Читаем Эхо любви онлайн бесплатно

Бренн Райен влетела в кафе вместе с порывом мартовского ветра. Нервно перебирая пальцами концы шарфа, она обвела взором комнату, пытаясь найти стол, за которым сидит Анжи Гианелли.

В задней части узкой комнаты со стенами из кирпича, до середины закрытыми панелями красного дерева, подруга встретила ее ухмылкой, означающей, что она получит выговор за опоздание на те 15 минут, на которые задержала свой приход сюда. Бренн что-то вяло возражала, беспомощно пожимала плечами, шагая навстречу подруге. Она раньше всегда гордилась своей пунктуальностью, но с недавних пор ее распорядок дня стал столь переполненным, что иногда не удавалось что-то сделать вовремя. А после звонка матери можно бы взять любой из списков необходимых ежедневных дел, подняться с ним на верхушку небоскреба Эмпайер Стейт Билдинг и пустить его, как бумажный самолетик.

Подойдя к Анжи, с которой они были самыми близкими подругами с первого курса учебы в Гарварде, Бренн села напротив. У этой хрупкой девушки были всегда практичные и безапелляционные суждения и мнения о всех событиях и процессах.

— Извини. Я надеюсь, что ты уже заказала ланч и для меня?

— Нет, — Анжи подняла свою чашечку кофе. — Чем ты была занята все время? Твой босс или твои приготовления к свадьбе?

Бренн поставила висевшую на руке сумку на пол рядом с собой и вздохнула:

— Я прошу тебя, не напоминай о свадьбе. По китайскому обычаю необходимо выбрать другую дату для свадьбы, и я показала эту брошюру Рону. Он согласился на перемену даты. Правда, не уверен, что это сделано правильно, как там утверждалось.

Анжи бросила на нее пристальный взгляд:

— Что значит правильное или неправильное утверждение?

— Ты знаешь, мы хотим, чтобы наша свадьба лучше запомнилась, на всю жизнь, поэтому и выбрали этот китайский обычай.

— Это была только твоя инициатива?

— Мы вместе решали. Мы все выбираем вместе для нашей совместной жизни: мебель, одежду, предметы быта. Все должно производить должное впечатление. Ты знаешь, как важна окружающая обстановка, если хочешь быть на высоте.

— Ты хочешь сказать, что коричневый цвет наряда при этом не нонсенс?

— Я думаю, что это вполне соответствует моде.

— О да, если у вас ежемесячно пополняется счет в банке.

— Давай поговорим о чем-либо немного более романтическом.

Анжи подалась вперед и усмехнулась:

— Вы решили, куда поедете в свадебное путешествие?

«Все, о чем эта девушка думает, связано только с сексом, — вздохнула Бренн, — как будто для нее это самая главная вещь в мире». Бренн никогда не любила слушать болтовню Анжи на эту тему. Всякий раз, когда они проводили с Роном врозь свободное время, она получала большее удовольствие, точно так же, кажется, и он. И слушать восторженную речь Анжи, которая была самовлюбленно-бесконечной, было то же самое, что смотреть второсортный фильм. Этой девушке действительно необходимо как-то вырваться из страны грез и трезво взглянуть на окружающий мир. Бренн терпеливо смотрела на Анжи до тех пор, пока у нее не исчезла глупая улыбка.

— Рон предложил провести наш медовый месяц на Бермудах. Но я думаю, что теперь все изменится. Вначале мы предполагали провести там две недели. Однако мой шеф сказал, что я должна заботиться о карьере самым серьезным образом. Поэтому мы решили уехать на одну неделю, но теперь, кажется, придется урезать немного и этот срок.

— Боже, Бренн! — Анжи откинулась на своем стуле. — Ты так занята теперь, что даже по-настоящему не можешь провести свой медовый месяц? Я полагала, что Рон спланировал каждое ваше движение на пять лет вперед, но неужели ты не можешь в этот список добавить кусочек чего-нибудь романтического?

