Читаем Хультура речи онлайн бесплатно

Евгений Шестаков

ХУЛЬТУРА РЕЧИ

Содержание

ПАМИТКА ДЛЯ ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ, КТО СРАЖАЕТСЯ ПРИ ПОМОЩИ ШАУРМА

ЗВЕРЬКИ И ПТИЧКИ

Крылья родины. Дятлы в цифрах и фактах

К вопросу о воробьях

Журавушка

Пьяные ежики

Похмельные ежики

Коала и война

Коала и охотники

Медведь и бабы

Медведь и другие

Медведь и остальные

Способы охоты на...

В мире животных

Ворон и Лисиц

Бег

ХАЙКУШКИ

ДАВНО И НЕДАВНО

Первое нашествие

Предыстория

Выписки из древней истории

Выписки из новейшей истории

Мужики

Священный ветер

Говнострадамус, стих 1-й

Лесная война

История РФ, краткий курс

1945

2008

ТО ДА СЁ

Балагур

Был у меня дед

День рождения

Еврейская старость

Оружие

Урок истории. Учитель пьян

Дневник идиота

Вопросы

М.М. Жванецкому

ЛИЧНОЕ

Я и Пугачева

Я и Путин

Я его видел

Он позвонил, и я вспомнил...

Армейка

ОТ СЕРДЦА

День рождения № 2

Смотрины

Видения

Похороны

Колыбельное

Э.М.

Лолито

ИЗ ГОЛОВЫ

Красная шапочка

Лебединое озеро

Притча

Нравоучительная сказка

Вечер в кабачке «Монтанья»

Буретаник

Дополнительные сведения о боге

Дополнительные сведения о боге № 2

Последние приключения Буратино

Утро деревянного человечка

Команда молодости нашей

ОПРЕДЕЛЕНИЯ

Кто есть ху

Кто есть кто в России

Что есть что

Суть женщины

Суть мужчины

Израиль

Трактат о жопе

Кодекс офисных самураев

Социальная реклама

 Аль-Каида-Москва, из последних инструкций

Как и любой другой оружие, шаурма надо умет с ним хорошо обращатся. Если ты хочещь, щтобы твой шаурма попал точно в цел, нужьно запомнит несколко важний вещи:

1. Всегда улибайся. Особено когда секретным ложечком кладещь в шаурма микроб. Когда руский гяур реактивний задница на унитаз плакать будет, он не на тебе подумает, а на свой наташа-жена. Потому щьто ты в чистый белий щапочка улибалься и два раза брат ему сказал, а жена хмурый суп халадильник забыл поставить, микроб сам родилься.

2. Будь осторожен с белий и красний соус. Помни, щьто они должен соединится толко у гяур в животе. Если ты нечяйно запачкаещь себе оба соус — понос может произойти прям у тебе в руках.

3. Правилно чередуй, когда ложит в шаурма микроб, а когда просто ложит. Если ты на виду у покупател идещь с лаваш в туалет — у него может быть подозрений.

4. Всегда делай толко хорощий шаурма для менты. Помни: сытый менты кусают толко своих. Пусть собак кущает завернутий в лепещька свинья, мент с шаурма в руке — это маленкий, но очен идеологический победа.

5. Аккуратно обращайся с куриный шаурма. Его надо делат нимнощько сырой, щьтобы вирус птичий грипп не погиб. Если специалный боевой курятина кончилься, можно исползоват московский ворона, но никто не должен видет, как ты викидываещь черный перо.

6. Если к тебе в палатка прищел санэпидстанция с микроскоп — не торопись взрывать свой палатка. Во-первый, может он просто прищел покущать и показать микроскоп вместо заплатить денги. Во-второй, вражеский санэпидстанция легко обмануть. Когда он положит шаурма в микроскоп, тебе нужьно посвистеть какой-нибудь нейтральный мелодия. Тогда весь микроб побежит на другой конец шаурма. Гяур тупой, думает, щьто нанотехнологий толко он один изобрел. А наш военный бактерий лучщий в мире! У него есть ущи и длинный ножки.

Примечаний

Воины шаурмы! Очен скоро ващ нелегкий борьба будет легче. Наши братья, водители газелей, идет к вам на помощь. Летом мы начнем продавать шаурма в марщрутках. Пусть гяуры ходит, ездит и бегает под себя! 

