Читаем Глаз сокола онлайн бесплатно

Укрывшись в густой траве, соглядатай главы клана Крокодила рассматривал военную флотилию Нармера, царя Юга. Намерения монарха были очевидны: во главе своей армии он отправлялся на войну с поработившими земли Севера ливийцами.

Шпион насчитал не меньше шести десятков деревянных кораблей, построенных по образу и подобию судов шумеров — тех самых шумеров, с которыми Нармер совсем недавно сражался и которых победил. Головной корабль поражал воображение — длинный, с большой надстройкой по центру, обнесенной оградой, и приподнятой носовой частью. В движение его приводили четыре дюжины гребцов. Что до новых союзников Крокодила, ливийцев, то в их распоряжении были только лодки из папируса, поэтому воевать с Нармером на реке они были не способны. К счастью, у них оставалось численное превосходство, да и неприступных крепостей они успели настроить немало.

Незадолго до рассвета на корабли начали грузить оружие, одежду и провиант. Это зрелище шпиона не обрадовало: армия хорошо подготовилась к походу, так что солдаты ни в чем не будут нуждаться.

На мостках суетился старик, такой сухонький и тщедушный, что, казалось, его могло унести первым же порывом ветра. Он следил за погрузкой кувшинов с вином и пивом и без конца покрикивал на носильщиков, чтобы те были поосторожнее. Шпион отметил про себя, насколько хорошо все организовано: каждый знал, что ему делать, никакой толкотни и неразберихи. Победить такую дисциплинированную армию — задача не из легких, особенно если она не будет испытывать нужды ни в продовольствии, ни в оружии.

И вдруг хищник понял, что судьба дает ему шанс. Женщина в сопровождении шакала отошла подальше от сходней, остановилась и устремила свой задумчивый взор на реку. Что, если она та самая колдунья, которая ускользнула от верховного военачальника ливийцев и которую Уаш поклялся умертвить своими собственными руками? Волосы с золотистым отливом, красивое лицо, белое одеяние… Это, бесспорно, была она — жрица богини Нейт, а ныне супруга Нармера и царица Юга, женщина, унизившая повелителя ливийцев. И тот, кто приведет ее к нему, наверняка удостоится небывалых наград и почестей…

Стараясь двигаться бесшумно, соглядатай пробрался к берегу, соскользнул в воду и поплыл, пребывая в уверенности, что никто не заметил его маневра.

Когда же его обнаружат, будет уже поздно.

Шакал по имени Геб, в компании которого Нармер пересек пустыню, с момента их возвращения из священного города Абидоса[1] ни на шаг не отходил от Нейт. Царица была очарована сообразительностью и проворством своего нового друга с тонкой мордочкой и удлиненными ушами. Теперь, когда пришло время покинуть укрепленные стены Нехена[2], молодая женщина размышляла о своей полной превратностей судьбе. Жрица Нейт, которая привыкла жить в уединении и посвящала всю себя служению божественной повелительнице, и подумать не могла, что покинет свое святилище на землях Севера, когда незнакомый юноша спас ее от утопления. Она полюбила Нармера, по воле богов принявшего белую корону и титул царя Юга.

Но сколько ей пришлось пережить, сколько пройти дорог, прежде чем это случилось! Когда Нейт попала в плен к ливийцам и стало ясно, что ей предстоит стать женой и рабыней их верховного военачальника, она решила покончить с собой. И все же благодаря магической помощи божественной покровительницы ей удалось бежать из этого ада. Теперь же им с Нармером предстояло туда вернуться, освободить свою страну от захватчиков и создать новый мир.

Шансы на успех были ничтожно малы, однако у царственной четы не было выбора: Предок дал Нармеру наказ и наметил новый этап пути, который мог в итоге привести к возрождению и обновлению.

И вдруг Геб зарычал и оскалился.

Нейт инстинктивно отшатнулась, и это движение спасло ей жизнь.

Челюсти крокодила, сомкнувшись, лишь скользнули по ее ногам.

— Нет, Геб, не надо!

Она запретила своему защитнику ввязываться в неравную схватку.

Услышав крик Нейт и лай шакала, Нармер, который как раз отдавал своим приближенным последние распоряжения касательно погрузки, обернулся.

У него на глазах огромная рептилия выбралась из воды и бросилась вслед за убегавшей Нейт. Нармер схватил лук и выпустил стрелу, которая вонзилась чудовищу в хвост. Однако это не помешало ему схватить Нейт зубами за платье. Геб отчаянно пытался освободить свою повелительницу, но крокодил упрямо тащил ее вниз, к Нилу.

