Читаем Фернок 2 (СИ) онлайн бесплатно

Пятое ноября две тысячи одиннадцатого года.

Как-то раз в дверь особняка, расположенного на Атлантик-стрит, постучался молодой человек с очень неуверенным выражением лица и слипшейся от пота недлинной шевелюрой. Этот господин, которого прежде хозяйка престижного особняка никогда не встречала, показался ей очень добродушным. Впрочем, они с первого взгляда прониклись обоюдовыгодным состраданием. Для пожилой миссис Дэ Воро это был единственный шанс прожить остатки дней в уюте, не обременяясь тяжкими для стариков заботами, а для молодца – повод вырваться из порочного круга запой-похмелье.

Неожиданно приятный гость захотел сесть. Очень он уж вымотался за три часа ходьбы пешедралом, тяжкой для большинства алкоголиков. А звали его не иначе, как Дэвид Блейк – известная по предыдущему роману личность.

- Я потерял себя. Просто потерял. Я сломался. Понимаю, такое со всеми бывает… - его высказывания, до непривычки продолжительные, тяжелые, как груз на его душе, помогли хозяйке вспомнить мужа, который тоже страдал алкоголизмом, - Мне говорили, вернуться можно, только помогая другим… - супруг богачки скончался от инфаркта во время празднования дня рождения двоюродного брата, - Это путь, по которому мне предстоит пройти…

С тех пор Дэ Воро живет жизнью одинокой скиталицы. Фигурально выражаясь, естественно. Блуждание вдовы не в горах, не в прекрасных полях, а… в крепких стенах роскошного, но грустного поместья. Дух унынья, витающий в нем, способен выкачать радость из любого жизнелюбца. Блейку это ничуть не навредило, так как счастье в нем отсутствовало изначально.

- Присядь, сынок – попросила старуха, - Не смей стесняться. Чувствуй себя одним из предметов этого дома, так будет легче ужиться…

Блейк подумал:

“Предметом? Какой же оригинальный совет. Чертовски неординарный. Бабушка, оказывается, умеет выдавать шедевральные по содержанию идеи. Ей бы позавидовал Шекспир” – и посчитал данную мысль вполне допустимой при нынешнем безрадостье.

- Хорошо – сказал он, закрыв за собой дверь, - Я это… - сделав небольшую паузу, нужную, видимо, для улучшения ориентации в бытовом пространстве, продолжил, - Принес продукты для приготовления обеда, шампанское, как заказывали, недешевое по меркам среднестатистического американца, и… - вынул из небольшого черного пакета портрет умершего хозяина дома, - Вот! Как просили…

Вдова не могла не оценить заботливость Дэвида. Его рвение помочь поражало в хорошем смысле, выглядя умилительно, но в то же время красиво. Ухажер регулярно слышал выражения типа “жаль, что мой сын не похож на тебя”, произносимые с дичайшим старушечьим хрипом. Ворчанье, легкие ночные постанывания, бесконечные жалобы… все это парень терпел, и, скорее, ради одного человека – себя.

Дэвид привыкал к такой обстановке около недели. После семи мучительных дней сродни тяжелейшему испытанию наступила долгожданная ремиссия...

Но бедная Дэ Воро, не определившая, что хуже – одиночество или обязательная компания, постепенно замечала за сожителем усталость, из-за чего ее начинало грызть чувство жуткой неловкости и самовины.

Парень в свою очередь не хотел заставлять старушку напрягаться, и предпринял все возможное для обеспечения необходимого комфорта:

- Не осмелился признаться, что первое время мне здесь было не по душе… - Дэвид сделал глубокий вдох, а потом такой же выдох, - Прошу прощения за лесть. Обещаю исправиться в скором времени и впредь никогда не обманывать… - его неподдельно наивный взгляд спровоцировал у бабушки улыбку.

Слыша подобные извинения из уст бывшего полицейского офицера, звучащие столь подкупающе, Дэ Воро начинала невольно ассоциировать себя с каким-то комнатным тираном.

