Читаем Город соблазнов онлайн бесплатно

Окинув взглядом знатока стройную блондинку у автомата с охлажденной водой за дверью кабинета, Артуро Террачини присвистнул и, не отрывая глаз от объекта, спросил:

– Новенькая? Обалденные ножки!

– Какие еще ножки? – проворчал Рик Свенсон, поднимая голову от стола с бумагами. – Арти, ты меня слушаешь?

– Наверное, менеджер из отдела рекламы... Первый раз вижу. Не знаешь, кто такая?

– Арти! – повысил голос Рик.

– Старик, я все слышу! – Артур повернулся к Рику и произнес: – Ты сказал, что на Западном побережье вырос спрос на калифорнийские вина. – Он снова перевел взгляд на блондинку, которая тем временем подошла к столу секретарши в приемной. – Отлично! Кэсси наверняка ее знает.

– Арти! Не будь ты сыном босса, я уволил бы тебя к чертовой матери!

Артур слез с края стола и сверкнул белозубой улыбкой.

– Не будь ты моим другом, отец и сам бы меня давно выгнал!

Рик невесело хмыкнул и покосился на часы. Ну вот, опять пропустил обеденный перерыв! Дел невпроворот, а этому раздолбаю лишь бы на баб пялиться!

Они познакомились еще в школе, пятнадцать лет назад, и тогда же мать Рика стала работать в фирме Террачини. Семья занималась виноделием и продавала вина в Штатах. Мать взяли бухгалтером, чему та была безмерно счастлива: она растила сына одна (отец бросил их, когда Рику было три года) и в тот момент в результате очередного сокращения оказалась безработной.

– Да не волнуйся ты! Я поговорю с отцом насчет новой базы реализации. Может, перенесем в Дейли-Сити. Близко от Фриско, да и арендная плата там не слишком высокая... А то его жаба задушит! Как видишь, я тоже на кое-что гожусь! – Артур хохотнул. – Может, ударим по пивку?

– Еще только четверть пятого.

– Ну и что? Не вижу связи.

– Хочу закончить кое-какие дела... Придется посидеть еще пару часов.

– Рики! Да расслабься ты, братишка! Фирме скоро сто лет. И за два часа она точно никуда не денется!

– Так-то оно так... – Рик неопределенно хмыкнул. Артуру хорошо говорить: он – Террачини. И, значит, при любом раскладе останется в семейном бизнесе.

Да, Террачини много для него сделали – даже оплатили после смерти матери его обучение в университете, – но тем не менее он не член семьи. И сколько бы он ни работал, никогда не станет для них своим.

Ни Артур, ни сам Микеле, спроси их, ни за что в этом не признаются. Да и Рику, само собой разумеется, не взбрело бы в голову задавать подобный вопрос. Он испытывает благодарность к Террачини хотя бы за то, что, не будучи членом семьи, входит в правление фирмы и рассчитывает со временем возглавить филиал на Западном побережье.

В свои двадцать восемь Рик достаточно преуспел в жизни: у него отличная зарплата и полное отсутствие долгов. Немногие из его ровесников могут похвастаться тем же.

– Если все-таки надумаешь, спускайся в бар Анджело. Мы с Бобом будем тебя ждать. – Артур остановился у двери и взглянул на свое отражение в стекле. – Только я буду там до половины шестого. У меня свидание с Кэтрин.

Свидание... Интересно, когда у него было последнее свидание? – задумался Рик. Наверное, в прошлом году. Пару раз ходил в кино и приглашал в ресторан Пруденс из агентства недвижимости этажом выше. Но дальше этого дело не пошло: Пруденс решила, что он трудоголик и вообще редкий зануда. Когда пару месяцев назад он позвонил ей, она заявила, что, мол, у нее голова болит. И, видно, болит до сих пор.

– Нет, Арти, сегодня никак не получится. – Рик выдвинул средний ящик стола в поисках какого-либо съестного. – Мне нужно добить квартальный отчет.

– Да забей ты на этот отчет! Завтра доделаешь.

– Арти, мне бы хотелось, чтобы до отпуска ты проверил все цифры.

Из холла послышался недовольный басок. Рик поднял голову, а Артур, выглянув за дверь, поморщился.

– Черт! Опять старик разорался на весь этаж! Сколько раз просил его пользоваться внутренней связью!