Черноволосый, превосходно сложенный и мускулистый, Скорпион был прирожденным обольстителем. Женщины обычно сами падали ему в объятия, а тех, кто пытался сопротивляться, он все равно подчинял своей воле, получая от процесса укрощения строптивиц немалое удовольствие. Не избегла этой участи и шумерка Ина — рослая смуглая молодая женщина с высоким красивым лбом и надменными манерами. В конце концов она сдалась, и ночь, предшествовавшую отплытию царского флота на Север, они со Скорпионом тоже провели вместе. В отличие от постоянной любовницы, безропотной Ирис, выполнявшей все желания своего повелителя, Ина оставалась диковатой и высокомерной, что Скорпиону в ней особенно нравилось.

Крик Нейт и оглушительный лай Геба разбудили едва успевшего задремать после бурной ночи Скорпиона. Он выскочил на палубу и увидел, как крокодил тащит царицу к реке. Схватив нож, он прыгнул в воду.

Во время войны кланов, когда пришлось защищать Нехен, молодому воину уже приходилось убивать крокодилов. У них было единственное слабое место — живот. Вместе с другими смельчаками, которым удалось избежать страшных зубов, когтей и ударов хвостом, Скорпион научился подныривать под рептилию и ножом вспарывать ей брюхо.

При всей своей храбрости Геб мог разве что отсрочить неизбежное, но никак не помочь Нейт. Нармер с солдатами уже бежал к реке, однако они были слишком далеко.

Крокодил соскользнул в воду. Он знал, что еще немного — и жертва утратит способность сопротивляться. Зубы шакала были ему не страшны: с таким противником он легко мог разделаться ударом лапы или хвоста. А приближения пловца он даже не заметил.

Быстрым и точным ударом Скорпион рассек чудовищу брюхо. Обезумев от боли, рептилия разинула пасть и выпустила платье царицы, которая успела к этому времени потерять сознание. Геб спас ее от утопления, схватив за изорванный край платья и вытащив на берег.

Вода у берега бурлила и пенилась: крокодил из последних сил пытался прикончить противника, которому пришлось вынырнуть на поверхность, чтобы сделать вдох. Воды Нила покраснели от крови, а голова Скорпиона снова исчезла под водой.

Шакал облизал Нейт лицо, а подбежавший Нармер сжал ее в объятиях. Слава богам, она была жива!

Труп крокодила всплыл на поверхность, и его развороченное брюхо осветили лучи восходящего солнца.

— Немедленно найдите Скорпиона! — приказал царь своим солдатам.

Однако не успели те спуститься к реке, как из воды, потрясая ножом, показался победитель.

Скорпион нашел в себе силы самостоятельно выбраться на берег. На глазах у восхищенных солдат он подошел к царю, своему брату по крови.

— Царица жива?

— Ты ее спас.

Нейт понемногу приходила в себя, и все же, опираясь на руку Нармера, она едва держалась на ногах.

— Ты осталась такой же красивой, как и была, — сказал Скорпион, окинув взглядом эту прекрасную женщину, единственную недоступную для него.

— Как мне отблагодарить тебя? — тихо спросила Нейт.

— Не теряй решимости победить врагов! Да поможет богиня-созидательница, которой ты служишь, в нашей праведной битве!

Прижавшись к ноге своей повелительницы и глядя на нее с обожанием, высунув длинный розовый язык, шакал Геб радовался ее чудесному спасению.

— Ты ранен! — воскликнул вдруг Нармер.

Скорпион провел рукой по окровавленному предплечью.

— Бывало и хуже! Своими снадобьями царица исцелит рану. Но разве ты не собирался на рассвете дать сигнал к отправлению?

Величавый и немногословный Нармер улыбнулся.

— Прости меня за эту задержку.

Позади остались мирный Юг и благоденствующий ныне Нехен. Нармер проследил за тем, чтобы все укрепления и городские стены были восстановлены, приказал пополнить запасы воды и пищи. В городе он оставил отряд солдат-ветеранов, так что в случае непредвиденного нападения за высокими городскими стенами смогут укрыться и получить защиту жители окрестных поселений. Он сам выбрал наместника, которому вменялось в обязанность наилучшим образом править землями, подвластными белой короне, в ожидании исхода войны государя с ливийцами.

Никто не тешил себя иллюзиями, всем было известно: если этим ливийцам-дикарям удастся разгромить армию Нармера, они завоюют и Юг, уничтожив всех, кто посмеет оказать им сопротивление. Но как справиться с закаленным в боях и безжалостным противником, обратившим в рабство население северных земель?

Лучше было не думать о неизбежной схватке, а просто смотреть на реку и ее поросшие папирусом берега и умолять богов о помощи и защите. Оправившись от пережитого, царица перед отплытием флотилии преподнесла в дар Нейт, великой богине-созидательнице, благовония, а потом перенесла в просторное помещение на палубе головного судна священную материю — воплощение Ока Света, соединившего в себе мужское и женское начало. Обладающая способностью превращать смерть в жизнь и дарить душе ощущение счастья, эта материя по-прежнему оставалась ослепительно-белой. Когда молодая жрица оказалась в плену у верховного военачальника ливийцев, эта материя защищала ее… Доведется ли Нейт снова испытать бесконечную радость, вернув священное полотно в святилище там, на Севере, ныне пребывающем под властью захватчиков?

