Читаем Гранатовый остров онлайн бесплатно

Annotation

Как быть молодой девушке, если она впервые влюбилась, а предмет ее страсти имеет репутацию безжалостного соблазнителя?

Фелисити Хилтон сделала свой выбор в пользу любви, хотя, возможно, ей придется горько пожалеть об этом. Но девушка надеется на чудо: а вдруг ей удастся зажечь огонь настоящего чувства в сердце красивого и надменного Берна Мэллори?

Айрис Денбери

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

notes

1

Айрис Денбери

Гранатовый остров

Глава 1

По дороге домой с работы Фелисити Хилтон зашла в магазин, чтобы купить котлеты и помидоры, и в приступе расточительности взяла бутылку кьянти.

«Что это, компенсация? — подумала она. — Но за что? Наверное, за то, что пришлось распрощаться с еще одной мечтой».

Она заторопилась домой, в маленькую квартирку в многоэтажном викторианском доме на площади за Бусвотер-роуд. Тревор, ее младший брат, лежал в кресле, и его темные очки не давали разглядеть, спит он или нет.

— Привет! — встретил он ее. — Опоздала?

— Разве? — Фелисити остановилась перед зеркалом и наспех пригладила свои золотисто-рыжие волосы. — Я заходила в магазин.

Она приготовила ужин и разлила по бокалам вино.

— Что за праздник? — спросил Тревор.

— Да так, ничего особенного, — весело ответила Фелисити. — Просто хотела, чтобы ты немного воспрял духом.

— А может быть, тебе самой не мешало бы воспрять духом? — с улыбкой возразил он. — Надеюсь, ты больше не сохнешь по Филиппу? Если хочешь знать мое мнение, то, по-моему, очень даже хорошо, что ты от него отделалась.

— Нет, нет, это в прошлом, — заверила она брата.

Однако никто не спрашивал мнения Тревора, когда всего две недели назад Филипп сказал Фелисити, что женится на другой.

— Я ее знаю? — спросила она тогда, стараясь говорить безразлично.

— Да, это Бэрил.

— Бэрил! — невольно вырвалось у нее. — Но ведь я…

— Да, я знаю. Ты сама познакомила нас на какой-то вечеринке, — согласился Филипп. — Но тогда я и представить себе не мог, что полюблю ее. — После некоторого молчания он продолжал: — Дело в том, Фелисити, что мне уже надоело постоянно откладывать нашу помолвку из-за твоего брата. И если я кажусь тебе эгоистом, ты уж прости.

— Тревору нужен новый курс лечения. Если не сделать этого сейчас, он ослепнет.

— Знаешь, хорошеньких девочек он замечает, — пробурчал Филипп. — Я уже десятки раз просил тебя отправить его в…

— Да, я знаю. В какое-нибудь специальное заведение или дом инвалидов, — закончила она за него. — Но я не могу этого сделать.

— Я хотел жениться на тебе, Фелисити, a не на вас двоих.

Фелисити официально не была помолвлена с Филиппом. Между ними существовало молчаливое соглашение, что в будущем, когда Тревор выздоровеет, они поженятся. «Вряд ли стоит винить Филиппа за то, что он потерял терпение», — думала Фелисити. Пустота, которую он оставил в ее жизни, была почти непереносимой, и Фелисити хотелось все бросить, уехать куда-нибудь и начать все заново.

Сегодня у нее появился такой шанс. Она работала секретарем одного из директоров компании, которая занималась экспортно-импортными операциями со Швецией и Норвегией, и сегодня ее шеф, мистер Фирт, представил ее высокому блондину, доктору Хендрику Йохансену, которого Фелисити всегда считала представителем какой-то шведской торговой фирмы.

— У доктора Йохансена есть предложение, которое впрямую касается вас, мисс Хилтон. — И мистер Фирт подбадривающе улыбнулся ей. — Он хочет взять вас напрокат в качестве секретарши.

— Да?

— У меня своя клиника на маленьком острове в Адриатике недалеко от итальянского побережья, — вступил в разговор Йохансен. — Прекрасное место, чудесный климат, но жизнь там довольно однообразная.

— И вы хотите, чтобы я там у вас работала? Как долго? — спросила она.