– Но тебя же нет на месте.

– Ну и что? Орать-то зачем?! – пробурчал Артур и вышел из кабинета.

Рик усмехнулся. Да, Террачини на редкость шумная семейка! Особенно Микеле. Тридцать лет как уехал из Италии, а все никак не распростится со старыми замашками – и в личном общении, и в бизнесе. Хорошо, что фирма твердо стоит на ногах и приносит изрядный доход. Но это сегодня. А что будет завтра? Успех – штука капризная... Жаль, что никто из Террачини не думает ни о расширении, ни о модернизации производства.

Один он об этом думает. И знает наверняка: стоит ему возглавить дело на Западном побережье, как фирма удвоит доход. Так что портить отношения с семейством нет причин.

– Отец, ради всего святого, потуши ты эту сигару! Провонял весь кабинет! – Артур помахал рукой, отгоняя от себя сизый дым. – Гадость какая!

– Это мой кабинет. И я буду делать в нем все, что хочу.

Артур демонстративно подошел к окну и распахнул его.

– Ну ладно! Так и быть, потушу! – проворчал Микеле. – Только закрой поскорее это чертово окно!

Артур с готовностью закрыл окно, отрезая доступ жаре и шуму, и, взглянув на отца, поморщился. Да, старик сдает! И неудивительно. С тех пор как в прошлом году умерла мать, он слишком много курит и пьет и торчит в офисе с утра до ночи.

– Зачем я тебе понадобился?

– На днях из Италии прилетает твоя кузина Моника.

– Моника? – нахмурился Артур. Он не видел ее лет восемь. С тех пор как в последний раз ездил во Флоренцию. Она тогда приехала на каникулы из интерната при католическом монастыре. Скромная, тихая... Настоящая монашка. – С чего это вдруг? Я, конечно, рад ее видеть, хотя... А сколько ей лет?

– Двадцать три. Только что закончила колледж и, если верить твоей тетке, начала своевольничать. – Микеле пожал плечами. – Впрочем, я в этом сильно сомневаюсь. Стефания вечно все драматизирует.

– Моника прилетает одна?

– К сожалению, одна. И пробудет у нас целый месяц.

У Артура возникло дурное предчувствие.

– Отец, я так и не понял, зачем она приезжает.

– Зачем? – Микеле махнул рукой. – Оттянуться. Ну что, сын, я правильно выразился? Или, если угодно, других посмотреть и себя показать.

– Час от часу не легче!

– А в чем дело? У тебя что, нет времени развлечь сестру?

– У меня?!

– Да, у тебя! А кто же еще покажет ей город?

– Ну уж нет! У меня отпуск! Ты что, забыл? Я уже оплатил круиз. На две недели. Только я, Кэтрин, солнце и сосны. А нянькой я быть не собираюсь!

– Я компенсирую тебе твой круиз.

– Ничего подобного! – Артур попятился к двери. – Кэтрин еле-еле договорилась, чтобы ее отпустили на две недели.

– Артуро! – Отец стукнул ладонью по столу. – Моника твоя сестра. Она же член семьи.

– Понимаю. – А вот Кэтрин вряд ли поймет. – Отец, меня не будет только две недели. Пусть ею пока займется Рик.

– Рик?

– А что, он почти что член семьи. Разве нет?

Микеле поморщился.

– Вот именно – почти что. Нет, так не пойдет. Он мужчина, а она женщина. Я понятно излагаю?

– Вполне. Только речь идет о Рике.

– Не морочь мне голову! А что, Рик не мужчина? – Отец упрямо мотнул головой, и Артур понял: тема закрыта. – Ты встретишь Монику в аэропорту и от нее ни на шаг. Ясно?

– Отец, я не хотел говорить, но раз ты настаиваешь...

– В чем дело? – прищурился Микеле.

Артур запаниковал. Отказаться от круиза? Ни за что! Они с Кэтрин мечтали о нем полгода. Черт принес эту Монику!

– Дело в Рике, – не сразу ответил он.

– И что с Риком?

– Понимаешь, это очень личное.

– Артуро, ты сам начал. – Микеле снова взял в руки сигару. – Ну и что же приключилось с Риком?

– Отец, только никому ни слова! В том числе и самому Рику. Договорились? Это очень деликатная тема.

– Договорились.

