Читаем Эксперимент номер пять (СИ) онлайн бесплатно
Annotation
Мананникова Ирина
Мананникова Ирина
Эксперимент номер пять
Нет, я не смогу этого сделать даже под страхом расстрела! Несколько раз глубоко вздыхаю, собираюсь с духом, открываю рот и ... снова его закрываю. Не могу заставить себя произнести ни слова, хоть тресни. Женщина выжидательно смотрит, не пытаясь мне помочь, но и не проявляя пока явного недовольства. Очередь сзади нетерпеливо переминается. Кто-то сопит, кто-то покашливает. Беспомощно смотрю на Антона, стоящего поодаль с непроницаемым выражением лица. Опять открываю рот и неожиданно для себя самой спрашиваю:
- Скажите, у вас есть настойка валерианы?
Замечаю на лице аптекарши, по всей видимости, интуитивно почувствовавшей необычность ситуации, тень легкого разочарования. Получаю упакованный в картонную коробочку пузырек, расплачиваюсь и быстро выхожу из аптеки.
Через несколько секунд меня догоняет Антон и сочувственно произносит:
- Да ладно, Алис, не расстраивайся. Еще раз попробуешь.
- Сам бы попробовал! - огрызаюсь я. - Думаешь, это так просто?
- Понятно, что не просто, - примирительно говорит Антон, и мы молча идем вдоль проспекта до своего микрорайона, после чего расходимся по домам.
Дома я привычно разогреваю в микроволновке оставленную мамой в холодильнике еду, без особого аппетита обедаю и сажусь за уроки. Задают нам немало, все-таки выпускной класс, поэтому я предпочитаю не откладывать дело в долгий ящик, тем более, что ничего особо сложного или неприятного в "домашке" нет. К моменту прихода родителей с работы я уже успеваю закончить ее и залечь с книжкой на кровати.
Первой, как обычно, домой возвращается мама, через полчасика подтягивается отец, и мы все вместе садимся ужинать. Завтракаем и ужинаем вместе мы всегда, для меня это такой же привычный порядок вещей, как, например, чистка зубов утром и перед сном. Поэтому я была жутко удивлена, когда обнаружила, что в семьях многих одноклассников все едят по отдельности и в разное время, не дожидаясь друг друга. И считают это вполне естественным и единственно возможным - дескать, зачем мне кого-то ждать и мучиться, если я голоден. В принципе все верно, даже и не найдешь, что возразить особо. Но как-то неправильно что ли. Неужели им самим не нравится общаться друг с другом, рассказывать, что у кого случилось, что было интересного, как прошел день? Я, например, не представляю свою семью - ни нынешнюю, ни будущую, то есть нынешнюю в расширенном варианте - без этих совместных кухонных посиделок.
Но сегодня за ужином, после своего аптечного фиаско, я предпочитаю отмалчиваться, отвечая на расспросы любящих предков неопределенными фразочками типа "да так, ничего особенного" или переводя стрелки встречными вопросами о том, как дела у них самих. Они, естественно, прекрасно понимают, что "не все в порядке в Датском королевстве", но сильно не пристают и на мозги не капают.
В принципе с родителями мне повезло, и я их люблю, хотя определенные закидоны у них, конечно, присутствуют. Взять, например, папу. Он у нас любитель фэнтези. Казалось бы, взрослый мужчина, отец семейства, и на тебе - фэнтези! Причем это свое фэнтези он читает чуть ли не в любое время, свободное от работы. Даже по улице может идти, уткнувшись глазами в телефон, где у него скачана куча книжек. Мама, надо сказать, тоже любитель чтения, регулярно ходит в библиотеку, книги таскает даже в ванную, когда купается. Но она как раз читает все, кроме фэнтези. Говорит, что раньше тоже им увлекалась, но потом переросла. Интересно, перерастет ли когда-нибудь папа? Наверное, вряд ли. Как говорится, горбатого могила исправит. С другой стороны, а что в этом плохого, собственно? Да ничего. Разве что поговорить с ним особо не поговоришь, вечно либо работает, либо читает, и оторвать его от книжки не так-то просто. С мамой в этом плане легче, она хоть и не очень-то компанейский человек, но со мной и папой общается охотно, всегда готова и выслушать, и поддержать, если надо.
Кстати говоря, имя Алиса, которое я просто обожаю, мне дала именно мама, за что я ей очень благодарна. Отец предлагал Наташу или Элеонору; это же надо было такое придумать вообще! "Наташа" в принципе звучит красиво, даже мило, но вот его полный вариант, Наталья, мне не нравится абсолютно. К тому же оно старое. "Война и мир", Наташа Ростова - это все, конечно, хорошо, но мы-то живем в 21 веке! Теперь оно ассоциируется, скорее, с нашими туристами в Турции. Сама я там пока что не была, но наслышана. А "Элеонора" - вообще кошмар кошмаров! Женщина по имени Элеонора может быть исключительно эгоцентричной, хитрой и стервозной; "ужасной особой", как любит говорить моя бабушка.
