Читаем Инженер (СИ) онлайн бесплатно

Уже второй месяц, как я ездил на работу на велосипеде. До этого всё никак не мог подобрать для себя какое-то подобие спорта, а по самочувствию объективно требовалось. Встать утром на пробежку не получалось, добираться в офис и домой всё равно надо — вот и совмещал дорогу и физическую нагрузку. Работал я программистом. Офис у нас класса А+ — душ есть. В общем, вариант с велосипедом мне подошёл.

Ездил в основном через парки, но, поскольку маршрут довольно длинный, пересечения автодорог и движения по ним, конечно, было не избежать. Вот и в этот раз вынырнул я из парка и двигался по сравнительно тихой улочке, объезжая припаркованные справа машины. Я даже не понял, что случилось: визг тормозов, удар и… пузыри.

Пузыри. Небольшие светящиеся — вокруг, и побольше — в котором я. Слева два пузыря. Справа пузырь большего размера. Провал. Опять пузыри. Мысли проступают: я на велосипеде — попал в ДТП? Что со мной? Снова провал.

И снова сознание вернулось. В этот раз соображаю нормально. Пузыри. Что это? Они живые? Они живые! Что за хрень? Один из левых пузырей начинает расти и светиться сильнее. Ярче, ярче! Он поглощает второй левый пузырь… Этот пузырь соприкасается с тем, в котором я. Боль! Он же был прозрачный, а теперь наполнен чем-то! Провал.

Опять прихожу в себя. Слышу голоса. Рядом три пузыря. Они же были красные! Нет, красный справа всё ещё на месте. Эти три — зеленоватые.

— Сотрясение мозга, перелом левой руки.

— Что назначено?

— Здесь вот полная карта.

— Хорошо.

В какой-то момент я понимаю, что мои глаза закрыты и пузыри, которые я вижу, — это не то, что я вижу. Открываю глаза. Белый потолок и голубые стены. Больничная палата. Стоят трое в белых халатах.

— Очнулись?

— М-м-м, — пытаюсь сказать что-то, но не получается.

— Сестра, больной очнулся! Здесь всё ясно, продолжим обход.

Закрываю глаза. Зелёные пузыри движутся вправо. Открываю глаза — вижу, что эти трое стоят у кровати справа. Закрываю глаза — пузыри.

Мысли хаотично скачут. Структура! Я видел структуру того пузыря. Почему сначала он был прозрачным? Структура появилась при соприкосновении пузырей? Чушь какая-то! Провал.

Когда я снова пришёл в себя, было темно. Открыв глаза, долго смотрел в белый потолок. Пузырь бабушки справа пульсировал. Бабушки?! Я скосил глаза направо. Да, бабулька лежит. Над ней аппарат, как в кино, — пикает. Пузырь. Что за хрень? Голова болит.

От поворота головы боль стала настолько резкой, что я непроизвольно застонал. Пролетающий в отдалении зелёный пузырь приостановился. Дверь открылась, и в палату вошла медсестра.

— Очнулись?

— Голова раскалывается.

— Сейчас, потерпите. — Вышла из палаты.

Когда дверь за ней закрылась, я проводил взглядом (взглядом?) её пузырь, который я чувствовал (видел?) сквозь стену палаты. Через несколько минут она вернулась со шприцем. Почему-то без иглы.

— Сейчас станет легче, а вы мне скажете, когда боль пройдёт. Хорошо?

Я скосил глаза направо и увидел свою руку. В неё были вставлены всякие трубки, к одной из них медсестра присоединила шприц и медленно вводила какую-то желтоватую жидкость. Где-то на первой трети шприца я почувствовал, что головная боль уходит. Ещё пять миллиметров — и ушла полностью.

— Прошла. Как такое может быть?

— Это потому, что внутривенно. — Она вытащила шприц из гнезда и покрутила маленький краник на трубочке.

— Это что?

— Катетер. Сейчас ещё капельницу поставим — будет совсем хорошо.

— Я хочу в туалет — как мне встать?

— Вам пока нельзя вставать, вот вам ёмкость. Вам помочь?

— Нет, я сам.

— Я тогда пока уйду готовить капельницу, а вы, если что, нажимайте вот эту кнопку, видите?

— Да.

— Это вызов.