Доктор Йохансен пожал плечами:

— Может быть, полгода. Может быть, дольше.

— Простите, — сказала Фелисити огорченно, — я не могу надолго уезжать из Лондона.

— Разумеется, мисс Хилтон нужно время, чтобы обдумать ваше предложение, — вмешался мистер Фирт. — И скажу вам, доктор Йохансен, что я тоже не очень-то хочу расставаться с моей лучшей секретаршей, пусть даже и на шесть месяцев.

Оба бизнесмена отправились на ленч, а Фелисити пошла перекусить, как всегда, в кафетерий в Истчипе. Она механически жевала еду и размышляла.

Если бы только она была свободна! В новой обстановке ей наверняка удалось бы избавиться от той боли, которая мучила ее с тех пор, как они с Филиппом расстались. Но как она могла оставить брата?

Когда мистер Фирт вернулся с обеденного перерыва, Фелисити сказала ему, что не согласится на предложение доктора Йохансена.

— Это из-за вашего брата, как я понимаю? Я так и думал.

— Вы же знаете, у нас нет родителей. У Тревора, кроме меня, никого нет, и он не может себя обслуживать.

— Жаль. — Мистер Фирт крутанулся на своем вертящемся кресле. — Вы же не можете пожертвовать своему брату всю жизнь. Если ничего не помогает и слепота неизбежна, ему надо научиться какой-нибудь простой специальности, которая сможет его обеспечить.

Фелисити ничего не ответила. На этом тема была исчерпана.

Теперь, убрав тарелки со стола и помыв посуду, она отбросила последние сожаления. Она надеялась, что доктор Йохансен найдет себе кого-нибудь другого на это место.

Но на следующее утро мистер Фирт вызвал ее к себе в кабинет, где снова сидел доктор.

— Сам не знаю, зачем я проявляю столько благородства и лишаю себя своей лучшей секретарши, — начал он, — но я все объяснил про вашего брата, и доктор Йохансен считает, что сможет вам помочь.

— У нас на острове работает мой коллега, он специалист по глазным болезням, — с энтузиазмом заговорил доктор. — Вообще-то в этом нет ничего удивительного, у нас там много хороших специалистов в разных областях. Но этот мой друг может посоветовать вам эффективное лечение.

Фелисити заколебалась.

— Но плата за лечение? — спросила она.

— Об этом мы позаботимся, мисс Хилтон, — заверил ее доктор Йохансен. — Если будет нужно, мой друг, мистер Фирт, сможет вычесть эту сумму из вашей зарплаты, когда вы вернетесь, — добавил он, подмигнув ей.

Фелисити помчалась домой, чтобы рассказать обо всем Тревору, но тот не выказал особого энтузиазма.

— Еще одна серия врачебных осмотров, — проворчал он.

— Но, Тревор, нам больше может не предоставиться такого шанса, — осторожно заметила она.

— Тебе-то, конечно, хорошо. Ты можешь ходить повсюду и развлекаться. — И он с досадой отошел к окну. — Ну ладно, ладно, если тебе так хочется, пожалуй, я не против. Во всяком случае, хоть какая-то перемена.

Она обвила руками его шею и поцеловала в обе щеки.

— Кроме того, — хитро добавила Фелисити, — это остров. Там кругом вода, и можно будет плавать на яхтах.

Тревор резко высвободился из ее объятий.

— Яхты! — прошептал он. — Тогда это, конечно, дело стоящее.

Тревору судьба отказала в возможности заниматься парусным спортом, но больше всего на свете он любил яхты.

Их путешествие целиком оплатили доктор Йохансен и мистер Фирт, так что Фелисити только осталось найти нового жильца для их квартиры и упаковать в чемоданы одежду.

Ей с трудом верилось, что уже через неделю она будет далеко от такого привычного и любимого лондонского пейзажа, где на причалах разгружались баржи, высотные краны переносили на набережную древесину и целые стайки чаек парили над головой и ныряли вниз к воде. А теперь она отправляется на остров, где, по словам доктора Йохансена, помимо безоблачного неба и сапфирового моря, есть целые рощи гранатовых деревьев.

После авиаперелета в Милан они сели на поезд до Анконы. Тревор заметно нервничал.

