Читаем Среди нас выживает сильнейший. Книга 1. онлайн бесплатно

Поезд подкатил к маленькой одноэтажной станции «Чупры». Со всего состава я высадился на низкую платформу только один. Проводник подал мне чемодан и тут же за моей спиной раздался голос.

— Простите, вы не лейтенант Комаров?

Оборачиваюсь и вижу худенького солдата в засаленной пилотке.

— Я.

— Меня прислали за вами.

— Вы с машиной?

— Да.

— Очень хорошо.

В это время состав дернулся и медленно покатились вагоны. Поезд набирал скорость и вскоре понесся по широкой просеке пробитой в тайге. Мне стало тягостно на душе. Черт, куда меня занесло?

Газик пылит по грейдерной дороге, вьюном изворачивающейся в густом еловом лесу.

— Далеко еще? — спрашиваю шофера.

— Да нет, километров десять будет.

Это были не десять километров, а все двадцать. Машина подкатила к большим зеленым воротам и солдат мне посоветовал выйти на КПП.

На пропускном пункте прапор долго сопел, рассматривая мои документы.

— Так вы разве не из центра космонавтики? — спросил он.

— Нет.

— Странно.

— Чего странного?

— Так здесь все они…, космонавты тренируются.

— Откуда я знаю, прислали и все.

— Ну что же, все правильно оформлено. Сейчас идите влево вдоль забора, потом вправо, увидите кирпичный двухэтажный дом. Это гостиница, для приезжих.

Он протягивает мне в окошко документы и небрежно отдает честь.

За стойкой сидит толстая мадам. Она совсем не обратила на меня внимание, хотя дверь за мной лязгнула, как буфера вагонов. Женщина настойчиво изучала тоненькую книжечку.

— Простите…, - начал я.

— Вам чего?

Никого движения с ее стороны, по-прежнему взгляд на странице.

— Я командировочный.

— Тогда подождите.

— И долго мне ждать?

— Сколько надо, столько и ждите.

— А сколько надо?

Лицо бабы оторвалось от книги и бешенный взгляд обрушился на меня.

— Вы кто такой? — изменился голос до металла.

— Прибыл на место службы, вот мое предписание.

Эту дрянь совсем не интересует моя бумажка.

— Прибыли…, так и ведите себя как положено.

— Разве я, что то нарушаю?

На этот раз, она просто выдирает из рук мое предписание и покопавшись под стойкой выкидывает мне бланк анкеты.

— Приезжают здесь всякие… Заполняйте.

Заполняю графы дурацкого вопросника, а женщина тем временем чиркает что то в моем направлении.

— Все. Готово. — передаю ей анкету.

— Ваше предписание я сама отдам в штаб. Уже пошел какой-то идиотизм, — ворчит противная баба, — по моему, в управлении рехнулись, всякую вшивую пехоту стали отправлять к нам.

— Я часто моюсь.

— Ну и что?

— Поэтому у меня нет вшей.

— От этого ничего не меняется, есть ли вши на голове или нет, это совсем не важно. Важно, что нам стали присылать дурные головы, набитые черт знает чем, может теми же паразитами…

— Вам действительно не повезло.

— Вон от сюда. Вот ключи. Номер тринадцать.

Эта психопатка выбросила мне ключ с биркой и демонстративно уткнулась в книгу. Ну и стерва.

Это крохотная однокомнатная квартира без кухни. Здесь малюсенькая ванна, туалет, два стенных шкафа и комнатка с кроватью и большим столом. Зато везде на стенах: в коридоре, в комнате, в ванной — висит распорядок дня, где подчеркнуты, красным карандашом, выделялись слова: «… Опоздавшие на обед, завтрак и ужин, пищей не обеспечиваются…»

Я распихиваю содержимое чемодана по шкафам, тумбочкам и тут слышу стук в двери. На пороге стоит светловолосый, молодой атлет в майке.

— Новенький? — спрашивает он.

— Новенький.

— Давай знакомиться. Я Гриша, старший в четырнадцатом отряде космонавтов.

— А я Николай и, как заметила полная женщина, сидящая внизу под вывеской «Администратор», сюда прибыла вшивая пехота.

— Вот здорово. Так значит ты войсковой?

— Войсковой.

