Читаем Гора шаманов (СИ) онлайн бесплатно
Вторая часть романа "Два лика времени"
Краткое содержание первой книги. Петр Лийков, после окончания школы, решает поступить в звездное училище. Каждый кандидат перед поступлением в обязательном порядке проходит испытание: совершает длительный полет на звездолете к окраинам галактики под управлением и присмотром сверхмозга. При этом отсеивается почти половина претендентов, слишком тяжело переносится одиночество и оторванность от родной планеты. Корабль "Святогор" с таким претендентом на борту проваливается в прореху пространства-времени и оказывается возле планеты, на которой недавняя война погубила цивилизацию. Сверхмозг, по прозвищу Умник, обнаруживает на планете аномалию, разрыв пространства-времени, случившийся в результате массового применения ядерного оружия. Аномалия ведет в недалекое прошлое, за год до катастрофы. Отправившись туда, Петру удается предотвратить мировую войну. Дальнейшие обстоятельства складываются для него неблагоприятно, на обоих континентах власти открывают на Петра охоту. В результате его вмешательства в исторический процесс, будущее планеты изменилось, прореха исчезла вместе с кораблем и Умником. Оставшись без поддержки, в надежде обрести новую родину, вместе с подругой он вынужден бежать за океан, в маленькую нейтральную страну, Бруссию.
И вот мы в Бруссии. Граница рядом, неподалеку за ней дождливая Акрия. У нас свой микроклимат, такой же, как в Гарце, сухой и солнечный. И хотя наше маленькое государство расположено севернее, здесь так же тепло, как в заокеанской стране. Умник что-то говорил про подводные течения, только я тогда слушал вполуха. Ну, и бездна с ними, этими течениями. Главное теперь устроиться капитально и надолго, чтобы за нами не гонялись полицейские ищейки.
Оказавшись в Бруссии, я явился в Технологический институт в потертой куртке и таких же штанах. В таком виде я работал на площади художников. К счастью, на моей одежде не было следов крови несчастной Алины. Марна было, заикнулась, что неплохо бы переодеться, но я ждать не стал. Оставив ее в скромной гостинице, где мы сняли номер, отправился в институт.
Главный инженер, тан Олле встретил меня с изрядной долей скепсиса.
- В каких журналах вы публиковались, уважаемый тан Петер Сторр? - был его первый вопрос. - Что-то я среди научной братии не припомню вашей фамилии.
- Назовите мне наиболее сложную проблему, над которой работает ваш институт, - в свою очередь, предложил я. Он посмотрел на меня с удивлением. Наверняка подумал, явился новичок с наполеоновскими планами, готовый поставить на уши научный мир. Интересно, пошлет он меня подальше, или, все же, решит посмотреть, на что этот новичок годится? Тан Олле решил не спешить. Я усмехнулся, вот и первая, пусть маленькая, но победа.
- Как известно, искровые передатчики и приемники, чересчур громоздки, потребляют много энергии и, что самое печальное, весьма ненадежны. Руководство института, и прежде всего, уважаемый тан директор, решили озадачить нас именно этой проблемой.
- И какие успехи? - спросил я.
- Столь сложные задачи не решаются с разбега, хотя имеются определенные подвижки, нам удалось поместить приемопередатчик в небольшом чемодане благодаря разработанным в лабораториях миниатюрным радиолампам, - в голосе тана инженера слышалась обида, словно я уличил его в чем-то не совсем хорошем. Мол, что же вы такие ленивые и не торопливые?
- У вас имеются соображения по этому поводу? - он хмуро посмотрел на меня.
- Разумеется, но для начала я бы хотел устроиться в ваш институт на работу.
- Вот как? Прежде мы должны оценить необходимость присутствия такого сотрудника. Что вы на это скажете?
Я видел, что тан Олле почти готов выпроводить меня вон.
- Давайте сделаем так, - сказал я, - завтра утром я принесу вам распечатанные технологии, касающиеся передатчиков, а вы, ознакомившись с ними, решите, стоит меня брать, или нет.
Тан главный инженер согласился с явным облегчением. Ему очень не хотелось тратить драгоценное время на чудака, изобретающего очередной вечный двигатель. Насколько мне было известно, таковых здесь хватало, все жаждали получить гранты, и в Технологический институт чумовые изобретатели обращались не реже, чем несколько раз в месяц.