- Ну, что ты, я бы не подумала сердиться…

Не видя другого выхода из сложившейся ситуации, из кошмарного тупика, стоившего ему роботы, статуса, самоуважения, Блейк ни за что не упустит возможность:

- А я в таком случае… - следующее неудачник произнес исключительно ради уважения к великодушной хозяйке, приютившей его, - А я не позволю себе подумать, что такая благонравная женщина, как вы, самая натуральная консерваторша в буквальном смысле слова, добросовестная хранительница очага, умеет испытывать гневные эмоции….

Дэвид казался смешным, заносчивым, старательным. Но любое прилагательное, в той или иной мере подходящее к его витиеватой сущности, являлось положительным. Вопреки твердо устоявшемуся мнению бывших коллег, ничего отторгающего за ним не замечалось. Напротив:

время – самый ценный ресурс – оно помогло господину Блейку раскрыться со всех сторон. Содержание книги не несло ничего присущего нынешнему поколению мужчин его возраста. Речь о пороках современных людей…

Может, Блейк слишком хорош для полиции, поэтому и ушел оттуда?

- Позвольте взяться за генеральную уборку. Уже давно хотелось привести ваше жилище в божеский вид. Много сил и средств не понадобится…

Пошел десятый день нахождения Дэвида в поместье Дэ Воро. Уже не грех заикнуться, у него появился какой-никакой опыт совместного проживания, который обязательно, сейчас или потом, поможет ему в обустройстве собственной жизни. Можно будет обойтись и без фэншуя…

На вопрос экс-офицера о наведении порядка старуха одобрительно кивнула.

- Значит, согласны? Хорошо… - на миг призадумавшись, парень принялся выполнять данное обещание незамедлительно, стараясь доставить госпоже максимум ранее недоступного удовольствия: попросил отдать в его распоряжение комнаты на последнем этаже, мол, для повышения самочувствия требуется мебельная нерадикальная перестановка.

- Я вижу свет… Я вижу свет… - подметая пол в каминной, убирая пыль с полок архаичных шкафов с дверками, купленных в начале двадцатого века, не раньше, Дэвид представлял, что лицезрит полюбившуюся к горю бутылку. Та манит его, словно просит “испей”, а он, заряженный волей-волей-волюшкой, всячески сопротивляется гнусному соблазну, понимая, что если позволит коварному сосуду повторно победить, эти попытки ухаживать за престарелой “горгульей”, окажутся напрасными. Если он убеждает себя, что видит свет, логично предположить, что под тьмой имеет в виду неуемную бутыль!

- Я вижу свет. Вижу, вижу, вижу…

Созидание помогало держаться ровно столько, сколько хотел Дэвид. Далеко не все алкоголики знают, что именно они решают, как повернуть жизнь. Например, некоторые типы вроде горе-уборщика Блейка, добровольно подписавшегося на уход за своенравной светской львицей, чьи ухажеры (тоже уже немолодые) все еще шатаются возле поместья, а иногда и наведываются в гости, даже не догадываются.

Алкоголизм – автор многочисленных комплексов. Порой эта зараза становится возбудителем кучи других нелегких отклонений.

Так было всегда: если человек вовремя не брался за голову, вредная привычка брала над ним верх и подчиняла капельку менее чем полностью.

- Точнее, видел до поры. Он потух, пропал в односекундье… Его больше нет… Есть только тьма…

Пороки и болезни, если не приуменьшать степень поганости сего факта, зачастую побеждают. Почему? К этой дилемме желательно подойти с долей вынужденного пессимизма, разбавленного стандартной псевдофилософией: человек тратит на борьбу лишь десять-двадцать процентов сил, и то не каждый, многие тратят гораздо меньше, основное занимают заботы, личные проблемы и другие отвлекающие факторы. А болезни, тот же рак, они существуют только для того, чтобы нас убивать, и им сражаться значительно проще. Они тратят на это всю силу без малейшего смещения!

Задача один - выйти из состояния алкогольного опьянения за отведенное количество времени.

Задача два – убрать симптом в виде покраснения лица, наладить дыхание…

Задача три – надежно спрятать бутылку.