А вот домашние дела мама не любит. Делает по необходимости, но не любит. Готовят они с папой по очереди, причем у папы обычно вкуснее получается. Он вообще у нас более хозяйственный. Я лично тоже всю эту домашнюю бытовуху терпеть не могу, но что-то делать приходится, куда деваться... Однако при всей своей жуткой нелюбви к хозяйственным делам мама почему-то придает огромное значение порядку и рьяно следит за его соблюдением. Заметьте, именно порядку, а не чистоте. Пол может быть давно не мыт, окна и раковины тоже, но стоять и лежать все предметы должны точно на своих местах. И не дай бог, если кто-то зачем-то поднял, скажем, вазочку с искусственными цветами, а потом поставил ее на несколько сантиметров правее или левее того места, где она стояла ранее. Если настроение у мамы в тот момент, когда она увидит это безобразие, будет нормальным, она просто молча переставит вазочку на ее законное местоположение; если же плохим - берегись все живое!
Короче, тараканы и у папы, и мамы есть, и это я еще наверняка не все описала, а только те, которые сразу в голову пришли. С другой стороны, а кто из нас без тараканов? Я и сама не сахар, если хорошо подумать. Иногда меня даже посещают мысли о том, что все люди как люди, а я одна не пойми что. А иногда думаю - да нет, девочка как девочка, со своими достоинствами и недостатками. Как все...
Углубившись в размышления о своей семье и себе самой, я даже не замечаю, как пролетел ужин. Остаток вечера проходит скучно и буднично: некоторое время смотрю телек, немного сижу за компом, потом умываюсь и ложусь спать. Лежа в постели, думаю о том, удастся ли мне завтра выполнить задуманное или я опять не справлюсь с заданием, и вся моя затея накроется медным тазом...
***
Утром следующего дня привычно поднимаюсь по звонку будильника. Вспоминаю о намеченном на сегодня, и настроение немедленно портится. Может, мне отказаться от всей этой нелепой затеи? По дороге в школу встречаю Антона, рассеянно улыбаюсь ему. Разговаривать совершенно не хочется. Зайдя в класс, замечаю необычное оживление среди мальчишек. Оказывается, Димка притащил из дома свою белую крысу Машку и собирается пугать ею учителей. Детский сад, штаны на лямках, а не 11-ый класс, ей богу! Но в глубине души мне тоже интересно, как наши преподши будут реагировать на грызуна. Возможно, день пройдет веселее, чем я предполагала.
На первом же уроке выясняется, что мои ожидания оправдались. Математичка завизжала в голос, когда, расхаживая по классу, неожиданно увидела перед собой довольно-таки крупную крысу, после чего долго орала и выставила Димку за дверь. Естественно, вместе с Машкой. Историк долго и нудно читал нам нотации о важности получение среднего образования, необходимости уважать учителей и неуместности подобного "вопиюще неуважительного и беспрецедентно дерзкого поведения в пределах образовательного учреждения". Англичанка мужественно удержалась от воплей, криков и нотаций, но немедленно вызвала Димку к доске и заставила его долго и подробно рассказывать всему классу о домашних животных вообще и его личном питомце в частности. На английском языке, разумеется. Было очень забавно наблюдать, как Димка, который и русский-то не особо хорошо знает, а уж иностранный и подавно, пытался как-то выкручиваться, называя Машку "большой мышью, которую не любят все женщины". А физичка, которая, по виду, вроде не должна была отличаться особой храбростью, увидев бегающую по парте крысу, спокойно взяла ее в руки, погладила и отнесла в лаборантскую, после чего как ни в чем не бывало продолжила урок. В общем мне, да и всем нашим, наверное, было над чем подумать.
Не знаю, почему, но я всегда любила наблюдать за поведением людей в разных нестандартных ситуациях, пыталась понять их мотивы, предугадать, как они поступят и что скажут. Я и фильмы, и книги предпочитаю такие, психологические что ли, независимо от их жанра. Вот, например, детективы. В одних просто описываются действия героев: побежал, схватил, погнался, выстрелил, пиф-паф, ой-ой-ой, гора костей и лужа крови. Я такие не читаю вообще. Мне нравятся те, в которых мысли и чувства персонажей описываются, причины, по которым они поступают так, а не иначе. А с некоторых пор я еще и литературу по психологии читать начала. И, будучи натурой увлекающейся, не помаленьку, от случая к случаю, а запоем, от души!
Начиталась, вдохновилась и затеяла этот дурацкий эксперимент. А может, и не дурацкий. Пока непонятно...
