Читаем Флейта Вивьен.Бунтарка в академии Смерти (СИ) онлайн бесплатно

Описание:Смерть ведёт за руку ребёнка. Одной рукой малыш крепко держится за костлявую руку Леди Теней, другой сжимает леденец или игрушку.

Символизм и значение в раскладе:Карта говорит о ранних детских воспоминаниях, которые многое способны объяснить. О необходимости вернуться к истокам, если хотим что-то понять. Ищи ответы в прошлом, встреться со своим детством лицом к лицу. Задай самые важные вопросы. Ответы на них ты когда-то знал, но забыл, потому что вырос.

Из Оракула Леди Теней.

— Пойдём, — улыбнулся Вивь'eн молодой человек в чёрной мантии. — Пойдём, пойдём. Не бойся, — он приветливо улыбнулся, поманив за собой.

Образ провожатого источал доброту и приветливость, вот только ладони его были сплошь покрыты какими-то символами. Это настораживало, а ещё — что-то напоминало. Воспоминание вертелось в сознании, но так и ушло ни с чем. Вивь'eн решила — потом вспомнит.

Ростом парень был немногим выше, чем она сама. Синие глаза разглядывали новенькую с откровенным любопытством. Чем дольше они шли, тем тревожнее становилось у Вивь'eн на душе. Слишком много потрясений за один день — день, который она не забудет никогда. Ледяной ветер дул с такой силой, что девушка не выдержала — остановилась.

— Подожди… — попросила она. — Пожалуйста.

— В чём дело? — кудрявый остановился, и его лицо тут же стало холодным и злым.

Вивь'eн отшатнулась. Ни кровинки. Нос заострился. Глаза из васильков превратились в бледно-голубые льдинки. Всего несколько секунд, затем щёки у парня порозовели, и она решила, что ей просто показалось. Так бывает. Тяжёлый день.

— Что с тобой, Вивь'eн? Мы почти пришли. Не переживай — все нервничают первое время. Пойдём, — он раскрыл разрисованную ладонь и, улыбнувшись, поманил за собой — Пойдём, пойдём. Не бойся!

Девушка взяла себя в руки, подхватила вещи и пошла следом. Они шли вглубь кладбища, и ни одного строения поблизости видно не было. Куда он её ведёт?

— Лей? — нерешительно позвала Вивь'eн.

— Элай.

— Да… Прости. Элай. А…далеко ещё?

Они обогнули пару надгробий. В одном месте земля была совсем свежей, аккуратно утоптанной возле разрытой могилы. Странная такая могила, совсем не глубокая. В землю врыт…пустой гроб. Крышка лежит рядом, сам гроб застелен — простынь, подушка и тонкое покрывало. Вивь'eн поёжилась, огляделась и вопросительно посмотрела на своего проводника.

— Ну вот, — улыбнулся тот. Это твоё место. Спокойной ночи! Увидимся завтра. Постарайся хорошенько отдохнуть! Завтрак в восемь, в общей столовой. Думаю, утром назначат того, кто будет тебя сопровождать. Если снова выберут меня — буду рад! Расписание занятий…

— Подожди! — она вытянула руки вперёд, стараясь прекратить эту обыденно-жизнерадостную речь. — Стой! Я… Я не понимаю…

— Это — разукрашенные ладони развернулись в сторону открытого гроба, — твоё место. Что не понятного?

— Я что… Вы…

— Вивь'eн, — терпеливо, словно нерадивому ученику начал объяснять молодой человек. — Ты поступила в Академию Смерти. Мы все так спим! Моя могила вон там, — он махнул рукой куда-то в неопределённом направлении (вновь мелькнули знаки на ладонях). Если что — буди. Я помогу. Но думаю, всё будет хорошо. Ты наверняка очень устала, и будешь крепко спать.

— А… Вивь'eн, чуть не плача, окинула взглядом огромное кладбище. — А где все?

— Остальные? Спят, конечно! Мы стараемся лечь пораньше. Очень насыщенная программа. Чтобы её усвоить, мозгу необходим отдых.

