Читаем Как быть двумя онлайн бесплатно
Как быть двумя
Роман «Как быть двумя» — это две истории о любви и несправедливости, сплетенные в одну нить. Здесь время становится вечностью, знание — тайной, фантазия — правдой, а всему живому дается еще один шанс. Али Смит, один из самых блестящих мастеров британской прозы, исследует в своей книге любовь, одержимость, сексуальность и многоликий образ искусства. Ошеломляющее произведение, которое одновременно бросает вызов читателю — и вознаграждает его. Роман удостоен четырех престижных литературных премий и признан книгой года — 2014 в Англии.
Проза / Современная прозаПосвящается Фрэнсис Артур
И всем, кто ее создал,
С мыслью о Шейле Гамильтон -
Живом произведении искусства -
И Саре Вуд, художнице.
Et ricordare suplicando a quella che io sonto francescho del cossa il quale a sollo fatto quili tri canpi verso lanticamara.[1]
зеленый дух отыщет жизнь и там где веет лишь пустынной сушью и искра эта о начале новом скажет когда вокруг все кажется испепеленным
J’ai reve que sur un grand mur blanc je lisais mon testament[2]
И хотя жизнь поддается разрушительному воздействию времени, процесс разрушения здесь одновременно является и процессом кристаллизации, так в глубине моря, где тонет и растворяется то, что некогда было живым, некоторые вещи переживают «морское преображение» и сохраняются в новых кристаллических формах и состояниях, которые неподвластны стихиям и как бы ждут ловца жемчуга, который когда-нибудь нырнет за ними и вынесет в мир живых…
Словно герой романа, он исчез совершенно внезапно, не оставив по себе ни единого следа.
Книга года -2014 в Англии
Премия «Голдсмит» (2014)
Премия «Коста Новел»
Премия «Saltire Society» (2014)
Награда за самое выдающееся литературное произведение года по версии «Saltire Society» (2014)
Шорт-лист Букеровской премии (2014)
Шорт-лист премии «Folio» (2015)
Меня абсолютно захватила эта книга — роман, построенный на двух историях, которые перекликаются — и переплетаются — через шесть столетий. Тонко и остро прописанный, глубокий — это размышление о материале искусства во всех смыслах слова. Собираюсь перечитать заново в четвертый раз.
Хелен
Удивительное исследование того, что на самом деле означает: посмотреть — и посмотреть снова.
«Как быть двумя» имеет оригинальную структуру: две истории, одна о художнике эпохи Возрождения, другая о современной юной девушке, оплакивающей необратимую утрату, — которые можно читать в любом порядке. Два сюжета постоянно и в то же время неожиданно раскрываются один в другом. Роман живой, подвижный — и изменчивый.
Поразительно! Лучший роман, который я прочитал в этом году, — на голову выше всего остального.
Один из самых умных, изобретательных, абсолютно впечатляющих авторов в мире сегодня. Али Смит — писательница, чье ошеломляюще тонкое творчество, безусловно, будут изучать и обсуждать даже через сотню лет после нас.
Те, кто высказывает мрачные пророчества относительно смерти романа, пусть лучше обратятся к книгам Али Смит с их по-разному пережитой и представленной образностью, и тогда они увидят, сколько в них живой жизни.
Али Смит — мастер языка. Ее проза — живое воплощение мощного и яркого письма.
Сводя воедино две напряженные истории — итальянского художника, писавшего фрески в эпоху Возрождения, и современного подростка, «Как быть двумя» исследует любовь, искусство и возможность жить — и этот свежий взгляд принес роману почетное место в коротком списке «Букера» и премию Голдсмита за оригинальность.
Ошеломляюще умная и глубокая проза Али Смит — одна из самых подлинных радостей в современной художественной литературе Британии.
Невероятно изобретательно, я просто в восторге от этой книги.
Никому не дано так тонко сочетать эксперимент, юмор и задушевность, как Али Смит.
Она — жизнеутверждающий автор, создательница новейшей, полной свежести литературы… других таких писателей в наши дни нет.
Две необычные книги по цене одной!
Али Смит — великолепная рассказчица, а «Как быть двумя» — чарующий роман, сверкающий эрудицией и заставляющий нас пересмотреть традиционные способы чтения книг.