Артур тяжело вздохнул. Жаль, что приходится впутывать в это дело Рика, но у него нет выхода.

– Отец, Рики вполне может сопровождать Монику по городу. И ничего страшного не случится. – Он прокашлялся. Гореть ему в аду за эту ложь! А еще раньше его прикончит Рик. – Видишь ли, Рик играет за другую команду.

– Как это понимать?

– А ты не понимаешь? – Артур нервно хохотнул. – Рики, ну... как бы это сказать...

– Артуро! Не выводи меня из себя! Говори как есть!

– Рик не интересуется девочками.

– Рик?! Что ты несешь! Да я же знаю его чуть ли не с пеленок! Чушь! Он не такой.

– А когда ты последний раз видел его с девушкой?

Микеле покрутил в руках сигару и не сразу вспомнил:

– По-моему, в прошлом году, в День благодарения... Ну да, он приводил к нам на ужин маленькую рыжую толстушку.

– Приводил. Только три года назад, и это была дочь его соседа. Пятнадцати лет.

– Но он не похож на голубого, – нахмурился Микеле.

– Отец, ты здорово отстал от жизни! Похож, не похож... С чего ты взял, будто они все на одно лицо? Главное, что Рику можно доверить Монику. Со спокойной душой.

Микеле пожевал сигару.

– Ну ладно! Зови его ко мне.

Рик покосился на часы и чертыхнулся. Скоро заявится эта девица, а ему еще нужно успеть составить два отчета для таможни и подписать целую кипу счетов. Каких только поручений не давали ему Террачини, но быть гувернером еще не доводилось! В первый момент Рик чуть было не послал Микеле подальше, но внезапно понял: на этот раз ему оказали неслыханное доверие.

Мужчины клана Террачини отличаются старомодностью, особенно в отношении своих женщин. С точки зрения Микеле, женщина должна быть красивой, послушной и богобоязненной. Поручив Рику свою племянницу, Террачини-старший тем самым допустил его в святая святых. Жаль только, что пока он выгуливает по Нью-Йорку итальянскую пай-девочку, его непосредственная работа стоит на месте.

Остается надеяться, что он сумеет выкраивать время на дела хотя бы рано утром и поздно вечером. Правда, Микеле велел не отпускать Монику ни на шаг, но Артур ввел его в курс дела. Если верить Артуру, его кузина типичный синий чулок и, стало быть, красотам Нью-Йорка предпочтет чтение книг и сидение у компьютера. Тем лучше! Осмотр достопримечательностей начнется с публичной библиотеки и, бог даст, займет недельки две.

Размышления Рика прервал зуммер местной связи.

– Рик, вернулся Артур с... – раздался голос Микеле, потом что-то защелкало, но вскоре связь восстановилась. – Черт побери, как работает эта хрень?!

– Просто нажми на кнопку, – послышался голос Артура. – Вот и все. А теперь говори.

– Рик?

– Я слушаю.

– Будь добр, зайди ко мне в кабинет! – сказал Микеле не своим голосом, явно стараясь быть особенно милым в присутствии племянницы.

– Хорошо. – Рик ухмыльнулся и вышел в холл.

В дверях Рик столкнулся с Артуром: тот выходил от отца и, увидев его, смущенно улыбнулся. Хотя дверь в кабинет была открыта, Рик вежливо постучал и остановился на пороге.

– А вот и он! – Микеле широким жестом пригласил его войти.

Кабинет Террачини-старшего был на удивление хорошо убран. Бумаги на столе лежали ровными стопками, а со стены, за спиной у босса, исчезла картина с обнаженной женщиной.

Рик с трудом подавил смешок: картина была дорогая и выполнена со вкусом. Наверное, эта Моника та еще лицемерка!

И тут он ее увидел. Она сидела в углу за столом для переговоров в кашемировом пальто песочного цвета и вязаной шапочке. Бедолага! И как она только не сварилась в таком наряде! – посочувствовал ей Рик.

– Знакомьтесь: моя племянница Моника, а это Ричард Свенсон, наш директор по реализации.

– Очень приятно, – ответила она сочным низким голосом с чуть заметным акцентом и, округлив большие карие глаза, сказала дяде: – А я думала, реализацией занимается Артуро.

– Они оба занимаются реализацией. Только Рик выполняет львиную долю всей работы.

