Читаем Это всё Она (СИ) онлайн бесплатно

Четыре утра. Щелк, щелк… Вспышка — яркий всполох — огонек погас. И на сколько щелчков еще осталось этого пламени в зажигалке? Год, два — тридцать, сорок лет?

А если всё закончится прямо сейчас?

Тишина. Только за окном с высоты полета ночного мотылька плещется убегающая вдаль к промышленным трубам ТЭЦ серебристая от лунного света река.

Мир вокруг спит — мир во мне бунтует.

Внутренняя дрожь пробирается из глубин души наружу, заставляя в легком треморе сжимать в руках сигарету. Извечное спасение: вдохнул дым — выдохнул. Рассеянные клубы повисли под потолком, складываясь в призрачные туманные облака, не желающие покидать пространство кухни.

Воздух стоит.

Можно сколько угодно долго притворяться сильной, а потом разом провалиться в изгрызающую спинной мозг истерику, сжимающую в липком захвате основание шеи, оккупировавшую мозг.

Много чужих эмоций, которые я должна понять и принять. Проникнуться, посочувствовать, откликнуться, помочь.

Подставить плечо. Оно же у меня крепкое, и улыбка настоящая, и сила духа — несгибаемая.

А если нет? Если я вся сплошь состою из слабостей, если мой путь — это вечный поиск ориентира, смысла жизни, которые порой ускользает сквозь пальцы, как песок?

Если я буксую перед каждым поворотом, с ужасом ожидая: а что там? Падение или взлет?

Что если я устала? Что если мне нужно плечо? Что если мне нужна рука, которая обхватит крепко мою ладонь и вытащит меня из затягивающей несносной глупостью депрессии?

…

— Ты разобралась с финансовой отчетностью?

— Я в отпуске.

— Слушай, надо бы нам уже подумать по поводу мероприятия в честь дня рождения издания. В общем, с тебя план: где будем проводить, что делать. В прошлый раз банкет был говно, никому не понравилось.

— Хуле тогда все жрали?

— Вот именно. Не фиг жрать. Придумай что-нибудь попроще. Обойдутся тарталетками и дешевым шампанским. Больше пафоса, меньше вложений. В общем, жду сценарий праздника к понедельнику.

— Я в отпуске!

— И эта… Чего у нас там с передачей? Запускаем в сентябре? Кинь посмотреть, что у нас по рекламодателям получается.

— Я в ОТПУСКЕ!!!

— Ну ок. Короче, в понедельник жду сценарий.

…

— Ты постирала мои носки?

— Нет.

— Ну я же положил их в стирку.

— И что?

— Как что? Мне на работу не в чем идти!

— А у тебя руки откуда растут?

— Что на ужин?

— Мам, я покакала!

— Постирай носки!

— Мам, я кусять хочу!

— А что у нас на ужин? Блин, опять твой телефон звонит!

…

— Здравствуйте, мы хотели бы заказать акты сверки за первый квартал 2014 года…

— Я в отпуске.

— Мам, заплети мне хвостик!

— Зай, ты когда готовить будешь?

— Мне в бухгалтерии сказали связаться с вами…

— Я в отпуске.

— И носки не забудь постирать! Я отъеду на пару часов. Меня Вовка ждет. По пивку с ним дернем — и приеду.

— Пришлите нам, пожалуйста, на почту акт сверки…

— Я в ОТПУСКЕ!

…

— Почему у тебя три дня отключен телефон.

— Потому что.

— Слушай, заедь ко мне — не могу чековую книжку найти.

— Она в столе в верхнем ящике.

— Мне надо с тобой посоветоваться.

— Нет. Я еду на море.

— Ну вот по дороге и заскочи.

…

— Вас беспокоит Галина, я страховой агент компании «Росгосстрах». Мы могли бы с вами встретиться и обсудить программы страхования жизни?

— Нет.

— Почему?

— Не хочу.

— Но это важно. Бывают такие случаи…

— До свидания.

…

— Это компания «Чистый дом». Ваш телефон мне дала ваша подруга Юлия, которая уже опробовала на себе превосходство нашей техники для уборки дома. Хотите мы к вам приедем и почистим ковер?

— Мозги себе прочистите.

…

— Добрый день! Вы сегодня подъедете? Вас ждать?

— А повод?

— Вы записаны на массаж в шесть вечера.

— А который час?

— Шесть вечера.

— Твою ж!

…

— Запиши меня в салон красоты.

