Читаем Икона гpеха онлайн бесплатно
Ярослав Залесский
Икона греха
Деревня медленно просыпалась. Где-то неподалеку уже слышалось щелканье бича пастуха, собиравшего стадо. Мычание коров, пение петухов и ругань тракториста Ивана, пытающегося завести свой трактор, придавали этому раннему летнему утру своеобразное очарование.
Геннадий Семенович блаженно потянулся и, повернувшись, взглянул на раритетные часы-ходики, тикающие со стены. Половина восьмого, пора вставать. Он с трудом выбрался из объятий гигантской перины и, одевшись, отправился во двор. Хозяйка хлопотала в кухне, собирая на стол.
- Доброе утро, Мария Андреевна, - учитель зевнул, прикрыв рукою рот.
- Доброе утро. Как спалось? - спросила хозяйка, улыбнувшись.
- Спасибо, отлично. Петр Иосифович уже ушел? И меня не дождался?
- Вашим ребятам картошки, молока понес.
- Hу, тогда я его догоню!
- А позавтракать? Сейчас будет готово!
Без завтрака уйти не удалось. Гостеприимная хозяйка едва ли не силой усадила его за стол и заставила есть яичницу с салом, пить холодное, из погреба, молоко.
Геннадий Семенович, подходя к длинному деревянному зданию школы, еще издали услышал голоса собравшихся учеников, с жаром обсуждавших вопрос, кому тащить тяжелый рюкзак с большим котелком и прочими кухонными принадлежностями. Он усмехнулся.
- Здравствуйте, Геннадий Семенович! - дружно поприветствовали его ребята, вставая с дощатого крыльца.
- Здравствуйте, орлы. Как спалось?
- Отлично! Лучше чем дома!
- Hу вот и хорошо - ответил Геннадий Семенович и, пересчитав собравшихся, удовлетворенно кивнул головой, - Позавтракали уже?
- Да!
- Hу, тогда пора в путь, друзья! Идти далеко.
Закинув за плечи рюкзаки, он и семь старшеклассников миновали околицу. Выйдя из деревни, они бодро зашагали лугом по направлению к дальнему лесу, из-за макушек деревьев которого уже показался краешек неяркого восходящего солнца. Природа оживала, день обещал быть чудесным. Hеясное чувство тревоги, неосознанной опасности вдруг кольнуло его, заставило замешкаться. Геннадий Семенович на секунду обернулся, окинул взглядом последние, приткнувшиеся к пыльной дороге неказистые деревянные домишки. Словно прощался. Как будто знал, что ждет их впереди.
Геннадий Семенович, уроженец этой деревни, сам давно уже жил в городе, где, работая в школе учителем истории, организовал среди учащихся старших классов группу "Поиск". Во время летних каникул они ходили по местам боев, разыскивали непогребенные останки погибших солдат, хоронили их и, если удавалось найти медальоны, устанавливали личность убитого. За несколько лет своего существования группа многим помогла найти своих без вести пропавших родственников. Ребята с огромным удовольствием участвовали в экспедициях, считая такое времяпровождение лучшим отдыхом. Вечерами они, сидя у костра, пели песни, вспоминали прошлые походы или просто спорили, решая, куда направятся следующим летом.
В этот раз им предстоял неблизкий путь, поэтому несли с собой несколько палаток и запас продуктов на неделю. Геннадий Семенович уже давно собирался проверить рассказ директора местной школы, утверждавшего, что где-то в лесу, километрах в двадцати от деревни, партизанский отряд вступил в бой с немцами и был полностью уничтожен. В то время Петру Иосифовичу было всего одиннадцать лет, но он до сих пор помнил, как в село ранним утром приполз израненный седой партизан. Весь в крови, в изодранной одежде, с помутившимся рассудком, он бредил и говорил очень странные вещи, из этих обрывков только удалось понять, что отряд напал на немцев, оборудовавших в лесу секретный опорный пункт. Там произошло что-то непонятное, но что именно, раненый так и не сказал. До утра он не дожил, унеся свое имя в могилу. Партизана похоронили, а после войны в центре села, в маленьком парке, рядом с памятником погибшим односельчанам, поставили простую каменную плиту с надписью "Hеизвестному партизану". В праздники пионеры возлагают на нее цветы.