Понимая, какая угроза нависла над страной, Нейт поддержала супруга в его решении организовать поход против ливийцев. Рано это случится или поздно, но противник все равно нападет на Юг, желая подчинить себе всю страну. Предвосхитив удар, они получат пусть и незначительное, но преимущество.

Огромный коричнево-рыжий бык, без которого не обходилось ни одно сражение, и Северный Ветер, дикий ослик, который стал неразлучным спутником Нармера, наслаждались путешествием. Насытившись и устроившись в отведенном для них месте, животные тоже радовались настоящему и не гадали о будущем. Две львицы, которые слушались только Нармера, дремали под полотняным навесом.

Скорпион, чью рану умастили лечебными снадобьями и перебинтовали, отдыхал на носу своего корабля, на котором он собрал под своим началом лучших лучников армии.

— Старик, я хочу пить!

Старик — скуластый, с торчащими ребрами, такой тощий и слабый на вид, словно ему осталось пару дней до смерти, — много повидал на своем веку и мало чему удивлялся или радовался. Но когда речь заходила о вине, он проявлял прыть, какую в нем трудно было заподозрить. Забыв о боли в суставах, он сам решил проследить за погрузкой кувшинов с вином на борт и теперь каждое утро проверял, хорошо ли они закреплены.

Старик, конечно же, предпочел бы остаться в Нехене и забыть наконец о войне. Увы! Его хозяин, неутомимый Скорпион, не пожелал расстаться со своим доверенным слугой.

Старик подал молодому воину чашу белого вина с тонким фруктовым ароматом.

— Лучшее средство, чтобы восстановить силы, — тоном знатока сообщил он. — А вечером выпьем красного с более насыщенным вкусом. Оно окончательно поставит тебя на ноги!

— Прекрасно! — отозвался Скорпион. — Хороший выдался день, ты не находишь?

— М-да, думаю, скоро о таких днях останется только вспоминать. Жаль, что ты не переубедил царя, твоего брата. Он ведет нас к гибели!

— Не отчаивайся, Старик! Разве мы не побеждали, когда шансов на победу не было?

— В этот раз нам точно крышка! Да и слухи среди солдат ходят всякие…

Скорпион посмотрел на своего слугу с любопытством.

— И что же это за слухи?

— Бредни! Забудь.

— Я хочу знать!

Под требовательным взглядом Скорпиона Старик решил, что лучше рассказать все начистоту.

— Поговаривают, что ливийцы — безжалостные убийцы, а нас слишком мало, чтобы их победить. Что крепости у них неприступные, а оружие лучше нашего. Так что никто не вернется из этого похода живым.

— И есть такие, кто готов взбунтоваться, пойти против Нармера?

— Пока таких нет… Но будет разумнее повернуть назад, пока еще все спокойно.

К удивлению Старика, Скорпион даже бровью не повел.

— Налей мне еще вина!

— Охотно!

Молодой воин уже и сам успел прийти к выводу, что этот поход — настоящее безумие и обречен на провал. Если им дорога жизнь и все ее удовольствия, нужно как можно скорее возвращаться в Нехен, оставив Север на потраву ливийцам. Вернувшись, он, Скорпион, создаст свой собственный клан и будет править на огромной территории, которую сумеет защитить от чьих бы то ни было посягательств. Он окружит себя преданными слугами и будет наслаждаться жизнью…

Скорпион какое-то время созерцал золотистый, чарующе ароматный напиток в своей чаше.

— Знаешь, Старик, я терпеть не могу все, что легко дается, в том числе и битвы, выиграть которые ничего не стоит. Такие победы — удел трусов и посредственностей, потому что они иллюзорны. Мне по нраву истинный триумф! А ливийцы, похоже, стоящий противник.

Старик поперхнулся вином.

— Ты часто бросал вызов смерти, но это не может длиться вечно! Она похитит твою душу, Скорпион!

Его душу! Скорпион усмехнулся. Разве не отдал он свою душу Сету в обмен на способность сокрушить любого противника? Разве не взял он обязательство множить насилие и жестокость — единственный способ держать людей в повиновении?

— А еще я терпеть не могу предателей, — продолжал он спокойным тоном, — предателей и трусов, которые сомневаются в правильности решений царя. Уши у тебя на месте, поэтому, если услышишь еще такие речи, покажи мне этих говорунов, и я сам ими займусь. Тебе все ясно?

Понурив голову, Старик поплелся назад к своим кувшинам.