Я рассматривал её пузырь. Он пересекался с моим, пересекал меня. Я поводил рукой по границе, но ничего не ощутил.

— Как вы себя чувствуете?

— Нормально, но вижу какие-то пузыри. Вы видите?

— Пузыри? Это от сотрясения мозга. Пройдёт.

Я закрыл глаза. Картинка исчезла, пузыри остались. Зелёный пузырь двинулся в сторону двери. Я открыл глаза, когда медсестра закрывала за собой дверь.

Взял в руки ёмкость, попытался привстать и понял, что с левой рукой у меня что-то не то. Посмотрел и увидел гипс. Это значит, про меня они говорили, что перелом и сотрясение. Хм.

Кое-как справившись со своей проблемой, повесил ёмкость на металлический угол кровати. Зелёный пузырь медсестры неторопливо приближался к двери.

— Получилось? Отлично! Сейчас капельницу поставим. — Она закрепила пластиковую бутыль на штативе.

— Где я?

— Больница. Реанимация. Вас сбила машина, вы не помните?

— Почти ничего.

— В целом у вас ничего страшного. Рука сломана, и сотрясение мозга. Денёк ещё тут полежите, потом в интенсивную переведём, и через недельку домой. Легко отделались.

— А мой телефон здесь?

— Нет, при вас не было телефона. Вероятно, разбился.

— Вы можете позвонить на мою работу и сообщить, что со мной случилось?

— Почему на работу? Может, домой?

— Дома никого. А с работы они уже разберутся, куда что.

— Сейчас ночь.

— Ничего, шеф поймёт.

— Скажите его номер. И заодно давайте карточку на вас заполним, а то вы у нас безымянный лежите.

Я снова рассматривал пересечение её и моего пузырей. И ещё я понял, что я чувствую это пересечение. Или, может быть, слышу?

— Что это? Аура? Душа?

— Вы о чём?

— Пузыри.

— Это от сотрясения. Пройдёт.

После того как медсестра ушла, я лежал и разглядывал свой пузырь. Видел я только его границу. В остальном он был прозрачный. Разглядывал — неподходящее слово. Скорее, чувствовал. Этот пузырь был чем-то вроде моего продолжения. Частью меня. И он был не пустой, а наполненный… мною?

Я видел-чувствовал его вне зависимости от того, открыты мои глаза или закрыты. Чувствовал его цвет — розовато-оранжевый. Я чувствовал-знал о пузырях поблизости. Вот справа бабушка лежит. У неё пузырь бордовый, почти чёрный. Медсестра — зелёный. В палате подо мной есть жёлтые и зелёные.

Структура. Когда тот красный пузырь соприкоснулся с моим, я видел его структуру. Но структуры других пузырей и своего я не вижу.

— А слева тут ещё люди были? — спросил я у медсестры, когда она зашла в очередной раз.

— Да, но их увезли до того, как вы очнулись.

— Мне кажется, я их видел. А что с ними стало?

— Они… Их перевели в другое отделение.

— С ними всё в порядке?

— Да, да, не волнуйтесь, спите!

Эмоции! Я увидел в её пузыре отражение её эмоций. Я понял, что она обманывает меня. Я снова провёл рукой по пересечению её и моего пузыря, попробовал ощутить эту границу.

Оставшись один, я продолжал рассматривать-чувствовать свой пузырь, то открывая глаза, то снова закрывая их. Мой пузырь живой. Они все живые. Он дышит. Дышит? Он может расширяться и сжиматься. Расширяется со вдохом? Сжимается с выдохом?

Я стал дышать чаще, реже, экспериментировать и в какой-то момент понял эту связь со вдохами. Вернее, понял, что её нет, — я просто могу сам понемногу расширять и сжимать пузырь. Это как если бы вы поняли, что можете двигать рукой. При этом такое ощущение, что рука затекла. И ещё. Я определил, что если расширить пузырь, немножко подождать, а потом сжать его, то становится лучше. Как будто свежий воздух вдыхаешь.

Я также заметил, что по чуть-чуть могу расширять пузырь больше и больше. В какой-то момент этот “свежий воздух” начал меня опьянять, и вдруг его стало много. Очень много. Громкий писк вывел меня из этого состояния.

