Читаем Как целуются принцессы онлайн бесплатно

Мальчик возник на дороге совершенно неожиданно.

Рив Стрэтон на секунду застыл на узком тротуаре у дороги, но в следующее мгновение он уже был на проезжей части и, лавируя между машинами, несся на помощь маленькому мальчику, который рисковал попасть под колеса мчащегося такси.

Он закричал на лихача таксиста и в ответ увидел грубый жест, понятный во всем мире. Такси с жутким ревом скрылось за углом.

— Постой, сынок, — сказал Рив, пытаясь скрыть свою злость на водителя и в то же время стараясь говорить мягко, чтобы не напугать ребенка. — Тебе следует быть поосторожнее.

Он пронес малыша через дорогу и поставил его на тротуар. Только теперь, когда ребенок был в безопасности, Рив взглянул на него. Блестящие карие глаза, проказливая ухмылка — этого ребенка он так часто видел на фотографиях в последнее время. По выражению его личика было ясно, что его не так-то легко напугать.

Это был принц Джин Луис, семилетний сын наследницы престола княжества Инбург. Король Майкл нанял Рива для охраны принца и его матери. Он должен был начать работу только вечером, но судьба распорядилась иначе. Впрочем, Рив не верил ни в судьбу, ни в совпадения.

— Я же следил, — запротестовал Джин Луис, указывая рукой на дорогу. — Я следил за той бабочкой. Она выглядела точно как в книжке. Она вылетела из парка, и я хотел ее поймать.

— Лучше бы ты не гонялся за бабочками на…

— Джин Луис, — послышался испуганный голос, и подбежавшая мать сжала ребенка в объятиях.

Пока женщина стояла на коленях и пыталась понять, все ли в порядке с сыном, Рив смотрел на ее густые волосы рыжевато-золотистого оттенка и блестящие золотые браслеты на руках. Ее духи пахли фиалкой. Наконец, она вздохнула с облегчением и, глядя ребенку в глаза, спросила:

— Зачем ты это сделал? Мы с Эстер не могли тебя найти. Я ведь просила не убегать далеко.

— Все в порядке, мам, — нетерпеливо произнес мальчик, и по тону его было ясно, что ему и шага не дают ступить самостоятельно. Но чтобы успокоить мать, он улыбнулся. — Я увидел, как голубая бабочка вылетела из парка, и выбежал за ней.

— Прямо на проезжую часть, — вставил Рив.

Переводя взгляд с сына на Рива, она побледнела и с дрожью в голосе пробормотала:

— Он исчез так внезапно. Спасибо, что вы его спасли.

Рив кивнул, рассматривая ее. Он знал все об Анне Мариетте Виктории из семьи Кастэн, наследнице престола княжества Инбург, — и не только из газетных репортажей. Король Майкл откровенно ответил на все его вопросы о принцессе. В его рабочем кабинете висели портреты трех его дочерей. И теперь Рив не сомневался, что художник не сумел отдать должное внешности принцессы Анны.

Она была скорее хорошенькая, чем красивая. Но в ее густых золотисто-рыжих волосах и в ярко-зеленых глазах было нечто такое, что легко могло, по его мнению, остановить уличное движение в любом уголке мира. В сочетании с тонкими чертами лица, полными губками и безупречной кожей… да, теперь Рив понимал, почему бульварная пресса не оставляла ее в покое.

И вдруг, почувствовав прилив раздражения, хмурясь, спросил:

— Вы что, не следите за ребенком? Где ваш телохранитель?

Он оглянулся, но не увидал ни одного дородного парня, который спешил бы на помощь.

Принцесса выпрямилась, панический страх в ее взгляде исчез, теперь он стал холодным. Рив наблюдал за ней. Крепко сжав руку сына, принцесса свысока посмотрела на Рива, что оказалось нелегким делом, поскольку она была намного ниже его ростом.

— Здесь, в Инбурге, порой можно обойтись и без телохранителя. Я отпустила его на час, — сказала она тоном, не допускающим возражений. — Он скоро приедет за нами.

