Читаем Горящий человек онлайн бесплатно

Пронзительная трель мобильного телефона разорвала ночную тишину на клочки, заставив Андрея с трудом оторвать тяжёлую голову от подушки. Звонил его закадычный друг Саша, за которым обыкновенно не водилось привычки будить приятеля в середине ночи.

– Андрюха, собирайся быстро. Я уже жду внизу, – произнёс глухой голос в трубке.

– Что такое?.. – сонно завозилась рядом с Андреем жена.

– Саня, что случилось? Ночь же на дворе, – пытаясь собраться с мыслями, спросил Андрей.

– Саратовка горит. Едем скорее, не теряй времени.

Больше никаких вопросов Андрей не задавал. Откинув одеяло, он за одну минуту натянул джинсы с футболкой, уверил заспанную жену, что она может отдыхать дальше, и торопливо выскочил за порог квартиры. Саша и вправду ждал на своей старой покорёженной после аварии Тойоте возле подъезда. Тусклый свет фар разгонял ночной мрак спящего двора, и кроме него в кромешной темноте горели лишь несколько окон в соседних многоэтажках.

– Прости, что не даю спать, – невесело поприветствовал друга Саша, едва Андрей упал на сиденье.

– Да ничего… Лучше скажи, что там с селом-то?

Андрей даже не успел пристегнуться, как Саша уже дал по газам, скорее выезжая за пределы двора и начиная кружить по пустому городу.

– Мать позвонила буквально десять минут назад. Сказала, что дом её соседа, дяди Бори, полыхает на все три этажа. Пожарную бригаду уже вызвали, но ты и сам знаешь, ехать им неблизко, а главная дорога разбита… Покуда пожарные доберутся, считай, уже полсела сгорит.

– Как так вышло? Поджог что ли кто или дядя Боря сам по неосторожности? Он вроде толковый мужик, в доме не курил никогда…

– Чёрт, Андрюха! Да если бы я сам хоть что-то знал!.. Мать как крикнула в трубку, что сосед горит, так я в штаны запрыгнул и скорее за тобой поехал, благо ты совсем рядом живёшь.

Машина выскочила на мост и по пустой дороге помчалась вперёд, пересчитывая колёсами стыки. Андрей приоткрыл окно, чтобы его вспотевшее лицо обдал прохладный ночной воздух. Над всем городом вот уже неделю стояла такая удушающая жара, что он даже не удивился, услышав новость о пожаре в Саратовке. Правда, судя по всему, виной тут был вовсе не лесной пожар, но и подобный вариант тоже не стоило отметать.

– А вообще дядя Боря последнее время сам не свой стал. Так что я не удивлюсь, если это и правда по его вине пожар начался, – чуть тише добавил Саша, крепко сжав руль.

– Ты о чём это? – даже опешил Андрей. – Да мы с тобой ведь его знаем с самого раннего детства, Саня! Он нас ещё на рыбалку тогда водил, дрова учил колоть, баню правильно топить, чтобы не угореть. Самый добропорядочный мужик из всех, что рядом с нами в селе жили! Так ещё и почти не пил!

– Это тогда было, тридцать лет назад. А ты не путай тогда и сегодня. Мы уже не дети малые, да и он уже не молодой работящий мужик. Дядя Боря хорошо сдал за последние годы. Ты его не видел, а я да. Месяц назад, когда я в последний раз приезжал мать навещать в село, то у него в доме уже кое-кто жил. Баба с выводком.

– Как это? Он же, как жену схоронил давным-давно, так и жил бобылём, один в трёхэтажном доме своём. Мы ещё всегда с тобой думали, мол, вот же человеку не повезло. В молодости ну прямо всё у него было: жена-красавица, работа прибыльная, дом он отгрохал огромный!.. А потом и работы лишился, и жена за пару месяцев от рака сгорела, и дом, построенный для толпы детей и внуков, стоит пустой, с заколоченными комнатами. Я уж и не думал, что он снова захочет себе жену искать…

Андрей замолчал. Саша тоже некоторое время ехал в тишине.