Пищал аппарат над бабушкой. Мой пузырь соприкасался с её, и её пузырь быстро чернел. Я сжался на постели, вместе с пузырём. Процесс взаимодействия пузырей прервался. В палату вбежала медсестра. Включили свет, появились люди.

— Сердце остановилось. Быстрее!

Бабушку вместе с кроватью перевезли за стену в соседнюю комнату. Вокруг неё суетилось несколько зелёных пузырей, но её пузырь продолжал чернеть.

Это что же получается? Я её убил?

Я попытался снова расширить свой пузырь так, чтобы коснуться пузыря бабушки, только стал представлять, хотеть, желать, чтобы мой пузырь потемнел, а её — посветлел. Я почувствовал усталость, дремоту. Провал.

Очнулся я, когда в палату ввозили каталку с бабушкой. Её пузырь был светло-розового цвета.

— Что с ней?

— Ночью останавливалось сердце, но сейчас всё в порядке.

— А что со мной?

— В одиннадцать будет обход, врач вас посмотрит и решит, что делать дальше. Голова болит?

— Немного. Дозвонились до шефа?

— Да, он приезжал и привёз вам телефон. Вот. Но когда будет обход, пожалуйста, не показывайте его.

Взял смартфон, включил — прочитал сообщение от шефа о том, что это новый номер. Что мой он позвонил и попросил временно заблокировать. Что на номере стоит мессенджер и я могу ему писать в любое время.

Шеф у меня отличный мужик. Зарплата не очень высокая, а вот уходить на другую работу не хочется. Коллектив собрался классный. Пишем программы, разрабатываем электрические схемы. Да всё никак пока не получается золотую жилу разработать. Хоть и умеем делать вещи, которые у многих других не получаются, но дохода приличного это не приносит.

Отписал ему, что чувствую себя хорошо, что переведут сегодня в интенсивку. Вернулся к своим пузырям.

Это что же получается? Так можно забирать и передавать жизнь от человека к человеку?

На обходе побеседовал с врачом.

— Как вы себя чувствуете?

— В целом нормально, голова болит немного. Иногда кружится.

— Ещё что-то беспокоит?

— Вижу пузыри.

— Пузыри? Опишите.

— Красные и зелёные пузыри вокруг людей. Иногда яркие, иногда более тусклые.

— Хм. Это похоже на ауры перед головной болью. После этого голова не болит?

— Что значит “после”? Я постоянно их вижу, даже когда глаза закрою.

— Ладно. Посмотрим в динамике. Сейчас переведём вас из реанимации: вам лучше, всё необходимое мы сделали. Дальше будете лечиться в отделении интенсивной терапии.

— Доктор, а что случилось с двумя пациентами, которые лежали справа?

— Хм. Это реанимация. Здесь всякое случается.

Чуть позже медсестра повезла меня на каталке по длинному переходу в лифт, далее на другой этаж. Пока мы ехали, я пробовал легонько взаимодействовать с её пузырём. Пробовал чуть-чуть забрать у неё “жизнь” или, наоборот, передать ей. Как только процесс наладился, её пузырь перестал пересекаться с моим. Как будто появилась какая-то сила, расталкивающая пузыри. Медсестра смотрела на меня неприязненно.

— Что-то не так?

— Извините, я что-то устала сегодня. — Она тряхнула головой, и наши пузыри стали пересекаться, как раньше. Не взаимодействуя.

В палате было шесть человек. Два ряда медицинских кроватей по три в каждом. Я попробовал встать. Голова сильно кружилась, но ходить в туалет в ёмкость больше не хотел. Доковылял до уборной и обратно. Силы кончились, и я уснул. Проснулся, когда пришла медсестра ставить капельницу.

Ауры. Наверное, эти пузыри — ауры. А “жизнь” — это энергия. Я лежал и, не открывая глаз, рассматривал ауры моих соседей. Двое справа (моя койка стоит в углу) — жёлтые, с переходом в зелёный. Передо мной — зелёный. Посередине — оранжевый. И в противоположном углу у самой двери — снова жёлтый. Что-то в этом угловом выглядело иначе, чем в остальных. Границы его ауры поблёскивали. Как будто по ним иногда пробегали мелкие всполохи. Такое я видел только в одной ауре — своей. Другие ауры светились равномерным цветом.