Улыбнувшись, Бренн покачала головой:

— Я не хочу это слушать, дело в том, что когда я спешила сюда к тебе на встречу, позвонила мама — поэтому я и опоздала. В настоящее время у меня нет выбора, по крайней мере, на ближайшие два дня.

— Да, я слышала, как мистер Сидман тяжело вздыхал сегодня утром, отпуская тебя на два дня. И что, что-нибудь чрезвычайное?

— Кажется, да. Мне в наследство переходит ранчо в Калифорнии. И я должна немедленно вылетать туда, вероятно, завтра. Адвокат звонил маме сегодня утром и сказал, что я должна приехать и подписать кое-какие бумаги и долгосрочные обязательства. Он сказал, что есть кое-какие проблемы, решение которых не может подождать.

— Ранчо в Калифорнии? Ты никогда не говорила мне об этом раньше.

— Ты думаешь, это только для тебя неожиданность? — Бренн бросила взгляд на движение позади Анжи. — Ах, наконец. Вот и наша еда. — Бренн дождалась, когда пища будет поставлена перед ними и, перед тем как продолжить, взяла ветчину и сыр в свою тарелку. — Ты помнишь тетку моей мамы, Сару? Она приглашала нас на обед несколько раз, когда мы были во время школьных каникул в Бостоне. Вот она-то и владела этим ранчо с давних пор, еще до моего рождения. Ты можешь себе это представить: никому, ни одной кузине — только мне.

— Не обманываешь?

— Моя прабабушка Марти Хамптон решила, что ее фамильное ранчо будет завещано первой родившейся в семье после ее смерти девочке. И это оказалась я.

— О, это очень хорошо. Но почему твоя тетя не говорила тебе этого раньше?

— Мама тоже удивлена. Она позвонила ей до того, как позвонить мне. Тетя Сара сказала, что держала это в секрете потому, что не хотела травмировать других детей. Так или иначе, если бы я узнала об этом месяцев шесть назад, то могла бы изменить планы насчет свадьбы.

— Очевидно, она сообщила об этом поздновато. Ты собираешься выходить замуж через пять недель.

— Тетя Сара давно болеет и не могла контактировать с нами. Она не знала ничего о моей предстоящей свадьбе до тех пор, пока не получила вчера приглашение.

— Мама говорила тебе о размерах ранчо? Какова его стоимость?

— Рон спросил об этом тоже. Я позвонила ему, как только мама повесила трубку. Он был искренне рад. Говорят, что фермерская земля в Калифорнии может стоить очень дорого, особенно если она расположена в пределах тридцати-сорока миль от города. Рон сказал, что ее можно разделить на участки.

— И он будет закладывать их.

— Нет, Анжи. Просто Рон думает, как лучше использовать это для нас. Он просил меня, чтобы я позвонила ему, как только все выясню на месте. И тогда, если это покажется обещающим, мы отправимся туда в медовый месяц, чтобы он все мог увидеть своими глазами.

— Ура. Жизнь с Роном Этаном начинается.

— Ты просто преклоняешься перед ним, не так ли? Хорошо. А через двадцать лет мы становимся солидными, остывшими от чувств, — Бренн прыснула от смеха.

— Я думаю, что пора поговорить о чем-либо кроме Рона. Ты знаешь, я не верю, что здесь не проявляется его самодовольство. А как насчет этой старой женщины, Марты Хамптон? Эти странные условия… Первая девочка, которая родится после ее смерти?

— Вот что я подумала. Мама многого не помнит о прабабушке Марте — за исключением того, что она летала к ней на каникулы. Она покинула Бостон, чтобы вернуться на Запад, в свое семейное ранчо, когда умер ее муж. За это время мама была там лишь шесть или семь раз. Из всего, что я слышала, я поняла, что прабабушка Марти была тихой женщиной, хотя в своей личной жизни слыла немного бунтаркой. Она редко соглашалась принять участие в каких-либо социальных кампаниях. Кажется, пребывание семьи в штате Массачусетс ничего ей не дало.

