Читаем Карма онлайн бесплатно

– Кажется, Матвей говорил, что у тебя восточные корни?

Светловолосая девушка с голубыми глазами повернулась к мужчине, который уверенно вёл машину по трассе, и посмотрела на него с прищуром.

На «восточного» парня он совсем не походил, даром, что звали его Эмиль. Светловолосый, несколько прядей даже рыжиной отливают. И глаза – то ли стальные с зелёным, то ли ближе к охре, подёрнутой цветом свинцового неба – так сразу и не разберёшь. А для неё восток всегда с чем-то тёмным и жгучим ассоциировался.

– Я бы и с натяжкой это не назвал. Один из пра-пра-каких-то там прадедов был турком. – Эмиль снял руку с руля и небрежно поправил упавшую на лоб прядь волос. Повернулся к ней и подмигнул, и от этого внутри что-то ёкнуло. – А что? Тебе нравятся восточные мужчины?

– Нет! – Она рассмеялась почти сразу от того, с какой скоростью выпалила это слово. – Не подумай, что я расистка или что-то вроде того… Просто ты на того, кто с востока, не похож.

– Да? Турки вообще разные же бывают. И светловолосые тоже. И голубоглазые.

– У тебя глаза не голубые.

– А ты меня уже рассмотреть успела?

Эмиль снова улыбнулся, и она не смогла сдержать ответной улыбки.

– Успела. Но не особо хорошо.

– Ммм. Это упущение, я считаю. А у тебя что за корни? Не в Питере родилась?

– Неа. Не в Питере. В Ленинграде.

Эмиль тихо рассмеялся и, остановившись на светофоре, снова поправил непослушную прядь, сползающую на глаза.

– Люблю этот ответ. Сам грешу тем же, когда спрашивают. Но ты тоже на коренную не похожа. У тебя глаза чуть раскосые. И имя такое. Карма.

– Не индийское, если ты хотел об этом спросить.

– С языка сняла. А какое?

Она отвернулась и фыркнула. То, о чём в детстве говорила с гордостью, а после – спокойно – сейчас вдруг стало вызывать стеснение.

– Ты будешь смеяться.

– Не буду. Говори.

– Ладно. У меня безумная семейка. Маму бросает из крайности в крайность. Слава богу, никаких сект, но изучений брахма-пудры, буддизма и прочего – хоть отбавляй.

– Брахма – что, прости?

С губ Эмиля срывается короткий смешок, а ей и самой хочется смеяться.

– Я могу ошибаться в терминах.

– Так, понял. А папа?

– А папа у меня – патриот до мозга костей.

– Ну, это не так уж и плохо.

– Да. Но имя…

– Не улавливаю, прости. Тебя Кармой папа назвал?

– Скажем так… совместное творчество. Папа хотел назвать Кармией.

– Красиво. А что оно означает?

– Имя? Я же говорила, что ты будешь смеяться.

– А я обещал этого не делать.

Они уже припарковались возле большого дома за простым деревянным забором, куда Эмиль привёз её на день рождения их общего друга Матвея, но покидать машину не торопились. И ей, и ему нравилось общество друг друга и общаться было легко и приятно, хотя познакомились не больше часа назад.

– Это от Красная Армия… представляешь?

Карма и сама не выдержала – расхохоталась звонко и искренне, хотя раньше порой обижалась, когда кто-то высмеивал её имя. А сейчас, когда рядом сидел улыбающийся Эмиль, дуться совсем не хотелось.

– Представляю. И знаешь, это круто.

– Круто стать Кармой вместо Красной армии?

– Нет, что ты не какая-нибудь Маша или Катя. Тебе бы и не подошло быть ими.

– М-м-м. Вообще-то мы приехали.

– Уже минут пять как.

– И? Почему никуда не идём?

– Уже хочешь от меня сбежать?

Эмиль снова улыбнулся и взялся за ручку дверцы, впрочем, открывать её не торопился.

– Не хочу, мне нравится с тобой… болтать. Но на месте твоей девушки я бы уже заревновала.

– Она нормально к этому относится.

– Значит, девушка всё же есть?

– А тебя это расстраивает?

Карма покачала головой. С лица не сходила совершенно дурацкая улыбка. Расстраивало ли её наличие девушки у Эмиля? Однозначно, нет. Было бы странно, если парень двадцати пяти лет, да ещё с такой внешностью, был одинок. Но и почему-то при упоминании о другой что-то царапнуло внутри.

