Читаем Как не спалить(ся) (СИ) онлайн бесплатно

«Ну же, давай! Я верю в тебя!» — «кричит» пронзительный взгляд, проникающий в самую душу. Слова, сказанные им ранее, до сих пор отдаются эхом в ушах.

Слезы текут по щекам, смешиваясь с грязью и кровью.

«Не смогу!» — отрицательно мотаю головой, чувствуя, что сил совершенно нет. Я слишком слаба! У меня не получится...

«Лишь так можно выжить!» — уверенно кивает, хватая меня своими руками за лодыжку, и чувствую, что он отдает мне остаток своих сил.

***

Давящий на голову шум вынуждает открыть глаза. Это удается сделать далеко не с первой попытки. Старательно фокусирую взгляд. Что за странное место? Смутно напоминает больничную палату... Неужели, я всё ещё жива? Что произошло? Выходит, это был всего лишь сон?! Фух... Всего лишь сон... Слава Богу...

— Валир! Валир! Ты очнулся! Слышишь меня? — нависает над моим лицом странный, но смазливый темноволосый тип. — Сколько пальцев показываю?

Практикант что ли? Молоденький такой... Глаза серо-голубые, внимательные и слегка раскосые. Моё имя, как всегда, исковеркали. Нельзя что ли нормально — Валери, или Лера, на худой конец?

Сгинь, нечистый! С огромным трудом поднимаю руку, чтобы отодвинуть его от себя (уж слишком близко к моему лицу находится), но это словно не моя конечность. Тяжелая, смуглая, в шрамах и заживающих ранах, крупная и... волосатая?! Бррр. Однозначно, я еще сплю. А иначе — это какой-то бред!

Подношу ладонь, чтобы протереть глаза и чувствую влагу. Я плакала во сне? Пальцы ползут по грубой обветренной коже, вытирая дорожки слез и натыкаются на что-то колючее, что прилипло к моей щеке. Что с моим лицом не так? Надо будет попросить, чтобы купили крем, а то это не дело.

— Как себя чувствуешь, дружище? Мы все перепугались. Думали, не выживешь! Позвать лекаря? — продолжает тараторить нелепости темноволосый парнишка.

Дружище? Это шутка юмора такая? Перепугались, значит?! От меня же избавиться хотели, как от ненужного хлама! Или, всё же поняли, что подпись в документе не моя? Хах! Я старалась! Не удивлюсь, если это очередной адвокатишко, которого послали втереться ко мне в доверие и вновь подсунуть бумажку для автографа. Что на этот раз? Очередная операция, которая в этот раз точно сможет поставить меня на ноги, потому что предыдущая не помогла? Хотя нет, не похож он на адвоката. Точно, практикант. Медбрат, так сказать.

Облизываю пересохшие губы и понимаю, что жутко хочу пить. Открываю рот, в попытке сказать что-то, однако, хриплый грубый голос, который вырывается из меня, заставляет тут же замолчать. Кажется, я застудила горло.

Но серо-голубоглазый будто всё понимает и через мгновение приносит в руках стакан воды. Усаживается рядом, подкладывает ладонь под мою голову, помогая приподняться, и подносит к губам стакан прохладной водицы.

Горячее дыхание незнакомца непривычно обжигает кожу. Ко мне давно не прикасались после аварии, словно считали какой-то прокаженной. Ну да, меня же, практически, по частям собирали. Все тело изувечено бесчисленным количеством шрамов, ожогов... Интересно, сколько ему заплатили? На вид сложно сказать о нем что-то конкретное. Либо очень хороший актер, либо просто наивный дурачок, которого смогли-таки подкупить. Но красивый, зараза. Густые каштановые волосы, огромные глазищи в обрамлении пышных чёрных ресниц, светлая, словно фарфоровая, кожа подчеркивает мягкость черт лица этого парня, особенно чувственные светло-розовые губы. Еще бы фигуру рассмотреть... Эх. Что поделать, не пропадать же добру?!

Тяну к нему свою руку и провожу пальчиками по щеке офигевающего практиканта. Довольно странное ощущение, если учесть, что я впервые позволяю себе такую вольность. Ну а что теперь, терять-то нечего. Надо пользоваться моментом, пока есть возможность. Чувствую, что начинаю смущаться. Но в этом же тоже наверняка есть какая-то прелесть, верно? Хоть на толику ощутить себя нормальной...