 Дятел оборудован клювом. Клюв у дятла казенный. Он долбит. Если дятел не долбит, то он спит либо умер. Не долбить дятел не может. Потому что клюв всегда перевешивает. Когда дятел долбит, то в лесу раздается. Если громко, значит, дятел хороший. Если негромко — плохой, негодный дятел. Дятел может с ветки на ветку так же ловко, как матрос с брамселя на бушприт. Умело брошенный дятел летит не менее 30 метров, втыкается по пояс и висит два часа. Мнение у дятлов всегда отрицательное. Сильный дятел может долбить за двоих. Гигантский дятел (в природе не встречающийся) может задолбать небольшого слона. Как и любое живое существо, дятел легко заводится от вставленной в зад рукоятки. Всякий дятел горюч. Синхронные дятлы водятся только в Австралии и работают парами, четверками и т. д. вплоть до полка. День рождения дятлов — пятница. Переносимая дятлом доза — 250 децибел, либо 40 рентген, либо 150 вольт, либо 4 пинка. В литровой банке дятла утопить невозможно. Дятел-самец, выполненный из железобетона в масштабе 32:1, является наилучшим памятником тестю. 200 дятлов, склеенных встык в виде сплошной панели, представляют собой роскошное зрелище.

Микроскопический лобковый дятел абсолютно безвреден. Испанский храмовый дятел является единственной в мире жующей птицей, а его самка, согласно поверью, способна высовываться из дупла на три четверти. Живой дятел отличается от обычного температурой и работоспособностью. Подземные дятлы долбят в полной темноте с закрытыми глазами по памяти. Их предками были упавшие в колодец подбитые дятлы. Отдельного вида бешеных дятлов не существует, однако количество таковых в любой популяции — 77 процентов. Розовый поющий дятел, как и его пляшущая разновидность, встречается в основном в местах скопления алкоголиков. Почти все городские дятлы — одноразовые, с пластиковыми клювами 9 на 12 и изменяемой геометрией крыла. Промышленный пневматический дятел до сих пор вызывает споры среди орнитологов. В частности, подвергается сомнению его способность к воспроизводству, хотя в Кузбассе так называемые «отбойные» дятлы сидят в огромных количествах на всех деревьях и даже пользуются некоторыми гражданскими правами наряду с говорящими попугаями.

Основной пищей дятлов всех видов является размоченная слюнями древесная долбанина. Описаны также случаи нападения дятлов на мешки с сахаром и фруктовые пироги. Друг другом дятлы, как правило, брезгуют.

Случаи конфликтов дятлов с людьми редки, однако в Поволжье следует опасаться темечкового дятла, жертвами которого становятся пожилые люди, пренебрегающие панамкой. Скорость полета такого дятла — 340 метров в секунду, он наводится на солнечный блик, не боится воплей и всегда доводит дело до конца. Полная противоположность ему — безмятежный пуховый дятел, живущий, как правило, в зарослях ландышей и незабудок. Он, в сущности, не является птицей, так как проводит всю жизнь сидя, из-за чего его крылья срослись, образовав пальто, а клюв имеет только нижнюю половину. Кормится подаянием.

Выраженной иерархии среди дятлов не наблюдается, хотя крупный дятел запросто может издолбить мелкого. В случае внешней угрозы колония дятлов не изученным пока образом выделяет из себя начальника (обычно майора) и обороняется под его руководством. После отражения угрозы такой дятел становится пеликаном и покидает колонию.

Срок полного созревания дятла в яйце — две недели с момента удара об пол дупла. Маленький дятел сидит тихо и жрет все, что ему подают. Основная ошибка дятлов — внутридупловой перекорм, из-за которого гибнут многие так и не сумевшие выбраться наружу молодые птицы.

Ручной дятел — явление столь же редкое, как и ножной, потому что приручить дятла можно только тремя ныне забытыми старинными словами. Домашний дятел хранится завернутым в мягкую портяночную материю и при бережном обращении не просыпается.

В древности на Руси дятлы служили в княжеских банях ходячими вешалками для белья, толченые и квашеные дятлы украшали любое застолье, а редкостный по красоте двуглавый дятел послужил прототипом нашего нынешнего герба.

И последнее. Если на новогоднем балу вы оденетесь дятлом — вас ждут слава, успех и большая удача в любви.

Рекомендуемая литература:

1. «Комиссары леса», М., 1962.

2. «Наш маленький гвоздила», Детгиз, 1965.

4. «Птица против танка», Воениздат, 1982.

4. «Дятел и Ильич», Л., 1977.

5. «Дурашка с клювиком», М., изд-во Куннилингва, 1994. 

У хромого воробья под асфальтовым катком век короткий. Со слабыми крыльями и хреновыми лапками вообще о каких-либо перспективах говорить трудно, а если принять во внимание каток, который едет себе и хрен остановится, тут можно только крыльями развести, если они еще подымаются. Подслеповатый хромой воробей, особенно если придурок, — постоянный клиент для асфальтового катка. Каток — парень равнодушный, ему один хрен, воробей ты полоумный или метр погонный. Каток туда проедет и обратно, у него здоровья не убавится, а воробей при всех своих достоинствах большой недостаток приобретет — вкатанность в асфальт. Асфальт-то сам по себе вещь неплохая, это многие отмечают, однако полная интегрированность сейчас и в Европе не абсолютное благо, а уж подавно и тут, когда даже о такой твердой вещи, как клюв, более говорить не приходится. Воробей, как правило, меньше курицы, поэтому громкость его писка при прокатывании мы во внимание принимать не будем, равно как и выпучивание глаз при этом. Так что в событийном ряду особого всплеска не видать и не слыхать, а вся трагедийность происходящего свободно умещается на ладони. Но один маленький отрицательный момент все же есть. Птичку жалко. 