— Хорошо. Но… Почему вокруг ни одной такой же могилы? Здесь… — девушка развернулась к каменным, разделённым оградками плитам, как бы намекая, что кроме этого врытого в землю гроба ничего подобного вокруг нет. — Я думала…

— Это легко объяснить, — улыбнулся Элай, дружески похлопав новенькую по плечу. — Многие занимаются по ночам. Сегодня полнолуние, — он показал на яркий диск луны. — Идеальное время для отработки вызова. Свечи, благовония, заклинания на распев — всё это мешает отдыху, поэтому мы стараемся распределять места так, чтобы, по возможности, не мешать друг другу! Понимаешь? Узнав, что ты приехала, мы подыскали уединённое, уютное местечко. Ну как? Нравится?

«Псих», — подумала Вивь'eн.

В самом центре огромного кладбища было холодно и сыро. Страшно. На «уютное местечко» застеленный тонким покрывалом, врытый в землю гроб не походил никак. Но в глазах Элая было столько надежды на то, что ей, действительно, понравится, что…

— Спасибо, — пискнула она, не узнав собственный голос. — Мне нравится… Очень.

— Отлично! Ну, ты тут устраивайся, а мне, к сожалению, пора. Увидимся, Вивь'eн! — он помахал на прощание и унёсся прочь.

— Кар! Кар! Кар…

Над головой пролетела стая воронов. Огромных, чёрных. Кладбищенских. Кого-то, наверное, это напугало бы ещё больше, но Вивь'eн любила этих птиц. Кладбища ей тоже нравились, но… Спать в гробу? Среди могил под открытым небом? Это слишком даже для странной девочки, которую многие сторонятся, считая не от мира сего.

— Вивь'eн!

Её окликнули так громко, что сердце едва не разорвалось.

— Аааа!?

— Я напугал тебя? — с искренней заботой спросил неизвестно откуда взявшийся Элай (он ведь только что убежал — она сама видела!). — Мне жаль. Прости. Я вернулся предупредить — не забудь закрыть крышку. Иначе могут быть неприятности, — он показал на птиц. — Отдыхай, Вивь'eн. И пусть сама Смерть склонится над спящей!

Элай поклонился и ушёл.

«И пусть сама Смерть склонится над спящей». Это что — вместо «сладких снов»? Наверное. Вивь'eн вздохнула. Гроб был длинный. В ногах она пристроила чемодан. Легла. Как была — в верхнем платье. О том, чтобы переодеться и принять душ, увы, не могло быть и речи. Завтра надо будет выяснить, где…

Это было последнее, о чём Вивь'eн Ланм'o из Ланкона подумала, провалившись в сон. Но сон, несмотря на столь трудный, богатый на неожиданные и неприятные открытия день, был не долгим.

Шорохи. Звуки. Она слышала хлопанье крыльев, карканье и постукивание о крышку гроба. Впечатление было таким, будто сверху, рассыпав хлебные крошки, специально приманивали птиц.

— Вивь'eн… Вивь'eн! ВИВЬ'EН!

Кто-то выл её имя. Тряс гроб. Пытался его расколоть. От этих попыток доски разошлись, и в щели повалил зелёный, едкий дым. Задыхаясь, Вивь'eн попыталась вылезти. Страх сковал тело, но ужас от того, что она вот-вот задохнётся, взял верх, и когда Вивь'eн поняла, что крышка не поддаётся — терпение лопнуло. Она заорала, что есть мочи:

— Помогите! Аааа! Пожалуйста! Помогите кто-нибудь! Элай! — она кричала, как могла, хотя не надеялась, что кто-то может её услышать.

— Вивь'eн! Вивь'eн, я иду к тебе! Спешу на помощь, слышишь? Потерпи! Потерпи ещё немного! Я уже близко!

— Элай! Элай, помоги мне!

— Сейчас! О, нет! Нет, Вивь'eн! Они меня схватили! Я не могу… Не могу…

Голос Элая стих. Дым, от которого всё ещё жгло в лёгких, рассеялся. Трясущимися руками она стала толкать крышку, понимая — с Элаем что-то случилось, и она должна ему помочь, раз ещё жива. Вивь'eн упёрлась руками и стала давить, напрягая все силы, что остались. Наконец крышка поддалась! Поддалась с лёгкостью, будто кто-то…

— Вставай, девочка.

