Читаем Я рисую мир словами онлайн бесплатно

Я сегодня проснулась рано.

И оставив вчерашний вечер,

Я пошла по дороге к солнцу,

Наступая на край лучу.

И на этой дороге к солнцу

Я тебя непременно встречу.

И узнаю тебя из многих.

И от всех других отличу.

По глазам. По губам. По боли,

Ставшей счастьем моим и сутью.

По теплу твоих рук и сердца.

И по шепоту тихих слов.

И уже не играет роли

То, за что я стояла грудью.

Я иду, догоняя эхо

Торопливых твоих шагов.

Я свободная птица.

Я не строю гнезда.

Ведь в гнезде моем было бы пусто

Без тебя.

Почему, если ждешь,

Время тянется медленней вдвое?

Я же птица!

А птицы не воют.

Птицы просто взлетают

Все выше и выше,

Облака разрывая в куски головою

И сминая крылом небеса.

И не думают птицы о том,

Для чего им свобода.

Бесконечная синь небосвода

Им дороже всего.

Я тебя не прошу: «Позови!»

Я не буду жестокой.

Я тебя не зову: «Прилетай!»

Ты не можешь летать.

Можешь только не спать

В тишине темноты одинокой.

Можешь быть не живущим со мной,

Но живущим во мне.

Бесконечностью неба живущим во мне.

Навсегда.

День прошел. Еще один из многих.

Село солнце в розовой пыли.

Я благословила бы дороги,

Если бы они к тебе вели.

Хочешь, я подарю тебе каплю дождя?

Каплю дождя на своей ладошке.

Мягко ступая по лужам, кошка

Тихо крадется за воробьем.

Вечер. Июнь. От тебя в метро уходя,

Я, как обычно, грущу немножко,

Что эскалаторная дорожка

Не увезет нас с тобой вдвоем.

Не отпускай меня! Просто иди со мной.

Встань на ступеньку ниже, рядом.

Мне тебя чувствовать близко надо.

Надо все время. С тобой. Идем. Вместе.

Я подарю тебе каплю дождя.

Ты просто у меня в груди. Где сердце.

Живешь. Болишь. И не даешь уснуть.

Ты ритм ударов пульса – малых терций,

На части рвущий стонущую грудь.

Ты консонанс моей души и тела.

Созвучие желаний, мыслей, дел.

Я у тебя вот так же быть хотела

В груди, где сердце. Ну а ты – хотел?

Я с радостью отдам тебе все звезды,

Которые во мне. И стану полой.

Ты просто у меня в груди. Ты просто –

Моей любви ликующее соло!

Мы с тобой зимою созданы.

Свиты ледяными тайнами.

Мы благословенны звездами

И снежинок белых стаями.

Темнотою мы помолвлены

И постелью бессловесною.

Нам законы установлены

Не земные, а небесные.

Мы с тобой ветрами венчаны.

И грозою майской первою.

Мы, как небо, переменчивы.

И, как птицы небу, верные.

А может быть ты мне совсем не нужен?

Ведь вот же, пошел уже третий день…

И я для тебя не готовлю ужин.

И ты – только призрак. Всего-то – тень.

Всего только звук. Телефонный голос.

Всего только ласковых строчек горсть.

А может я зря за тебя боролась?

А может ты в жизни моей лишь гость?

А может ты в сердце моем лишь рана?

Затянется. Стерпится. Заживет.

А слезы я смою водой из крана.

А боль, без таблеток, сама пройдет.

И может быть я доживу до завтра.

Ведь вот же, уже третий день пошел…

Прошу тебя, всех моих сказок автор,

Пусть эта закончится хорошо!

Как просто трубку снять

Немого телефона.

И, голосу придав

Застенчивость и робость,

Промолвить: «Мне его…»

Но между нами – пропасть

По имени Она.

Я брошусь вниз с балкона.

Под поезд попаду.

Погибну в катастрофе.

Я задохнусь в дыму.

Я перережу вены,

Как тонкий телефонный провод.

Чашка кофе

Дрожит в моей руке.

Разрушенные стены

Обратно не сложить.

Сливается со шприцем

Жестокою иглой исколотая совесть.

Молчащий телефон.

Испуганные лица.

«Пожалуйста, его!»

Но между нами – пропасть.

Так просто. Больше чем

Обычно, для покоя,

На «кубик» или два…

Досадная беспечность!

Он завтра позвонит

И скажет: «Что такое?

