Читаем Энди онлайн бесплатно

Все, чего я хотела в течение вот уже нескольких лет - это побыть одной.

В наше время это практически неосуществимо, ты всегда в толпе, всегда под присмотром. Родители не считали меня взрослой ни в три года, ни в десять лет, ни сейчас, в шестнадцать. Да черт возьми, я уже самостоятельная! Я опять сбежала от Энди. Круто проявляется моя самостоятельность, что тут говорить.

Но я знала, что Энди придет, и недолго мне осталось сидеть в этом уютном ночном кафе и потягивать сок через соломинку. Народу было не так уж и много: четверо маленьких роботов-официантов и трое клиентов за угловыми столиками. Я вздохнула. Одиночества как такового не было, но тишина и покой ощущались в этом маленьком помещении. Я наслаждалась. Остались считанные минуты до....

Энди появился тихо и спокойно. Никаких криков, никакой ругани, грозной жестикуляции и обещаний выпороть меня или еще чего похуже. Я свободнее уселась в своем кресле и продолжила пить сок, как ни в чем не бывало. К Энди подкатил малютка робот, еле-еле дотягивающий своей круглой головой ему до талии, и поинтересовался, чем может быть полезен.

Вошедший мужчина повернул голову в мою сторону и ответил:

– Извините за беспокойство, я пришел за ребенком. Могу я оплатить ее счет? Нам уже нужно уходить.

Я грохнула пластмассовым стаканом о стол и вскрикнула:

– Я сама в состоянии оплатить свой счет! Это всего лишь сок. И я, черт возьми, не ребенок!

Но Энди, будто не слыша меня, достал гибкую блестящую карточку из кармана плаща и протянул ее маленькому роботу. Тот аккуратно взял ее своими тремя суставчатыми металлическими пальцами и откатил в сторону барной стойки, где располагалась касса. Никто даже не обратил внимания на мой гневный крик. Троица клиентов все так же спокойно уничтожала содержимое своих тарелок. Как же я ненавидела этого чертового Энди.

Он подошел ко мне, дожидаясь возвращения карточки и того, что я встану и отправлюсь с ним домой.

– Почему ты…

– Я не могу оставить тебя в покое, и ты это знаешь, Диззи.

– Можешь! Мне нужно только сильно захотеть этого.

– Так получается, ты не хочешь.

Мои щеки вспыхнули. Что это на меня нашло? Я вообще не должна с ним разговаривать. Так уж и быть, я пойду домой. Все равно настроение испорчено, и сегодня ничего уже не поднимет его.

Я поднялась с места и прошла мимо Энди, решив окончательно ввести его в ранг «игнорируемых». На улице шел снег.

Стоял конец октября, было холодно, пасмурно, темно. И многолюдно.

Я обернулась взглянуть на вывеску кафе, в котором только что так легко распрощалась со своим настроением. Это заведение было общим, т.е. и для роботов, и для людей, туда можно было даже с собаками заходить. Но собаки…. Теперь это редкость. Куда больше стало ходячих железок, и жизнь стала сравнительно легче. И ленивее.

Мои размышления о бренности жизни прервал голос вездесущего Энди:

– Твои родители волнуются. Нам лучше быстрее отправиться домой.

В ответ я только фыркнула и пошла вперед. Родители волнуются? С чего бы это? С Энди мне ничего не грозит. «Но ты ведь убежала, глупая девчонка».

Моему внутреннему голосу давно пора уткнуться «в тряпочку» и дать мне спокойно жить в свое удовольствие.

Я шла впереди, Энди хрустел снегом позади меня. Как же меня раздражает эта его холодность, уверенность, спокойность!

Ладно, признаю, что одной идти мне было бы страшновато! Но раз уж я решила доказать родителям, что достаточно самостоятельная, то пришлось бы действовать до конца. Да. Идти одной по черной улице, по холоду, и при этом довольно долго. Но признавать, что Энди появился вовремя, я не собиралась. Ни к чему мне эти слабости.

Высотки сменялись высотками, земля дорожала, высотки становились еще выше. Что ни здание, то чудо инженерной мысли, не ясно, на чем держится эта громадина и как там вообще не страшно жить. «Высота - это не мое», - подумала я, разглядывая стеклянные небоскребы.