— А ты не можешь?

— Тебе сложно?

— Нет.

— И отвезешь, ладно?

— И что я там буду делать три часа?

— Погуляешь.

— М-м-м, конечно.

…

— А вы что, именно сюда хотите припарковаться?

— Да, именно сюда.

— Но здесь дети на велосипедах катаются.

— Это парковка. Пусть дети на площадке катаются.

— Припаркуйтесь в другом месте.

— Велики убери.

— Совсем оборзели! Детям негде кататься.

- Обернись! Вот площадка, вот дорожки! Катайтесь! А это парковка!

— Хамка!

— Сука.

…

— Поговори со мной.

— О чем?

— Блин, ну не знаю. Нам поговорить не о чем?

— Что еще за семнадцать лет ты мне не успел сказать?

— Мило.

— Мило.

…

— Я тут вчера смотрела передачу об анорексии.

— Мам…

— Ты ешь что-нибудь?

— Мам…

— Не сутулься.

— Мам…

— И сходи ко врачу — спина с пустого места не болит. Вдруг это спинная грыжа?

— Мам…

— А что это у тебя за родинка? Надо ее проверить. На предмет раковых клеток.

— Мам!

…

— Почему не спишь?

— Не хочу.

— Ложись.

— Не хочу.

— Что вообще происходит?

— Глобальное потепление.

— У тебя ПМС, что ли? Ты, кстати, носки мои постирала?

— Постирала.

…

- Это все временно. Бывает.

— Конечно, временно.

— Ты справишься.

— Конечно, справлюсь.

— Я рядом.

— Спасибо.

— Что у нас сегодня на ужин?

…

Щелк… Щелк… Можно я поплачу? Немного.

18.00, 31.12.05

— Ника, с наступающим!

— Женька, ты с кем?

— С родителями.

— Да ну, брось! Айда с нами! Мы сейчас можем за тобой заехать.

— А вы где гуляете?

— У Митрюхиной.

— О нет!

— О да!!!

20.00, 31.12.05

Джин с тоником с родителями Сашки.

Сашин папа:

— Девочки, смотрите, что я вам покажу — это коллекционная тарелка из Японии. Кстати, а вы читали воспоминания Бенкендорфа? Нашел у него любопытный отрывок — сейчас я вам зачитаю.

Женя (шепотом):

— Он что, филолог?

— Нет, моряк.

21.30, 31.12.05

Шампанское с моими. Папа:

— Ну скушай ананасик, а уточку с черносливом?

— ПАПА! Не лезет уже.

— Тогда вот этот легкий крабовый салат с апельсинами.

— Ладно, давай.

22.00, 31.12.05

На месте. Квартира Таньки Митрюхиной. Ром.

— А почему мы пьем ром?

— Это не просто ром. Он из Германии.

— А, ну тогда конечно!

— Настя, ты такая красивая…

— Это костюм от Hugo. Настоящий Hugo Boss. Здесь таким не разрешают торговать. Хотя всё равно торгуют.

— Саша, иди пить!!!!

— Я занят. Мы с Федей (примечание: Федя — 1 год, 1 месяц, интеллектом превосходит всю компанию) ищем зайца.

— Какого нахрен зайца?

— Того, что ты подарила. Мы его потеряли. Включили завод, и он куда-то утанцевал…

22.30, 31.12.05

— Дедушка Мороз, а че у тя усы черные и нос горбатый?

— Ай, дэвушка, зачэм обижаешь? Дед Мороз к тебе из самой Грузии пешком шел. Стриптиз станцуешь — собачку подарю.

— Ну ты, Жорик, охренел! Танька, тащи шест. Собачку хочу!

— Шеста нет, швабра подойдет?

— Феденька, не плачь, это всего лишь Снегурочка…

23.00, 31.12.05

— С новым московским годом!

— Звучит странно, вам не кажется?

— Тихо, все встали, поем гимн!

— «Союз нерушимых республик свободных…»

— Это не те слова.

— А какая разница? «Славься Отечество, наше народное…»

— Теперь те, но фальшивишь.

— Уйди отсюда, да?

23.30, 31.12.05

Коньяк.

— Шашлычки с пылу-с жару. С балкона.

— Вы шашлыки на балконе жарите? Вот прям так, по-настоящему, на мангале?

— Много разговариваешь, женщина, ешь давай.

00.00, 1.01.06

Шампанское.

— С Новым годом! С Новым годом!