По шоссе скользили одинокие машины, свет фар отражался в стёклах, метался рассеянными бликами по серьёзным лицам Андрея и его старого друга Саши. Автомобиль на скорости мчался прямо, и, казалось, что вереницы высоких сосен и елей, жавшихся к дороге по краям, всё напирали и напирали, готовясь вот-вот поглотить неосторожных водителей.

– Ты и сам знаешь, Андрюха, мне дядя Боря почти отца заменил. Так что и я за него волнуюсь не меньше твоего. Но послушай меня хорошенько… Сейчас он совсем иным человеком стал. Прежний Боря никогда бы не привёл в дом другую женщину, так ещё и с ворохом чужих детей. Он Лиде был предан всем сердцем, и сам мне обещал, что верен ей будет до самой своей смерти, пусть даже всю жизнь пробудет вдовцом. А тут он сам же своё слово нарушил, получается?

– А что хоть за женщина-то? – Андрей рассеянно прошёлся рукой по волосам, обдуваемым ветром. Пальцы запутались в прядях, и он бросил эту бесполезную попытку привести в порядок свои кудрявые непослушные ещё с самого детства волосы.

– Баба как баба. Я её только так, мельком увидел разок. Но, думаю, есть в ней цыганская кровь. Это же видно. Да и дети её, вся эта орава, что у Бори по участку носилась, тоже все смуглые, черноволосые, глазки такие хитренькие… Ну откуда, по-твоему, Боря мог себе такую бабу найти? А как только я попытался его надоумить, напомнить про Лиду, так он на меня разозлился страшно. Как чёрт покраснел, кричал стать, что любит эту цыганку, и всю жизнь одну её искал!

– Мда, – протянул Андрей, – непорядок. Уж не промыла ли она ему голову магией какой-нибудь? Вроде они это умеют – в гипноз вводить, колдовать…

– Вот и я о чём говорю. Никогда бы он себя так вести не стал. А тут ещё пожар этот…

Вскоре впереди показался знакомый указательный знак. Машина замедлила ход и свернула на разбитую главную дорогу, ведущую к селу. Но Саша почти сразу же съехал с неё на едва заметную колею, терявшуюся в полях. Такой путь, хоть и был длиннее и вёл на другой конец села, но зато по нему хотя бы была возможность нормально проехать.

Вдалеке показались тёмные силуэты домов, а вскоре Андрей разглядел и яркое зарево пожара, простиравшегося над дальней частью села. Чернильно-чёрный столб дыма был едва различим в ночном небе, но через распахнутое окно ветер сразу же принёс едкий удушливый чад.

Пока Саша пытался проехать по вихлявшей узкой колее, тонувшей в зарослях высокой травы, Андрей напряжённо вглядывался вперёд. Село Саратовка когда-то было его домом. Здесь он провёл всё своё детство в кругу большой семьи, здесь познакомился с Сашей, жившем в доме напротив, здесь впервые признался девчонке в любви и впервые попробовал курить. Когда-то для него всё это небольшое село было огромным миром, и каждый день он исследовал этот мир вместе со своим верным и немного отчаянным другом Сашей. Вдвоём они прыгали по оврагам, залезали в нежилые дома, запекали картошку в углях, сплавлялись на плоту по узкой совсем мелкой речке Вонючке и собирали в лесу сладкую землянику. А теперь эти тёплые беззаботные деньки остались в прошлом, уступив место холодным и серым будням. Бабушка и дедушка Андрея давно уже умерли, родители продали дом и перебрались вместе с сыном из села в город. Саша тоже вскоре вслед за другом переехал поближе к цивилизации и центральному отоплению, хоть и продолжал каждый месяц навещать свою старую мать, оставшуюся в одиночестве жить в маленьком совсем пустом доме.

И вот уже, не успел Андрей даже оглянуться, как минули годы, село практически наполовину опустело, а от его детства давно остались лишь воспоминания. Вместо спелой земляники в его жизни появились недозревшие фрукты из супермаркета, вместо запаха свежескошенной травы по утрам – горечь выхлопных газов, а вместо приключений – тяжёлая работа на заводе, болеющая супруга и кредиты. Неизменной осталась лишь дружба с Сашей, хоть теперь вместо купания на речке и ловли майских жуков в спичечные коробки они предпочитали проводить свободное время за парой бутылочек пива и совместным просмотром футбольных матчей.

