Читаем Граф и Фейри. Том 3 (ЛП) онлайн бесплатно

Автор: Мидзуэ Тани

Иллюстратор: Асако Такабоси

Переводчик: Ксена

Редактор: ~Доза_счастья~

Оглавление

Глава 1: Жених королевы фейри

– Твою ж, а до Лондона-то, оказывается, далековато.

Устав от быстрого темпа, он растянулся на траве у берега реки и со вздохом пробормотал эти слова. Три дня назад он покинул Шотландию, а Лондон всё ещё оставался далеко впереди, и это с его-то скоростью, которая была его особенностью и гордостью…

– Лидия, и что тебе в голову стукнуло, когда ты уехала из Шотландии и ни слова не об этом не сказала?

Он слышал, что в Лондоне её даже назначили фейри-доктором, так что в скором времени её возвращения можно было не ждать, но он ждал, по началу приняв эти слова за шутку. Ему сказали, что вернуться Лидии не позволяет граф Блу Найт, человек, который имеет владения в стране фейри. Даже ему было не безызвестно это имя.

Однако, если граф обладает силой, позволяющей ему управлять фейри, то на что ему потребовались услуги фейри-доктора? Во всяком случае, он был полон решимости вернуть Лидию, и поэтому отправился в Англию, куда не ступала нога никого из его клана.

– Я обязательно найду её.

Вдруг он услышал пение, доносящееся сверху.

– Белая луна, королевская белая луна, луна для дорого жениха…

Луна?

«Интересно», – он поднялся с травы и превратился в симпатичного молодого парня.

Он окликнул маленькую фейри, которая летала среди деревьев, порхая с ветки на ветку.

– Эй, маленькая леди, похоже, вы в хорошем настроении.

– Добрый вечер, черноволосый мистер.

– Я пытаюсь добраться до Лондона. Не подскажешь дорогу?

– Так, уже совсем не далеко. Я тоже направляюсь в Лондон, чтобы поприветствовать его величество жениха королевы.

– Счастлив за тебя. А что это за луна, о которой ты только что пела в песенке?

– Это настоящая луна.

– Не дурачь меня. У тебя не может быть настоящей луны.

– Мы достали её. Она даже увеличивается и уменьшается.

– Ух ты, как необычно. Дай мне взглянуть.

– Сейчас. Но только быстро.

Поскольку крошечная фейри была в хорошем настроении, она забыла об осторожности и достала кольцо, увенчанное молочно-белой сияющей «луной», и протянула ему.

– Она и вправду увеличивается и уменьшается?

– Конечно.

– Понятно. Спасибо тебе, за то, что позволила посмотреть на такую занятную вещицу.

Он лучезарно улыбнулся ей, отдавая кольцо.

– Пожалуйста. Простите, я должна торопиться.

– Эх-хм, счастливого пути.

Увидев, как фейри, порхая, исчезла за верхушками деревьев, он показал ей вслед язык.

– Какая она тупая.

Он разжал руку. На его ладони лежало «лунное» кольцо.

*

Комната, в которую вошёл Поль Ферман, надевший самый лучший наряд, который он смог взять напрокат, оказалась впервые видимым им салоном, куда могли свободно войти только люди из светских кругов.

Многие выдающиеся люди, посетившие эту выставку, состояли в этом клубе для людей из высшего общества, в который входили почти все члены высшего общества.

Многочисленные картины, выставленные на обозрение в просторном зале, писались в популярном в нынешнее время стиле и были отобраны Королевской Академией. Все они разделяли общую тему, основанную на романтической истории, а их дизайн раннего периода Возрождения, вобравший в себя тонкость и изящество хрупкой красоты, был провозглашён, как соответствующий царствованию её величества прекрасной королевы Англии.

Тем не менее, здесь были и картины молодых художников, о которых общественность ещё не слышала. Если их работы привлекут внимание кого-нибудь из леди или джентльменов, у них появится шанс войти в мир искусства. Таким образом, и работы Поля, который был только начинающим художником, были помещены в сверкающие рамы, подготовленные арт-дилером, и повышены вместе с остальными под грандиозной люстрой этого зала.