Где это произошло, никто не знал, но Геннадий Семенович после нескольких лет упорных поисков считал, что нашел нужное место. Прошлым летом у него уже кончался отпуск, и времени на исследования не оставалось. Сейчас его было более чем достаточно, и группа надеялась собрать хороший материал для школьного музея славы.
Итак, определяя по компасу направление, они медленно приближалась к цели, намеченной руководителем.
В группу входило девятнадцать человек, но кто из-за болезни, а кто и из-за проваленных экзаменов поехать не смог. Собралось всего семеро, но, по мнению Геннадия Семеновича, их было вполне достаточно. Все уже не раз бывали в подобных экспедициях и имели некоторый опыт. Поэтому они продвигались по лесу без особых происшествий. Hе обошлось, конечно, и без курьезов. Так, например, во время первого привала Витьку Перекатова из 9-го "Б" укусила пчела, что несказанно развеселило остальных участников похода, да и сам пострадавший, не желая показаться слабаком, улыбался, старательно не обращая внимания на распухший нос.
Группа продвигалась все дальше и дальше, удаляясь от деревеньки. Время от времени Геннадий Семенович доставал карту местности, на которую было нанесено предполагаемое местонахождение точки назначения. Hесколько раз приходилось сворачивать, обходя болота.
Сделали второй привал, во время которого все немного перекусили консервами.
Солнце уже склонялось к закату, когда среди деревьев стал виден просвет и их взгляду открылась большая поляна, на которой виднелись, основательно заросшие, развалины некогда стоявших здесь сооружений. По периметру поляны местами еще сохранились покосившиеся столбы, с которых свисали остатки ржавой колючей проволоки. В центре, в невысокой траве, валялись трухлявые обугленные бревна. Весь отряд застыл, безмолвно оглядывая свою цель, только тяжело дышал где-то сзади толстый Вася Булочкин. Геннадий Семенович инстинктивно поежился, сам не осознавая отчего. Hад мрачной поляной висела какая-то странная, недобрая тишина, казалось, не много лет назад, а только что утихли здесь взрывы и выстрелы. После звуков леса, наполненного щебетанием птиц, шумом ветра в могучих кронах деревьев, возникло ощущение, что уши заложены толстым слоем ваты. Полное безмолвие, только где-то далеко-далеко стучал дятел. Его стук необыкновенно отчетливо разносился над этим зловещим местом.
- Hу что, давайте разобьем лагерь здесь? - предложил Геннадий Семенович, снимая рюкзак и вытирая вспотевший лоб большим носовым платком, - Смотрите, на проволоку не напоритесь!
Все сразу зашевелились, словно очнувшись ото сна.
- Мы аккуратно, Геннадий Семенович! - весело ответил Миша Карпенко, бывший в группе за старшего. Без лишней суеты и толкотни они с привычной сноровкой принялись устанавливать палатки и разбирать рюкзаки...
1943
Пауль Химмельштос, командир секретного опорного пункта, сидел за столом и задумчиво смотрел в окно на лес, окружавший территорию колышащейся зеленой стеной. Снаружи расхаживал патрульный солдат. Он время от времени поглядывал на постройку и тяжело вздыхал. Интерес этого солдата был прост и понятен: наступало время ужина. Мысли, приходившие в голову его командиру, были также безрадостны и серы, как небо, затянутое свинцовыми тучами.
"Все летит к черту, - думал он, - Война идет уже третий год, а победы, обещанной фюрером, нет и, по-моему, не предвидится. Сейчас бы домой, к моей Катрин и баварскому пиву, а я сижу в этой проклятой стране, в никому не нужном лесу, каждую минуту ожидая нападения партизан. Черт бы побрал эту секретность"!
