Читаем И вечный поиск… (Книга о вечной жажде открытий, о поисках и находках, о путешествиях в прошедшее и будущее) онлайн бесплатно

Перед вами рассказы о людях подвига и смелой творческой мысли, о том, как разведчики земного шара открывали и продолжают открывать планету, а исследователи, вооружившись всемогущим Знанием, проникают в прошлое и будущее Времени, о том, как открывают, изобретают новое в науке и технике, как эти открытия обогащают нашу жизнь.

Наверное, каждому из нас присуще это незабываемое и прекрасное чувство Открытия Нового — невиданного, неизвестного ранее, порой удивительного и неожиданного, влекущего к себе своей необычностью и своей неразгаданностью.

По-настоящему счастлив тот человек, который стремится увидеть и познать неизведанное. Открываете ли вы что-то большое, значительное для других или обогащаете новыми знаниями свой духовный мир — жизнь ваша наполнена большим смыслом.

Стремление увидеть, узнать и понять окружающий мир появилось уже у наших далеких-далеких предков. Волнующая мысль, что там, за горизонтом, вдохновляла в странствиях первобытного охотника Нао, героя книги Рони-старшего «Борьба за огонь». Она отправляла в неизведанные дали исследователей Мирового океана, разведчиков новых неведомых земель…

Шли века, тысячелетия… Пионеры продолжали открывать планету Земля. И не только ее настоящее. Знание помогало и помогает человеку увидеть наше прошлое и наше будущее. «У научного изучения, — говорил Д. И. Менделеев, — две основные или конечные цели: предвидение и польза».

А горизонты творческой мысли? Какие необозримые и чудесные дали открывают они перед человечеством! Как неузнаваемо изменяют всю нашу жизнь и сколь щедро обогащают наука и техника каждого, кто настойчиво и отважно штурмует их неизведанные крепости, открывает двери в завтрашний день научно-технического прогресса!

…Трудны пути за горизонты познанного. Многие и многие явления в окружающем нас мире надежно скрывают от исследователя свою сущность. Поэтому, как и прежде, стоит перед человечеством не стареющий вопрос: «Что там, за горизонтом?»

Глобус-великан путешествовал около четырех лет. Сначала морем, а затем по болотистым лесным дорогам. Его тащили на себе сотни крестьян, согнанных из окрестных деревень.

В Петербурге заморскую диковинку, подаренную Петру одним из германских герцогов, поместили для всеобщего обозрения в помещении, где раньше жил… слон.

Диаметр глобуса превышал три метра. Снаружи он выглядел обычно — на нем были моря и океаны, материки, острова, большие реки. Но самое интересное скрывалось внутри. Пройдя туда через небольшую дверь, человек попадал в звездный мир.

Посредине стоял стол, а вокруг на скамейках могли разместиться десять — двенадцать наблюдателей; над ними, вверху, блестела золотом россыпь созвездий.

Это был первый в России планетарий.

В сооружении петровского глобуса участвовали известный астроном Тихо Браге и Адам Олеарий, автор «Подробного описания путешествия голштинского посольства в Московию…». В 1747 году пожар сильно повредил этот уникальный глобус. Позднее он хранился в городе Пушкине.

До наших дней дожил другой редкостный глобус, подарок голландцев, по которому учился молодой Петр. «Глебус» был сделан из меди и имел 170 сантиметров в поперечнике. В одной из дворцовых книг была найдена запись: «Велено из Оружейной палаты глебус починить заново. И того глебуса для починки часовому дан мастеру иноземцу Ивану Яковлеву, а надобно на починку того глебуса: меди проволочной толстой — шесть фунтов, бумаги александрийской — 10 листов; яиц свежих — тридцать».

Земной шар, изображенный на глобусе, еще во многом не соответствовал действительности. Америка тянулась почти до Северного полюса. Столь же ошибочными были очертания восточного побережья Азии. Австралийского материка не было совсем…

Позднее петровский глобус передали Навигацкому училищу, где готовились первые моряки русского флота; а теперь его можно увидеть в Государственном Историческом музее в Москве.

…Нелегко жилось воспитанникам Навигацкого училища.

По указу Петра эта школа (полное ее название было — Школа математических и навигацких наук), открытая в 1701 году, должна была выпускать не только образованных моряков, но и топографов, артиллеристов, горных мастеров, строителей… В ней училось полтысячи человек. Пребывание в училище не ограничивалось определенным сроком, каждый учился до тех пор, пока не осваивал все «премудрости наук».