Задача четыре – успеть убраться до наступления вечера!

Выполнив задачу на треть, убрав все помещения верхнего этажа особняка, Дэвид не вслух признался в бессилии и полез за заначкой, спрятанной в одном из низеньких комодов. К вечеру он был уже никакой, а, значит, ему не стоило попадаться на глаза хозяйке, буквально восхищенной его трудами.

- Нужно спрятать… - хроникала перманентно дергали безоблачные теории грядущего, - Необходимо…

Мысли функционировали быстрее членов ослабевшего тела. Верхние конечности плохо поддавались воздействию, а ноги не могли удержать…

- Даже не получается стоять…

Возвращаясь к не лучшему пройденному, Дэвид давал себе отсчет, то есть, знал, на что шел. Причин для возникновения глобального самопредательства, осуществленного за какие-то десять минут, имелось несколько. Но все они, эти причины, были до смеха надуманы, неубедительны… Никто бы из здравомыслящих и дружащих с логикой не поверил бы, что Дэвид опять взялся за старое только из-за приступа ностальгии по грубовато-трогательным коповским шуткам, которые ему не хотелось вспоминать. Которые он отчаянно рвался забыть…

Купергань – покинуть поместье.

Пленка с воодушевляющими кадрами, кино, которое хотелось с упоением раз за разом пересматривать, закончилась…

Через неделю.

Дэвид Блейк и его бывший коллега из Центрального департамента условились встретиться у дома первого. Но инициативу, напротив, выдвинул второй…

Это был Дрю Вэйлонд – очень мерзкая натурка, как считал Блейк с первого дня знакомства с этим бесом. Как это часто происходит, начальное впечатление оказалось самым правильным. Дэвид не изменил курс своего мнения о нем даже на несколько градусов.

Двое “неразлучных товарищей” встали под козырьком загаженного продуктовым мусором подъезда. На улице шел легкий дождик…

- Что, отставник, все хлещем из горла? – внешне отталкивающий, худощавый и часто скалящийся, Дрю словно специально пытался строить из себя пренеприятнейшего выродка, от жестикуляции которого тянет закрыть очи, - Я так и знал, что ты в своем репертуаре. Жизнь ничему тебя не научила…

- Эй, полегче! – Дэвид пытался держать себя в руках, ловко увиливая от преследующего конфликта и, надо сказать, у него это получилось на ура, - Я не пьян…

Почесав затылок, Вэйлонд продолжил детально описывать моральное состояние экс-напарника с обильной примесью стёба:

- Эту хрень ты расскажешь наркологу, которого против твоей воли вызовет твоя будущая жена, если она у тебя, конечно появится… - подобные колкие выражения Дэвида уже не обжигали. Тот привык слышать подобное еще когда работал, - В чем я, прекрасно ознакомленный с твоей неизлечимой бесхребетностью, очень не уверен!

Блейк выронил легковесное:

- Понятно…

Дрю еще не закончил:

- Нет, ну, бывают же и бесхребетные бабы. Ботанички всякие. Как раз под твой типаж…

Устав от недозированной похабщины, без которой, видимо, подчиненные шефа обойтись не могли в силу своей испорченности, Дэвид потребовал конкретики:

- Для чего позвонил?

Дрю что-то тормозил:

- Да так, в общем и в целом…

Собеседнику пришлось его ускорить:

- Что?

- Шеф желает тебя видеть. Для чего – не говорит. Вот послал милашку Дрю, чтоб он…

- Чтобы ты… что сделал? Взял меня с собой?

Почувствовав в интонации уволенного слабенько скрытое нежелание, Дрю понял:

“Мысль – дрянь” – и с некой неприязнью глянул в лицо Блейку:

- Не знаю, как он, мне безразлично любое мнение, кроме собственного, а я всегда тебя презирал. Ты понимаешь? – после оставил на его плече липкую жевательную резинку, - Хорошо, что ты недолго пробыл в органах, придурок – и оскорбил, чего, впрочем, стоило от него ожидать, - Алкаш ты позорный!