— Да, по крайней мере, одна из ваших прославленных родственников не хотела становиться холодно-сдержанной в отношениях с остальными.

Бренн проигнорировала последнее замечание Анжи:

— Это странно. Тетя Сара сказала, что она провела свои последние годы в мечтах и воспоминаниях о своей юности. И хуже того, как раз перед смертью ее стала преследовать навязчивая идея связи с будущим. Идея перевоплощения. Мама думает, она оставила мне ранчо, считая, что могла бы вернуться назад в моем образе и, кто знает, снова ощутила бы сердечный трепет юности. Это что, предзнаменование?

— Ха, по крайней мере, старуха знала что-то важное, — в глазах Анжи появился мистический блеск.

«Она опять за свое», — подумала Бренн, взглянув на часы. Анжи могла легко отвлекаться от любого предмета на секс, как будто это было начало и конец всех вещей в мире.

— Давай помолчим и начнем есть. Я хотела бы вернуться в офис немного раньше. Мне необходимо сделать несколько важных звонков перед тем, как я уеду на пару дней, согласовать кое-что с фотографом, заказать билеты на самолет, и… — она запустила руку в свою разбухшую сумку, открыла ее пошире. — Где тот лист?

Бакерсфилд в Калифорнии был, действительно, необычным местом. Из всех-всех источников она представляла эти места так, будто здесь не было ничего, кроме жующих табак ковбоев, которых изображают на огромных плакатах, висящих вдоль дорог. Вместо этого по дороге из аэропорта в адвокатскую контору она увидела чистые широкие магистрали, окаймленные начинающими цвести газонами, хотя до апреля оставалось еще две недели. По сторонам дороги стояли современные здания, великолепной архитектуры, из стекла и бетона. Она опустила стекло дверцы машины и наслаждалась ароматным полуденным воздухом.

Найдя нужный адрес, она припарковала свою небольшую, белого цвета, арендованную в аэропорту машину около многоэтажного здания с отблеском солнечных лучей на полированных стеклах фасада и прошла между высокими пальмами, стоящими по сторонам от входа. С пляшущими солнечными зайчиками на волнистых бронзовых поверхностях они имели вид легендарных Малибу. Хотя она и знала, что находится за сотню миль от побережья, но гипнотическое воображение медленно переносило на побережье, на очаровательную прогулку.

Чувство напряжения в затылке, которого раньше не замечала, возникло у нее, когда вошла в дверь и направилась к лифту, чтобы подняться в адвокатский офис Филлипа Турнера.

— Здравствуйте, — сказала Бренн пожилой блондинке, сидевшей в тщательно отделанной деревом приемной.

— Я должна буду уйти, — произнесли ярко накрашенные губы секретарши в телефонную трубку, затем, положив ее, она взглянула с улыбкой на вошедшую и спросила традиционно:

— Чем могу быть вам полезной?

Жизнерадостное настроение у Бренн к тому времени улетучилось, угнетал помятый внешний вид после пятичасового перелета.

— Меня зовут Бренн Райен. Мне не назначили время, но мистер Турнер сказал, что ждет меня как можно скорее. Я только что прилетела из Нью-Йорка.

— Да, это относительно ранчо в Норвуде, — она повернулась на кресле и взяла папку, плавно крутнулась назад. — Я прошу извинить, но мистер Турнер был вызван на слушанья в Лос-Анджелес. Он не сможет вернуться раньше, чем послезавтра, и попросил меня дать вам связку ключей и карту того места, где расположено ваше ранчо. Он был уверен, что вы захотите съездить туда и все посмотреть своими глазами.

Два дня! У нее не было столько времени.

— Послушайте, я не могу.

— Конечно. У вас нет транспорта, — ее длинные ногти защелкали по кнопкам набора телефона. — Я что-нибудь организую.