— Не ори мне на ухо! Не ори мне на ухо!

— Ты загадала желание?

— Нет.

— Почему?

— Надоело.

— Никуся, когда мы в Питер поедем?

— Завтра.

— А в Индию?

— Послезавтра.

— А в Прагу?

— Послепослезавтра.

— А ты ко мне в гости придешь?

— Когда?

— Завтра.

— Нет, Таня, не приду.

— Почему?

— Я лежать буду.

После часа ночи воспоминания становятся яркими, но весьма смутными.

02.00, 01.01.06

Коньяк. Опять.

— Какие вы все хорошие! Как я вас всех люблю!

— И давно это у тебя?

— После бутылки рома, кажется.

03.30, 01.01.06

Родители: Ника, ты собираешься к нам зайти?

— Иду. Любимый, одевайся, мы идем пить к родителям. Женя, ты с нами.

— За что?

— Пошли, нечего тут рассиживаться.

Таня: Подрюга, ты куда?

— Держись, мой верный Руслан, я еще вернусь.

— Только ты обязательно возвращайся, Карлсон.

— Хорошо, малыш.

— Поцелуемся?

— Потом. Еще не кондиция.

04.00, 01.01.06

— Мама, ты просто не представляешь, какие у тебя гениальные дети!

— Ника, вы зачем с Сашей так напились? Ну кто-то же один хотя бы должен быть трезвым!

— Нет, у нас всё происходит синхронно. Где «Куантро»? Я требую «Куантро»!

Через две минуты.

— Сережа? А ты что здесь делаешь?

— Приехал к твоей сестре.

— И давно?

— Часа два назад.

— Опа! Привет.

— Мы здоровались.

Мама: Зачем же вы так напились? Может, не надо «Куантро»?

— Папа, наливай!

Звонок. Танькин стон:

— Ты где? Приходи быстрей назад!

— Сейчас, допою песню в караоке.

— Чо поешь?

— «I'm Englishman in New-York…»

— Чо??????

05.00, 01.01.06

Саша: А «Куантро» — приятный ликер.

— Ты не пил.

— Как это?

— Ты его разлил. Больше тебе не наливали. И скажи мне, ты зачем всем коктейльным обезьянкам сломал хвостики и лапки? Мама нас больше домой не пустит.

— Чья мама?

— Моя мама!

— А мы у нее были?!

— Женя, ты куда?

— Домой. Там нас такси ждет. Вы сами вызывали.

— Я вызывала такси? Да я ни одного номера не знаю. Не, мы не поедем. Женька, оставайся.

— Нет, я уезжаю.

— Ладно, скажи там таксисту, чтоб он это, того, ну это… Уезжал, в общем.

06.00, 01.01.06

Шампанское.

Танька: У меня есть там-там. Настоящий.

— Хочу там-там! На свадьбу. Подарите мне на свадьбу там-там!

— Я тебе на свадьбу здесь-здесь подарю.

— Блин, несмешно.

07.00, 01.01.06

— Не пора ли нам домой, любимая?

— Саша, выйди с кухни, мы еще с Таней не договорили.

— О чем?

— Она мне объясняет, какой мужчина мне нужен.

— Ну и как?

— Пока не поняла.

08.30, 01.01.06

— Всё, всем счастливо, завтра пойдем в ночной клуб. Сережа, ты такой хороший парень, Танюха — ты моя самая лучшая подруга, Лена — ты моя обожаемая сестра! Я вас всех так люблю. А почему вас так мало?

Саша: А меня любишь?

— Конечно, Женя!

— Какой еще Женя??!!

— Какая!

— Всё, домой. Домой спать!

«Все твои романы быстротечны.

Ты влюбляешься в понравившуюся девушку, так как в первую очередь видишь в ней образ, достойный запечатления на пленке. Но еще ни одна попавшая в твою фотогалерею застывших муз девушка не смогла удержать тебя близ себя. Они все рано или поздно что-то начинали требовать, приближая тем самым со скоростью метеора неминуемый разрыв отношений.

Стоило тебе заслышать в голосе очередной возлюбленной знакомые плачуще-просительные интонации, как ты, не задумываясь и не задерживаясь ни на секунду, уходил, игнорируя впоследствии все телефонные звонки и истеричные рыдания при случайной встрече. Скорее всего, ты никогда никого из них не любил, и все эти девушки принесены в жертву твоему эгоизму. Тебе всегда было приятно женское общество, но этим привязанность к противоположному полу исчерпывалась.

