Читаем Ивилина и эльфйиский принц онлайн бесплатно

Иногда в нашей жизни происходят странные вещи, которые могут все изменить в считанные минуты. Именно это и произошло с Ивилиной, теперь девушке предстоит разобраться не только в том, как жить дальше, но и со своими новоявленными родителями, которые оказались не простыми людьми, а волшебницей и темным эльфом. Отправиться на поиски пророчества которое находится в царстве демонов и остаться в живых. И все это ей предстоит пройти в компании эльфа, которого она полюбила и не знает, что делать со своими так некстати вспыхнувшими чувствами.

В небе над головой сверкали миллиарды звезд, и создавалось впечатление, что это множество светящихся маленьких жучков разом взлетели в небо. Завораживающее впечатление производила луна, которая отражалась в крохотном озерке. Лунная дорожка начиналась у самой кромки воды и уходила куда-то вдаль.

"Если бы я могла убежать по этой светящейся лунной дорожке далеко-далеко отсюда…" - сказала шепотом девушка, сидящая на берегу у самой воды. Ее длинные волосы касались воды, а голые ноги уже наполовину были в воде. Но ее это совершенно не волновало. По её щекам струились слезы, и ощущение было будто озеро, у которого она сидела, было создано не природой, а ее слезами. Тишина вокруг нарушалась лишь тихими, еле различимыми всхлипами девушки и пением сверчка. Будто невидимый музыкант играл на своем волшебном инструменте в надежде заполнить пустоту и жгучую боль в ее душе. Вдруг тишина нарушилась плеском воды, и встревоженная птичка вспорхнула с ветки. Девушка опустила в воду руку, в которой была зажата серебряная подвеска, переливающаяся от света луны. Она была сделана в форме треугольника, с трех сторон были вставлены лунные камни, а в середине большой синий сапфир. Девушка сжала в своей руке подвеску сильнее, и в воде появились мутные ручейки. Подвеска сильно врезалась острыми краями, которые поранили ее руку. Она поднесла руку к лицу и разжала ладонь. Последний раз, взглянув на подвеску, она бросила ее далеко в озеро. После этого движения, которое, казалось, отняло у нее последние силы, она упала на траву и погрузилась в темноту, которая должна была стать целительной для ее израненной души и тела.

Ночь самое красивое время суток, когда с небосклона уходит солнце и на его место приходит луна. Своим сиянием она озаряет все вокруг и то, что в дневное время казалось недвижимым, начинает оживать. Ветви деревьев колышутся на ветру, и листья играют свою магическую музыку, заставляя чувствовать что-то, что переполняет тебя изнутри и готово вот-вот вырваться наружу чем-то ярким и невообразимо прекрасным. Переход от дня к ночи всегда был для меня самым притягательным и завораживающим моментом. Мои веселые товарищи в это время занимались более интересными, по их мнению, вещами. Мне же нравилось бродить под луной в полном одиночестве, когда внутри меня зарождалось что-то необыкновенное, сжималось в комок и рвалось наружу, странное, непонятное, но безумно притягательное ощущение.

Говорили что это зов сердца или же, по-другому, поиск чего-то. Это ощущение удавалось почувствовать не каждому эльфу, ведь у каждого было свое предназначение. Я всегда думал, что знаю свое предназначение. Я должен был стать королем долины эльфов, сейчас всего лишь принц, подающий надежды. Все эльфы в долине любили меня, так же как и отец - король Линэос, который, казалось бы, с самого начала мечтал о прекрасной судьбе сына во главе долины эльфов. И я разделял его мнение по этому поводу, и даже знал, на что направлю свою, бьющую через край, энергию, как посвящу свою долгую жизнь долине эльфов.

Но, всего лишь одна ночная прогулка недалеко от долины эльфов изменила все в моей жизни, в эту местность эльфы заглядывали крайне редко по одной простой причине, что это было запрещено. И редко кто забирался так далеко от дома. Но молодые эльфы любили наведываться в эти края, нетронутая природа в своем диком виде тянула их еще больше чем ухоженная долина эльфов.

И однажды во время такой прогулки я почувствовал что-то, что не поддавалось ни какому объяснению, и просто ушел. Ушел далеко в лес и бродил там всю ночь, слушая песню леса и томясь в ожидании чего-то. Отец, узнав об этом, сказал лишь одно, что зовет меня сердце и зовет оно меня в мир людей.