Пожалуйста, ее…»

Но между нами – вечность.

Домой!

В сине-желто-зеленые улицы

В ночном красно-белом автобусе

Ворвусь.

На знакомых серых камнях

Сосчитаю морщины.

Как много!

Собьюсь со счета и рассмеюсь.

Мы с тобой повзрослели, мой город.

Ты встречаешь меня фейерверком

Фонарей, утонувших в лужах.

Воздух улиц твоих так нужен мне

Был в далеких чужих краях!

Мы похожи с тобой, мой город.

Ты и я.

Так, значит, все. Погасло. Отгорело.

Все то, что трепетало и жило.

Прошла любовь. И сердце отболело.

И вспоминать уже не тяжело.

Растаяло, как дым от сигареты.

Ушло, как в море талая вода.

Вот как это бывает. Просто лето

Закончилось. Сегодня. Навсегда.

Мир устроен странно и нелепо.

Непоследовательно. Непонятно.

Все, что на земле, стремится в небо,

Постоянно падая обратно.

Теплых тонов палитра.

Сентябрь.

Вниз суетливо листья

Летят.

Серое небо в тучах

С утра.

Мне уже стало лучше.

Пора.

Я знаю такое место,

Где остановилось время.

Оно стоит, как столб,

И не идет ни вперед, ни назад.

Под ногами тот же пол.

На стене та же картина.

Серая дверь.

Четыре окна.

А в окнах – сентябрь.

Уже пятый месяц.

Передо мной человек,

Говорящий одно слово.

Уже пятый месяц.

Он не кричит.

Он говорит шепотом.

Но этот шепот зловещий.

И слово, сказанное им, означает,

Что сентябрь в окнах – навечно.

Мы когда-нибудь встретимся,

После дождя.

На залитой водой,

Родившейся вновь улице.

У скамейки беспечно целуются голуби.

Через тысячу лет,

Сразу после дождя

Я тебя поцелую.

Ты не веришь?

Всего только тысяча лет!

Для безумцев,

Сумевших друг друга найти

В разном времени,

Это не срок.

Не вспугни голубей,

Когда будешь идти

Быстрым шагом ко мне

По залитой дождем,

Родившейся вновь улице.

Я тебе благодарна за боль

И огромное счастье –

Жить с тобою

На этой земле.

Знать, что мы будем вечно,

Что встретимся снова.

Сразу после дождя.

Через тысячу лет.

Швыряет ветер грусть пригоршнями в окно.

И мерзнут фонари, в ночном снегу по пояс.

Я о тебе смогла забыть давным-давно.

И ночью стала спать, уже не беспокоясь.

Ты такой же, как я – строптивый.

Ты такой же, как я – упрямый.

Наших ссор и обид мотивы

Повторяются, точно гаммы.

Повторяются каждый вечер,

Как навязчивые кошмары.

И смеется над нами вечность

Тихим звоном моей гитары.

Ты для меня был словно чистый белый

Лист. Я тебя писала, как хотела.

Придумывала радости и беды.

Кромсала душу. Истязала тело.

И пусть бумага корчилась от боли,

Но я тебя писала – мне виднее.

И верила, что мне достанет воли

Сломать тебя и сделать. Я сумею!

И, кажется, смогла. Готова книга.

Ты изменен – был форте, стал пиано.

Вся наша жизнь – одна сплошная лига.

И никаких оттенков. Даже странно.

Ты очень хорошо написан мною.

Ты идеален весь: внутри, снаружи.

Но почему мне кажется порою,

Что ты такой мне, в общем-то, не нужен?

Я – сплошные острые углы.

И тебя они так больно ранят!

Только ведь, по правилам игры,

Это вовсе не углы, а грани.

Грани моего к тебе люблю.

И, определяя ход событий,

Я, по правилам, тебе велю.

Ты, по правилам, лишь исполнитель.

Я могу стать ветром,

И в твое ворваться окно.

Я могу стать сном,

И тебе присниться. Усни.

Отдыхай. Я буду

Охранять твой сон и покой.

Я в твой зимний дом

Принесу дыханье весны.

Ты поверишь в чудо,

Если вдруг случится оно.

Все мечты сбылись.

Я – к тебе. С тобой. Я твоя.

И отныне буду

Охранять твой сон и покой.

Отвори окно

И впусти меня.

Это я!

За тебя хочу я зацепиться.