Вскоре здания начали редеть, позади все так же размеренно топал Энди. Фонарей стало больше, и появились первые коттеджи. Домики были одинаковы, все как на подбор двухэтажные, из красного кирпича, с большими окнами, с балконами, верандами…

Я ненавидела этих ярких близнецов. Только зимой, когда каждый житель украшал дом так, как хотел - гирляндами, мишурой и прочей зимней ерундой - только тогда похожесть не бросалась в глаза.

Чертовы архитекторы и инженеры нашли какой-то определенный порядок помещений, и теперь крохотные однотипные коттеджи разбросаны по всему миру. Мол, эргономичность - это главное. В ней сочетается все, что нужно. Слава богу, что внутри дома можно было обустраивать так, как душе угодно.

А вот и мой дом. Где меня ждут, конечно же, не горячий кофе и пирожки, а парочка оплеух и истерика матери.

Я поднялась по дорожке к дому, открыла дверь и наконец-то оказалась в тепле.

Энди вошел следом за мной, хотел помочь мне снять верхнюю одежду, но я грубо оттолкнула его руки и быстро принялась раздеваться сама.

Мать не медлила и уже стояла около лестницы, ведущей на второй этаж. Энди заговорил первым:

– Не нужно вам так нервничать, все в порядке. Я привел Диззи, как вы и просили.

Мама только посмотрела на него и обратилась уже ко мне:

– Умывайся. И в гостиную. Тебя ждет серьезный разговор.

В ванной комнате на втором этаже я привела себя в надлежавший вид. Вот влипла! Теперь идея сбежать от Энди не казалась мне такой уж потрясающей.

Энди…

Он появился у нас дома, когда мне было три года. И с тех пор я уже никогда не могла побыть одна.

Энди - андроид. Человекоподобный киборг.

Достаточно обеспеченные жители Земли могли позволить себе одного-двух по-настоящему умных роботов, со сложным позитронным мозгом. Мелкие роботы для домашней работы были теперь как воздух. И стоили они как воздух.

Я не знаю, зачем мамик и папик решили сделать мне такое одолжение - купить личного андроида. Ха-ха, они что, уже тогда поняли, что их дочь будет замкнутым, никому, кроме них, не нужным аутсайдером?

Энди видел, как я расту. Как совершаю ошибки.

Но если в детстве он был для меня большой куклой, то сейчас он стал надоедливой мухой. Конечно, я могла приказать ему выйти из комнаты, чтобы заниматься своими делами без лишних глаз и ушей. Но ведь это не та свобода, которая была у других детей. Я хотела встречаться с мальчиками, целоваться, держаться с ними за руки. А эта статуя из биоматерии всегда рядом. Молчит, наблюдает за тем, чтобы я не споткнулась, чтобы ко мне не приставали извращенцы и маньяки….

Блин, да ерунда все это! Глупые мамины страхи. Ни разу за тринадцать лет Энди не понадобился в трудной ситуации. Я не горела в пожаре, меня не насиловали, не грабили, не убивали, я не тонула в пруду…

Но Энди все еще рядом.

Он высокий, стройный, всегда смотрит прямо и даже гордо (если данное качество можно отнести к роботу, у которого нет эмоций). Волосы его черны, как смола, и это настоящие волосы, не какая-нибудь дурнопахнущая подделка. У Энди добрые и мягкие черты лица: небольшой лоб, прямой нос, тонкие губы, гладко выпирающие скулы. Радужная оболочка глаз древесного цвета - карий с зеленым. Ух. Эти ребята инженеры, они знают свое дело. Энди был красивым, но я никогда не смотрела на него, как на парня. Глупо же. Он андроид, он моя кукла. И у него нет чувств.

– О чем задумалась, Диззи?

Я вздрогнула и резко обернулась. В дверном проеме стоял Энди.

– В тебя не запрограммировали, что стучаться надо, прежде чем войти? - яростно прошлась я зубной щеткой по зубам.

– Прошу прощения. Дверь была открыта. Миссис Лэрд попросила поторопиться.

Я пробурчала себе под нос проклятья.

– Выйди. Мне нужно переодеться.

Энди послушно вышел из ванной комнаты, закрыв за собой дверь. «Ой, да ладно. Детка, он видел тебя голой сто раз».