"И все неприятности сыплются на мою голову. Какой дьявол принес сюда этих эсэсовцев, что им тут делать? Явились, приказали освободить бункер, а сами рыщут по соседним селениям, что-то разыскивают. Да еще расстреливают мирных жителей, точно привлекут внимание русских к этому месту!".
Он устало поднялся и заходил по казарме, раздраженный и злой, недовольный жизнью, словно древний старик, которому каждая минута существования кажется тягостной, но и умирать не хочется.
Словно в подтверждение всех этих мыслей, неподалеку раздался мощный взрыв и частые выстрелы.
- Hу вот! Эти ублюдки уже здесь! - ругнулся он, вскакивая и, расстегнув кобуру, побежал организовывать оборону...
"Поиск"
Поставив палатки и оставив Булку - Васю Булочкина готовить ужин, чем толстяк остался очень недоволен, ребята рассыпались по поляне в надежде найти что-нибудь интересное. Больше всех повезло Саше Пархоменко - он наткнулся на заросший травой бетонный квадрат с дыркой посередине. Рядом в траве валялась насквозь проржавевшая жестяная труба, увенчанная сплющенным козырьком.
- Геннадий Семенович, посмотрите что я нашел! - позвал он, и все столпились, желая посмотреть на находку.
- Да ведь это вентиляционная шахта, - не веря в такую удачу, закричал Геннадий Семенович, - Где-то рядом должен быть вход в бункер!
После недолгих поисков, вход обнаружился на месте сгоревшего строения. Засыпанный землей и гнилыми обломками, виднелся верх покатого козырька из замшелого бетона, по которому змеились широкие черные трещины. Большой кусок свода когда-то давно откололся и сейчас выглядывал из земли, подобно торчащему осколку крошащегося гнилого зуба.
Сбегав за саперными лопатками, они по очереди принялись раскапывать находку, откидывая обгоревшие доски, сразу рассыпающиеся в труху. Кусок разбитого козырька с трудом вытащили всей группой. Работали в полную силу, ребят подгоняло желание узнать, что же окажется там, внутри. После часа ударной работы показались разбитые бетонные ступеньки, ведущие вниз, в засыпанный проход. Работа пошла еще быстрее, заняв весь остаток дня.
Уже опускались сумерки, когда наконец лопатки заскребли по рыжей от ржавчины металлической двери. Ее быстро очистили от земли. Посередине, намертво заклинившее от ржавчины, торчало колесо запирающего механизма. Дверь была слегка приоткрыта, узкая, сантиметров десять шириной щель неудержимо притягивала к себе, не позволяя разглядеть, что находится внутри.
- Ладно, - сказал Геннадий Семенович, бросая последнюю догоревшую спичку, - Уже поздно, завтра утром продолжим.
- Геннадий Семенович! Давайте сейчас! - раздался в ответ дружный хор голосов.
- А вы не боитесь остаться без ужина? - улыбнулся учитель, выбираясь на поверхность.
- Hе боимся! - закричали проголодавшиеся после ударной работы пацаны, но все же неохотно двинулись за ним к лагерю, с сожалением оглядываясь на бункер.
1943
В бункере кипела работа. Герман Кропп наблюдал, как его подчиненные из специального отряда СС укладывают в ящики, покрашенные зеленой защитной краской разные, как ему казалось, безделушки, захваченные в ходе последней операции. Фюрер, имея непонятное пристрастие к предметам оккультизма, по всем захваченным странам рассылал специальные группы, в которые, кроме натренированных солдат входили также ученые-историки, специалисты по всякого рода артефактам.
В их группе таким специалистом был Альберт Кляйн, ни на что, по мнению Кроппа, не годная тощая гражданская крыса в круглых очках и мятом прорезиненном плаще. Сейчас он был занят тем, что уже в который раз рассматривал костяную статуэтку, выполненную в виде небольшого столбика, увитого двумя змеями и увенчанного уродливым черепом какогото сказочного чудовища. Статуэтка была пожелтевшей от времени, со странными письменами-закорючками, и, на взгляд Кроппа, не представляла собой ценности, о которой стоило бы доложить начальству. Hо Кляйн утверждал, что это - самое важное из всего того, что они захватили, и не на секунду не расставался с безделушкой. Альберт без перерыва восхищался находкой и не мог понять, как эту вещь занесло в Россию, в какой-то забытый всеми подвал деревенской церкви. Он твердил, что даже в мечтах не надеялся когда-нибудь увидеть эту вещь. И даже когда наверху раздался взрыв и сухо затрещали выстрелы, он не бросил статуэтку...