Много лет назад люди и эльфы жили рука об руку, и мир их был прекрасен, люди были необычными существами, но слишком не постоянными и мимолетными. Их привязанности и жизненные устремления менялись, приходили и уходили с такой же быстротой как и их жизни. Для эльфов срок отведенный людям на земле был равен их еще совсем юному возрасту и тогда когда обычный человек умирал, молодой эльф достигал лишь возраста зрелости. Мы жили сотнями и даже тысячами лет, а люди всего лишь несколько десятков. И за их короткую жизнь внутри них происходили вещи, которые были не понятны эльфам существам совершенно с другим мировоззрением. Для людей было возможным предать друга, бросить любимого, убить соплеменника, обмануть больного и обидеть ребенка. Эльфы не понимали этого и не признавали. И такие несовместимые расы не могли долго существовать в единении.

Однажды эльфы ушли, ушли далеко в лес, куда не было дороги людям, и лишь изредка появлялись в городах людей, что бы продать или обменять товары которые были незаменимы для людей. Были и такие эльфы, которых тянуло в мир людей и общение с ними, были те, что уходили жить к людям и находили там свою судьбу, но таких было мало. Существовали еще разные расы, например гномы, которые жили в горах, но они были слишком горды, чтобы общаться постоянно с людьми или эльфами и потому они лишь иногда наведывались либо в долину к эльфам либо в города людей. Гномы были очень умной расой, возможно чересчур горделивой, но ровно на столько что бы хранить свой мир и все что его окружает в мире и порядке. Иной раз в город людей или в долину к эльфам приходили гномы, но задерживались они там ненадолго. Это все рассказывал мне мой учитель гном Винальдио.

Слишком разные расы, живущие в одном мире, не могли существовать бок о бок лишь потому, что никто не думал о том, как научиться существовать вместе.

Я разбросал опавшую листву кончиком своего сапога, и запрокинул голову, ища взглядом луну. Даже среди своей расы я всегда был изгоем, как бы кто не думал но моя слишком яркая и неординарная красота даже для эльфов была очень притягательна, от того было много проблем и из-за этого я предпочитал одиночество, и несколько верных друзей. Возможно, это был мой рок, потому что за прекрасной внешность мало кто мог увидеть душу.

Многие эльфийские девушки преследовали меня в надежде получить и меня и будущий трон. Но, пока никто не переходил к активным действиям лишь потому, что у меня уже была невеста. До последнего момента мне хорошо удавалось избегать будущего бракосочетания, изображая из себя веселого и глупого юнца. На самом же деле мне было уже совсем немало лет и по эльфийским меркам в мои 203 года уже молодые эльфы не считались юными. Но мне как законному принцу прощалось многое.

Я опустил голову и с грустью посмотрел на листья, которые только что разбросал ногой. "Какая жалость, что я не листочек, ведь если бы я им был, то я смог бы улететь отсюда и с огромной высоты посмотреть на этот мир" - подумалось мне, я снова подтолкнул листву сапогом. "Так далеко я не заходил еще ни разу" - я рассердился сам на себя за свою беспечность, ведь уже начинало рассветать, и скоро должно было взойти солнце, а значит, все в долине проснутся и, если я не успею к тому времени, мне придется несладко.

Глубоко вздохнув, чтобы в последний раз насладиться прекрасным ароматом леса, я развернулся и пошел в обратном направлении. Эльфы очень хорошо ориентируются в лесу и даже в ночное время видят превосходно. Поэтому, совершенно не задумываясь и не боясь забрести куда-то не туда, я пошел в обратный путь в сторону долины. Мои шаги были почти не слышны в лесной чаще.

Я брел, задумавшись, как вдруг услышал странные звуки, это был топот копыт лошадей. Но не эльфийских лошадей, эльфийские лошади не скачут так в лесу, они легки и обучены при езде создавать минимум шума. А значит это не лошади эльфов, и либо это дикий табун лошадей, который ну никак не мог забрести в такую лесную глушь, или люди.

Мне пришлось остановиться, и прислушаться, шум все нарастал, лошади мчались в мою сторону. Времени, чтобы долго раздумывать у меня не было, и потому я сделал то, что считал в данный момент самым подходящим, запрыгнул на ветку дерева и стал легко подниматься все выше и выше.

В какое-то мгновение стали различимы голоса людей, они громко кричали, потом что-то произошло, заржали лошади, слышался странный шум, кто-то кричал, а потом все стихло, и не стало слышно даже ржания встревоженных и напуганных животных. Я все сидел в своем укрытии, раздумывая над тем как мне поступить, но вдруг прямо над моим ухом что-то пискнуло, это была белка, взбешенная моим вторжением на ее ветку.

Угрожающий писк говорил о том, что белка сейчас будет защищать свою территорию, и, видимо, ей все равно, что я в несколько десятков раз ее больше. Да, белки были воинственными созданиями, когда дело касалось места их проживания, в этом я уже убеждался не раз на собственном опыте.

Легко спрыгнув с ветки, я усмехнулся и пошел в ту сторону, где еще недавно слышалось ржание лошадей и крики людей. Тихо ступая по земле, стараясь не задевать кучки опавшей листвы, я приближался к тому месту. И с каждым шагом чувствовал, что произошло что-то недоброе.