— Как тебя зовут, красавчик? — томно выдаю каким-то больным хрипловатым голосом, после чего, мы оба ошарашенно пялимся друг на друга.

Я определенно простудилась, либо ещё сплю. С таким голосом мне только падальщиков отпугивать, а не парней соблазнять. А может, после операции ещё не до конца отошла от наркоза? Или трубкой горло разодрали?

— Ты головой ударился, видимо сильнее, чем мы думали, — фыркает, приходя в себя, незнакомец. Перехватывает мою руку за запястье и убирает её от своего лица.

Они меня ещё и на голову роняли? Неужели, такому криворукому доверили такую хрупкую меня? От чужих прикосновений по телу пошло какое-то странное тепло. Интересно, красавчик сам по себе такой горячий? Или просто потому, что вызывает симпатию?

— Боже, как жарко... — бормочу, заглядывая в глаза.

— Валир, черт, ты горишь, — встревоженно произносит шатен, отдергивая руку. — Магия вышла из-под контроля?

— Ага, прям плавлюсь, — выдыхаю, помахивая ладонью на себя. А потом замечаю... — Аааа! Мать моя, женщина! Я горю! Аааааа!

Начинаю истошно орать от страха и, пытаясь потушить огонь, луплю горящими ладонями по одеялу. Разумеется, оно тут же воспламеняется, словно факел. Скидываю с себя горящую тряпку и откидываю на ничего не подозревающего шатена, а сама лечу на пол, больно ударившись копчиком. Даже не успеваю обрадоваться тому, что чувствую свои ноги. Какой там!

— Помогите! Пожар! ААА! Я горю! — визжу благим матом басом на все помещение, чувствуя, что начинаю рыдать.

Боже, как страшно! Сердце готово выпрыгнуть из груди. Кто бы мог подумать, что моя жизнь закончится вот так!

— Гхард! Валир, подожди, не шевелись! — ругается парнишка, вылезая из-под, кажется, уже потухшего одеяла. — Да стой же ты, кретин!

— Иди в пень, слепошарый! — завываю, кое-как поднимаясь на ноги, и тут же снова падаю.

Делаю ещё одну попытку, уже более успешную, и, пошатываясь, выползаю вылетаю в коридор.

Вода! Нужна вода!

— Помогиииитеееее! — продолжая волочить ноги, постоянно спотыкаясь, ору на весь коридор.

Куда идти?! Идти! Да, я могу ходить! Боже! Не удивительно, что у меня не очень получается, я ведь давно не могла встать на ноги...

— Смотри, куда прешь! — рычит мужской голос, грубо оттолкнув, когда я врезаюсь в него, а потом удивленно восклицает: — Валир?!

Незнакомец открывает рот, чтобы сказать что-то ещё, но вдруг хватает меня за запястье и впивается взглядом в мои глаза, а я застываю, забывая, как дышать. Странное ощущение, будто он сканирует меня насквозь. Из головы улетучивается тот факт, что я — пылаю. А вот запах паленой одежды мгновенно приводит в чувство обоих.

— Проклятье! — молодой человек отдергивает руку с горящим рукавом. — Совсем умом тронулся?

— Простите, — лепечу, продолжая рыдать, и хлопаю своими пылающими руками по только что погасшему пламени на парне, чтобы потушить, но в итоге загорается все остальное. — Я...

Мощный поток воды, льющийся на нас, словно из ведра, не дает возможности договорить — начинаю захлебываться и кашлять. Но, хотя бы, больше не горю. Спасена.

— Вэйл! — рявкает зеленоглазый, отплевываясь от воды и зло глядя на меня.

От пережитого шока ноги подкашиваются, голова кружится, но меня ловят сильные мужские руки. Приятно, черт их подери! Но... Запах горелого все же неприятно щекочет нос.

— Эй, соберись уже, кретин! Ты ж не слабонервная адептка, чтоб в мужские объятия падать! И... тебе бы не помешало одеться... Почти всё сгорело... — бурчит зеленоглазый.