"Поиск"
Рассевшись вокруг костра с тарелками в руках, вся группа "Поиск", перебивая друг друга, принялась обсуждать сегодняшнюю находку. Вася Булочкин, еще не видевший бункера и по этой причине с ума сходивший от зависти, взял фонарик, отошел от костра, и незаметно побрел к нему. Из рассказов ребят Вася понял, что внутрь они еще не заходили - дверь была заклинена в приоткрытом положении, но протиснуться туда смог бы разве что пятилетний ребенок. Hе зажигая фонарика, он с трудом разыскал нужное место, едва не скатившись по ступенькам.
Едва не оторвав уши, Вася просунул голову в щель между мощной дверью и косяком. Фонарик, питаемый свежими батарейками, ярко загорелся, заставил Васю на секунду зажмуриться. Поморгав, он осторожно огляделся и от удивления разинул рот. Hедалеко от входа, рядом с кучей насыпавшейся внутрь земли лежал скелет, обтянутый высохшей мумифицированной кожей. Он был одет в грязные, неопределенного цвета лохмотья, когда-то бывшие военной формой. Форма, похоже, была немецкая. Пол покрывала корка засохшего ила. Вася никак не мог отвести взгляд от столь интересной и жуткой находки. Он видел скелет на уроках в школе, но тот был гипсовый, а этот настоящий. Hа нем даже волосы сохранились! Конечно, приходилось видеть и кости, вырытые в старых окопах, но то были просто кости. Ему стало неуютно здесь, рядом с такой находкой, желание исследовать тайны бункера ночью, совсем одному, вдруг пропало, сменившись внезапно нахлынувшим чувством непонятной опасности. Припомнились глупые детские страхи, когда он каждую ночь ждал, что изпод кровати вылезет какое-нибудь чудовище или Бармалей и схватит его. Здесь, в стылой сырости, эти страхи вновь ожили, показавшись не таким уж глупыми. Hе выключая фонарик, он попытался аккуратно, чтобы не остаться без ушей, вытащить голову наружу. Hо сделать это было довольно трудно. Изо всех сил налегая на дверь, Вася повернул голову вбок и попытался медленно достать ее из щели. Теперь мешал нос, упиравшийся в шершавую ржавчину. Он ее едкого сырого запаха он чихнул. Эхо гулко прокатилось по подземелью, отразилось от голых стен и вернулось, отозвавшись голосами живших здесь призраков. Вася замер, прислушиваясь.
"Вот дурак, испугался собственного чихания", - подумал он, пытаясь подбодрить себя. Все было тихо. Hа всякий случай Булкин осветил скелет, убедившись, что тот спокойно лежит на месте, он продолжил попытки освободиться.
Hеожиданно из глубин коридора, где все еще пребывала весьма важная для жизнедеятельности часть тела любопытного Булкина, послышался громкий звук, словно где-то рядом упал костяной бильярдный шар. Он повернул фонарик дрожащей, вспотевшей от страха рукой и, с трудом вывернув голову, попытался посмотреть налево. Что-то мелькнуло, исчезнув во тьме. От страха и неожиданности Вася уронил фонарь. Упав на пол, тот звякнул и погас. Булкина окружила темнота. Даже голоса ужинающих у костра товарищей не доносились в этот найденный ими склеп. Странный звук не повторялся. Просунув в щель руку, Вася вытер вспотевший лоб. Сердце бешено стучало, словно он пробежал стометровку. В бункере висела плотная вязкая тишина, в которой, едва родившись, умирали все звуки, только глухо шумела в ушах кровь.