— Уж ты мне журавушку-то принеси!

— Ну...

— А чё ну, тятя? Журавушку, говорю, принеси!

— Ужо принесу тебе журавушку.

— Ужо... Неси, говорю!

— Гм, неси... Неси и неси ему. Принесу ужо!

— Журавушку бы, тятя!

— Тятя, тятя! Все тятя! Журавушку — тятя! Все тятя!

— Да принес бы, и все!

— Журавушку ему!.. Неси, и все тут!!

— Говно...

— Сам вижу. Обойди.

— Обойди... Сам-то видел!..

В ежа если стакан водки влить — у него колючки сразу в гребень собираются. Стоит, качается, сопли по полу, нос красный, а если еще и очкарик — вообще противно смотреть. В голову ему быстро ударяет, а песни у них сплошь идиотские, он так-то двух слов связать не может, а тут еще икает, приплясывать начинает, и балалаечку обязательно, они всегда с балалаечками ходят, без них в спячку впадают, а если пьяный еж разорался, так через полчаса их штук триста понаедет веселых с бабами, с граммофоном и с салатами. И тут, если жить хочешь — наливай всем. Водка кончается — растворитель наливай, уксус, им лишь бы глотки залить, чтоб булькало, когда они по очереди с письменного стола на воздушные шарики прыгают, это у них старинная забава. Или один на шифоньер залезет и оттуда какие-нибудь грубые слова говорит, а остальные внизу хором повторяют, и кто первый застесняется, тот идет колеса у милицейских машин протыкать. А если баб они с собой много привезли, то начинаются у них танцы, и свет выключают, а целуются они громко, и если ты как дурак засмеешься, то они свет включают, и на ихние лица тебе лучше не смотреть. И упреки их просто выслушать — считай, легко отделался. Деньги у них часто бывают, а чувства меры никакого, и к полуночи вся пьяная орда только в кураж входит, включая тут же рожденных и только что зачатых. Здесь, правда, они о политике больше орут, но при этом пляшут, а кто устал, того силой пляшут, а если орать не может, то хрюкать должен, иначе у них считается не мужик и они пальцами показывают. И когда под утро все ежи кучей на полу храпят, а один в углу еще топчется и покрикивает — упаси тебя Господь ему замечание сделать. Враз все проснутся и снова начнут. Надо обязательно дождаться, когда последний еж фуражку на пол скинет, крикнет: «Баста, карапузики!» — и сам свалится. Только тогда их можно сметать веником в совок и выносить на улицу.

В общем, много хлопот с этими ежами. Поэтому я к ним с водкой — ни-ни!

Лесному ежу если наперсток водки предложишь — он сразу тебе в ноги кланяется, в хату просит зайти, бороденкой порог подметает. Приветливый они народ, особенно если у тебя в бутылке еще осталось и если не браконьер ты, а заяц или дятел приличный. Таким они завсегда рады, каждое рыло по четыреста книксенов тебе с одного наперстка сделает, а если второй нальешь — так они в твою честь сначала в ладоши хлопают, пока не оглохнешь, а потом самый почтенный еж в эту же честь речь говорит. Как отбормочется, его снова нафталином прокладывают и обратно в сундук прячут, а ты должен благодарственно ногой топнуть, третью налить и отвернуться. Они за твоей спиной когда вылакают, у кого-то обязательно нервы сдают и он верещать начинает. Пока они балалайку ищут, ты под крик и писк должен на губе играть что помнишь и глазами вращать, иначе праздника не получится, а получится другое, и тебя холодного где-нибудь за рекой в овраге найдут. Балалайка ихняя заметной музыки не дает, но организует хорошо, и через два-три песнопения весь клубок во главе с тобой идет медведю в морду стучать, или над муравейником зонтик ставить, или к божеству ихнему устами прикладываться. Оно у них с виду пенек простой, но огромная в нем моральная сила и мудрость заключены, а кто этого не понимает, того за руки берут и — поминай как звали об пенек! Зато ежли ты порядки знаешь, чужими святынями не брезгуешь, то выделят тебе из клубка и предложат самую первейшую красавицу. Тут тебе как мужчине впечатлений на две жизни хватит: и как краеведа тебя ублажит, и не далее как через час детей твоих приведет, все — копия ты, только маленькие и с иголками вместо перьев. И когда за поколение новое последнюю сэкономленную пить будете — крикни на весь лес так, чтоб белки с веток посыпались. И если одна из них на тебя упадет — значит, счастливый ты, и долго жить будешь, и даст тебе Бог здоровья, а ежи в беде не оставят...