Дэвид знал, что если не врежет оскорбителю и позволит ему так легко уйти, то почувствует себя последней тряпкой и, возможно, возненавидит. Но ему не очень-то нравились подъездные драки, потасовки на лестничной площадке и прочие мальчишеские шалости - хулиганские замашки, из которых он давным-давно вырос.

Поэтому Блейк пропустил сие мимо ушей и просто убрал жвачку:

- Как скажешь. Тебе виднее…

Отдалившись от ненавистного бывшего коллеги на десять метров, Дрю громко выкрикнул:

- Давай, до следующего твоего морального унижения!

Сидящая на мокрой скамье грузная бомжиха, в прошлом обитавшая в одном из близлежащих зданий, сказала расстроившемуся из-за бестактного поведения Дэвиду. Да еще громче чем Дрю:

- А ты что стоишь? Ты вообще видел, что он себе позволяет? Вот мразь… Ты мужик или кто?

Экс-полицейский послал всех в уме:

“Да идите в жопу”

И забежал обратно в дом.

Толстушка орать не перестала:

- А ну, повернись! Слышишь? С тобой говорят!

Открыв дверь квартиры, Дэвид еще кое-что сморозил на эмоциях:

- Никого не хочу слышать…

Чуть позже, в квартире:

- Никого!

Засыпая после пьянки, Дэвид становился покорителем опасных районов родного города, местным

воином-психопатом в красном резиновом костюме… Этот “ночной путешественник”, днем ощущающий себя лохом и опущенцем, посредственным шампунем китайской фирмы, всеми силами пытался оторваться от реальности. Кто бы знал его предутреннее состояние, тот бы заявлял с уверенностью – у Блейка это получалось.

Но, как говорится - хорошего понемногу. К утру все становилось только хуже: нападал неприятный эффект от похмелья. Ситуацию спасали лишь народные методы – те, о которых люди в телевизоре привыкли умалчивать.

Сегодняшняя ночь выдалась наиболее тяжеловесной по причине большего количества выпитого, чем обычно.

“Что я с собой делаю? В кого превращаюсь?”

Блейка разбудил навязчивый гудок сотового. Дотянувшись рукой до ящика тумбы, он взял телефон и, протерев сонные глазенки, прочел отразившийся на дисплее номер.

“Кто это может быть?”

Пришлось принять вызов и поднести мобильник к уху. Хотя… так не хотелось напрягать застывший мозг!

- Але, слушаю…

Голос потревожившего не был ни грустным, ни радостным, скорее, занятым:

- Здравствуйте. Вас Дэвид Блейк зовут, не так ли?

- Да, правильно…

- Очень приятно, мистер Блейк.

- Постойте, а вы что?

- (смешок в трубке)

- Ой, точнее, кто?

- Я Джо Чанг - юрист, вынужденный провести обсуждение передачи наследства по завещанию. Вы сейчас находитесь дома?

- Да.

- И, полагаю, в вашем распоряжении полно свободного времени?

Потревоженный слегка заикнулся:

- К-какое еще наследство?

- Приедете в офис – мы все вам расскажем! Наш адрес…

Кое-что внутри Дэвида не выдержало. Больно много информации для не протрезвевшего. Он встал с кровати и закричал:

- Так! Никуда я не пойду, пока вы не скажете, что, черт возьми, произошло!

Юристу пришлось объясниться, иначе бы встречи не состоялось. Но его голос изменился в худшую сторону, стал, что ли, более невеселым:

- Совсем недавно, а если говорить c педантичностью, то в два часа ночи Алисия Дэ Воро, которая по нашим данным денежно вам помогала, умерла от сердечного приступа. Бригада…

- Что? – Дэвид оборвал его.

Прождав своей очереди около трех мучительных часов, Дэвид получил приглашение в кабинет лысого азиата господина Чанга для разговора, который, вероятно, сулил посетителю прежде невиданное счастье, горе денег и прочее-прочее.

- Вы хорошо знали бесконечно уважаемую миссис Дэ Воро, которая указала в завещании вашу духовную близость…

Блейк, как бы сильно не грезил о бабле, пошел наперекор растущему желанию: