Читаем Я не аристократ (СИ) онлайн бесплатно

Люди очень удивляются, когда с ними поступаешь так же, как и они с тобой.

— Да не тянут эти идиоты пять суток! Как ты не понимаешь — они вообще ничего не тянут! — горячился тощий мужик в сером костюме с белым галстуком.

Толстый в белом костюме с серым галстуком жмурился, как сытый кот, и сладенько улыбался. Глаза у него при этом были такие злые, словно он примеривался кинуться на тощего и удушить его галстуком любого цвета, на выбор.

Тощего звали Павел Савлович, толстого — Пётр Семёнович. Но по отчеству их в родной конторе величали редко, несмотря на солидный возраст.

Оба они были учёными. Обоих пригласил в фирму Герман — приват-директор, про которого мало кто знал хорошее. И Павлу, и Петру казалось странным, что научным учреждением руководит качок с замашками братка из девяностых. Однако рулил фирмой именно Герман.

Был у «Магнетик Инк» и генеральный директор, но про него ходили только мутные слухи. Никто даже не знал толком, где он сидит.

Филиалов фирма развела много, а головное предприятие было зарегистрировано на Кипре. Может, от налогов так убегали, а может, гендир руководил прямо с пляжа?

Филиал в Н-ске, где трудились Павел и Пётр, занимался, в основном, тестированием и адаптацией геймеров к игровому миру. Технические разработки вели другие парни. Был какой-то филиал в соседнем Чморске.

Павел и Пётр в эти дела не лезли. Их наняли, чтобы «докрутить» идею. Павел был асом в социопсихологии и физиологии мозга, Пётр — специалистом по кадрам: он отвечал за подгон испытателей-геймеров.

Дело, однако, не ладилось. Новый концепт, именуемый «Магнетик», совсем не магнитил потенциальных клиентов.

Правда, сами клиенты об этом ещё не знали. Шла работа тестировщиков и фокус-групп.

— Тупые они! Ленивые! — тощий Павел вскидывал согнутые в локтях руки, как магазинная курица, ухваченная за крылышки. — Они не понимают, что и тут тоже выкладываться надо! Крутиться! Ты знаешь, кто у нас в «Магнетике» через год будет у власти?

— Кто? — удивился толстый Пётр.

— Да никто! — вознегодовал худой. — Неписи! Все твои игроки сливаются! У меня даже график есть. Вот!

Он развернул на экране компьютера таблицу.

Ругались Павел и Пётр в маленьком аккуратном кабинете для совещаний. С единственным столом, зато с дюжиной стульев, расставленных вдоль стен.

Из достопримечательностей тут был только аквариум с лабораторным вараном Яшкой, любимцем приват-директора Германа.

Варан был здорово похож на Германа — такой же тупой, хищный и отмороженный на всю голову. Пока Павел и Пётр спорили, он делал вид, что дремал.

— Ну, вот сам посмотри! Зелененькая кривая, это те, кто сливаются через сутки. Их сорок процентов! Сорок, ты понимаешь! Проходят реальные сутки или три игровых дня, и персонаж уже сдался, он плачет и хочет домой! И в штаны наделал!

— А синенькая?

— А синенькая те, кто продержался двое суток. Потом они все устают и хотят перерыв. Они же все читерить привыкли. Им надо отойти, попить пива, поиграть с друзьяшками в пейнтбол. Они не понимают, что выхода из этой игры не будет!

Толстый Пётр хмыкнул. Синенькая кривая охватывала ещё треть игроков.

— Красная — трое суток?

— Да. Трое реальных, девять игровых.

— А больше?

— А больше — никак, — развёл руками Павел.

— Мда, — оскалился толстый, взвешивая глазами тощего. — Герман нас скоро самих на пять суток в игру отправит.

Игроков подбирал он, но раз все такие — его-то какая вина?

— А я при чём?! — прошипел тощий Павел. — Чего ты на меня так уставился?

— Ну, ты-то понимаешь, что мы готовим бомбу, а выйдет пшик! Большинство игроков, конечно, будут нахлебниками. Но кто-то заплатит денег, и мы дадим ему базовое выживание и защиту. И вот вопрос — за счёт чего нам давать эту самую базовую защиту, если человеческие мозги просто не тянут прогресс в игре? Сколько не вливай в них скилов и игровой валюты, если мозг игрока тупит в реале, он и в игре профукает всё!

— То есть мне им мозги поправить? Я тебе кто, бог?

— Слушай, — толстому Петру стенания коллеги явно поднадоели. — Ну, ты же биолог, Паша? Ты что, не можешь создать из них в игре каких-нибудь сверхлюдей?

— Да всё я могу, — дёрнул тот куриными крылышками. — Хоть богами их могу прописать, пожалуйста. Но тупость у каждого останется личная, хоть как ты его назови. Я же тебе сказал — они неконкурентны мозгами! Не понимают себе подобных, не считывают чужие эмоции, не владеют прогностическим мышлением. В школе плохо учились, книжки плохие читали — даже примерно не знают, как выходить из сложных ситуаций. Думают, что им всё на блюдечке будет, вместе с базовыми навыками. Просто человеческий шлак какой-то, диванные воины! И чем мягче диван, тем амбициозней! Что с ними делать, а? Они должны проявить свою волю, свою смекалку… Как я им это дам?

Павел завёлся и начал бегать по кабинету, размахивая локтями:

— Ты же понимаешь: наша игра — прорыв, новый уровень игрового мира! В ней можно жить! А как жить, если ты — без мозгов?

Толстый молчал. Нервы у него были скрыты крепким слоем жира, а потому не особенно беспокоили.

— А если мы дадим им преимущество в реализации инстинктов? — подумав предложил он.

— А почему именно инстинктов? — удивился тощий.

— А ты думаешь — богатые самые умные? — рассмеялся толстый. — Ты Германа видел? Они самые хищные. Сущность богатого человека в том, что он жрёт конкурента, не рассуждая и не жалея. За десять процентов прибыли Герман удавит нас всех на фиг. В нём сильны первобытные инстинкты, сечёшь? Инстинкты-то ты можешь игроку подкрутить?

— А как я их подкручу? — дёрнул «крылышками» Павел. — Инстинкты нам даны такие, какие есть. Их не поменяешь.

— Ну… — Толстый почесал отсутствующую лысину. — А если как-то растормозить самую древнюю часть сознания — лимбическую систему мозга? Чтобы игроки маленечко озверели? Придумай, я, что ли, тут физиолог?

— Лимбическую? — удивился тощий. — А какое она имеет отношение к…

И тут он замолчал, а толстый осклабился: понял, мол? И показал на варана, делающего вид, что он тут совсем ни при чём.

— Ящерица не думает, она действует, — пояснил он на всякий случай. — Она или удирает, или за руку — цап!.. — Толстый поморщился и потёр руку, покусанную Яшей. — Все эти богатые твари, что из первой сотни списка «Форбс», они же, как ящерицы. Холодные и только и знают, что цап, цап, цап!.. Их только впусти в игру, вроде нашей, и там всех сожрут!

Толстый Пётр и тощий Павел разом покосились на аквариум с вараном.

Яша доброжелательно моргнул. Он всегда был рад кого-нибудь цапнуть, только сунь руку.

— Ну, допустим… — сказал тощий. — Надеваем перчатки, берём Яшку, делаем карту его мозга и накладываем на мозг клиента… Но как это сделать?

— Загрузи идеей изобретателей, — хмыкнул толстый. — Пусть думают, им за это бабло платят. Двойной деприватор какой-нибудь?

— Чтобы слить два сознания в одно? — уточнил тощий.

— Ну или подсадить человеку сознание варана, чтобы оно пробуждалось в нужный момент… — Толстый опять поскрёб несуществующую лысину. — Например, когда уровень адреналина в крови пересечёт некий заданный нами порог, и нужно будет бежать или драться… А наш клиент драться не способен, и пока он тупит, происходит «бац»!.. И пробуждается Яшка! А падает уровень адреналина — Яшка опять засыпает!

— А Герман что скажет?

Оба с тревогой посмотрели на варана в аквариуме. Ящер был любимцем приват-директора.

— А мы не будем пока этот эксперимент афишировать, — предложил толстый. — Соберём опытную установку, простенькую, из подручного материала. А Герману говорить не будем. Если что — отыграем обратно, делов-то.

— А кто её будет испытывать? — засомневался тощий. — Если кто-то свой — сто процентов заложит Герману.

— Ну…. — толстый пожал плечами. — Да вот так же фокус-группу тебе соберу. На одно задание.

— А если эксперимент провалится? — прошипел тощий, испуганно озираясь. — А если испытатель с катушек слетит? Шутка ли — два сознания в одной голове?

— Значит, испытателя надо со стороны брать, без контракта… — Толстый улыбнулся так, что его напарника продрал мороз.

Тощий замотал головой: мол, нет, на такое он никогда не пойдёт, и не надо его уговаривать!

Но тут дверь открылась, ввалился Герман и уставился на Петра и Павла колючими глазами двенадцатого калибра, упрятанными под крепкий козырёк лба.

Тощий в ужасе покосил на варана — неужели ящер как-то донёс хозяину?

— Ну?! — грозно спросил Герман, раздувая ноздри. — Чего вы тут, сукины дети, задумали?! Хотите, чтобы я вас у-у-у… волил?

— Скоро получим ответ от заказчика и будем править…

— …Миром?

— Нет, Вася, макет.

Я уже заканчивал сборку последнего офисного стола, когда позвонила начальница:

— Сергей, у тебя ещё один заказ на сегодня, в Поповке.

Я даже дар речи потерял от такой изумительной новости. На часах без пяти шестнадцать, до Поповки час пилить по пробкам… Это я когда домой попаду?

— Лидия Семёновна, а на понедельник никак нельзя этот заказ перенести? — выдавил я, косясь на клиента.

Клиент уже работу пришёл принимать, а я не люблю публично унижаться перед работодателем.

— Нет, Сергей, никак нельзя, — радостно оповестила меня Лидия Семёновна. — Заказ нужно отработать срочно. А кто у нас срочно соберёт три железных шкафа? Только ты с твоими золотыми руками!

— Да я бы с понедельника прямо с утра к ним!

— Сергей, ты же не первый год в нашей фирме работаешь. Если мы заказ взяли, мы его делаем! — отрезала начальница.

Блин! А кто тебя, тупую дуру, просил брать такой заказ в четыре часа вечера? В Поповке! Да ещё в пятницу!

Я с раздражением обозрел выполненную работу: два офисных стола, три шкафчика, полка…Ширпотреб, кривь да кось, ну и помучился я с этой «мебелью»…

Подкрутил ножки, устанавливая поровнее особенно криво стоящий шкафчик… Сегодня я собирал офисную мебель в типографской фирме и надзирал за мной испитый завхоз.

— Принимай, Вася, — сказал я ему. — И распишись вот тут и тут.

— Я не Вася, — возмутился испитый. — Я — Миша.

— Да ты извини, — рассмеялся я. — У меня все заказчики — Васи!

Завхоз попридирался к неровному полу — но пол-то не я им стелил — и подписал акт.

Я съехал на лифте с третьего этажа прямо на подземную парковку, выгнал на объездную старенькую тойоту и попилил на Поповку.

А что было делать? Ну вот такая жизнь — подчиняешься любой бабе.

Хотя, работа-то, в общем, хорошая. Чистая. Начинаю обычно в десять и к четырём уже дома. У нас тут маленький офис, а основное начальство сидит в соседнем Чморске, потому сильно и не чморит — не дотягивается.

Но бывает и так, как сегодня, ага.

Радио гоняло музыкальное старьё про любовь Бузовой к собственной филейной части, осеннее небо жмурилось и грозило ранним октябрьским снегом.

Третье октября, блин, Сибирь…

На дороге голосовал рыжий кот. Выперся на проезжую часть и истошно мяукал. Его объезжали, но ведь найдётся дурак — задавит.

Я затормозил, съехал на обочину, и кот с какой-то странной готовностью подбежал к машине.

Приоткрыл дверцу:

— Ну вот ты что, как мудак, тут торчишь? Задавят тебя, будешь знать!

Кот, слушал, сунув морду в салон.

— Куда тебе? До Поповки? — спросил я.

Кот запрыгнул.

Трасса была сухая, ладно, не напачкает сильно.

— Ну ты и наглый.

Я закрыл дверцу, и мы с ним поехали, ругая баб, погоду и тупых заказчиков. Я ругал, кот благожелательно слушал, свернувшись на переднем сидении.

Когда свернули на Поповку, это такой новый микрорайон у чёрта на рогах, кот замяукал, и я высадил его у «Пятёрочки».

Кота, наверное, ждали. А вот меня дома не ждал никто. Кому я нужен, контуженный немиллионер?

Немного послужил Родине, на пенсию вышел. Мебель теперь собираю.

Район Поповки я знал плохо, но моя контора нашлась сразу за «Пятёрочкой». То есть не моя, а заказчика. «Магнетик Инк».

Идиоты, в общем. Кто может выговорить такое название?

Это им как в контору звонят? «Это маг… блин… инк? — Нет, это херачечная!»

Офисное здание, где «Магнетик Инк» теснилась вместе с десятком других фирм и фирмочек, было новым, опрятным, со свежим ремонтом. В холле стояла мебель местной фабрики «Армус», очень себе недешёвая.

Пять этажей и отсутствие внизу указателя, что тут у них на каком этаже, сразу ввергло меня в тоску. Однако вахтер с журналом и при кобуре сам рассказал, куда мне идти.

Я поднялся на второй этаж, отмечая и здесь свежеокрашенные стены, новую плитку на лестнице и горшок с цветком на окне. Видно, арендаторы плату вносили исправно.

«Моя» фирма занимала весь этаж, об этом свидетельствовала вывеска «Магнетик Инк»: металлизированные буквы плюс строгий серп логотипа. Эх, подрезали они мне сегодня пятницу, как вот этим серпом по самому дорогому.

К счастью, нужная мне дверь нашлась прямо у входа на этаж.

Я хмыкнул, оценив стоимость стального полотна премиум класса.

Интересно, зачем в обычном офисном помещении такая навороченная дверь? Алмазы они тут, что ли, хранят?

Я постучал для приличия и вошёл.

Кабинет был пустой. Нет, по стенам, конечно, стояло железо, вроде того, что бывает в серверной, а в левом углу лежали детали будущих шкафов, обёрнутые в крафт-бумагу. Но ни стульев, ни полок, ни кружечки с засохшим чайным пакетиком — ничего не напоминало, что в этом кабинете раньше кто-то работал.

Встретили меня двое — тощий и толстый, оба в костюмах с галстуками и на завхозов совсем не похожие.

У толстого был обычный такой галстук, серый в рубчик, а у тощего — кипенно-белый.

— Мераба, — сказал я в надежде, что примут за гастарбайтера и с разговорами лезть не станут.

На турка я слегка походил — загорелый, чернявый.

Но толстый, тот, что с серым галстуком, даже обрадовался.

— О, живой полиглот, заходи! Нихау тебе. Вот тут наши три шкафа.

Он сунул мне в руку бумажку со схемой сборки.

Я посмотрел в угол, заваленный хорошо упакованным железом, и чуть не присвистнул. Обычно железный шкаф собирать — работа не пыльная. А тут не шкаф был, а, судя по схеме, этакий ящик в ящике и опять в ящике. Целая установка.

— Это не шкаф, — сказал я. — И не сейф.

— Так мы и просили хорошего мастера подогнать, — расцвёл толстый.

Мол, мне и карты в руки.

— Мастер-то я хороший, а вот тариф у меня записан стандартный! — Мне больше всего хотелось домой и меньше всего — насиловать в конце рабочей недели мозг.

— Тариф мы обсудим, — вмешался тощий. — За сколько соберёте, за час?

Он уставился на меня скептически.

Лицо у тощего было недовольное и неприятное. Я таких скептиков видел в гробу индивидуальной работы, с окошечком, чтобы родня убедилась — отлаялся Бобка.

Я спародировал кислую рожу тощего и стал разглядывать схему непонятной конструкции.

Не, тут не на час. Тут на весь вечер…

— Не успею сегодня, — отрезал я. — Поздно уже. Мы до шести работаем.

— А за сколько успеете? — расплылся в улыбке толстый, оттирая тощего.

Он, верно, отвечал в этой паре за переговоры.