На следующий день я принес тану Олле подробное описание технологии зонной плавки. Пора было с громоздких недолговечных радиоламп переходить к транзисторам. Он внимательно изучил бумаги, потом посмотрел на меня. Похоже, он решил, что я, в самом деле, притащил ему нечто вроде очередного фантастического проекта. Правильно, здесь никто еще не занимался полупроводниками. Даже соответствующей теории не было.
- И что это значит? - с недоумением спросил он.
- То, что придет на смену лампам, - ответил я, - легкое и компактное.
Он недоверчиво хмыкнул, но бумаги забрал.
- Приходите послезавтра, тан Петер, - сказал он, - мы все приготовим для опыта. А сейчас я, к сожалению, занят.
- Чем же, если не секрет?
- Испытываем образец новой сверхэкономичной уменьшенной лампы. Такая лампа, по расчетам будет потреблять на двадцать процентов меньше энергии по сравнению с теми, что мы имеем на сегодняшний день. Вы понимаете, что это золотое дно? Бруссия, в основном, живет на патентах и лицензиях. И живет неплохо.
Явно тан Олле не поверил в обещанный мной революционный технологический прорыв.
- Вы предлагаете мне заняться маленькими лампами?
- На такой проект я взял бы вас, не задумываясь, - ответил тан Олле, убирая мои бумаги в папку. Что ж, я не тороплюсь, подождем первых результатов. А лампами, разумеется, я заниматься ни под каким видом не собираюсь. Пусть местные инженеры уменьшают их до микроскопических размеров, все равно придется переходить на полупроводники.
- Что, народ особо не рвется? - спросил я.
- Слишком сложная тема. И финансовая отдача не столь быстрая. Все хотят денег, здесь и сразу. Вот и приносят всякую чушь.
Он многозначительно посмотрел на папку с моими бумагами.
- Деньги могут подождать. До встречи, уважаемый тан, - сказал я и ушел. Не появись я с новыми технологиями, впрочем, для Земли это древнейшая древность, они бы еще сто лет мучились со своими лампами. Не хватает на этой планете движения, динамики у науки. Медлительная она и осторожная. Консерватизм цветет пышным цветом. Пока сто раз не попробуют, ничего нового делать не станут. Но ведь Ош заставил их работать быстрее и даже сделать атомную бомбу? А я чем хуже? Я, конечно, не потомок шаманов, но тоже кое-что могу. Через три дня в институте запустили процесс, а неделю спустя получили первый рабочий полупроводник. На его испытание собрался весь цвет института: директор, главный инженер, и куча научных сотрудников и сотрудниц, среди которых я увидел много молодых и симпатичных лиц. Когда заработал транзистор, тан Олле повернулся ко мне, во взгляде его читалось неподдельное удивление: "Как вы до этого додумались, уважаемый?".
- Вашу работу можно подавать на государственную премию, - сказал потрясенный директор.
Пусть подают, мне не жалко. Даже если первым в списке будет стоять директор, а моя фамилия окажется последней, или ее вообще забудут туда внести. Не в деньгах счастье и не в славе. Я им устрою научное Возрождение! К сожалению, по сути, в душе я так и остался пацаном, выпускником земной школы. Размечтался, что здесь мне дадут спокойно жить и работать!
С утра я на работе, в своем кабинете, уважаемый инженер и научный сотрудник тан Петер, автор нескольких нашумевших изобретений, сделавший пару потрясающих открытий в физике. Собственно, почему бы и нет, если все эти изобретения и открытия давно известны на Земле? Мне достаточно было извлечь их из архива биокомпьютера, встроенного в мозг. В маленькой Бруссии я обнаружил настоящее раздолье для ученой публики. Глава правительства, уважаемый тан Дорион, делал все возможное для того, чтобы наука здесь стала передовой. В городе Унт, где я устроился на работу в технологический институт, различных научных заведений было порядка сорока. Не считая опытных заводов, мастерских, а также экспериментальных фабрик. Там клепали, шили, изготавливали все подряд: военную форму с бронированными вставками, переносные чемоданные радиостанции, а также различное сложное электрооборудование. Причем обслуживать ухитрялись обоих соперников, военных Акрии, и заморский Гарц. Едва я познакомился с местным производством, как сразу поинтересовался у директора: "Странно, почему вас еще не взорвали те или другие?"
Тан Кух сначала меня не понял, потом долго смеялся.