Когда звенит звонок с последнего урока, чувствую непреодолимое желание улизнуть домой, отложив все на завтра. Быстро собираю рюкзак, выхожу из класса и почти бегу по длинному школьному коридору, надеясь, что Антон не заметит моего ухода. Но не тут-то было. Он, естественно, все замечает, догоняет и начинает читать мне мораль, дескать, надо не сдаваться, преодолевать трудности, воспитывать силу воли и все такое. Я в очередной раз жалею, что разболтала все Катьке и связалась с этим сухарем-садистом; надо было делать все самой и по-тихому. Получилось - хорошо, не получилось - и бог с ним. А теперь деваться некуда, сдаться - значит, потерять лицо, а я же гордая, блин. Поэтому вяло оправдываюсь, что якобы хотела подождать его возле школы, и покорно тащусь вслед за ним в очередную аптеку, то ли третью, то ли четвертую по счету.
Как и следовало ожидать, в аптеке повторяется вчерашняя история: я краснею, бледнею, пытаюсь что-то сказать, не могу, и в конце концов просто покупаю мозольный пластырь и перекись водорода. Антон пытается уговорить меня попробовать еще раз. Я посылаю его к черту и предлагаю попробовать самому. Он отказывается, резонно отвечая, что вся эта затея вообще-то лично моя, а он для себя такой цели не ставил. Возразить по существу мне нечего, но досада и отчаяние от очередной неудачи требуют выхода, и я презрительно произношу:
- Что, слабо?
- На слабо дураков ловят, - спокойно отвечает Антон.
Ну, естественно, а на что еще я рассчитывала? Железный человек! Завидую таким белой завистью. Меня всегда было на "слабо" взять легче легкого. И понимаю, что глупо, но вот поди же ты... Самооценка, наверное, ниже плинтуса, все пытаюсь другим чего-то доказать. А у Антона с самооценкой все в порядке. Спокойно говорит, что может, а что нет. Признает свои слабости, знает сильные стороны. Вот с кого надо брать пример, думаю я. Но вслух этого, естественно, не говорю, и мы идем искать другую аптеку, благо их сейчас хоть пруд пруди, чуть ли не в каждом доме понатыканы. Или не благо? Для меня сейчас точно не благо, я само это слово - аптека - уже даже слышать не могу. Но присутствие Антона заставляет меня войти еще в одну дверь с нужной надписью.
Обреченно подхожу к окошку, заранее зная, что у меня снова ничего не получится. Так оно и происходит. Расстроенно отхожу в сторону и вдруг вижу, что Антон встает в конец очереди. Очередь продвигается быстро, и уже через несколько минут я слышу его уверенный голос:
- Я хочу взять презервативы оптом. И поскольку я использую такое большое количество презервативов и отовариваюсь у вас, вы должны дать мне скидку!
Я замираю и быстро смотрю на провизора, ожидая увидеть на ее лице шок, осуждение, негодование, гримасу отвращения или презрительную ухмылку. Она действительно улыбается, но вовсе не презрительно, а даже как-то по-доброму, и спокойно спрашивает:
- Сколько именно штук вы хотите приобрести? У нас предусмотрены скидки при покупках на сумму более трех тысяч рублей.
Антон теряется; похоже, он начал действовать спонтанно и не очень представляет себе, что делать дальше. Интересно, он вообще знает, сколько стоят сейчас презервативы и каких марок они бывают? Я, признаться, нет. Обычно я тщательно изучаю любой вопрос прежде, чем приступать к действию, но в данном случае была настолько уверена в отказе, что даже не потрудилась посмотреть на витрину.
Аптекарша приходит на помощь моему смелому - как оказывается! - другу и начинает называть цены и марки; по-моему, даже с комментариями по поводу качества и популярности некоторых из них. Люди в очереди заинтересованно прислушиваются к разговору, некоторые улыбаются. На лице одной старушки читается неодобрение, но она в явном меньшинстве. В конце концов, Антон что-то извинительно бормочет, берет несколько упаковок с недвусмысленным изображением розового кролика, протягивает тысячу рублей и поспешно ретируется. Я выскальзываю вслед за ним и восхищенно произношу:
- Да ты герой!
Антон подозрительно смотрит на меня, но видит, что я говорю искренне, и широко улыбается в ответ. Меня так и подмывает спросить, как он намеревается использовать сии резиновые изделия, но я благоразумно сдерживаю себя. Надо сказать, что я совершенно не ожидала, что тихий, спокойный, неприметный и, как мне казалось, не очень-то смелый "ботаник" Антон сможет решиться на поступок, который по плечу далеко не каждому. Мне, во всяком случае. Я его прямо зауважала после этого и увидела по-новому. Оказывается, у него довольно широкие плечи и стройная фигура. И серые ясные глаза. И красивые, слегка волнистые волосы... Почему я не замечала всего этого раньше?
Пока я размышляю об Антоне, мы проходим мимо нескольких домов и, наконец, видим искомую вывеску, обещающую спасение всем больным и страждущим.
- Давай! У тебя все получится! - подбадривает меня Антон, но, по-моему, сам не особо верит в то, что говорит.