Существовали еще сиюминутные постельные романы, но они в твоем сознании относились к разряду удовлетворения физических потребностей и не более. Звучит цинично, но от правды не уйдешь.

И вдруг… Ты встречаешь девушку в компании, на улице, может, на дискотеке… Неважно. Знакомишься с ней. Она тебе нравится. У нее красивое лицо, приятный голос и стройная фигура. А еще есть несколько маленьких, но с ума сводящих деталей: возбуждающая форма губ, вздернутый нос, асфальтно-серый цвет глаз, близорукий взгляд… Что-то. Что-то, что заставляет подняться утром в странном волнении, найти в кармане джинсов потрепанную пачку сигарет с криво написанным телефонным номером и позвонить ей.

Начинается головокружительная пора первых встреч, неловких и случайных объятий, робких поцелуев. В какой-то момент телесная страсть берет верх, благоразумию — конец, и что-то вроде любви поселяется в истомленном одиночеством сердце. Она всё чаще остается у тебя на ночь, на две, на три, и вскоре ты предлагаешь ей жить вместе. Почему бы и нет? Тебе с ней хорошо, она умна, обаятельна, красива, неплохо управляется с армией кастрюль и сковородок, умеет навести парой точных движений порядок в квартире. Тебе это нравится.

В одно прекрасное утро она переступает порог твоей квартиры с кучей спортивных сумок и даже чемоданов. На полке в ванной появляется ее зубная щетка, а также множество других загадочных баночек непонятного назначения, но, вероятно, очень важных, так как они вытеснили твои бритвенные принадлежности. Трельяж перед зеркалом также заставлен всевозможными средствами, хранящими в себе секреты женской красоты. Вещи, которые находились в привычном для тебя порядке, оказываются выброшенными из круговорота твоей жизни, якобы за ненадобностью.

Твоя квартира неуловимо преображается, но понять сущность этих изменений ты не можешь. Просто всё становится по-другому, и ты не знаешь плохо это или хорошо. Теперь здесь постоянно присутствует другое существо, у которого совсем не такое представление о домашнем уюте, чем у тебя. И порой тебе хочется спрятаться от нее, побыть одному. Но это мелочи, на которые ты стараешься закрывать глаза, ведь есть то, что никакие мелкие досадности не победят. Ее теплое тело рядом, с тобой, под одним одеялом, мерное дыхание в ночи, ласкающее твое ухо, томные прикосновения, тайна, скрывающаяся в темноте, свобода, которую может подарить только ночь…

Но день проходит за днем. И вдруг она устаивает тебе скандал из-за того, что ты оставил не помытой чашку, и готова бить посуду только потому, что твоя рубашка брошена на зеркальный столик. Она цепляется к твоему внешнему виду и устраивает допрос, если опоздаешь домой на полчаса. Гармония окружающего тебя мира начинает потихоньку рассыпаться, и ты не успеваешь подбирать осколки мозаики, чтобы поставить их на место.

«Я люблю ее, люблю», — повторяешь ты самому себе, глядя, как она выбрасывает в мусорное ведро коллекцию милых тебе предметов прошлого: испорченную ручку, подаренную отцом в первом классе, пачку исписанных обрывками стихотворений листов, почерневшие от времени игральные фишки, символизирующие первую крупную победу в твоей жизни, пережитую на задворках родного дома.

Ты молчишь, когда она кричит, ты отворачиваешься, когда она бросается на тебя с кулаками. Обвиняет тебя в бессердечности и мягкотелости, выгоняет прочь друзей и ревнует к каждой знакомой девчонке, мечтает посадить тебя на поводок и запереть в клетке.

Она рвет фотографии бывших подружек и никогда не оставляет наедине со своими мыслями. Она не дает тебе работать в твоей личной фотостудии, так как фотография для нее — это не искусство и, тем более, не способ зарабатывать деньги, а «целая комната в квартире пропадает зря». Но ты терпишь, потому что есть ночь. И ночью она по-прежнему будет твоей — теплой, милой, родной, тихой, ласковой…

Время, время, время… Всё меняется. Быт. Рутина. Таинство ночи пропадает.

Она холодна, не отвечает на твои ласки, передергивается от твоих прикосновений. И ты лежишь в темноте, знаешь, что она тоже не спит, но между вами уже такая пропасть, что любой шаг навстречу — это падение в пустоту.