— Понятно. — Рив посмотрел на нее долгим, оценивающим взглядом. Ему было интересно, как она отреагирует на этот взгляд. — Думаю, все же вам стоит отказаться от привычки разгуливать по городу без охраны.

Она плотно сжала губы и уже готова была резко ему ответить, но в этот момент к ним подбежала полная, небольшого роста женщина. Ее лицо раскраснелось от быстрого бега, она тяжело дышала.

— Ваше Высочество, как он? А вы как? Боже мой, он ведь был совсем рядом и вдруг…

— Ничего не случилось, Эстер, — мягко сказала принцесса, не отрывая холодного взгляда от Рива. Когда она повернула голову, перед ним предстали ее четко очерченный профиль и решительная линия подбородка. — Мы должны вернуться домой.

— О да! Конечно! — возбужденно ответила женщина. Она взяла Джина Луиса за руку. — Пойдемте, молодой человек, Я попрошу Гая Бернарда прикрепить к вашей одежде радиомаяк. Тогда я всегда буду знать, где вы находитесь.

— Правда? — Мальчик был явно в восторге от этой идеи. Потом он хитро посмотрел на нее. — Это значит, что и я буду знать, где находитесь вы?

— Вовсе не значит, — последовал краткий ответ, и женщина с мальчиком поспешили к припаркованной неподалеку машине.

Принцесса Анна проводила их долгим взглядом, накинула на плечо сумочку и выпрямилась во весь рост.

— Еще раз благодарю вас за спасение моего сына, мистер…

— Рив, Ваше Высочество. Рив Стрэтон.

— Итак, спасибо, мистер Стрэтон. — Она достала из сумочки визитную карточку и изящную золотую ручку и быстро что-то написала. — Если я когда-нибудь вам понадоблюсь, позвоните, пожалуйста, по этому номеру. Мой секретарь Мелина все устроит.

Рив взял визитку, взглянул на номер, потом на нее.

— Интересно было бы узнать, а что еще она может устроить для вас?

Услышав вопрос, принцесса смерила Рива далеко не дружелюбным взглядом.

— Прошу прощения?

Вероятно, этот ледяной взгляд, который с детства осваивают все члены королевской семьи, достиг бы цели, если бы Рив не был настроен столь решительно.

— Просто хотелось бы узнать, насколько велики ее возможности. Я хочу сказать, во сколько оценивается жизнь вашего сына?

Она уставилась на него:

— Что?!

Хорошо, подумал он. Теперь, по крайней мере, она внимательно его выслушает. Он взял визитку, держа ее между двумя пальцами.

— Кажется, так просто отплатить кому-то за жизнь сына… Ну а если бы меня там не было?

Алый румянец раздражения сошел с ее лица, она побледнела. А когда заговорила, голос ее был близок к шепоту:

— Но вы оказались там и спасли ему жизнь. Спасибо.

— До этого не дошло бы, если бы был с вами ваш телохранитель, Ваше Высочество, — нравоучительно заметил Рив. Он понимал, что отчитывает ее как школьницу, но следить за ее безопасностью было теперь его работой, и, чтобы заслужить те деньги, которые платил за нее король Майкл, надо было выполнять ее качественно.

— Мистер Стрэтон, вряд ли я нуждаюсь в советах иностранца. Вы ведь не житель Инбурга. Судя по вашему акценту, вы — американец, — сказала она, смерив его уже знакомым ему ледяным взглядом. — И, кроме того…

— Принцесса Анна, новый бой-френд? — прервал ее чей-то голос. Щелканье затвора фотоаппарата и звук выдвигающегося объектива несколько снизили напряжение между нею и Ривом. — Внимание, улыбочка…

Рив видел, как крепко сжались ее губы и какой гневный взгляд она метнула на него, прежде чем взглянуть на фотографа. Тому же эта картина очень понравилась, и он с удовольствием принялся фотографировать рассерженную принцессу.

Чтобы уберечь ее от назойливого репортера, Рив взял Анну под руку и несколько отстранил, другой рукой пытаясь заслонить объектив.

— Эй! — закричал фотограф. — Что это ты делаешь?