В этой жизни трудно без опоры.

А потом, как пойманная птица,

В клетке бьюсь и дергаю затворы.

Отпусти! Под синим небосводом.

Или лучше в клетке? Так спокойней.

Ты же знаешь – я люблю свободу.

Вдруг я вырвусь из твоих ладоней?

Как же мы с тобой друг друга

Угадали.

Разглядели.

И схлестнулись.

До испуга.

От восторга.

На пределе.

Миги.

Дни.

Часы.

Недели.

Вдруг смешались и застыли.

Но предел не беспределен.

Или?..

А если наступит миг,

В который я не смогу,

Просто не смогу

От тебя уйти?

Как много написано книг

О любви!

Напрасно ты в сотый раз

В них хочешь сюжет о нас

Найти.

Прочесть мне вслух, чтобы доказать.

Что нельзя так сильно любить.

Что скоро мы, может быть,

Перегорим. На полпути.

Книги лгут!

Я боюсь только одного,

Что наступит миг,

Когда я уже не смогу

От тебя уйти.

Как просто – руку протянуть,

Взять со стола листок бумажный

И все, что дорого, вернуть.

Вернуть. Какой ценой – не важно.

Я напишу тебе письмо.

Но ты его не прочитаешь.

Когда тебя со мною рядом нет,

Я чувствую твое прикосновенье.

Тебя я вижу каждое мгновенье,

Когда тебя со мною рядом нет.

Когда уходишь, шлю тебе вослед

От всей души свое благословенье.

И жду тебя я каждое мгновенье,

Когда тебя со мною рядом нет.

В моем окне всю ночь не гаснет свет,

Сон не приходит, принося забвенье,

Я для тебя пишу стихотворения,

Когда тебя со мною рядом нет.

От сердца – не слова. И в исступленье

Шепчу: «Приди! Ведь это преступленье,

Когда тебя со мною рядом нет!»

Почему бы тебе не признаться в том,

Что твой дом сгорел. И пожар потух.

И весенний ветер развеял дым.

И мечты укрыл тополиный пух.

Почему бы тебе не узнать себя

В обгоревшем гитарном грифе. Без нот.

Неужели ты так и не понял – я

Навсегда ушла. Завтра – год.

Я юный май, а ты седой февраль.

Я хохочу, безумствую, ликую.

И бесконечность неба голубую

Тебе дарую. Властвуй. Мне не жаль.

Ты снисходителен и терпелив.

И все мои капризы принимаешь.

Но вот любви моей не понимаешь,

Февраль с глазами – косточками слив.

Твоей души пустыню ледяную

Я растоплю горячим поцелуем.

И сердце трепетать заставлю вновь.

Снежинка, как слеза, на теплой коже.

Ты был, февраль, когда-то маем тоже.

Пожалуйста, поверь в мою любовь!

Осторожно, двери закрываются.

Следующая станция – тупик.

Поезд едет. Связи разрываются

С миром детских мультиков и книг.

Прошлое уже совсем не колется

Зубьями разбитого стекла.

Может кто-то за меня помолится.

Пожалеет: «Рано умерла».

Как хочется в руках твоих забыться!

В любимых удивительных руках.

И замереть. И в птицу превратиться.

И улететь с тобой за облака.

Мне не достать самой до облаков.

Я дом без стен. Я парусник без ветра.

Я роза без шипов и лепестков.

А между нами – сотни километров.

Я без тебя, как тело без души.

Как жизнь без цели. Праведник без Бога.

Но я не умоляю: «Напиши!»

Я понимаю – это слишком много.

С чарующей мелодией в глазах.

Со сдержанной осеннею улыбкой.

Вы так мечте своей подвластны были зыбкой,

Но мне о ней не смели рассказать.

А я ждала, не смея Вас спросить.

И вовсе не надеясь на удачу.

Что-либо значу я для Вас, или не значу?

И, может быть, или не может быть?

Ах, я казалась Вам ужасно юной.

И вот перед гитарой семиструнной

Свою пытаюсь юность оправдать.

Со сдержанной осеннею улыбкой.

Но неужели было бы ошибкой

Вам о любви своей мне рассказать?

Ты от меня немыслимо далек.

Ты для меня прошедший и вчерашний.

Свечи моей потухший огонек

Свет не зажжет в окне твоем погасшем.

Оно черно. И пусто. Видно спишь.

Лица за занавеской не ищу я.