Она схватилась за протянутую руку. Крепкую. Мозолистую. Добрую, надёжную руку.

Ласковое бормотание под нос на незнакомом языке успокаивало. В свете луны Вивь'eн увидела маленького смуглолицего человека. Он улыбался, продолжая что-то приговаривать. Мужчина отряхнул её платье, достал чемодан и поманил за собой. Она шла, не в силах понять, что происходит. Ноги тряслись от пережитого ужаса, от едкого дыма мутило. Дорога вела обратно к замку, из которого её вывел Элай…

— Пожалуйста… По…Подождите…

Она упала на колени. Закружилась голова. Мужчина бросил чемодан и бросился к ней.

— Элай! Он…

Вивь'eн стала умолять сделать хоть что-нибудь! Элай пытался ей помочь, но с ним самим случилось что-то ужасное! Его схватило чудовище — то самое, что трясло её гроб и дышало сквозь щели зелёным туманом…

Как могла, девушка рассказала всё, что знает. Мужчина внимательно смотрел на неё добрыми, чёрными глазами. Потом вздохнул. Покачал головой и неожиданно сел рядом, прямо на влажную, холодную землю.

…

Сколько они так просидели — под огромной, яркой луной в центре окружающего замок кладбища? Этого Вивь'eн не знала. Но то, что рассказал этот человек, навсегда перевернуло её взгляды на мир и окружающих…

— Ослиное дерьмо твой Элай, — просто, даже как-то весело объявили ей. — И не Элай его зовут. Просто ты из Ланкона. И зовут тебя Вивь'eн. Вот он и представился Элаем — имя, часто встречающееся там, где ты выросла. Видать, в доверие хотел втереться.

— А как его зовут?

— Не хочу я его имя произносить! — разозлился новый знакомый. — Он и его дружки проделывают это со всеми новичками. Звери — не дети, да простят меня мёртвые и сама Смерть! — мужчина в сердцах сплюнул в землю. — Никто не спит на кладбище. Тот гроб, в землю врытый — единственный. Я убираю эту их шутовскую кровать, они опять её ставят! Студенты живут в домах возле замка. Жильё там у них, значит. По факультетам. Тех, кого не определили, селят отдельно. Пойдём. Я тебя устрою. Пойдём, девочка. Пойдём. Помыться тебе надо. И поесть.

— Подождите!

— Ну, что ещё? Будешь так переживать из-за каждой ерунды — долго здесь не протянешь.

— Хорошо. Я… Я постараюсь. Я хотела спросить — как вас зовут?

- Дети зовут меня Коротышка Чок. И ты, значит, зови так же. Пойдём.

…

Они дошли до замка и долго спускались вниз по лестнице. Чок, сияя, торжественно выступал впереди, показывая дорогу. Пока они шли, с обеих сторон длинного полутёмного коридора открывались двери крошечных комнатушек. Смуглые, черноглазые, как у самого Чока лица, смотрели на Вивьен, будто она была настоящим чудом!

Вивьен знала, кто они. Канно — племя, некогда жившее к востоку от Ланкона и тех мест, где она выросла. Никто не знает, где они сейчас и есть ли вообще место их проживания. Канно можно встретить продающими леденцы на ярмарках, работающими прислугой в домах у богатых людей. Каждую весну музыканты играли у них во дворе, и бабушка всегда давала Вивьен монетку — отнести за труд. Горожане, особенно состоятельные, относились к ним с предубеждением, как к людям второго сорта и дешёвой рабочей силе. Многие считали — они способны проклясть могилу родственника так, что весь род будет хилым и больным. Но бабушка говорила, что это ерунда. Честных и трудолюбивых людей не надо бояться — они зарабатывают, как могут, а значит, им можно доверять. Так говорила бабушка, а ближе у Вивьен не было никого.

Наконец ей показали комнату и оставили одну.

…

Горячая вода бежала по телу, возвращая к жизни. Вивьен не могла понять, от чего её трясло больше — от страха или от злости. Её обманули. Нет. Не так. Над ней издевались! В чём она виновата? В том, что она — новенькая? Можно подумать — она просила отправлять её в эту мерзкую школу!

