Читаем Истина в вине онлайн бесплатно

Предрассветная дымка стелилась мягким покровом по берегу озера. Птицы распевались, готовясь к дневному выступлению. Сбивая с высокой травы росу, шел егерь. Под его ногами что-то хрустнуло. Остановившись, егерь огляделся. Сквозь плотный утренний туман он увидел, как на востоке встает солнце.

***

Сигаретный дым густым облаком витал в зале, наполненном людьми. Играла приятная тихая музыка, и гул голосов заглушал ее. В тот вечер посетителей было много. Они не обременены какими-либо тяжелыми мыслями, в их глазах беззаботная пустота.

Среди них находился и Семен, наш герой. Ему сорок. В его каштановых волосах уже проглядывали серебряные нити, а под синими глазами прорезались морщины, но он по-юношески статен и силен. К несчастью, он разочаровался в жизни и не ждал от нее никаких чудес. Нет, Семен не был нищим или больным. Имея хорошую, высокооплачиваемую должность, многочисленных любовниц, он чувствовал себя чужим и одиноким в этом мире. В круговороте жизни наш герой совсем забыл, о чем когда-то мечтал. Не поэтому ли он пил каждый вечер после работы? Или шел гулять по шумным улицам вечернего города, чтобы в потоке людских страстей забыть о собственной потерянной душе?

Вот и сегодня, ведомый непонятным ему чувством вины, он снова пришел в этот прокуренный, богом забытый бар. Семен сел, на свое уже привычное место у стойки, заказал коньяк и грустно смотрел на дно быстро опустевшего стакана. Думал наш герой о том, насколько странный сон видел сегодня ночью. Снилась ему тихая лесная поляна, что казалась таинственной при лунном свете. Маленький, окруженный глухой стеной леса, егерский домик, расположился на опушке. Пение птиц, кваканье лягушек и жужжание сверчков, сливалось воедино и создавало удивительную симфонию лесной жизни. Ее грубо разрушила фура, на бешеной скорости, въехавшая в домик. Семен проснулся в липком холодном поту.

– Ах, как бы хотелось, бросить все и скрыться где-нибудь в густом лесу, – мечтательно проговорил кто-то.

Семен вздрогнул и оторвался от созерцания пустого стакана. Он не чувствовал хмеля, однако явственно слышал эти слова.

– Бросить всю эту ерунду, смыть наносное, – голос вторил мыслям Семена.

Он рассеяно, посмотрел по сторонам, в поисках того, кто мог произнести странную фразу, и увидел бармена, с интересом изучающего его. Бармен, пожалуй, был слишком юн. Белая рубашка и строгий жилет придавали ему некоторую солидность, и все же он выглядел мальчишкой.

– Вы что-то сказали? – настороженно спросил Семен.

– Я? – бармен ткнул себя в грудь, снял полотенце с плеча и принялся протирать пивные бокалы. – Нет, я ничего не говорил.

– Простите, вы новенький? – не унимался Семен. – Я вас что-то не припомню.

– Я только сегодня приступил к работе, – улыбаясь, хвастался юноша.

Семен, не говоря ни слова, подвинул стакан в сторону бармена и, тот, поняв молчаливую просьбу посетителя, налил еще коньяка. Семен залпом выпил содержимое стакана. Перед глазами каруселью понеслась серая вязкая действительность.

– В дикой прелести степных раздолий, в тихом таинстве лесной глуши, ничего нет трудного для воли и мучительного для души¹, – запел опять этот странный голос.

Семен со страхом покосился на бармена, но он стоял вдалеке и лишь украдкой смотрел на него. Осознав, что с ним происходит что-то неладное, наш герой быстро расплатился и покинул питейное заведение. Бармен с жалостью наблюдал, как он нетвердой поступью шел к выходу.