Я открыл глаза и сел.

— Привет! Ну и горазд ты спать!

— Голова кружится постоянно.

— Понятно, а что случилось?

— Машина сбила. Не помню, очнулся в больнице.

— Ну давай знакомиться. Я — Иван. Рядом с тобой — Андрей. За ним — Александр. Рядом со мной — Сергей, а у двери — тоже Александр. Его привезли вторым — стало быть, Александр Второй.

— Игорь. Я бы что-нибудь съел. Не знаешь, скоро тут кормить будут?

— Обед ты проспал, он час назад был. Спроси у медсестры. Есть бананы, хочешь?

Я встал, доковылял до тумбочки Ивана, взял банан, рассматривая пересечение наших аур. Как и в случае с медсестрой из реанимации, ауры свободно проходили друг сквозь друга. Зелёная аура, похоже, — аура здорового человека. Хм.

— А ты здесь по какому поводу лежишь? Выглядишь здоровым.

— Да я тут уже вторую неделю, всё никак не выпишут!

— Сергей тут, похоже, самый больной?

— Как ты узнал?

— Показалось. Пойду спрошу про обед.

Обеда мне не оставили. Ужин ещё нескоро. Написал шефу. Попросил привезти зарядку для телефона и что-то поесть. Лёг на кровать и продолжил рассматривать ауру Александра, которого Иван назвал Вторым.

В какой-то момент я понял: Александр делает то же самое, что делал я вчера, — играет со своей аурой. Уменьшает-увеличивает её. А ещё его аура иногда меняет форму — перестаёт быть сферической, вытягивается и втягивается. В наблюдениях за тем, что он делает, прошёл день. Приезжал шеф, приезжали друзья. Я отвлекался на них, потом возвращался к наблюдениям. Лежал к Александру спиной: ауры чувствуются в любом направлении.

Вечером я встал в туалет, а когда возвращался, заметил, как от ауры Александра оторвался пузырик и улетел сквозь стену на улицу.

— Это ты что сейчас сделал?

— В каком смысле?

— Как будто что-то от тебя полетело вон туда.

— Тут бабочка летала — может быть, это она?

Поняв, что он не хочет со мной разговаривать, я лёг на свою кровать и погрузился в интернет. Гуглить, знает ли кто что про ауры. Википедия содержала странные картинки, не похожие на то, что я видел, а также массу текста о ненаучности. Понятное дело.

В палате все стали понемногу засыпать. От ауры Александра отделилось ещё несколько сгустков и разлетелось в разные стороны. Я просто наблюдал.

Я проснулся от ужаса. Нет, не сон плохой. Ужас. Я увидел ауру. Яркую. Белую. Двумя этажами ниже. Почему-то я знал, что она идёт сюда к нам. Что-то злое, недоброе было в ней. Я вжался в кровать.

Нет! Я больной! Аура моя маленькая! Энергии почти нет! Я обычный человек!

Непроизвольно я вытянул свою ауру к Андрею рядом и передал ему большую часть своей энергии. Его аура из жёлтой стала зелёной. Моя потемнела до тёмно-красной, всполохи прекратились. Голова закружилась.

Я лежал спиной к двери и смотрел-чувствовал, как к ней приближается Ужас. Дверь открылась. “Белый” вошёл в палату и остановился около Александра. Аура “белого” расширилась и поглотила ауру Александра.

Ужас постоял некоторое время у открытой двери. Затем вышел и тихонько прикрыл её. В палате осталось пять человек. Пять живых человек. “Белый” удалился за пределы чувствительности. Голова кружилась. Провал.

Очнулся я оттого, что меня толкал Иван:

— Эй, проснись! Кажется, Александр Второй умер!

— Он давно умер, ты что!

— Да нет, наш Александр!

— Бр-р. Как так?

— Он не дышит!

— Зовём медсестру!

Я нажал кнопку вызова. Пришла медсестра, включили свет. Началась суета, очень похожая на вчерашнюю с бабушкой. Александра увезли.

Утром на обходе мы спросили у врача, что с Александром.

— Сердечный приступ.

— А он где сейчас?

— В реанимации. — Я снова увидел, как в ауре отражается враньё.

— Здесь остался его телефон.

— Я передам ему.

Эксперименты