— Постарайся уснуть, если сможешь, — уговаривала его сестра, и, хотя сама она тоже с удовольствием подремала бы, она не отводила взгляда от окна. Может быть, ей больше никогда не удастся посмотреть Италию, и она решила постараться увидеть сейчас как можно больше.

Глядя на них с Тревором, всякий мог догадаться, что они брат и сестра. Юношеские черты Тревора были тонкими и изящными, как и у сестры, хотя волосы у него со временем потемнели и стали светло-каштановыми, тогда как у Фелисити они оставались насыщенного красно-золотистого оттенка. Однако глаза у обоих были одинакового ярко-синего цвета.

Теперь, когда Фелисити смотрела на побледневшее от усталости лицо брата, ее переполняло сострадание, смешанное с беспокойством. Что будет, если и это обещанное им лечение окажется безрезультатным?

Прежде чем они уехали из Лондона, доктор Йохансен навестил Тревора, но обещал ему лишь незначительный шанс на исцеление.

— Если ваша болезнь в принципе излечима, я уверен, что мой друг не подведет, — заверил он юношу.

Пароход от Анконы до Бари не заходил на острова Ламини, но останавливался неподалеку, чтобы высадить пассажиров, которые могли добраться до островов на катере. Начинало смеркаться, когда Фелисити с Тревором сошли на берег крошечной бухты на самом большом из трех островов. Девушка видела только скалистые берега, увенчанные густой зеленой растительностью, и горстку домов, взбирающихся вверх по холму.

Доктор Йохансен приехал на остров за день или два до них, так как его срочно вызвали к пациенту. Но он пообещал встретить их по приезде, и теперь Фелисити искала взглядом его высокую фигуру со светлой копной волос.

Остальные пассажиры с катера уже разошлись, кроме троих итальянцев, которые остановились у причала, громко разговаривая и отчаянно жестикулируя, но наконец и эта группа перешла через дорогу и скрылась в кафе неподалеку.

Назойливый итальянский мальчишка вцепился в локоть Фелисити.

— Вы хотеть гостиницу? Я вас отвести, — обещал он.

Пока она размышляла, что же делать, возле них притормозила машина, из нее торопливо выскочил молодой человек и подошел к Фелисити.

— Мисс Хилтон? А это ваш брат? — задыхаясь, поприветствовал он их. — Простите ради бога, что опоздал, доктор Йохансен попросил меня встретить вас, а я задержался. Он очень извиняется, что не смог сам вас встретить, но он сейчас занят. Я доктор Беннет, Ноэль Беннет, ассистент доктора Йохансена.

Он погрузил их багаж в машину, посадил Фелисити и Тревора на заднее сиденье, и они поехали вверх по холму. По дороге Беннет рассказывал о клинике.

— А до этого здесь был монастырь, — заметил он, — и вы увидите, насколько монастырская архитектура удобна для наших пациентов.

Они въехали в массивные ворота и остановились возле большого каменного строения.

— Вы пока не выходите из машины, — сказал Беннет, — я пойду узнаю, где вас разместили.

Он поднялся по мраморным ступеням и исчез в глубине просторного холла.

— Хм. Вот это местечко, — проговорил Тревор.

Ноэль Беннет вернулся через несколько минут.

— Вы поселитесь на одной из вилл на территории клиники, — сообщил он. — У нас там живет медсестра, она тоже англичанка, единственная из всех.

Они подъехали к вилле. Беннет проводил Фелисити и Тревора в вестибюль.

— Изабель! — крикнул он, и почти тут же у подножия широкой лестницы возникла высокая темноволосая девушка в форме медсестры, которая проводила гостей наверх.

Комната Фелисити оказалась очень милой. Она вся была выдержана в прохладных зеленых и белых тонах. Просторный балкон выходил прямо в сад.

— О, как здесь замечательно, — воскликнула девушка, обращаясь к Изабель, которая уже успела отвести Тревора в его комнату в конце коридора.

— Хорошо. Я рада, что вам понравилось, — откликнулась Изабель. — В целом здесь идеальные условия для работы, особенно когда я вспоминаю, каково было работать в Бирмингеме. Больница там хорошая, но до города очень неудобно добираться.