Улица встретила вечерней прохладой и весенним проливным дождем. Семен остановился, подставив лицо холодным каплям, жадно ловил их ртом и радовался этому дождю, словно ребенок. А дождь немилосердно бил асфальт, барабанил по крышам домов и кажется, хотел напоить землю допьяна. Окончательно промокнув, Семен накинул пальто и пошел к Любочке, своей прелестной любовнице. Не то что бы он любил ее, однако она неплохо скрашивала одиночество. Сочные красные губы и пышные формы, как он скучал по ним.

Семен торопливо шагал вдоль улицы. Машины неслись по дороге с бешеной скоростью и разбрызгивали лужи. Порывы шквалистого ветра срывали с деревьев ветки, и метали их, как бомбы на прохожих. На пути возник, будто из-под земли, огромный дуб. Его раскидистые ветви указывали на возвышавшийся рядом баннер с рекламой новой модели Фольксвагена, гласивший: «Не забывай о мечте».

Хмыкнув, Семен пошел дальше. Он даже не заметил, как беспощадный ветер сорвал баннер, и швырнул его на ветви дуба с такой силой, что самая крупная и крепкая ветка не выдержала, и сломалась под тяжестью рекламного щита. В тот миг, когда Семен проходил под сенью дерева, его тело внезапно пронзила жгучая боль.

***

– Просыпайся, просыпайся! – ласково шептал кто-то и гладил его по голове.

Очнувшись ото сна, Семен открыл глаза. Он лежал на мягкой, мокрой траве. Дождь кончился. Солнце взошло в зенит и слепило глаза. Семен увидел девушку, склонившуюся над ним. Ее голову окружал ореол пушистых волос, они будто нимб светились от падавших солнечных лучей. Ее нежное и прекрасное лицо озарилось улыбкой, когда Семен разомкнул веки. Сознание волнами возвращалось к нему. Он вдруг понял, что не знает, где очутился и стал беспомощно озираться.

– Ничего не бойся, – едва слышно прошептала девушка.

Теперь он смог разглядеть, что голову девушки украшал венок из первых ромашек.

«Нимфа» – проплыла мысль в голове и тут же растворилась, как облако.

– А где я? – произнес он хрипло.

– Ты нигде и везде, – отвечала восхитительная нимфа.

– Что за бред, – возмутился он и стал подниматься.

Тут он увидел покрытые вековым мхом каменные надгробья, старые деревянные кресты и съеденные ржавчиной железные ограды могил. Нечеловеческий страх сковал все мышцы. Нимфа вскочила и затравленно поглядела на Семена, будто чувствовала его ужас.

– Я умер? – пробормотал он тихо.

Нимфа испуганно попятилась назад. Туда, где заброшенное кладбище сливалось с лесом. Движения ее были резки и неестественны, словно кто-то перематывал назад пленку.

– О Господи, я мертв!!! – вскричал Семен и его голос, исполненный отчаяния разнесся эхом по погосту.

– Чего раскричались? – послышался из-за разлапистой ели раздраженный тенор.

Семен поглядел в ту сторону, откуда прозвучал вопрос, ожидая увидеть обладателя голоса, однако он появился с противоположного края. Каково же было изумление Семена, когда он узрел того мальчика-бармена, что подавал ему коньяк. Только теперь он был одет в странные белые одежды и подпоясан красным кушаком.

– Ты… – все, что смог вымолвить Семен.

– Что я? – передразнивая встревоженного клиента, спросил бармен.

– Я действительно умер, – произнес он обреченно.

– Смерти нет!!! – торжественно провозгласил юноша. – А это значит – вы живы!!!

Семен облегченно вздохнул и посмотрел на небо. Солнце парило в странной бесцветной дымке, отчего выглядело больше, чем обычно. Этот совершенно не весенний солнцепек показался странным. Да, и вечер был, когда он вышел из бара. Семен поднес руку, ко лбу, чтобы смахнуть выступившие капельки пота. И с ужасом осознал, что сделался бесплотным. Руки его были прозрачны.

– И все-таки я умер, – констатировал он отчаянно.