Воспитанников школы, разместившейся в Сухаревой башне, держали в большой строгости. Лентяев, не подготовивших заданный урок, били во дворе батогами и плетьми. Школяров, пропускавших занятия, наказывали рублем. В школьных правилах было записано: «За первый пропущенный день — 5 рублей, за второй — 10, за третий и последующие — по 15 рублей». А на десять рублей в то время можно было прожить целый месяц.

Неудивительно, что дисциплина в Навигацкой школе была отменной. Из нее выходили специалисты, хорошо знающие свое дело.

В учебнике землеведения (географии), который изучали будущие мореплаватели, излагались сведения о разных странах, быте и нравах их народов, о природе и природных богатствах Земли. Нам этот учебник показался бы тяжелым и малопонятным, но для того времени он по живости изложения, по ясности определений был отличным.

Вот как дается в нем, например, понятие об экваторе, о полюсах и градусной сетке:

«Сей же круг нарицается некватор, или равнитель», потому что «весь круг земной на две части делит — едину к северу, другую же к югу». По концам «тех обеих частей суть два полюса, или оси мира, между ними же весь круг земной содержится».

«Состояние же земель аще кто прилежно хощет разумети, подобает ему знати градусы, или степени, по долготе и по широте. Широту считаем от высоты полюса, или оси мира, от равнителя к северу или к югу, до девятидесяти. Долготу же считаем от меридиана, проходящего через гору на островке Тенерифском до востока и далее к западу, разделяя круг земной по триста шестьдесят градусов».

Рассказывая о Мексике, автор учебника пишет: «Столица страны сия есть Мексико, и начальство всех земель америтских, прежде до пришествия гишпанцев бяше в сем граде семьдесят тысяч домов, по их окрутным мучительством многие разоритеся, и ныне тот град зело изряден, но не таков, как прежде был».

С чувством уважения к борьбе народов за свободу он говорит о Чили: «В сей стране жители со гишпанцы войну имут и в подданстве их быти не хотят». Чилийцы, не страшась «огненного оружия», бросаются «на дым» и «гишпанцев побеждают».

Чтобы по достоинству оценить учебник петровских навигаторов, стоит вспомнить о другой книге, рассказывающей о Земле. В средние века она была хорошо известна. Ее автор, монах из Александрии Косма Индикоплов, живший в VI веке, в молодости побывал в Азии и Африке, а затем написал книгу о том, как устроен земной шар. И дал ей название: «Христианская топография Вселенной, основанной на свидетельствованиях священного писания, в коем не дозволяется христианам сомневаться».

В книге было много интересных рассказов о тех местах, где побывал Индикоплов, и наряду с ними — масса выдумок о Земле. Учение о ее шарообразности он считал еретическим. Земля, по его мнению, громадный четырехугольник, покрытый небесной «твердью» и обнесенный высокими отвесными стенами. За «твердью» небес находится «царство небесное». Там же хранятся запасы воды. Ангелы открывают в небесах отверстия, и на землю выпадает дождь. Солнце, луну и звезды по небу передвигают тоже ангелы. Каждую ночь солнце скрывается на севере за огромной горой.

На плоской земле есть один океан и четыре залива — Римский, Аравийский, Персидский и Гирканский (Каспийский); плавать можно только в этих заливах. На крайнем юге земля необитаема, потому что там царит сильнейшая жара. В заливах есть острова, на которых живут «змеи с девичьим лицом и голосом»…

Подобных географических «открытий» в книге александрийского монаха было множество. Но зато все изложенное в ней полностью соответствовало священному писанию и потому не подлежало сомнению.

И христианский мир в течение многих веков принимал все утверждения Космы Индикоплова за непогрешимую правду. Так было до XVI века, пока в закоснелую жизнь средневековья не ворвалось новое время — эпоха Великих географических открытий.

На юге Чили, у Магелланова пролива, стоит отлитый из бронзы Мореплаватель, давший проливу свое имя. Как и при жизни, он зорко смотрит вперед, словно продолжает нести свою нелегкую вахту открывателя новых земель.

Сложное то было время. В Европе развиваются, крепнут разнообразные ремесла, растут города. Разбогатевшие купцы организуют военно-торговые экспедиции в далекие страны.