Это что еще за новости? Не хватало, чтобы мой внутренний вредный голос указывал мне на такие вещи!

Я быстро переоделась в теплую пижаму и вышла из ванной. Энди в комнате не было. Я спустилась в гостиную и спокойно села на диван, ожидая скандала. Мама села напротив, а отец рядом со мной. Ну, началось. Сейчас будут нравоучения, «мы беспокоимся», бла бла бла. Я все это слышала сто раз, и хотелось выяснить отношения быстро.

– Мам, пап. Извините, что я сбежала. Я хотела побыть одной. И вы это прекрасно знаете. Может, не будем разводить сейчас скандал?

Мама закусила нижнюю губу, явно намереваясь заплакать. Только не это.

– Когда же ты поймешь, что мы очень волнуемся! Ты сейчас в таком возрасте…. Нельзя оставаться одной, а у тебя так мало друзей! Без Энди тебе нельзя выходить из дома. Мы же не говорим, что ты должна сутками быть под его присмотром! Но, будь добра, в школу, из школы и на прогулки Энди идет с тобой.

Я не собиралась вновь прокручивать свою пластинку о том, что я подросток, и мне хочется жить так, как мне нравится, и не иметь рядом с собой огромного мужика с темным взглядом, от которого люди разбегаются. И я понимала, что спорить смысла нет. Родители не поймут. Если я прикажу Энди проваливать к чертовой бабушке, вряд ли он уйдет далеко. Этот умный андроид знает (благодаря моей маменьке), что я могу подвергнуться опасности, и Первый закон не даст Энди бросить меня.

И я просто согласилась.

– Хорошо. Я буду держать Энди рядом.

Отец уже приготовился вставить свое веское слово, но замолчал, как услышал то, что я сказала.

– Ты сейчас серьезно?

– А что мне остается? Я никто в этой семье, с моим мнением не принято считаться.

Мне очень захотелось плакать. Отличное окончание вечера. Но, по крайней мере, я избежала скандала, хоть и ценой собственных слез.

Не глядя на родителей, я быстро поднялась с дивана и побежала в свою комнату. Прореветься, окончательно проклясть свою жизнь и уснуть. И конечно, Энди будет рядом.

Школу я не могла проспать, даже если бы захотела.

Подушка была сырой от моих слез, кои я пролила прошлой ночью в большом количестве. Мне было жутко лень выбираться из-под одеяла, после того, как я увидела на окне причудливый узор мороза.

– О-о-ох, ну как же надоела эта школа.

Как ни крути, я была подростком, которому, естественно, чужда тяга к знаниям, а школа казалась сущим адом.

Мои ноги коснулись ледяного пола, и желание забить сегодня на все и целый день проваляться в постели, наполнило все мое существо. Но, черт, где мои тапочки?

За завтраком мать поцеловала меня в щеку, спросила, как мне спалось и все в таком духе. О, эта прекрасная привычка родителей - понарошку забывать о том, что вчера ребенок был на грани истерики, а ведь вообще проблема еще не решена, а только отложена в долгий ящик. Я тихо уплетала яичницу, обдумывая сегодняшние планы на день, после школы. Не густо. Может, немного прогуляюсь с подругами.

Две мои самые близкие подруги – Мэган и Лиза. Во всех традициях отношений, они две полные противоположности. Мэган рыжая заводила, актив в нашей дружбе, всегда в курсе всех последних событий в школе, любительница вечеринок и прогулок по магазинам. Она очень веселая, добрая и милая. Но у медали две стороны: Мэган иногда бывала раздражающей, шумной и резкой. Ссориться же с ней…. Да лучше сразу притвориться мертвым телом на полу. Она не очень любила грустных людей, считая, что жизнь дана не для того, чтобы прожигать ее горячими слезами. Поэтому, когда мне становилось одиноко, я обычно искала общества Лизы. Она тихая, меланхоличная, себе на уме. Ее не интересовали шопинги, журналы мод, тусовки и «о, вы видели того симпатичного парня?» Лиза жила в своем мире. Но нас с Мэган она любила, по-настоящему любила и уважала. Как и мы ее. Правда, иногда с Лизой было до смерти скучно.