Однако на данный момент никто из присутствующих не заинтересовался его картиной.

Ему говорили, что она слишком проста и невзрачна. Он был хорошо осведомлён о вкусах высшего класса, но не мог так просто изменить свой стиль. Поэтому-то он и не ожидал много от этой выставки.

Мало того, внимание Поля привлёк кое-кто в этом зале.

Это был светловолосый молодой человек, находящийся в центре группы людей, оживлённо беседующих о чём-то. Он обладал картинной красотой, способной затмить всех женщин и мужчин, находящихся в зале, включая портреты прекраснейших дам и кавалеров, висящих на стенах. Когда он двигался, воздух вокруг него двигался вместе с ним. Казалось, свет следует за ним, разгоняя тени.

Но не это заинтересовало Поля.

Этот человек напоминал ему кого-то. Словно он был будущим, повзрослевшим образом маленького мальчика из его воспоминаний – маленького мальчика, который должен был быть мёртв.

– Поль, о чём задумался? Кончай в облаках летать, не упускай свой шанс.

Молодой художник резко вернулся в реальность и, наконец, понял, что тот молодой человек, за которым он так внимательно следил, стоит прямо перед его картиной.

Арт-дилер быстро потащил Поля за собой. Когда они вдвоём подошли к молодому дворянину, арт-дилер заговорил самым учтивым тоном, на которой только был способен.

– Как вам нравится, милорд? Вы не находите эту картину чудесной?

Молодого графа, который являлся предметом многих жарких разговоров в светском обществе, звали Эдгар Эшенберт. Говорят, он вернулся из-за границы только этой весной.

– Действительно. Это Титания*?

– Да. Мотив королевы фейри из «Сна в летнюю ночь».

В тени первоцветов лежала лунная фейри, погружённая в сон. Граф, не отрывавший глаз от полотна, выглядел так, словно влюбился в неё.

Это не была сила живописи. Поль был удивлён, поняв, что один лишь взгляд графа заставлял картину выглядеть овеянной сияющим светом. Создавалось впечатление, словно идеально сидящие сафьяновые перчатки графа, или узел на его галстуке, или даже блеск его превосходного вечернего фрака принадлежат произведению искусства.

А потом появилась иллюзия слабого цветочного аромата, витающего над картиной.

*Титания – королева фейри в шотландской мифологии. Замужем за Обероном, королём фейри. Одна из действующих лиц в пьесе Шекспира «Сон в летнюю ночь».

Этот аромат исходил от дворянки, которая подошла к ним, но Поль не успел уловить момент, когда она появилась.

– Разве эта картина не соответствует вашим предпочтениям, милорд? – проговорила одетая в голубое платье девушка.

Арт-дилер не мог упустить такой возможности, предвещающей выгоду.

– О, конечно, граф знает о фейри больше, чем кто-либо ещё из высшего общества. Я же, со своей стороны, выбрал лучшие работы с фейри.

Затем арт-дилер обернулся, ища Поля и поспешил представить его как автора этой, приглянувшейся графу, картины.

Граф, о котором говорили, что он пришёл из мира фейри, посмотрел на Поля и ослепительно улыбнулся ему. Полю рассказывали, что графу едва минуло двадцать. Он был младше Поля, и всё же этот взгляд, сосредоточенный на неопытном художнике, казалось, принадлежал великодушному меценату.

Поль беспокоился о том, что было бы глупо пытаться заполучить покровительство графа. Он чувствовал себя немного неуверенно, но арт-дилер легонько подпихнул Поля локтем, так что Поль, собрав всю свою смелость, поприветствовал графа, насколько мог ровным голосом.

– Я рад познакомиться с вами, лорд Эшенберт.

– Вы часто рисуете фейри?

– А, да. Мне нравиться литературные образы фейри, такие как у Дрейтона или Спенсера.

– Вы видели их?

– А?