— В Лондоне еще хуже, — заметила Фелисити. — Приходится тратить столько сил и денег, чтобы выбраться за город.

— Но здесь дело доходит до самых забавных крайностей. В Ламини практически нет светской жизни. Собственно говоря, это ведь не туристическое место, и до берега отсюда пятнадцать миль. Так что вы находитесь довольно далеко от цивилизации.

— Но вам здесь нравится? — поинтересовалась Фелисити.

— Меня очень интересует работа, которая здесь идет, но я не планирую пробыть здесь больше, чем год или два. Если вам нужно помочь распаковать вещи, я могу прислать вам горничную, — добавила она после паузы.

— О нет, не надо. Я не привыкла к такой роскоши.

— Ужин будет примерно через час, так что у вас есть время принять ванну и переодеться. Столовая направо от входной лестницы.

Изабель дружелюбно кивнула и быстро вышла из комнаты.

Фелисити бросилась в зачехленное кресло. Какой контраст представляла эта просторная, наполненная светом комната с ее маленькой спаленкой в лондонской квартире! Однако, если зрение Тревора станет лучше, она с радостью вернется ко всем тяготам работы в Лондоне.

Девушка вышла на балкон. Внизу росли кусты с восхитительными желтыми и красными цветами. Вдали, на краю лужайки, виднелись четкие силуэты зонтичных пальм, выделяющиеся на фоне лимонного вечернего неба.

— Изабель, тебе грозит неминуемая отставка, как только Берн Мэллори увидит нашу новую гостью, — услышала она голос Ноэля Беннета.

Фелисити отступила на шаг в глубину комнаты, чувствуя, что подслушивает разговор, который не предназначался для ее ушей, но любопытство возобладало. Кто такой Берн Мэллори и почему Изабель получит отставку? Фелисити вовсе не хотела причинять никому неприятности.

— Мой дорогой Ноэль, ты делаешь слишком поспешные выводы. Между прочим, я лично уверена, что она совсем не во вкусе Берна.

— Что? С такими-то рыжими волосами и синими глазами? Если бы я не был связан серьезными обязательствами, я сам не прочь был бы за ней поухаживать.

— Продолжай! — воскликнула Изабель. — И что же тебя останавливает?

Фелисити не расслышала ответа Ноэля и решительно вернулась к себе в комнату. Переодевшись в бирюзовое платье, отделанное белой каймой, она прошла в комнату Тревора, но он, видимо, уже спустился вниз.

Выйдя на улицу, Фелисити увидела Тревора. Он расхаживал взад-вперед по садовой дорожке.

— Тебе здесь нравится? — спросила она, подходя к брату.

— Пока да. А понравится ли мне здесь потом, когда мои глаза начнут видеть лучше, это мы еще посмотрим.

В столовой, которая оказалась сравнительно небольшой, Изабель представила Фелисити и Тревора остальным двум жильцам, паре итальянских медицинских сестер, которые уже сидели за ужином.

— Вы должны нас понять, — пояснила Изабель. — Нам приходится согласовывать время трапезы с работой, и нам иногда некогда ждать остальных. Луэлла и Мария должны возвращаться на дежурство.

— Ну разумеется. Я знаю, что медсестры часто работают сверхурочно, — откликнулась Фелисити.

Изабель усмехнулась:

— Тебя ждет то же самое, как только Хендрик снова вернется к делам. Он потребует от тебя много сверхурочного времени.

— Я совсем не против. — Фелисити улыбнулась. — В конце концов, я приехала сюда работать, а не нежиться на солнышке.

— О, Хендрик будет использовать тебя на все сто процентов, можешь не беспокоиться.

Доктор Хендрик Йохансен вошел в столовую, как раз когда Фелисити с Тревором заканчивали ужинать.

— О, тысяча извинений, что не смог вас встретить, как обещал, но все равно — добро пожаловать. Как доехали?

— Превосходно. Все прошло прекрасно, — ответила Фелисити.

— Я хочу, чтобы вы пока отдохнули здесь пару дней, — продолжал доктор. — Изабель окажет вам всяческую помощь и расскажет обо всем, чем здесь можно заняться.