– Почему это должно меня расстраивать?

– Слушай, кажется, я понял. Никакие мы не индусы с турками, а самые настоящие евреи. Сплошные вопросы в ответ на вопрос.

Карма тоже взялась за ручку на дверце и, рассмеявшись, проговорила, прежде чем выйти:

– Идём. А то твоя девушка точно начнёт ревновать.

И покинула машину Эмиля, зная, что он последует за ней.

В доме было шумно. Всюду смех, голоса, среди которых невозможно было различить хоть слово. И атмосфера общего веселья, в которое Карма тут же погрузилась. Лишь обернулась на пороге, встретилась взглядом с Эмилем, который смотрел на неё, и тут же была увлечена в водоворот праздника твёрдой рукой Матвея.

Они познакомились пару лет назад в компании общих друзей. Он сразу расположил к себе – мало того, что дико сексуальный, так ещё и с такой улыбкой, которая способна была любую в нокаут отправить. Между ними ничего не было – так, пара поцелуев, не больше, и в первое время Карму это озадачивало. Она знала, что нравится парням, что многие из тех, кто находился в её окружении, готовы были на многое, чтобы она обратила на них внимание. А вот Матвей словно в стороне держался. Флиртовал с ней, порой так откровенно, что она даже терялась, обменивался двусмысленными шутками, но… никаких более серьёзных намерений не выказывал.

– А я уж думал, что Эмиль тебя в свой гарем уволок, – притянув Карму к себе, шепнул ей на ухо Матвей, обдавая жаром дыхания, приправленного ароматом виски.

– Можно подумать, тебе есть до этого дело, – выдохнула она в ответ, упираясь руками в его грудь и нехотя отстраняясь. – Или скажешь, что ревнуешь?

Она помимо воли скользнула взглядом по гостям, и когда нашла глазами Эмиля, который наливал себе виски, но при этом смотрел на них с Матвеем, едва сдержала победную улыбку.

– А если скажу?

По лицу Матвея было ясно, что он играет во всё это. И в ревность свою, и в вопросы, которые задаёт, и у Кармы тоже желание появилось поиграть. Ведь она получала от этого удовольствия. От того, что нравилась Эмилю, несмотря на наличие у него девушки, от того, что Матвей вдруг повёл себя именно так.

– А ты скажи, тогда и посмотрим.

Запрокинув голову, она снова рассмеялась и, высвободившись из кольца рук Матвея, отправилась танцевать.

Девушку рядом с Эмилем Карма заметила через пару минут. Красивая миниатюрная брюнетка – полная её противоположность. Тонкие черты лица, вся изящная и хрупкая. На такую даже смотреть страшно, кажется, одно дуновение ветра – и она разломается на части. И снова внутри появился отголосок того, что уже испытывала. Раздражение, что ли, а может досада, что это не на неё сейчас смотрит Эмиль. Последний же вообще потерял к Карме интерес. Притянул к себе свою девушку, усадил на одно колено, а руку по-хозяйски положил на худое бедро, обтянутое тёмными кожаными брюками.

Они о чём-то переговаривались, улыбались друг другу, после чего целовались, чтобы следом вновь продолжить разговор.

– Скучаешь? – перекрикивая шум музыки, рядом «нарисовался» незнакомый парень. Вроде и симпатичный, и двигался хорошо, но почему-то на него совсем не хотелось тратить время.

– Нет. Я здесь не одна, – соврала Карма, находя глазами Матвея в окружении сразу трёх девиц.

– А с кем? С Матом, что ли?

– А если и с ним?

– Не, я ничего. Без если.

Она понимала, что он имел ввиду. Теперь рядом с Матвеем крутились уже пятеро, все смеются, а он весьма комфортно себя при этом чувствует. Успевает объять вниманием сразу всех без разбору.

– Ну вот и отлично. А ты..?

– Лёня.

– Карма.

– Что?

– Это имя моё. Карма.

Он даже танцевать перестал на полминуты. Воззрился на неё, пока сама Карма кружилась, запрокидывая голову, чтобы скрыть, насколько ей смешно.

– А как целиком? Кармен? Кармелита?

– Просто Карма. И точка.