— Вот это новость. Здесь в основном тренируются ребята и девчата из космического центра. Надо же как все меняется.

— Ничего странного, такие тренировки теперь наверно будут нужны и пехоте. Ты лучше заходи в номер, Гриша, чего болтаешься на пороге.

Парень заходит и садится на кровать.

— Небось уже сцепился с Агнией Кирилловной?

— А кто это такая?

— Как ты только что сказал, о полной женщине, сидящей под вывеской «Администратор».

— Ах, с этой то. Да она дура набитая.

— Тс… Может она и дура набитая, но здесь верховодит всем. Агния жена командира части, поэтому все непонравившиеся ей кандидаты, получают очень нелестную аттестацию, если выживут, конечно.

— Гриша, поподробней. пожалуйста. Что значит «выживут»?

— Коля, ты же не с луны свалился. Здесь же обучают выживаемости в экстремальных ситуациях. Для космонавта это важный вопрос. Спустился наш аппарат в тайгу, или пустыню, или в тундру, а то и на воду, надо выбираться… Когда там тебя найдут, через день, месяц, год, неизвестно. Вот и учат здесь всяким таким премудростям, как добраться живым и невредимым, без пищи, без воды до жилых мест. Гос экзамен прост, сажают в самолет и зашвыривают в неизвестную точку земли, где ближайшие деревни или поселки за сотни километров.

— Это мне говорили.

— А говорили тебе, что не все доходят до жилья?

— Нет, я думал, что дают радио маяки.

— Ничего не дают. Самые поганые маршруты, вот эта то Агния и предлагает своему мужу для непонравившихся курсантов.

— Неужели здесь можно погибнуть?

— Можно и даже погибают.

Я задумался, такого в штабе округа мне никто не говорил.

— Да ты не дрейфь, — продолжает Гриша, — лучше скажи, у тебя горючка есть?

— Чего?

— Ну, ты спиртного, чего-нибудь привез?

— А это… да. Две бутылки водки. Мне ребята посоветовали взять с собой…

— Золотые у тебя ребята. А ты не против если в часиков десять вечера, мы соберемся у тебя.

— Конечно, не против, заходите.

— Отлично, я пойду поговорю со своими, предупрежу их.

— Гриша, а что это за дурацкий порядок дня, что развешан здесь на стенах?

— Наша Агния, по совместительству, командует офицерской столовой и держит нас в строгости. Кто опоздал, в столовую не допускается. Объясняется это тем, что электропечи жрут много энергии и лишний раз разогреваться пища не будет. Кругом должна быть экономия. Так что приходи через час ужинать вовремя.

— Уговорил.

Гриша вскакивает с койки и убирается из номера.

Столовая на десять столиков, но они заполнены не полностью. За шестью столами сидят двадцать парней и четыре девушки, они чинно едят гречневую кашу с подливкой. У дверей в кухню, монументом стоит Агния и зорко следить за окружающими. Я сижу рядом с Гришей и двумя парнями, Виктором и Михаилом. Судя по их скромному виду, это пай мальчики, которые молча глотают жидкое месиво переваренной гречихи. У каждой тарелки стакан с подозрительным компотом, похожим на грязно-коричневую труху в жидкости. Я не могу терпеть это подлое молчание.

— Уважаемая, Агния Кирилловна, нельзя ли мне…

Толстая женщина отрывается от косяка и теперь возвышается надо мной.

— Что?

— Нельзя ли чаю?

— Пейте компот.

— Вот чего я не хочу, так это компота.

— Тогда не пейте ничего.

— Ну зачем же так строго. У вас же наверняка остался кипяток, заварить… пара пустяков.

— У нас нет кипятка.

— Тогда давайте я схожу на кухню и наверняка там чего-нибудь соображу.

— Вы никуда не пойдете…

— У вас наверно там большая антисанитария и вы боитесь ее показывать?

В столовой пронесся смешок. Толстая женщина побагровела, сжала губы, но сдержалась.

— Раз вы так настаиваете, я сейчас принесу вам чай.

Мощная рука пронеслась мимо моего носа, пальцы цепко ухватили стакан с компотом и Агния Кирилловна потопала с ним на кухню.

— Ты ее окончательно довел, — хмыкнул Гриша.