Но ты во мне, прошедший, все болишь

Не проходящей болью поцелуя.

О, как меня ты радостно встречаешь,

Восторг свиданья первого храня.

Не веря в то, что ты меня не знаешь.

Забыв о том, что выдумал меня.

Из грез и из ночей бессонных выткал.

Из жажды счастья, грусти и тоски.

Нанизаны на призрачную нитку

Ромашковых иллюзий лепестки.

И желтая луна. И вечер звездный.

Пожалуйста, пойми пока не поздно,

Что ты придумал все до мелочей.

Меня. Любовь. И теплый летний вечер,

Когда меня ты обнимал за плечи

И целовал в мерцании свечей.

В тихом шорохе небесном

Зелень лета угасает.

Солнце – оземь. Сердце – в бездну.

По траве бреду босая.

Камни теплые остыли

От твоих шагов звенящих.

И в глазах моих застыли

Две слезы ненастоящих.

Твоя любовь огнем неугасимым

Горит в тебе. Себе не господин,

Ты жизнь готов отдать за миг один

Свидания со мной. Я не просила

Тебя в меня влюбляться. Не клялась

Тебе в любви и верности до гроба.

И вот, в итоге, мы несчастны оба.

Ты проклинаешь рабство. Я же – власть.

Ведь мы – несовместимые понятья.

Едва меня ты заключишь в объятья,

Я растворюсь, как облако, как сон.

Дарителю не надобны подарки.

Ты плачешь над сонетами Петрарки,

А я смеюсь наивности канцон.

Мне позволь тебя увидеть лишь в последний раз.

Просто пожалей. Я тебе клянусь,

Что не будет больше боли сладостного нас.

Ты вернешься к ней. Я к нему вернусь.

И не вспомнишь даже ты моих печальных глаз.

Не коснешься рук. Не услышишь слов.

Нет, не будет больше боли сладостного нас.

Радостей и мук. Песен и стихов.

Весь мой мир сегодня раскололся на куски.

Я уже его склеить не берусь.

В бесконечной и бездонной пропасти тоски,

Что в моей душе, тихо растворюсь.

Я уйду спокойно по вечерней мостовой.

И не оглянусь, смотришь ли ты вслед.

А любовь и боль моя останутся со мной

Сотни бесконечных лет.

Я чувствую прикосновенье к коже

Твоих шершаво-сумасшедших губ.

Ты был сегодня просто невозможен –

Не дерзок. Не напорист. И не груб.

Соблазны, радостно оскалив пасти,

Водили хоровод вокруг стола.

Ты знаешь, можно умереть от страсти.

Ты жив еще?

А я вот – умерла.

На мозги, подруги, мне не капайте,

Мол, не любит больше. Ведь не дети мы.

Просто у него дела на Западе.

Очень занят он делами этими.

Я к нему на Запад не поехала.

Поступила крайне непорядочно.

Послужили мне дела помехою.

На Востоке тоже дел достаточно.

Слишком много в жизни дел, которые

Нас не ждут. Как голуби бумажные,

Разлетимся в разные мы стороны

И займем себя делами важными.

Не пошлешь дела к такой-то матери.

Подождет любовь. Окрепнет за лето.

На мозги, подруги, мне не капайте.

Просто мы с любимым очень заняты.

Принесу тебе на донышке

Правду горькую в бокале.

Выпивай, мое ты солнышко,

И закусывай. Стихами.

Ведь стихи – они как исповедь.

В них все тайное – вдруг явное.

Что ни рифма там, то истина.

Что ни строчка там, то главная.

Что ни стих, то посвящение.

Не привыкший вмиг отравится.

Не хватает освещения?

Или, может, слог не нравится?

Нет, ты крылышки не складывай.

И глаза ты не завязывай.

Ну, читай же! И угадывай

Все, что между строчек сказано.

Что, не хочешь откровения?

Без шипов прекрасней роза.

Ах, мое ты вдохновение,

Обожающее прозу!

Рельсы. Реки. Перелески.

Желтый столб фонарной пыли.

Стук колес, глухой и резкий.

Небылицы. Звезды. Были.

Луны. Месяцы. Столетья.

Зимы. Ференц Лист. Рассветы.

Может кто-нибудь ответит

Где ты?

Зиму хочу другую

Этой зимы боюсь.

Дай тебя зацелую.

Или… пойду напьюсь.

С горя? Да нет, не с горя.

С радости, что одна