Вивьен Ланмо окончила гимназию в Ланконе. Родителей у неё не было, только бабушка — добрая, мудрая и… молодая. Бабушка говорила, что высшие силы подарили ей дитя и просили ни о чём не спрашивать.

Лет до десяти этот ответ Вивьен вполне устраивал. С годами любопытство росло, но на бабушку это никак не влияло — зомби болтают больше. Тогда Вивьен бросила безнадёжные расспросы и начала собственное расследование. Звучит громко, но на деле, увы, узнать почти ничего не удалось. Лишь две тайны. Интригующие — да, но и только. Первая — её бабушка жила по поддельным документам. Вторая — она, Вивьен, не является ей родной по крови. Узнать это было не сложно. Часа четыре от Ланкона, и любая ведьма тебе об этом скажет. Правда, стоит не один секето — она несколько месяцев откладывала, подрабатывая летом, где придётся.

А потом… Потом случилось то, что случилось. К ним приехал какой-то человек и попросил об услуге. Всё, как всегда — кто-то умер, надо пойти посмотреть. Обычно люди благодарили деньгами или чем-то ещё. А тут… Вместо благодарности её забрали из дома навсегда.

Сделав над собой усилие, девушка выключила воду. Выходить не хотелось, но вечно стоять под горячим душем не получится. Она закуталась в халат. В комнате было всё, что нужно. Полотенца, несколько комплектов мантий, платьев, белья…

Всё — чёрное. С эмблемой Академии — череп в рамке из искусно выложенных костей вышит серебряной нитью. Красиво, конечно, но там, где она выросла, люди так не одевались. Вивьен привыкла к ярким краскам. Она не боялась кладбищ, наоборот — с детства любила там гулять, кормить воронов и встречать людей, которые просили её о чём-нибудь, а в благодарность набивали карманы сладостями и фруктами. Те люди были умершими, а угощение — с могил. Но ведь от живых их не отличишь! Так же выглядят. Так же говорят…

Вот только кроме крошки Вивьен, живых мертвецов никто не видел. Бабушка никогда не ругала за то, что она возвращалась с набитыми карманами и рассказывала, кто о чём попросил. Они вместе искали родственников и передавали послания. Люди благодарили. Плакали.

Очень скоро Вивьен поняла, что её боятся. Боятся, но продолжают просить о помощи. Особенно защитники порядка. Зачем искать убийцу, если мёртвый может сам всё рассказать?

Так вот. Тот человек долго беседовал с бабушкой, а потом велел собираться и привёз её сюда. Несколько суток пути. Ни одного ответа на её бесконечные расспросы. Остановки на кладбищах. Куча заданий. Усталую, измотанную, её привезли сюда, вновь расспрашивали, а потом… Потом обещали, что проводят туда, где она сможет, наконец, отдохнуть. И вот тут-то к ней подошёл этот…

Элай!

Дерьмо ослиное…

Гнев внутри поднялся с новой силой. Вивьен забила дрожь. В дверь постучали. Она вздрогнула и застыла, не в силах пошевелиться.

— Можно? — на пороге появился Чок с подносом, заставленным сладостями, фруктами, пирожками…

В огромной, расписанной яркими узорами кружке что-то дымилось, а за спиной её нового знакомого прятались встревоженные смуглые лица. Вивьен смущали все эти люди. Те, что жили в маленьких комнатушках этого бесконечно длинного, тёмного коридора. Люди столпились у входа, вытягивая шеи, только бы посмотреть на неё.

— Да уйдите вы! — пытался разогнать любопытных Чок, на правах первого, кто привёл девочку. — Дайте ж вы дитю поесть нормально, а?!

Дверь закрылась. Она осталась одна и принялась уплетать всё, до чего могла дотянуться! Виноград, яблоко, лепёшки. Горячий травяной напиток дарил силы и тепло. Она не понимала, почему вызывает такой интерес. Ей сказали что здесь, в Академии Смерти, обучают будущих некромантов. Стало быть, тем, что ты видишь мёртвых, никого здесь не удивишь, верно? Так в чём же дело? Почему они смотрят на неё, будто увидели саму Смерть?

Вивьен радовалась горячему питью, стараясь не думать о плохом. Есть еда, постель, крыша над головой. Ощущение чего-то родного, знакомого.

И вдруг… Вдруг она вспомнила!