Али Смит — один из наиболее изобретательных писателей среди ныне живущих, и когда она принимается играть с языком и даже с конструкцией книги, результат оказывается интересным, вдохновляющим и полным противоречивого юмора.
Смит — умелая рассказчица, ее слова искрятся, фразы построены мастерски… «Как быть двумя» содержит немало лирических моментов и говорит о многих вещах сразу. А остроумие и богатое воображение автора, безусловно, ставят это произведение в один ряд с современной классикой.
Романы Али Смит набирают все большую высоту — и «Как быть двумя» наверняка не разочарует читателя.
Блестящая игра, удивительная трогательность. Практически невозможная повествовательная акробатика, бросающая вызов смерти.
Смит ждет от читателя такой же глубины понимания, как Лоренс Стерн или Итало Кальвино… в радостном, эротичном движении навстречу вопросам и откровениям она, словно по восходящей спирали, уносит нас ввысь сквозь воздух, в котором все полно игры.
Авантюрный, интересный, забавный, пронзительный, диковинный роман.
Ведя речь о горе, одержимости, сексуальности и многообразии искусства, Смит создала ошеломляющее произведение, которое одновременно бросает вызов читателю и вознаграждает его.
Абсолютная современность и яркая историчность.
Я ловлю себя на том, что снова и снова улыбаюсь, пораженная тем, как Смит связывает между собой столько на первый взгляд далеких одна от другой вещей.
Удивительно глубоко, прекрасно прописано, незабываемо.
Когда добираешься до конца этого игривого и мудрого романа, хочется открыть его сначала и перечитать снова.
Не оторваться.
Роман, который сам себя перестраивает в зависимости от того, какая из версий попадет вам в руки — и этот фокус происходит отнюдь не ценой принесения сердца и души в жертву «концептуальности».
Умелый, забавный, игривый роман.
Изобретательный, интригующий, мастерский.
Я считаю — а я словами такого рода не разбрасываюсь — что Али Смит — гений.
«Los
Али Смит (1962) — родилась в рабочей семье в Инвернессе (Шотландия). Училась в Абердинском университете и в женском «Newnham College» Кембриджского университета. Преподавала в Стратклайдском университете, но была вынуждена оставить работу из-за синдрома хронической усталости. С тех пор занимается только литературой, сотрудничает с газетами «The Guardian», «The Scotsman», журналом «The Times Literary Supplement». Пишет тексты для шотландской рок-группы «The Trash Can Sinatras».
Али Смит автор многочисленных эссе, новелл, двух пьес и ряда романов, в том числе «Like» (1997), «Hotel World» («Отель — мир», 2001, шорт-лист Букеровской премии, переведен на 11 языков), «The Accidental» (2005, шорт-лист премии Оранж и Букеровской премии, Уитбредовская премия лучшему роману года), «Girl Meets Воу» («Девочка встречает мальчика», 2007, книга года по версии журнала «Diva», премия Шотландского совета по искусству), «There But For The» (2011, книга года по версии газеты «The Guardian», Готорнденская премия) и «How То Be Both» («Как быть двумя», 2014, шорт-лист Букеровской премии, книга года по версии «Saltire Society», премия «Коста Новел»).
В настоящее время писательница живет в Кембридже со своим партнером, режиссером Сарой Вуд.
Иллюстрации с глазом и видеокамерой созданы Франческо дель Косса и Сарой Вуд.
Благодарю вас, Даниэль Чатто, Полли Данн, Роберт Глисон, Джейми МакКендрик, Кэти Мур, Сара Пикстоун, Мэттью Рейнольдс, Кадья Виттенберг и Либби Виттенберг.
Большая и особая благодарность Кейт Томпсон.
Благодарю вас, Эндрю и Трейси, и всех, кто был в Уэйле.
Благодарю тебя, Саймон, и тебя, Анна.
Спасибо, Сандра.
Спасибо, Мэри.
Спасибо, Эмма.
Спасибо, Сара.