— Зря лезешь на рожон, — замечает Миша. — она тебе потом все припомнит.

— Но нельзя быть все время приниженным этим чудовищем…

— Здесь другие условия.

— При всех условиях были нормальные люди…

В столовой появляется Агния. В руках у нее стакан с коричневой жидкостью. Она небрежно хлопает им об стол, да так, что часть чая выплескивается на клеенку. Потом возвращается к косяку и опять застывает монументом, но ее глаза внимательно изучают курсантов. Чай похож на воду из туалета. Я покрутил стакан перед носом и поставил его обратно.

— Можно жалобную книгу.

Пискнули от хохота девушки, чуть не подавился компотом Миша, остальные, кто хмыкнул, кто с интересом поднял головы.

— Вы ее потом, завтра утром получите и, заодно, заполните, — зловеще чеканит фразу Агния Кирилловна.

Ужин закончился.

К десяти часам вечера в мой номер набилась вся команда курсантов — космонавтов. Они сидят плотно, забив кровать, два стула и стол. Ребята и девчата пришли не пустые, а со стаканами, закуской. Гриша разливает водку и поднимает тост.

— Ребята, выпьем за хорошего, нормального мужика Николая, отчаянного сорви голову из матушки пехоты.

Все выпивают и тут же первые девушки не выдерживают и задают все тот же, мучающий здесь всех вопрос.

— Николай, почему вас, пехотинца, отправили сюда, в этот элитный центр подготовки космонавтов.

Я на мгновение растерялся, говорить или нет. Может все же это военная тайна, но меня никто не предупреждало таких вещах и… решил раскрыться.

— Понимаете в чем дело. Война в Чечне поставила совсем другие условия для военных. В этих горных и лесных просторах нужна активная разведывательно — информационная и диверсионная деятельность. Нужны подготовленные люди, способные неделями, может быть месяцами выживать в такой местности и не только выживать, а следить, анализировать, а иногда и дерзко нападать на бандитов. Вот и появилась мысль у нашего начальства направлять офицеров на переподготовку в специальные части, уже занимающиеся этим. Так я оказался здесь.

— А ты сам в Чечне воевал?

— Как вам сказать…, стрелял…

— А давно училище кончил? — спросил Виктор

— В позапрошлом году.

— И сразу же в Чечню?

— Не сразу, сначала попал в Таманскую дивизию, а потом отправили на Кавказ.

— Ты случайно не выкинул там, в этой дивизии, что-нибудь, — заметила одна девушка, кажется ее звать Валя, — из-за чего тебя послали на Юг.

— Не выкинул. Просто женатых офицеров не посылали, а из неженатых оказался один я.

— Вот что значит быть холостяком. Ну что, ребята, видите, как в армии сурово, а вы просто зажрались все, — подколола девушка.

Ребята и девчата засмеялись.

— Давайте, выпьем по второй, — предложил Гриша. — Здесь всего то на последнюю и осталось.

Он с сожалением посмотрел на бутылки.

— Давайте выпьем, — предложила Валя, — за любовь, за нас, женщин…

— За дам…с обязательно.

Только мы закусили, как в дверь кто то постучал.

— Никак прапор ползет, — шипит Гриша, — Мишка, убери бутылки, всем, быстро спрятать стаканы.

Мы послушно выполняем его просьбу. Виктор приоткрывает двери. Действительно, стоит прапор и сразу же тревожно что то шепчет на ухо Виктору. Тот кивает головой.

— Хорошо. Можете идти.

Прапор уходит и тогда Виктор обращается к нам.

— Ребята, сматываемся по своим номерам. Папаша вышел из своего домика и движется сюда. Гриша, возьми с собой бутылки. Коля, ты открой окно, проветри комнату и сразу же в постель. Все по местам.

Курсанты поспешно покинули номер.

Через десять минут слышу скрип половиц в коридоре. Кто то подошел к моей двери, постоял немного и поплелся дальше. В гостинице стоит жуткая тишина.

Рано утром, точно по расписанию, я оказался со всеми курсантами в столовой. Вместо Агнии Кирилловны, нас обслуживает пожилая, замученная на вид, женщина. Она не стоит у косяка, но все равно зорко приглядывает за всеми из кухни, приоткрыв для этого дверь. На столе перловка с мясом и… чай, правда слабенький на вкус, но настоящий. После завтрака прибежал дневальный и потребовал меня к командиру части.