- Тан Петер, - отсмеявшись, сказал он, - им деваться некуда. Кроме нас, за подобные сложные заказы никто не берется. Представьте, в позапрошлом месяце мы изготовили два абсолютно одинаковых комплекта радиопередатчиков. Каждый весом около восьми элл. Как думаете, для чего им понадобились столь малые переносные изделия?
- Шпионам для связи?
- В точку! - директор довольно ухмыльнулся. - А все благодаря нашим новым миниатюрным лампам.
За последние два месяца я весьма преуспел в новых разработках. А также умудрился кое-что изготовить для нас с Марной. Воспользовавшись тем, что независимые заказы на всякую техническую мелочь можно рассовать по разным заводам, чтобы никто не смог понять, что в целом представляет собой это изделие. Конечно, заинтересуйся моими делами местная безопасность, могли бы и разобраться, что я собираюсь изготавливать. Но повторить вряд ли, до подобных технологий им еще ждать лет триста, если не больше. Однако все необходимые материалы, жаропрочные сплавы и химически чистые вещества, уже имелись в наличие. Я изготовил два ручных лазера. По моим представлениям древность, конечно, но здесь о таком еще никто не слышал. Мой разрушитель, встроенный в тело, потерял силу, больше года работал, и на том спасибо. Вот и пришлось заменить его местным аналогом. Можно, конечно, приобрести пару готовых пистолетов, но оружие это слишком громоздкое, к тому же, всего на восемь патронов. Куда это годится? Да и убойная дальность невысока, метров до ста. А мой лазер может без проблем разрезать танк на дистанции в километр. И батарея в нем не на восемь выстрелов, а на целую сотню. Чувствуете разницу? Конечно, местным инженерам и технологам пришлось помучиться, очень уж мелкие, сложные и точные детали требовалось изготовить. Но и денег я за это отвалил немало.
- Тан Петер, для чего вам это? - задали мне первый вопрос. Вскоре последовал второй вопрос: "Как можно закалить тончайшую проволоку, при этом выдержав микроскопические допуски?".
Я объяснил, как это можно сделать, нарисовав необходимые технологические приспособления. Надо сказать, все это было на пределе возможностей местного оборудования.
- В договор придется включить пункт о возможной неудаче, - сказал мастер, озадаченно разглядывая рисунки. Я без возражений добавил соответствующий пункт. Эти ребята в лепешку разобьются, но заказ постараются выполнить. Гордость у них превыше денежного интереса. Так что, халтуры я не опасался.
Не сразу, но справились. Над оптикой пришлось поломать голову, в свое время это было трудноразрешимой проблемой, сверхмощный луч неизбежно разрушал линзу. Охлаждение слабо помогало. Пришлось мудрить с микрогравитационными линзами, сжимающими луч в тончайшую нить. И все это, а также сверхъемкую батарею требовалось запихнуть в ничтожный объем. Получилось оружие на порядок меньше традиционного боевого пистолета, который применялся в войсках и полиции. У лазера был только один недостаток: в облаках или тумане луч заметно терял мощность, а то и вообще рассеивался. Но даже в густом тумане моим ручным лазером можно было на приличном расстоянии порезать стандартный бронежилет. Окончательную сборку я провел дома, посторонним не доверил. По эффективности получилось нечто вроде гиперболоида из старинного романа. Для испытания лазера мы выехали за город. Найдя в роще глухую полянку, я поставил невдалеке толстую железяку и продемонстрировал оружие Марне. Моя дражайшая половина сначала обрадовалась, а после впала в задумчивость.
- Какое-то оно несерьезное, - усомнилась она, повертев в руке похожий на игрушку пистолетик, - маленькое и слишком легкое.
- Постреляй по деревьям, убедишься, что это лучше, чем пистолет или даже пулемет. Но отдам его тебе с одним условием, - я сразу понял, что за мысли бродят в ее красивой головке. - Никаких политических убийств. Использовать исключительно для обороны.
Обещание она дала с неохотой. Наверняка уже прикидывала, как подобраться к Бьорну Рау и расчленить его на мелкие кусочки. Никак она не могла забыть опасную затею, невзирая на все мои предыдущие объяснения и предупреждения о чреватых последствиях подобного шага.
- Пойми простую вещь, - продолжал я, наблюдая, как она срезает ветки и валит дальние деревья, - время штука мстительная. Скорее всего, мне удалось только отодвинуть неизбежное. Тогда достаточно небольшого толчка, чтобы все вернулось в прежнюю колею.