– Ясно.

Пожав плечами, парень отошёл, пробормотав что-то вроде: «Я выпить». А Карма осталась одна. Нет, вокруг неё всё так же двигались на небольшом танцполе знакомые и незнакомые парни и девушки, но она сама чувствовала себя одинокой. Эмиль всё так же общался со своей пассией, Матвей – наслаждался стайкой девиц, каждая из которых, судя по их виду, готова была прямо здесь и сейчас запрыгнуть на него сверху.

И это раздражало. Зачем он вообще её сюда позвал? Чтобы пополнила ряды тех, кто и так водился на его вечеринках в изобилии? Да ещё и друга своего попросил подкинуть до праздника жизни.

Понимая, что раздражение уже начало перетекать в злость, Карма покинула танцпол и вышла на балкон. Летний вечер был ещё не настолько знойным, как то бывает в середине июля. Разгорячённой кожи коснулся прохладный ветер, понуждая Карму передёрнуть плечами. Зря она не прихватила с собой какую-нибудь накидку. Ну или бокал горячительного.

Она уже подумывала вернуться обратно, побыть немного на дне рождения, чтобы соблюсти никому ненужные приличия, а после уехать, когда позади раздался мужской голос:

– Не помешаю?

Карма обернулась, уже зная, кого увидит. Один и без своей девушки? Даже странно.

– Нет, тем более, я уже собиралась возвращаться.

– Ещё бы. Здесь холодно, а ты вон почти не одета.

Ей на плечи опустилась толстовка, от которой пахло… Боже, Карма никогда особо не обращала внимание на аромат мужского парфюма. Он был – и хорошо. Как-то парни не особо разбирались в том, что им подходит, но сейчас…

Что-то ненавязчивое, но в то же время запоминающееся, а главное – едва приметные нотки востока. Идеально для Эмиля.

– Я не совсем об этом. С праздника собиралась уйти.

– Почему?

Он небрежно прислонился бедром к перилам, встав так, чтобы видеть Карму. Сложил руки на груди, посмотрел на неё, нахмурив брови.

– Да так. Я тут мало кого знаю, а Матвей весь… занят.

– Девчонками, ты имеешь ввиду?

– Ну, и ими тоже.

– А вы… ну, разве не вместе?

– С Матвеем?

Глупый вопрос. Даже поморщиться захотелось от того, что его произнесла.

– Да.

– Нет, не вместе. Я, в отличие от некоторых, парой не обзавелась.

И опять глупость сказала, даже язык прикусила, чтобы больше ничего такого не выдать. Эмиль странно на неё действовал, понуждая произносить вот такие вот перлы.

– Ты ревнуешь, что ли?

– Кого?

– Матвея. Не меня же, – он усмехнулся и, вынув из пачки сигарету, вопросительно взглянул на Карму: – Можно?

– Конечно. Даже странно, что ты спрашиваешь.

– И всё же. – Эмиль прикурил и затянулся. – Ты не ответила на вопрос.

– Я просто удивлена тому, что ты вообще его задал.

– Потому что парни обычно о таком не спрашивают?

– И это тоже. Думала, что вы с Матвеем общаетесь больше, и ты в курсе, что я ему не девушка.

– Он о тебе много и часто говорит.

Брови Кармы сами по себе поползли наверх. Она для Матвея была кем-то вроде тех, кого он сегодня усиленно обихаживал, а не той, о которой он «много говорит». Ну, по крайней мере, в её воображении. Или ошибалась? А если да, то что это меняет?

– Пусть говорит, значит, есть о чём, – пожала она плечами и отвернулась, устремив взгляд на вечерний сад.

И чувствуя, что Эмиль неотрывно на неё смотрит, даже неловко стало от этого.

– Есть о чём, ты права, – мягко проговорил он, затушил окурок в пепельнице, после чего неожиданно спросил, протягивая ей руку: – Потанцуешь со мной?

– Прямо здесь? – откликнулась она эхом, вкладывая пальцы в его ладонь. Скорее инстинктивно, чем успев подумать, что делает. Прикосновение к его горячей коже обожгло, так же, как и потемневший взгляд Эмиля, и Карма почувствовала себя желанной, пусть всего на эти несколько секунд.

– Да. А что тебя смущает?

– Музыку почти не слышно.