Краска мгновенно приливает к лицу, отталкиваю от себя мужчину и инстинктивно прикрываю стратегически важные места, как вдруг, до меня доходит смысл сказанного. Одна рука чувствует обнаженную грудь... Слишком мускулистую и плоскую для меня — то, что называется «не понял?!», ведь бюст — одна из немногих моих гордостей — хотя бы на него смотрели...

Взгляд опускается вниз и...

Боже, мои ноги! Мне пришили чужие конечности? Большие, накаченные и... волосатые?! Песец! Какой наркоз мне давали, что я до сих пор не отошла от него? Надо будет сказать анестезиологу, что мне какая-то дичь чудится. Это же ненормально! Я же не психическая! Или...

Судорожно оглядываюсь в поисках зеркала. Замечаю застекленный стеллаж с чем-то там, который лишь немного отражает, но этого, думаю, будет достаточно. Спотыкаясь, подхожу к нему ближе, но не вижу себя — лишь какой-то молодой человек с мокрыми рыжими волосами и в практически сожженной одежде, висящей клочьями, приближается мне навстречу, прикрываясь и откровенно пялясь. Позади рыжего — тот высокий зеленоглазый брюнет с пепельной прядью, которого из-за всей суматохи толком разглядеть не успела. Заглядываю за стеллаж, чтобы посмотреть на наглеца, но вижу лишь запыхавшегося и подпаленного практиканта, который упирается ладонями в свои колени и переводит дух. А рыжего нигде нет. Снова смотрю на парня в стеллаже и оглядываю его с ног до головы, понимая, что он полностью повторяет мои движения.

И его лицо... Кажется таким знакомым. Яркие голубые глаза горят, словно прожигают насквозь. А вот тело... Все в шрамах и порезах. Кажется, я такое разглядывала совсем недавно.

В этот момент, невероятного шока и сильнейшего стресса, вторая моя рука нащупывает через остатки ткани что-то чужеродное.

Твою ж! Да не может быть! Ладонь непроизвольно сжимает абсолютно посторонний орган, чтобы развеять остатки тумана в голове, но резкая боль пронзает тело.

На новый вопль у меня не остается сил, и я просто проваливаюсь в темноту, перед этим вспомнив, почему мне показался знакомым этот рыжий. Я убила его.  

«Сюда! Я нашел его!», — словно сквозь вату в ушах слышу мужской голос, — «Жив. Держись, дружище...»

— Давай же, очнись! У нас нет времени на это! — пробивается в сознание такой знакомый, но в то же время, совершенно чужой голос. Откуда я могу его знать?

С трудом открываю тяжелые веки — я в палате. Одна. Фух. Значит, мне это все почудилось?! Больше не соглашусь ни на какую операцию! Ну их!

Только хочу немного расслабиться, как вижу входящего ко мне практиканта. Вэйл. Тааак. Не может быть! Снова смотрю на свои волосатые руки, которые начинают дрожать, а потом тянусь к груди, которой у меня нет. Ну, нееет! Да поче-мууу?

Взгляд падает ниже, где одеяло стоит высокой палаткой. Трясущимися руками приподнимаю его...

«Что за на хрен?!»

Хоть и темно, и плохо видно, но... ТАКОГО органа у меня явно никогда не было! К тому же, я еще и совершенно голая!

Чувствую, как жар снова приливает к щекам, а я испуганно таращусь на шатена, который медленно подходит ко мне. Инстинктивно подбираю колени к груди, натягивая одеяло повыше, чтобы не было видно конфуза. Как неудобно-то! Вот что мне с ним делать? И как мужики живут с ЭТИМ?! Верните мне женские дни!

Может быть, я все-таки, до сих пор сплю?

— Валир, всё в порядке? — участливо интересуется сероглазый красавчик, разглядывая меня. — Ты покраснел. Жар? Температура? Или снова нестабильная магия?

Заметил, что я поменяла цвет лица, но не заметил, что я не Валир!

Как вышло, что я оказалась в чужом теле? Такое бывает? Не верю! Щеки продолжают пылать. Вдобавок ко всему, любопытный тянется ладонью к моему лицу. Ох, сейчас сгорю!

— Не-не! — отстраняюсь как можно дальше, немного удивив своим поведением парня. — Я в порядке, просто... жарко. А что произошло... Вэйл? — закусив губу, тихо бормочу, опустив взгляд.