— Защищаю принцессу от назойливого внимания, — отпарировал Рив.

— Ну, это тебе не удастся, ведь предстоит свадьба ее сестры и прессы кругом полно, — ухмыльнулся фотограф.

— Это вовсе не означает, что у принцессы нет права на личную жизнь. Вытаскивай пленку! — Рив протянул руку. Он много лет был военным, оставив службу в звании капитана, и давно понял: чтобы добиться чего-то от подчиненного, нужно пристально смотреть ему в глаза до тех пор, пока тот не выполнит приказ.

— Нет! — Репортер закрыл объектив и собрался было убрать фотоаппарат.

Но Рив был непоколебим.

— Вытаскивай пленку, — повторил он.

— Я позову полицию, — насмешливо заявил фотограф, оглядываясь. — Новая конституция Инбурга гарантирует свободу печати.

— Но не свободу подкрадываться из-за угла, — заявила Анна, выходя из-за спины Рива. — Мне что, позвать постового?

Мужчина посмотрел на нее, потом на Рива. Он явно понимал, что помощь и поддержка в этом случае будут, конечно, оказаны не ему.

Рив не сводил с него взгляда и не опускал руки.

В конце концов, репортер усмехнулся, открыл фотоаппарат и достал пленку со словами:

— Вы ничего этим не добьетесь. Я вернусь в сопровождении десятков журналистов, которым захочется запечатлеть принцессу с новым бой-френдом.

— Ну, когда у нее появится бой-френд, наверное, можно будет сделать пару снимков — с ее разрешения. А сейчас у Ее Высочества есть дела поважнее. — Всем своим видом Рив давал понять, сколь жалким он считает собеседника. Лицо фотографа стало пунцовым, он повернулся и пошел, что-то бормоча. Риву было все равно, что он там бормочет. Он взглянул на Анну, на лице которой застыло выражение недовольства.

— Я и сама могла бы справиться. Я к этому давно привыкла.

Только не в мое рабочее время, подумал Рив. Впрочем, отец еще ничего не говорил ей об усилении мер ее безопасности.

— Считайте, что такова моя досадная американская привычка: всегда приходить на помощь, независимо от того, просят меня об этом или нет.

Она хотела что-то ответить ему, но тут заметила кого-то и кивнула ему в знак приветствия. Рив оглянулся и увидел возвращавшегося телохранителя.

— До свидания, мистер Стрэтон, — сказала она своим обычным холодным тоном.

Интересно, подумал Рив, этот тон у нее от природы или всех принцесс ему учат?

— До свидания, принцесса. Еще увидимся.

В ее взгляде блеснула тревога, но она быстро с ней справилась и поспешила к машине.

Рив смотрел на ее удаляющуюся фигуру и любовался ее властной походкой, легким покачиванием стройных бедер, прямой, как натянутая струна, спиной, стремительными движениями, которые ясно давали понять, что лучше не вставать на ее пути.

Через мгновение она была уже в машине, и водитель помчался по направлению к дворцу, находящемуся в нескольких милях езды отсюда.

Рив прислонился спиной к ограде. После встречи с королем Майклом и изучения плана дворца он приехал в Инбург, чтобы осмотреться на месте своей будущей работы. Чем больше он знал о ней и о местности, где ему предстояло работать, тем спокойнее себя чувствовал.

Единственная сложность в этом деле — сама принцесса Анна.

Он положил руку в карман и дотронулся до карточки, которая давала ему возможность получить пропуск на бал, устраиваемый в честь принцессы Алексис и ее американского жениха. Потом он провел пальцем по гладкой поверхности визитки, которую дала ему Анна.

Ему стало интересно, как она отреагирует, узнав, что ей придется сдержать свое обещание и «что-нибудь» сделать для него за спасение своего сына.

Надоедливый недотепа, думала Анна по дороге домой. Ее водитель и телохранитель, Питер Хаммет, был молчалив. Он часто посматривал в зеркало, в котором отражалось заднее сиденье. Ждет, что я буду его упрекать, подумала Анна.