— Не надо, у меня есть машина. А вот чего у меня нет, так это времени. Я не могу ждать его возвращения здесь. Нельзя ли просто просмотреть бумаги и подписать их прямо сейчас и уехать?

— Я боюсь, что нет. Что-то есть такое, требующее специального согласования с ним.

— Что, например?

— Я не знаю всех деталей дела. Но я могу сказать, что это касается ведения дел и управления ранчо. Ваша тетя в течение ряда лет не интересовалась ведением дел.

— Но я рассчитывала покончить с делами в течение одного дня и вылететь поздно вечером или, по крайней мере, завтра рано утром. Вы должны бы были позвонить мне и назначить другую дату.

Дежурная улыбка исчезла с лица секретарши, а голос совсем лишился теплоты:

— Мистер Турнер очень занятый человек. Возникли некоторые юридические неувязки, и здесь нельзя чем-либо помочь, — она выудила набор ключей из конверта вместе с фотокопией карты и передала все это Бренн. — И кроме того, вы, наверное, неправильно рассчитали ваше время. Ранчо расположено в добрых сорока милях от города и занимает пять или шесть квадратных миль. Я полагаю, что вы сегодня вечером поедете туда, проведете там ночь — я понимаю, что основной дом старый, но в прекрасном состоянии. Затем завтра встретите Паско Дила, он покажет вам окрестности.

— Кто такой Паско Дил?

— А, это одна из тех проблем, о которых я упоминала. Это супружеская пара, которая присматривает за поместьем. Они спешат скорее вернуться в Айдахо. Мистер Турнер нанял Дила и его жену и просил их побыть там до вашего приезда. А вы уж решите, что с ними делать дальше, — улыбка снова вернулась на ее лицо. — Всего вам доброго, мисс Райен. Приятной поездки. Ох да, кстати, — сказала она, голос снова стал сладким, — на вашем месте я купила бы что-нибудь съестного перед тем, как покинуть город. Я боюсь, что вы на ранчо ничего не найдете.

Бренн выбрала дорогу на северо-восток, которая показалась весьма приличной. Скоро начался медленный подъем среди безлесых холмов, покрытых блестящей зеленью свежей травы, сочетающейся с полосами нефтеразработок. Насосы, располагающиеся тут и там, медленно двигались вверх и вниз, распространяя специфический запах. Широкая сеть трубопроводов оплетала нефтяные вышки, насосы и соединялась с огромными резервуарами для хранения добытой нефти.

Эти нефтяные поля могут портить пейзаж, но они обсудили с Роном и решили, что нефть может принести процветание этой земле.

Через несколько миль езды она оставила позади себя это сочетание весенней зелени и нефтяных вышек и поехала через холмы с прекрасной палитрой оранжевого, желтого и пурпурного. Неожиданная красота взволновала ее, скоро она поняла, что это возвышаются стебли люпина над сияющими маками. Ароматы, легкие, как дыхание ребенка, наполняли воздух, создавая бесконечное благоухание. Белки прямо перед колесами перебегали через дорогу, щедрость здешней природы подчеркивалась там и тут стадами скота. Нежные молодые телята с белыми пятнами на красно-коричневой спине выглядели прелестно в ярких лучах весеннего солнца.

Стали появляться кряжистые дубы, часто необычной формы, придавая свой колорит каждому зеленому пейзажу. Иногда, когда она поднималась вверх, то видела вдали скалистые вершины Сиерр с их еще покрытыми снегом макушками, что создавало выразительный контраст с коврами зелени внизу.

Через каждые несколько миль она проезжала мимо загонов для скота, а на вершинах холмов виднелись дома фермеров. Но за исключением редких людей в ковбойских шляпах, никто не встречался на пути, точно так, как и предсказывала ей секретарша в офисе. Однако Бренн совершенно не ощущала одиночества. Она чувствовала себя, будто отправилась на воскресную загородную прогулку в какое-то особенное место, которым к тому же теперь владеет.