Эй что там за мощная штука извивается как
рыба на крючке которую тащат из воды
если конечно рыбу можно поймать сквозь
стену кирпичную в шесть футов толщиной или как
стрела если способна стрела так вольно кружить
вдоль завитков раковины-спирали или словно
звезда падучая с хвостом что уносится ввысь
сквозь сонмы могильных червей и кости
и тлен и камни и рвется кверху
так быстро как вниз летели
те кони из сказки
о солнечной колеснице когда
дерзкий юноша воссел на нее против воли отца своего
и все равно никто не решился его задержать
он был слишком юным слишком слабым
и устремился вниз
разбился уничтожив паденьем своим толпу
народа и без числа овец в лугах
и вот теперь я падаю вверх со скоростью
сорока коней Господи милый, возлюбленный
отец-матушка молю подстелите
хоть что-нибудь там куда я рухну
вы ведь знаете где (прошу
простить меня) (срочно) какую-нибудь
милую пушистую овечью отару чтобы смягчить (ой) то
за что я цепляюсь моим (чем?)
за (ox)
отскакиваю от (ух) (бух)
(бах) (ох)
(пощады)
но подождите
взгляните на это
солнце
синее небо а по нему белое плывет
а сквозь него сквозит голубизна
восходя к еще более глубокой синеве
нижний слой подмалевка сине-зеленым
добавь индиго под лазурит подмешай
свинцовых белил или пепельную глазурь и ляпис
это ли то самое древнее небо? и земля? снова?
снова домой снова домой
кружным путем вниз через верх
как крылатое семя
потому что корень
устремляясь к поверхности почвы
прорывает ее и становится ростком
а тот набирается сил — и вот побег
а на верхушке побега
цветы что открываются
для всего мира как
глаза:
здравствуйте:
что это?
Мальчик перед картиной.
Хорошо: мне нравится красивая спина: наилучшее в том, кто стоит к тебе спиной, — то, что лицо, которого ты не видишь, остается тайной: эй, или ты меня не слышишь? Не слышишь? Нет? Мой подбородок на твоем плече прямо под ухом, а ты не слышишь — ну и ладно, старый спор о том, кто сильнее, глаз или ухо, — а выходит, что не то и не другое, когда ты и не здесь и не там, поэтому зови меня Космо, зови Лоренцо, зови Эрколе, называй неизвестным художником какой тебе угодно школы —
Никто не помнит этого старика.
Только я, хотя
очень смутно, цвета теперь
едва припоминаю, как звали почти ничего не помню
хотя мне нравится, нравилась
красивая ткань
и как ниспадает складками подол рваной сорочки, или как скручивается, спускаясь к запястью, рукав
и как тонкая, едва различимая в неярком свете линия углем колдовским образом очерчивает трещину, рассекающую скалу
я люблю красивые, смелые изгибы и кривые; его спина слегка согнута у плечей: печаль?
Или просто извечная тоска того, кто соприкасается с жизнью
(хорошо сказано, хоть это и не мои слова)
но Боже мой милый Христе и все святые с ним — картина — она — он — это моя работа,
но, опять-таки, кто на ней?
не святой Паоло, хотя святой Паоло всегда лысый, потому что так принято представлять святого Паоло -
погодите, да, думаю, я… лицо…
но где все остальные? Ведь был здесь не только он, тут были и другие, кто-то вставил картину в раму очень красивую раму
и камни на ней, как есть, и плащ прописан хорошо, нет,
но что это за старый Христос вверху?
Старый?
Христос?
будто он стал человеком уже потом и постарел, несмотря на то что все знают, что Христос никогда не станет иным:
Погодите — вот причина — кажется, помню что-то: да, тут есть руки — две руки под его (то есть Его) ногами: то, что становится видно, когда присмотришься, руки, принадлежащие ангелам, которые при этом кажутся ничьими руками: словно золотистой ржавчиной покрытые, на них золото, словно раны в золото превратились, бархатная кровь из золотой чечевицы, золотая плесень, словно струпья и корки могут стать драгоценностью
Но почему, зачем это я так?
(Не помню)
Взгляни на ангелов вокруг него, красивых, с бичами и хлыстами, это у меня здорово вышло
нет, нет, отойди назад и окинь взглядом все вместе а заодно и остальные картины в зале: перестань смотреть только на свое: взгляни опыта ради и на другие.
Кажется, я узн…
о Господи — да это же -
Космо, правда?
Это работа Космо.
Святой Джероламо?..