Эстер, без сомнения, высказала ему прямо, что она думает по поводу его отсутствия, хотя Анна сама отпустила его на часок. Как фрейлина и подруга Анны и ее сестер, Эстер пользовалась привилегиями, одной из которых было разрешение открыто говорить то, что она думает.

Но Эстер не следовало быть резкой с Питером. Одной из причин, по которым Анна отпустила его, было желание убежать из дворца, вырваться на несколько часов из круга постоянных забот и суеты. Но самое главное — очень хотелось побыть с сыном, что редко ей удавалось с тех пор, как начались новый учебный год и приготовления к свадьбе Алексис. Она, правда, не была уверена, что в городе ее оставят в покое, ведь там было полно фотографов, но передышка была ей необходима — она могла, в кои-то веки, спокойно погулять с Джином Луисом в парке. Но все вышло не так, как она ожидала.

Анна взглянула на сына, и сердце ее забилось сильнее. Как она любила его, своего бесстрашного малыша! Ей не следовало удивляться таким выходкам, как преследование бабочки на проезжей части. Ведь его отец — автогонщик. Он авантюрист по натуре, не может жить без приключений. Хорошо еще, что сын пока что бегает только за бабочками…

В памяти возникли картины прошлого. Шесть лет назад она развелась с Фредериком. Джин Луис был тогда совсем крохой, но состоять в браке с мужчиной, который предпочитал общество других женщин, было выше ее сил.

Анна глубоко вздохнула, глядя на ухоженные овощные поля и виноградники, которые обрамляли дорожку к дворцу. Какая чудесная будет картина, когда по ней в день своей свадьбы поедут в карете Алексис и Джейс! — подумала она.

Алексис призналась, что всегда мечтала выйти замуж в сентябре. Ей страшно хотелось совершить свадебную прогулку в карете через поля, готовые к уборке урожая. Она была уверена, что это у нее от прапрапрадедушки, который был фермером в Массачусетсе.

Несмотря на то, что ее младшая сестра нашла, кажется, свое счастье, Анна больше не верила в сказочные хэппи-энды. Она знала не понаслышке, как живут принцессы: их жизнь совершенно не похожа на жизнь сказочных принцесс. Быть принцессой — значит работать, и, как в любой работе, успех зависит от вложенного труда. Анна трудилась много, очень много. Может быть, ради того, чтобы Инбург достиг пусть скромного, но стабильного положения в мире. А может быть, она таким образом пыталась хоть немного загладить последствия той ужасной ошибки, которую совершила, выйдя замуж за Фредерика. Этот брак ошеломил не только ее семью, но и все население Инбурга. Прошлое не изменить, но теперь она точно знает, что не совершит больше подобной глупости. Последние несколько лет ей казалось, что она просто наблюдатель, а не хозяйка своей жизни. Она делала все, что от нее требовалось, почти не получая от этого удовольствия. Становилась циником. Почему-то это слово напомнило ей о человеке, с которым она только что познакомилась. О Риве Стрэтоне.

Он был не слишком приятным собеседником, со своими резкими замечаниями, его большие карие глаза, казалось, видели в ней больше, чем ей бы хотелось. Он был строен, широк в плечах. Густые волосы темного оттенка как ствол красного дерева. В одежде не было ничего примечательного: темные брюки, белая рубашка с расстегнутым воротом и куртка грязноватого оттенка. Внимание привлекало только лицо: правильные черты, прямой нос и на удивление полный, чувственный рот.

Он не был похож на туриста. Она хорошо знала, как выглядят туристы, так как туристический бизнес был главной статьей дохода Инбурга. Американские туристы особенно выделялись из-за своей привычки нагружать себя множеством разных вещей: рюкзаками, пакетами, фотоаппаратами, видеокамерами и бутылками с водой. У Стрэтона ничего этого не было. Трудно также поверить, что он приехал в Инбург, чтобы принять участие в церемонии венчания. И выглядит он слишком по-военному…

Впрочем, какая разница? Она, наверное, больше его не увидит. Она бесконечно благодарна ему за спасение сына, но он вряд ли позвонит, чтобы попросить об услуге. Он совсем не похож на тех, кто просит об услуге.