– Называйте это, как хотите, – бармен жестом пригласил его пройтись по кладбищу. – Каждый день подобен маленькой смерти. Вы, люди, что-то заканчиваете, а что-то начинаете. Прощаетесь и уходите навсегда. Это ли не смерть?

– Кто-то решил зло подшутить надо мной!!! – пришел к выводу Семен и изумился легкости своих движений.

– Я же сказал, вы живы!!! Ничто под солнцем не исчезает бесследно, – бармен продолжал нести вздор, благостно поднимая к небу глаза.

– Черте что получается! – в недоумении воскликнул Семен. – Я ведь шел домой… нет, не к себе домой… В общем, неважно, куда я шел. И тут свет ослепил меня, и я оказался на кладбище. Что произошло? Вы опоили меня?

Ничего не ответив, бармен свернул к узкой тропинке, что уводила с кладбища в сторону реки, и кивнул, приглашая следовать за ним. Вдруг стемнело, солнце скрылось за пеленою туч и сделалось прохладно. Семен послушно шагал за своим проводником, хотя по-прежнему не верил ни единому слову, произнесенному этим выдумщиком. В голове теснились разные странные мысли, и дорога к реке, казалась неимоверно длинной. Вроде до нее рукой подать, но если смотреть вперед, то оказывалось – идти еще долго. По мере приближения к таинственной реке туман становился гуще, а где-то вдалеке ухала сова. Семену стало тревожно на душе, и чтобы как-то отвлечься он завел разговор:

– Что за река? – он оглянулся назад, но из-за плотного тумана не смог ничего разглядеть.

– Это Огненная река, разделяющая бытие и небытие. Ее бурные воды знают все о каждом.

Неожиданно на землю обрушилась кромешная тьма. Наступил вечер, хотя по подсчетам было не больше четырех вечера. Кажется, целую вечность, они шли к этой непонятой реке.

– А долго еще идти? – нетерпеливо вопрошал Семен.

– Терпение, мой друг, – угодливо отвечал бармен.

Когда в бархатном темно-синем небе обозначилась полная луна, а туман расступился, они пришли к загадочной реке, где скрытая истина всплывает наружу. Легкий невесомый дым поднимался с водной глади. Бармен присел у кромки воды, взмахнул рукой над самой поверхностью, отчего дымка растаяла. Вдруг по реке, и без того неспокойной, прошла рябь, и Семену предстала невероятная картина. Он увидел себя, шедшим пьяной походкой к Любочке домой. Вот он проходит рядом с дубом, похожим на лохматое чудище, затем жестокий ветер срывает рекламный щит и швыряет его прямо на Семена. И тот поверженный падает наземь. Щит, подобно могильной плите, придавил его навсегда. Глаза Семена, стеклянные и остановившиеся, устремлены в дождливое небо. В них застыл нечеловеческий ужас. Увидев это зрелище, Семен в страхе отшатнулся и рухнул на влажный песок.

– Я думал, что ты подлил мне наркотик в коньяк… Думал, что это все галлюцинации, – тихо бормотал он, – но теперь я вижу, – он безумно озирался по сторонам, и вдруг подался вперед. – Кто ты?

Бармен молча, снова взмахнул рукой в воздухе. Туман густой пеленой скрыл темные воды Огненной реки. Юноша незаметно подошел к опешившему Семену и протянул ему руку. Он неуверенно посмотрел на юнца. Его рука тоже была бесплотной, но Семен оперся на нее и встал. На удивление ладонь оказалась осязаемой.

– Ты ангел? – раздражаясь, осведомился Семен.

– Нет, – в ответ прошелестела листва.

– Ты, может быть, черт? – испуганно проговорил он.

– Нет, – ответили птицы.

– Так кто же ты? – Семен схватил бесплотного бармена за плечи, но юноша в тот же миг растаял в воздухе и появился у него за спиной.

– Кто я, не имеет значения, гораздо важнее – кто ты, – голос мальчишки звучал, так, словно это говорил мудрец, многое повидавший на своем веку. – Пойдем, – бармен жестом показал направление.