И вот он вновь приехал туда, где прошло всё его счастливое детство, где почти всё уже давно изменилось, а теперь пожар выжигал остатки его добрых воспоминаний. И он не хотел это видеть. Он не хотел возвращаться туда, где когда-то ему было хорошо. Потому что знал, что как прежде уже больше не будет, что люди изменились, семьи распались, дома разрушились. Ничего там не осталось из его детства. Но отказать другу в помощи Андрей не мог, а потому просто молчал.

Когда машина вильнула на очередном резком повороте, Андрей схватился за ручку над дверью, пытаясь удержаться, и тут заметил нечто странное впереди на дороге. В нескольких метрах перед капотом стояла фигура, напоминавшая человеческую. И она была вся объята ярким оранжевым пламенем с головы до пят. Андрей мог бы поклясться, что ему это снилось, если бы ремень безопасности болезненно не впивался ему в живот, убеждая, что это вовсе не сновидение, что всё происходившее было реальностью.

– Боже мой! Что это такое?! – вскричал Андрей, не отводя взгляд от фигуры горящего человека. А тот всё стоял на своём месте, недвижимый, будто деревянный манекен, охваченный языками огня, высоко вздымавшимися вверх.

– Что? Где?.. Ты о чём? – нервно отозвался Саша, закрутив головой по сторонам и даже не сбросив скорость.

– Ты что же это? Ничего не видишь?

Андрей с искажённым от ужаса лицом смотрел на то, как стремительно машина приближалась к горящему человеку, стоявшему посреди ухабистой дороги. И в тот самый миг, когда капот уже должен был вот-вот соприкоснуться с огненной фигурой, этот странный морок исчез. Андрей, вжавшийся в кресло что есть мочи, даже не поверил своим глазам. Только что этот пылающий призрак стоял у них на пути, как вдруг испарился во мгновение ока.

– Ты чего это? – Саша кинул на друга обеспокоенный взгляд, не прекращая периодически поглядывать на дорогу. – Заснул что ли?

– Я-я… – Андрей даже не знал, что ему стоило ответить, лишь с усилием протёр глаза и прошёлся ладонью по взмокшему лбу. – Н-наверное…

– Ничего. Уже почти добрались. Вон крайние хаты виднеются.

Обогнув повалившийся забор и заросший сорняками огород, машина с рычанием устремилась вперёд по утоптанной дороге, летя на свет пожара, как мотылёк – на свечу. Вокруг чёрными призраками метались люди. От колодца тянулась вереница брошенных вёдер, оранжевые языки пламени отражались от луж, растёкшихся по земле расплавленным серебром.

– Сашенька! – худощавая пожилая женщина в белом платке, запачканном сажей, первой кинулась в сторону подъехавшей машины. Саша даже не успел выйти, как его мама уже бросилась сыну на грудь, причитая и глотая слёзы. – Милый мой! Как хорошо, что ты быстро приехал! Я так рада тебя видеть!.. Ужас, что творится! Видишь, какой огонь сильный, жар какой стоит!

Андрей встал с пассажирского места, громко захлопнул за собой дверь и, как и его друг, с тяжёлым сердцем вгляделся в застилавшую улицу дымную пелену, за которой проглядывалось объятое огнём трёхэтажное здание.

– Андрюша, ты тоже приехал? – заметила наконец его измотанная и уставшая мать Саши. – Давно я тебя не видела! Вон как возмужал, вытянулся… Хорошо, что ты тоже здесь. Сейчас лишние руки не помешают, нужно огонь тушить. Это ведь и твоё село тоже. Так что помогай наравне с остальными.

– Мам, да мы поможем. Для чего мы тут ещё по-твоему? Но где пожарная бригада? – сжав хрупкие плечи своей матери, строго спросил Саша.

– Ещё не приехали… Нужно самим справляться, на них некогда рассчитывать. А то так скоро соседние дома заполыхают. Хватит стоять, Сашенька. Идём. Нужно крышу дома нашего поливать, а иначе она вспыхнет, как спичка, ей Богу!