– А она нам и не нужна. Но если хочешь, могу напеть. Там Брайан Адамс.

– Ты и петь умеешь? Ну просто не парень, а мечта.

– Зафиксируйся на этой мысли.

Эмиль привлёк её к себе, не грубо, но беспрекословно. От того, как она вжалась в его крепкое тело, Карму бросило в жар. Они задвигались под едва слышную медленную мелодию. Так странно… Никогда ничего подобного не делала, хотя и любила порой вытворить то, что остальным показалось бы возмутительным. Да и ничего особенного в этом танце не было – ну покачиваются туда-сюда, ну обжигает жаром то, насколько они близки… да и только. И всё же Карма чувствовала себя не в своей тарелке.

– Тебе не нравится? – уточнил Эмиль, впрочем, не предпринимая попыток отстраниться или выпустить её из своих объятий.

– Нет. Дело не в этом.

– А в чём?

– В том, что всё это странно.

– Точнее..?

– У тебя есть девушка, но ты сейчас не с ней, а со мной.

– Я же говорил, что она нормально к такому относится.

– А ты сам?

– А что я сам?

– Если она будет вести себя так же? Оставит тебя одного и отправится обжиматься на балкон с малознакомым парнем?

– А мы обжимаемся? Я думал, просто танцуем.

На лице Эмиля появилась дерзкая улыбка. Он над ней потешался? У Кармы возникло именно это чувство. И всё же возмущаться совсем не хотелось, потому что ощущала, что за тем, что говорит и делает Эмиль, нет никакого злого умысла.

– И я так думала.

– Если хочешь, можем и пообжиматься. – Эмиль прижал её к себе ближе, и Карма вспыхнула. Снова пришлось упереться ладонями в плечи, отстраняя от себя, хоть и сделала это нехотя. Близость Эмиля будоражила, заводила, и глупо было это отрицать.

– Не хочу. Если уж танцуем, то танцуем.

Он отстранился сразу же на «пионерское» расстояние. И снова на губах усмешка, от которой по позвоночнику дрожь прошла.

– А ты оказывается, не такая смелая, как о тебе Матвей рассказывал.

– Он обо мне такое говорил?

– Да. И не только это.

Карма закатила глаза. Болтун он был, этот Матвей. И нечего ему было рассказывать такого, учитывая, что между ними ничего не было.

– Я даже боюсь предположить, что он наплёл.

– Да ничего особенного, просто о том, что ты… ну, раскрепощённая.

– Вот как? Это потому ты решил, что меня можно… лапать?

– Я тебя не лапал. И если хочешь, вообще могу отойти на два шага назад.

В противовес тому, что сказал, Эмиль остался рядом с ней, как будто знал, что она скажет следом:

– Не хочу. И вообще давай завершим этот разговор.

Карма отвела глаза. Её руки всё ещё лежали на плечах Эмиля, а его близость совсем не напрягала. Наоборот, возбуждала и будоражила, и кажется, он это чувствовал.

– Так, голубки, ну-ка хватит тут тереться друг о друга, – неожиданно прозвучал голос Матвея. И как он рядом оказался так незаметно? Чудеса. Впрочем, задать этот вопрос ему Карма не успела – Матвей взял её за руку и повёл с балкона, а она только и успела, что обернуться к Эмилю и увидеть, что он последовал за ними, ни слова не противопоставив другу.

Как, куда и в какой момент подевался Эмиль вместе со своей девушкой, Карма не поняла. Праздник уже перевалил за полночь, многие гости разъехались. Карма буквально упала на диван без сил и сделала глубокий вдох.

С того момента, как Матвей увёл её с балкона, всё его внимание переключилось на неё. И – о чудеса! – рядом уже не было ни одной его поклонницы. Только Карма, с которой он танцевал без передышки. Это не столько удивляло, сколько обескураживало и рождало всё новые и новые вопросы.

– Последние свалили, – сообщил Матвей, устраиваясь рядом. – Ты как? Устала?

– Жутко, – призналась она. – Сейчас такси вызову и домой.

– Хочешь сбежать?

Когда он говорил таким голосом, в котором появлялись мурлыкающие с хрипотцой нотки, у Кармы голова кругом шла.

– Вроде бы поздно уже, моя карета и так превратилась в тыкву.

– Тогда оставайся.