Они двинулись вперед. Бесплотные и невесомые они парили над землей. И вдруг случилось что-то необъяснимое – туман сошел на нет и в мгновение ока бледная луна оставила свое место, и на трон снова взошло золотое солнце. Оно осветило местность. Это была желтая выжженная пустыня. На несколько километров докуда хватало глаз не было ничего, кроме растрескавшейся земли и иссушающего солнцепека. Странники брели молча.

Страшные мысли тяготили Семена. Он боялся что-либо говорить. Внезапно из зноя сплелось неясное видение. Оно было зернистым и нечетким, как будто плохой сигнал телевизора. Семен сощурил глаза, чтобы лучше разглядеть грезу. Перед ним предстал он сам в своем рабочем кабинете. Часы, висевшие на стене, показывали полпервого ночи. Он, зарывшись в бумаги, что-то читал. Потом отложив в сторону очки, устало уронил голову на стол и заснул. Вслед за тем настало утро. Семен встретил его на работе. Вновь читал бумаги, подписывал их, составлял смету, бизнес-планы, разговаривал по телефону. Затем снова читал бумаги, к нему приходили люди, он ходил на деловые встречи. Бессмысленные люди, бессмысленные встречи, порой приносившие «грязные» деньги. И так каждый раз. Утро сменял день, на смену дню приходил вечер, а следом ночь вступала в свои права. Бессмысленные дни и ночи. Большой счет в банке, общее признание, и пустота в душе. Огромная черная всепоглощающая пустота, которую он заливал алкоголем, бесцельными блужданиями по городу, покупкой новых вещей или заменой одной любовницы на другую. А часы, висевшие на стене в кабинете, бежали по кругу как сумасшедшие, отсчитывая минуты до конца. Конца чего? Жизни? Или Существования?

Отчаяние овладело Семеном и лишило его почвы под бесплотными ногами. Он рухнул на колени и обхватил голову руками. Ему вспомнилось детство. Когда по ночам мерещились страшные чудовища, что прятались под кроватью, маленький Сема просто закрывал глаза. В одно мгновение чудовища исчезали. Вот и сейчас он закрыл глаза в надежде, что все это окажется пьяной фантазией.

– Что с вами? – где-то над ухом тихо прозвучал голос его проводника.

Семен без желания открыл глаза. Видение исчезло, так же быстро, как и появилось. Он вновь зажмурился, отгоняя наваждение.

– Мираж, должно быть, – вздохнув, ответил он и быстро встал с колен.

– Ну, ну, – бармен проницательно посмотрел на него.

– Куда мы держим путь? – после некоторой паузы спросил клиент.

– Туда, где ты найдешь ответ и обретешь покой, – бесстрастно отвечал проводник, и они отправились дальше.

Семен и думать ни о чем не мог, кроме как о том, что никчемно провел свою жизнь. Он осознал это слишком поздно. От печальных мыслей он становился все мрачнее. Тьма оглушила его и поглотила все вокруг. Ржавыми иглами колола сознание и терзала душу.

На смену мраку пришел яркий ослепительный свет. Семен огляделся. Теперь их окружали бескрайние ледяные и снежные просторы. Солнце небрежно бросало свои лучи, они отражались от снега и мерцали в отдельных кристаллах. Яростно завывал ветер, пробирающий до костей. Прозрачная одежда, волосы покрылись инеем. Здесь не было жизни, да и быть не могло. Лишь снег, лед и ветер. Семен продрог, порывы ветра заставляли его сгибаться, бармен же шел, как ни в чем не бывало.

Наконец, снег расступился, и они вышли на толстый прозрачный лед. Своей чистотой он притягивал взгляд. Семен остановился, как завороженный. В холодной зеркальной поверхности он увидел всех своих любовниц. Тех, что не сумели взволновать его душу, увлечь разум и зажечь огонь любви в его черством сердце. Их призраки чередой прошли перед его взором. Короткие истории с заранее известным концом. Чье-то сердце было разбито. Но точно не его, Семеново сердце.