Моя интуиция подсказывала повернуть назад и обойти это место стороной, но я, как и всегда не прислушался к ней, и смело шагнул под кромки деревьев и оказался на широкой поляне. То, что представилось моему взгляду, было поистине ужасающим. Вся поляна была залита кровью, кровью лошадей и людей. И мертвая тишина, стоящая над поляной говорила о том, что никто в этой страшной битве не остался живым.

"Хотя нет, кажется, я чувствую жизнь, совсем слабое дыхание, скоро остатки души покинут тело, я должен найти этого человека! И помочь ему! Но как? Тут слишком много людей и столько крови!". Я метался по поляне, не понимая, что мне делать, а потом вдруг остановился: "Что же это со мной, нужно просто встать и сосредоточиться, и я найду его." Я встал, глубоко вздохнув, и поднял руки перед собой, на кончиках моих пальцев заструилось зеленоватое сияние. Я искал и нашел. Быстро скинув с себя остатки магии, и, встряхнув руками, я побежал в сторону старого дуба, там под огромной кромкой его ветвей на опавшей листве лежал человек.

Подбежав к нему и, присев рядом, положил голову человека к себе на колени.

" Нет, нет я не для того сюда пришел, чтобы отпустить тебя так быстро," - думал я лихорадочно, водя руками над телом молодого человека. Мои руки засветились зеленоватым сиянием, и я стал лечить человека. Прошло должно быть не меньше часа к тому моменту, как молодой человек задышал ровно, и я понял, что жизнь уже не покидает его тело, зато мое собственное тело вот- вот готово было упасть в изнеможении. "И почему я так не любил занятия по исцелению ран?" - подумал я: " Вот была бы рада Амин, если б услышала мои слова, но сейчас не время, нужно добраться до долины, пока я еще не до конца растерял остатки сил ".

Я всегда думал, что очень выносливый, но то время что я нес на себе человека, находясь в состоянии близком к обмороку, от потери сил и исцеления, я понял, что если и доберусь до долины, мне придется взять еще много уроков у Винальдио.

"Король Саннарин погиб"- кричали на каждом перекрестке уличные разносчики новостей. Народ был в состоянии близком к панике. Еще совсем недавно все радовались новому принцу, теперь уже королю города людей Ливидии. Новый король начал трудиться на благо своего народа. Ливидийцы молились на молодого короля, как на божество. Город на их глазах восставал из руин, предшественники короля Саннарина грабили свой народ, морили голодом, и люди, привыкшие к постоянному гнету были слегка удивлены новой политикой короля.

Став королем в двадцать пять лет, этот, еще совсем мальчик, поднял на ноги целый город и вот теперь жизнь его оборвалась. Весь город гудел, и люди сникали в ожидании беды, каждый понимал, что король исчез неспроста. Когда неделю назад он срочно выехал из города с маленьким отрядом охраны, никто не мог и представить, что он больше никогда не вернется. Город провожал короля восторженными криками, несмотря на то, что был совсем еще ранний час, и король покидал город в сильной спешке. Люди толпились у главных ворот города в надежде хоть глазком увидеть их спасителя.

Я грустно смотрела в окно своей маленькой комнатки на втором этаже старого дома, в котором жила с того самого момента, как меня нашла хозяйка таверны, что располагалась на первом этаже дома. Женщина она была хорошая, за хорошие дела хвалила, а за нарушение ее порядков можно было и получить.

Я быстро научилась вести себя "как надо", так говорила всегда Марэлла хозяйка таверны. Она подобрала меня еще совсем крошкой, у самых ворот города. Возможно, Марэлла и не приютила бы малютку, но уж слишком хороша была у меня мордашка, и Марэлла, как умная женщина, с деловой хваткой, решила забрать меня себе: "Вырастет же этот маленький лягушонок и будет работать у меня, а на ее милую мордашку ой как много найдется любителей поглазеть, так глядишь и отработает свою еду" - так рассказывала мне все это Марэлла, и оказалась совсем недалека от истины, потому как на меня засматривались посетители таверны, и не только они. Я выросла очень высокой и стройной, может я и была на взгляд Марэллы уж слишком худой, совсем заморышем, но мои огромные зеленые глаза ярко светились на моем лице, словно кроме них ничего и не было там. И благодаря мне у Марэллы всегда были посетители.

Так и жила я работая в таверне на Марэллу, чтоб было что поесть и где поспать. А в этот один из редких своих выходных, я грустно смотрела в окно и вспоминала, как неделю назад вот через эти самые ворота выехал наш молодой король. "Слишком он хороший был для этого несчастного и злого мира, и слишком хорошенький, как сказала однажды Марэлла" - думала я.