз[2]. Артур отчётливо слышал примесь шалфея и дурман-травы, которые использовались как ингредиенты обезболивающего зелья. Судя по всему, сейчас тот находился рядом с опасными существами, и это не могло не обескураживать. А может это не фераши, а те самые судьи? Хотя нет, что-то не сходится.

Внезапно невидимые лебёдки внутри стен заскрипели, и решётка одной из камер начала подниматься. Артур осторожно отступил на шаг, автоматически сжимая рукоять Шершня на бедре. В следующий момент он, будто ошпаренный, убрал руку с кинжала, вспоминая условия пари с Тарчетом.

Артур отвлёкся только на мгновение, но и этого оказалось достаточно. С яростным рыком из камеры вырвалось чудовище, достойное стать страшилкой для малых детей на сон грядущий. Оно двигалось подобно лесному хищнику, целя острыми когтями прямо в шею студента. Подчиняясь скорее не обдуманному решению, а бессознательному порыву, Артур ушёл в сторону, на самую малость избежав травмоопасного исхода. Чудовище же не справилось с инерцией и впечаталось в стену, не сумев сдержать болезненный визг.

За эти секунды Смилодон смог наконец рассмотреть своего противника. Это была взрослая особь мужского пола, причём весьма человекоподобного вида. Сильные конечности были покрыты редкими жёсткими волосами, лоб скошен назад, а челюсть наоборот выпячена вперёд. В пасти желтели острые зубы, которым, очевидно, было не впервой вспарывать шкуру убитых зверей, добираясь до сочного мяса.

Артур растерялся.

«Кто же это?» — удивлённо подумал он.

Монстр развернулся и снова бросился на Покинутого. Артур машинально увернулся, не переставая судорожно размышлять. Наконец он вспомнил. Ну конечно, это же тарлинг или, как иначе называли этих полудиких существ, тарл[3]. Чародей Френэ подробно описывал на своих уроках каждую из рас, так что ошибиться было невозможно. Но тем удивительней была догадка. Дело в том, что тарлы обитали только на одном континенте — в Шакре, которая находилась за тысячи лиг от Варума. Переправка этих злобных существ из Пепельного Континента в долину Солнечного Дня должна была влететь Дому Шандикор в копеечку.

Неожиданно тарл совершил нечто, напоминающее выпад ногой, и угодил прямо в грудь Смилодона. Артур опрокинулся наземь, и в тот же миг чудовище бросилось на него сверху. Два тела сплелись в один яростный клубок и покатились по каменному полу. Артур сжал руки врага подобно клещам, но опасность была не только в руках. Похожий на зверя, тарл лязгал зубами почти у самого лица юноши, стараясь изо всех сил дотянуться до горла.

В такой борьбе прошло несколько бесконечных секунд. Уроки учителя Турчедума не прошли впустую. Заломив руки противника, Артур освободился от захвата. И несмотря на то, что свирепый дикарь был почти в два раза тяжелее студента, Артур рывком отбросил его в сторону. Чудовище злобно уставилось на юношу, но больше не спешило нападать. Теперь в его маленьких глазках помимо ярости затаился лёгкий страх. Монстр явно не понимал, как этому хрупкому человечку удалось почти без труда освободиться из его объятий.