Моника снова перевела взгляд на Рика и произнесла:

– А теперь вам придется заниматься мною. – Она протянула Рику руку. – Хотя я всем пытаюсь втолковать, что нянька мне не нужна.

– Пойми, детка, Нью-Йорк большой город, – с терпеливой улыбкой заметил Микеле. – Мне будет спокойнее, если ты будешь не одна.

– Хорошо, дядя, – послушно ответила она, глядя прямо в глаза Рику.

А тот взял ее руку в свою ладонь. Рука была маленькая. И очень нежная.

– Я с удовольствием покажу вам город. Знаете, у нас тут прекрасная библиотека.

В глазах у Моники промелькнула досада, и она, вытянув руку из его ладони, сказала:

– Спасибо. Я составила список мест, которые хочу посмотреть.

– Вот как?! Очень хорошо.

– Моника, ты обедала? – спросил Микеле, потирая мясистые ладони. – А ты, Рик? – И не дожидаясь ответа, предложил: – А не махнуть ли нам в бар Анджело? Посидим за бутылочкой славного винца с бретонскими устрицами.

Моника чуть поморщилась, но потом согласилась:

– Пойдемте, дядя.

Рик отошел в сторонку, и она вышла из-за стола. Хрупкая, маленькая, в черных закрытых туфлях со шнурками.

Точь-в-точь такие носила бабушка, припомнил Рик.

Микеле поднялся и, жестом направляя их к двери, продолжил:

– После обеда Рик отвезет тебя ко мне домой. Ты распакуешь вещи, передохнешь... Ну а потом, если не устанешь, мы с тобой вместе поужинаем. Договорились?

– Как скажете, дядя.

– И сними наконец пальто! А то еще перегреешься и заболеешь, а мне потом отвечай перед твоей матушкой!

Моника сняла пальто и осталась в невзрачном бесформенном черном платье и слишком плотных для августа колготках.

Рик взял у нее из рук пальто. Она благодарно улыбнулась, и у него перехватило дыхание. Ну и глазищи – бездонные, бархатные, лилово-карие, – прямо как анютины глазки... И губы – полные, сочные... Хорошо, что Моника не его тип. Хотя, учитывая продолжительный срок воздержания, вряд ли у него есть свой тип.

Они вышли из кабинета, и Микеле гаркнул на весь холл:

– Артуро, мы идем в бар Анджело!

Артур не заставил себя ждать и очень скоро присоединился к ним.

В это время дня бар был забит, но Микеле заранее зарезервировал столик, и их быстро обслужили. Все, кроме Моники, заказали традиционную пасту. Она же выбрала чизбургер и жареный картофель.

Как только она, извинившись, вышла в дамскую комнату, Микеле с ухмылкой заметил:

– Скажите на милость, чизбургер! Да, сестра права: девочка начала своевольничать!

Артур покачал головой и, глядя вслед Монике, сказал:

– А мне ее даже жалко! Бедняжке двадцать три, а одета, словно ей все сорок. Рик, может, для начала повозишь ее по магазинам?

– Повожу, – согласился он и хмыкнул.

Микеле покосился на Рика с нескрываемым интересом.

– А ты что, в этом разбираешься?

– Отец! – Артур бросил на Микеле укоризненный взгляд.

– Что вы имеете в виду? – удивился Рик.

Микеле пожал плечами.

– Понимаешь, я не хочу ее баловать, но платье понаряднее ей не помешает. Скажем, розовое... А то черное слишком уж старомодно.

Рик и Артуро переглянулись и чуть не прыснули со смеха.

– Это все Стефания. Можно подумать, сестрица живет в девятнадцатом веке. Черный – это цвет траура. – Микеле поднял глаза и кивнул Рику. – Помоги купить ей нарядное розовое платье. Только не слишком короткое. Ладно?

– Моника провела чуть ли не всю жизнь в интернате при католическом монастыре. Думаю, это не могло не сказаться на стиле ее одежды.

– Она возвращается. Меняйте тему! – воскликнул Микеле.

Рик посмотрел на идущую к их столику Монику.

Несмотря на консервативный наряд, она обращала на себя внимание: и походкой, и осанкой. А безликая прическа только подчеркивала необычную форму глаз и яркость губ. Во всяком случае, когда она проходила мимо столика, за которым обедали четверо мужчин, двое с живейшим интересом подняли головы.