Его спросили, видел ли он фейри раньше. Однако Поль был ошеломлён и растерян, так как не знал, в шутку или всерьёз задан вопрос.

Его имя, граф Ги-Бразил, отдавало романтикой, что возбуждало интерес у людей, но Поль считал, что это просто имя. Были и другие пэры, чьи имена происходили от названий несуществующих владений.

– Милорд, с вашей стороны некрасиво так забавляться с невинным художником, – с нотками укоризны проговорила дворянка.

– Как же, миледи. Неужели вы не верите в существование фейри?

– От чего же, если вы видели… если вы можете видеть их, тогда я скажу, что верю в них.

– Да, я видел одну. Фейри, обладающую неземной красотой, с которой не сравниться красота ни одной женщины на земле. Фейри, которая одним словом может сделать любого мужчину своим рабом. Вижу ли я волшебный сон, раз могу прямо сейчас говорить с ней?

– Как лестно.

Беседа этих двоих шла своим чередом, казалось, они совершенно забыли о Поле и арт-дилере, стоящими прямо перед ними.

Арт-дилер гримасничал, побуждая Поля поскорее привлечь ещё большее внимание к своей работе, но Поль от рождения был молчаливым человеком. Он не был способен улучить момента, чтобы вставить замечание, вклинившись в разговор, и чувствовал себя не в своей тарелке, но граф сам обратил своё внимание на него, словно внезапно вспомнил что-то.

– Я хотел бы увидеть и другие ваши работы, мистер Ферман.

– Э...

– Она вам приглянулась? – выступил вперёд арт-директор, оттесняя вконец растерявшегося художника, шокированного таким неожиданным вопросом.

– Да... Эта Титания напоминает мне женщину, которая захватила мои мечты.

– О, боже, как занимательно. Она ваша любовница? – спросила дворянка, вновь вступая в диалог с графом.

– Нет, мои чувства к ней пока безответны.

– Невозможно, в такое сложно поверить.

– Кажется, мне сложно понять женские чувства, так что она часто злится на меня.

– Но как же так получилось, что вы неспособны понять женские чувства?

– Это сущая правда, миледи. И я был бы несказанно рад, если бы вы преподали мне урок женских чувств.

– Если вас устраивает моё общество, я была бы более, чем счастлива.

Поль уже не был уверен, действительно ли графу понравилась его картина или он просто воспользовался ей, чтобы пофлиртовать с дворянкой. И он продолжал стоять на месте, когда эти двое уходили, продолжая мило переговаривать.

Поль думал, что граф напоминает ему того мальчика. Но, после того как он поговорил с ним, его мнение кардинально изменилось. Конечно, он ошибся, этот человек не может быть тем самым мальчиком.

*

Если ты заснёшь под двуцветной яблоней, или под древом духов, фейри схватят и унесут тебя. Если при этом ты красивый юноша или девушка, тогда тебе нужно быть особо осторожным, когда ты входишь под сень деревьев. Магия фейри любого может погрузить в сон. Если ты внезапно почувствуешь сонливость и, прислонившись к древесному стволу, задремлешь, тогда, вероятнее всего, ты уже никогда не сможешь проснуться. И в таком случае, о тех, кто исчез, говорят, что они стали женихами или невестами фейри.

– Давным-давно, даже один из предков графа Блу Найт не подумавши заснул под яблоневым деревом, – проговорил Томпкинс.

Дворецкий семьи графа сидел за столом в одной из комнат графского особняка и запечатывал одно приглашение за другим, которые кучкой лежали на столе.

Когда он говорил о графе Блу Найт, он имел в виду хозяина этого дома, того, кого фейри назвали графом Эшенберт. Этим именем называли наследников рода человека, прозванного лордом Блу Найт.

В нынешней Британии это имя принадлежало всего лишь персонажу из фантастической истории, написанной в XVI веке, но знающим людям было известно, что прообразом этого героя послужил реально существовавший предок графской семьи.

– А что случилось потом?

Лидия сидела рядом, помогая Томпкинсу запечатывать конверты, и с интересом слушая его рассказы о фейри.