— Коля, не дрейф, — кричит мне Валя.

— Коля, ты только там не очень…, - просит Миша.

— Ни пуха, ни пера, — предлагает Гриша и сам за меня отвечает. — Пошел-ка я к черту.

Все желают мне удачи.

В кабинете командира сидит усатый полковник, похожий на Буденного, за его спиной стоит Агния Кирилловна. Я четко отрапортовал, что прибыл по его приказанию и… услышал в ответ.

— Чего вы там вытворяете?

— Не понял, товарищ полковник.

— Он видите не понял, издевался над моей женой весь день и не понял.

— Я четко находился в рамка устава и не допустил ничего лишнего. Гражданским лицам я не подчиняюсь.

— А теперь будешь. Это мой приказ. Сначала ты извинишься перед моей женой, а после этого, если хоть еще раз что-нибудь вытворишь… сгною как собаку, — вдруг рявкнул он последнюю фразу.

— Слушаюсь. Агния Кирилловна, извините меня за все неприятности, что вам принес.

— То-то же. Можете идти, лейтенант.

Сегодня нахожусь на первом занятии, это отвратительная тема — змеи. Плешивый, пожилой подполковник, в окружении банок с заспиртованными змеями, клеток и стеклянных аквариумов с живыми тварями, рассказывает нам об их классификации, опасности для человека, методу лечения от укусов и способе приготовления в пищу.

— Самыми опасными змеями являются, гюрзы, эфы, щитомордники, мамбу и часть указанных здесь в таблице, — подполковник тычет указкой на стену, где висит плакат, — все они обладают нервно паралитическим ядом.

— Но здесь в списке нет гадюки, — с изумлением говорит Гриша.

— В принципе, это верно, но вы должны знать, яд гадюки смертельно может действовать на детей и стариков, иммунные системы которых ослаблены. Взрослые, здоровые люди практически все выживают без сыворотки. Кстати, я вам покажу сейчас гадюку. Вы должны всех змей различать по общему виду.

Меня толкает в спину Валя, сидящая сзади.

— Поговорил с командиром части? — шепотом спрашивает она.

— Поговорил.

— Ну и что?

— Он мне приказал извинится перед его женой.

— И ты извинился?

— Приказы не обсуждаются, их выполняют.

— Вот вы молодые люди, — указка подполковника уперлась в меня. — Вам, наверно, неинтересна эта лекция, раз вы так на ней спокойно разговариваете. Надеюсь, вы все знаете, подойдите сюда.

— Я?

— Да, вы, товарищ лейтенант.

Пробираюсь среди стульев с курсантами к лектору. Кто то дружески шлепнул меня по спине. Я стою перед подполковником.

— Вот перед вами гадюка, — его указка тычет в аквариум, где на дне застыла в кольце черная тварь. — Смогли бы вы ее поймать?

— Нет.

— Это неправильный ответ. Змеи самое лакомное кушанье для экстрималов, попавших в безвыходное положение. Ловить ее надо палкой, сапогом или… руками.

Офицер запускает руку в аквариум и ловко перехватывает змею у самой головы. Хвост гадюки заметался, забился о стекло и все же она сумела зацепится за рукав гимнастерки.

— Чего, вы стоите? — продолжает лекцию подполковник. — Помогайте мне. Перехватите змею здесь у головы, оторвите от моего рукава и подержите, пока я не достану тесак. Сейчас вы увидите, как готовить змею в пищу.

Я с отвращением перехватываю гадюку за шею, отрываю хвост от рукава преподавателя и стою, как идиот перед столом. Подполковник тем временем копается в столе.

— Черт, куда я его дел? Ага, вот он.

На свет появляется кинжал спецназовца.

— Давайте я перехвачу вашу змею, а вы идите на место и если еще будете мне мешать, то уже в этот раз будете сами вылавливать другую змею, я думаю, гюрзу и потрошить перед всей группой.

Подполковник спокойно отрывает от меня гадюку. Я опозоренный возвращаюсь на место. Тем временем преподаватель кинжалом ловко отрубает гадюке голову. Дожидается пока змея прекратит дергаться в конвульсиях и требует от нас.