И эта сухонькая маленькая женщина в калошах на босу ногу засеменила в сторону своего дома, который находился в опасной близости от пожара. Между участками некогда вилась широкая полоса оврага, поросшего травой, высокими ивами и кустарником, где любили селиться ужи. Теперь от него осталась только почерневшая земля и объятые пламенем стволы деревьев. Металлический забор, огораживавший владения матери Саши, погнулся, краска вздулась пузырями, и эта не внушавшая доверие преграда оставалась последним рубежом на пути у огня.

Соседи сновали тут и там, они пытались протянуть шланг от пожарного пруда, соединённый с насосом, но мощности едва хватало на тонкую струю. Мимо Андрея бегали люди, измазанные копотью, прикрывавшие лица влажными тряпками, где-то на задворках села выли собаки, а гул от пожара звенел в ушах. Нельзя было ни разглядеть хоть что-то сквозь облако чёрного чада, ни вдохнуть полной грудью, ни услышать что-нибудь поблизости. Андрей наравне с другом и соседями таскал вёдра с водой, обливая пышущий жаром забор, остужал металлическую крышу и деревянные стены дома, на которых вода испарялась во мгновение ока.

– Плохо дело! – выкрикнул на ухо Андрею вспотевший Саша, отирая рукавом своё чёрное от пепла лицо. – Где же носит эту бригаду?!

Будто услышав его негодование, где-то вдали послышался звук сирены. Со стороны полей, подскакивая на кочках, неслась во весь опор пожарная машина с мигалками. Кто-то из соседей направлял их по телефону, объясняя, по какой дороге лучше будет добраться до села, и вскоре ярко-красный автомобиль вырулил к месту пожара, оглашая окрестности протяжным воплем сирен. Не теряя времени, пожарные принялись за работу, раскатав рукав, разогнав подальше от открытого огня самоотверженных помощников, и вскоре из брандспойтов на пламя ринулись потоки влаги, которые, казалось, лишь сильнее раззадоривали огонь. Языки взвивались выше, танцуя, мерцая всеми оттенками оранжевого и неохотно растворяясь в чёрных клубах дыма.

– Ну теперь точно справимся! – оптимистично заключил Саша, стукнув запыхавшегося друга по плечу. – Знать бы ещё, был кто в этом доме или нет…

Время тянулось медленно, ночь превратилась в вечность. Вскоре прогоревшая крыша дома с оглушительным грохотом обрушилась вниз, а вслед за ней от напора воды обвалились и верхние этажи. Высота огня уменьшилась. Было ясно, что пожарная бригада справится в любом случае, и многие едва державшиеся на ногах от усталости селяне отправились по своим домам, больше не тревожась, что огонь перекинется на соседние постройки.

Андрей с горечью смотрел за тем, как дом дяди Бори за одну ночь превратился в груду почерневших обломков. Сквозь дым виднелась кирпичная башня печной трубы, на краю участка ещё просматривались опалённые фруктовые деревья в саду. Андрей чувствовал, будто часть воспоминаний о его беззаботном детстве почернела и рассыпалась тлеющими головешками, навсегда исчезнув. Когда последние языки пламени утонули в потоках воды, пожарные в специальном обмундировании приблизились к месту пожара. Обломки ещё тлели, всё пространство заволокла густая чернильная пелена дыма, и несколько человек с кислородными баллонами на спине растворились в этом чёрном мареве.

А через несколько минут с пожарища частями был вынесен обугленный скелет с неровными кусками плоти, пригоревшими к костям. От него шла одуряющая вонь, но все селяне, что ещё оставались на улице, скопом обступили пожарных и вгляделись в жуткие останки, подсвечивая их лучами фонарей. Андрей тоже с внутренним трепетом подошёл к скелету. На него, оскалив зубы, смотрел покрытый сажей череп, и на какое-то мгновение Андрею даже показалось, что эта лишённая кожи и волос голова повернулась в его сторону и звонко щёлкнула челюстью. Но это был лишь мираж, хоть и заставивший взрослого мужчину содрогнуться и отступить на шаг назад.