В конце XV века Христофор Колумб открыл Америку. Правда, ни он сам, ни его современники не догадывались об этом. Думали, что каравеллы Колумба достигли восточных берегов Азии, откуда рукой подать до сказочной Индии, уже не один век манившей Европу своими богатствами. В начале XVI века утвердился другой взгляд: земли, открытые Колумбом и его последователями, лежат между Европой и Азией. Значит, достаточно разыскать пролив, ведущий из Атлантического океана в Южное море (Тихий океан), — и Индия, а особенно Острова пряностей (Молуккские острова), известные еще арабским мореплавателям, будут достигнуты.

Это географическое открытие и совершил португальский мореплаватель Фернан де Магальянш, состоявший на службе у Испании под именем Магеллана.

Его флотилия из пяти каравелл покинула берега Европы осенью 1519 года. Впереди было неведомое. Будущим историкам географических открытий «повезло»: в экспедиции Магеллана был свой летописец — итальянец Антонио Пигафетта, который день за днем вел подробные записи.

Вот его впечатления от первой встречи с бразильскими индейцами: «Здешний народ не христиане и ничему не поклоняются. Они живут сообразно с велениями природы…» Жюль Верн, подробно описавший путешествие Магеллана, особо отмечает эту запись Пигафетта: «Какая необычная фраза в устах итальянца XVI века — века, исполненного суеверий».

Аборигены Бразилии были доверчивы и добры. Они еще не страшились пришельцев.

Иное ожидало испанцев на берегах Ла-Платы, в бухте Монтевидео. При виде кораблей местные жители обратились в бегство: видно, им уже приходилось иметь дело с «белыми дьяволами»!

Но далее к югу мореплаватели были первыми белыми, которых видели местные жители.

Когда каравеллы бросили якоря в удобной бухте Сан-Юлиан, капитаны трех каравелл подняли бунт, требуя повернуть обратно. Капитан-генерал действует быстро и решительно: уже через несколько дней мятеж подавлен. Перезимовав в бухте, Магеллан отдает приказ плыть дальше.

Снова идут томительные дни. Справа по курсу тянутся заснеженные скалистые берега неведомых земель. Где же он, долгожданный проход в воды Южного моря?

Наконец он перед ними!

Когда корабли вошли в пролив, на берегу в ночной темноте засверкали огни костров; Магеллан так и назвал открытую землю — Огненная. Не приставая к берегу, корабли медленно продвигались вперед. Только через три недели перед мореплавателями открылось безбрежное Южное море. В эти минуты они забыли обо всем, что пришлось перенести.

…В эскадре Магеллана оставалось три корабля из пяти: «Сант-Яго» разбился о прибрежные скалы, а «Сан-Антонио» самовольно повернул обратно в Испанию — еще до того, как моряки вошли в пролив.

День за днем каравеллы плыли в неведомых водах. Шли недели, месяцы, а вокруг лежал бесконечный океан. Единственное, что утешало, — великий океан был неизменно спокоен, и Магеллан назвал его Тихим.

Где же долгожданная Индия? Куда они плывут? «Мы питались сухарной пылью, смешанной с червями, — писал Пигафетта. — Пили желтую воду, которая гнила уже много дней. Питались древесными опилками. Крысы продавались за полдуката за штуку, но и за такую цену их невозможно было достать».

Людей косила цинга. Многие уже потеряли всякую надежду увидеть снова землю. Только спустя 110 дней впередсмотрящий одной из каравелл закричал: «Земля!»

…Немало еще тяжелых дней пережили отважные спутники Магеллана, прежде чем завершилось первое путешествие вокруг земного шара. Сам Магеллан погиб в схватке с жителями одного из островов Филиппинского архипелага еще до того, как первопроходцы добрались, наконец, до вожделенных Островов пряностей, вышли на просторы Индийского океана.

На родину вернулся только один корабль из пяти — «Виктория». В сентябре 1522 года он бросил якорь в гавани Санлукар-де-Баррамеда, откуда три года назад вышел в свое великое путешествие Магеллан. Из 265 человек возвратились 18.

Все они были истощены до предела. Такой ценой была оплачена первая кругосветная разведка планеты Земля.

Нельзя не отдать должное подвигу Магеллана. Какой надо было обладать твердостью и энергией, чтобы, вопреки всем сомнениям, страхам и даже открытому сопротивлению подчиненных, идти вперед и вперед, в неведомое, которое суеверия той эпохи наполняли ужасами.

Мужество в самом высоком смысле этого слова всегда привлекало и привлекает нас в человеческих свершениях. Кругосветная эпопея Магеллана — яркий пример такого мужества.