Он же не понял? Не догадался?

— Ну, ты спалил часть лечебницы и потерял сознание из-за слабости, — пожимает плечами шатен. Спасибо, утешил. — Целитель говорит, что это из-за того случая. У тебя странный энергетический канал... Весь в разрывах, и открылся дополнительный. Но, вообще, просто чудо, что ты выжил... Твои раны...

Неужели это не сон?! Хорошо, что никто не понял, что их Валир как раз-таки уже мертв... Вопрос в том, как долго продлится это, с позволения сказать, людское (или кто они тут такие, эти странные особи) невежество? Но... Что потом?

— Я... да... А что со мной было... там? — смущенно бормочу, натягивая на себя одеяло повыше.

— Ты не помнишь? — хмурится Вэйл, а я лишь отрицательно мотаю головой, поджав губы и чувствуя, как мурашки бегут по спине. — Когда мы нашли пещеру, едва отыскали тебя, и ты почти не дышал. Чуть подоспели. Но пленных не удалось захватить. Никто не видел, что происходило до этого. Надеялись, что ты расскажешь. Ректор обещал скоро прийти... Так что, разговора с ним тебе не избежать. Поговаривают, что он сам приложил руку к твоему исцелению. И, кажется, кто-то из твоих родственников должен приехать. Я даже не знал, что ты живешь в такой глуши! — протараторил Вэйл, а я пришла в ужас от его слов и думала, куда можно спрятаться, ведь тогда наверняка сразу раскроют подмену, и мне не жить! Я со своими-то родственниками разговаривала только в момент липового подписания документов, а тут еще и чужие?! Что же делать? Прикинуться, что ничего не помню из-за травмы? Сбежать? Так. Успокойся, Лера, все будет хорошо.

Вдох-выдох.

— Вэйл, а кроме меня... больше никого не нашли? — с надеждой спрашиваю у него, стараясь не выдавать волнение и ужас, накатывающий на меня.

Интересно, а кем он приходится Валиру, что постоянно рядом ошивается?

— Нет, из живых был только ты. Что-то вспомнил?

Мгновение сомневаюсь, а потом, тяжело вздохнув, все же, решаюсь:

— Дело в том, что я... ничего не помню. Вообще.

Боже, что я несу?!

Брюнет хмурится и поджимает губы.

— Неудивительно, — серьезным тоном произносит, глядя на меня. — Я рад, что ты жив, Валир.

Выдавливаю из себя кривоватую улыбку, уходя в свои мысли и ерзаю на постели, пытаясь поудобнее улечься.

Вэйл еще что-то говорил о том, что теперь я в безопасности и под надзором, а мне от его слов становилось все хуже и хуже. Ведь тогда вероятность того, что меня раскроют, увеличивается. Хотя... Разве есть моя вина в том, что я оказалась в чужом теле? Разумеется! Ведь моими руками был убит настоящий Валир... Но кто об этом узнает?

Если это сон, то он — отвратительно дурацкий!

Поскорее бы проснуться!

В какой-то момент понимаю, что дико хочу в туалет. Это не смешно!

Глубоко выдохнув, приподнимаю одеяло, чтобы убедиться в том, что у меня (не верю в то, что об этом даже думаю!) ничего не торчит. Так, теперь надо поднять это тело и найти туалет.

— Что случилось, Валир? Тебе помочь? — участливо интересуется брюнет.

— Я все ещё чувствую легкую слабость, проводишь до туалета? — вру, хлопая глазами и чувствуя, как жар снова приливает к щекам. — Только мне нужно одеться...

Вэйл добродушно улыбается и кивает, берет небольшой сверток с тумбочки и протягивает мне.

Благодарно киваю, разворачивая. Так. Брюки, рубашка. А где? А, вот это нечто, похожее на непонятно что, — наверное, и есть мужское нижнее белье. С брезгливостью осматриваю волосатые ноги, пока натягиваю тряпки. Не так я себе представляла момент, когда вновь смогу ходить. Ой, не тааак! С другой стороны... Я же мечтала снова встать на ноги и передвигаться самостоятельно! Не зря говорят: бойтесь своих желаний, они могут исполниться.