– Говорят, его забрали к прекрасной королеве фейри.

Род графа Блу Найт, который, говорят, обладал магическими силами, как лорд земель фейри, оборвался. Однако в семье Томпкинса, члены которой служили графам Блу Найт из поколения в поколение, сохранились рассказы об отношениях графов с фейри, передававшиеся от старших поколений младшим.

– Граф женился на королеве фейри?

– Он чуть не принёс брачный обет. Но граф знал волшебное заклятье. Благодаря ему он смог освободиться и в целости и сохранности вернуться в мир людей.

– Я знаю, что это за заклятье.

– О, правда? Как и ожидалось от фейри-доктора.

Лидия была девушкой, назначенной фейри-доктором графской семьи.

Фейри-доктора были знатоками во всём, что касалось фейри. Они могли видеть их и говорить с ними, а также знали связанные с малым народцем традиции, способы общения и ведения дел с фейри, которые были почти забыты в настоящем XIX столетии.

С начала времён работа фейри-докторов заключалась в том, что они одалживали свои знанию о том, каким образом фейри и людям могут сосуществовать, и брали на себя заключение сделок с фейри.

Заняв место своей почившей матушки, Лидия только недавно взялась за эту работу. Сейчас она была неопытна, но считала, что обладает мотивацией и гордостью эксперта.

– Кстати, мисс Карлтон, что это за заклятье?

– О, мистер Томпкинс, вы не знаете?

– Да, эта часть опускалась в рассказах. Так что мне всегда было любопытно, в чем же оно заключалось.

– Мне тоже любопытно. Расскажи и мне, Лидия.

Раздавшийся голос принадлежал Эдгару, нынешнему графу Блу Найт. Он пошёл в комнату и положил на стол лист бумаги.

– Томпкинс, это список приглашённых.

– Будут все?

– Скорее всего. Угощение будет готово вовремя?

– Я позабочусь об этом.

Томпкинс принял этот безответственный вызов, который бросил ему Эдгар, словно он подобрал брошенную ему перчатку. Нет, ну действительно, взялся. Похоже, для него сказать: «Я не могу этого сделать», – все равно, что выбросить белый флаг в качестве дворецкого.

Сезон начался, и каждый день где-нибудь в Лондоне давались балы или банкеты. Было естественно, что Эдгар заявил о своём решении также устроить вечер, но назначенная им дата приближалась слишком стремительно.

Однако приготовления Томпкинса продвигались ещё стремительней, так что Лидии только оставалось замирать в восхищении.

– Ах да, Лидия, ты тоже одна из приглашённых. Приглашение должно скоро прийти твоему отцу, так что, пожалуйста, не забудь.

– Что?! – вскрикнула девушка, прекратив запечатывать приглашения. – Нет, я не могу пойти на бал!

– Не волнуйся, там будут не только пэры.

Хоть он и говорит так, даже если люди из среднего класса приглашались на бал, то они определённо принадлежали к богатым семьям.

– И, кроме того, тебе совсем не нужно вести себя официально. Это не королевский бал. Ах да, герцогиня Мэйсфилд – ты ведь помнишь, вы познакомились в оперном театре, верно? – герцогиня хочет снова поговорить с тобой о фейри. И ещё, ты знаешь, что её муж, герцог, был кузеном учителя твоего отца?

Она не знала. Когда она поняла это, перед ней уже выросла стена, не позволяющая ей отказаться. Даже если её отец был известным учёным, почитаемым за свои личностные качества, его дочь не могла позволить себе вести себя неучтиво по отношению к пэрам, связанным с ним.

Это была очередная, искусно поставленная ловушка Эдгара.

– Но... я не умею танцевать.

– Томпкинс, когда придёт учитель по танцам?.

– А?

– После полудня, милорд.

– Так что, Лидия, никаких проблем нет. Я уже всё уладил.

«Есть огромная проблема!» – хотела крикнуть ему Лидия, но, когда Эдгар вот так улыбался ей, девушка теряла волю, необходимую для подобного ответа.