Читаем Эффект Гирлянды (СИ) онлайн бесплатно

Сегодня опять ночное утро. Или утренняя ночь, если вам удобнее так её называть. Теперь всегда так. Уже второй месяц. Задолбало! Не люблю декабрь вот именно поэтому. На работу идёшь — ночь, с работы возвращаешься — опять ночь. Мрак. Как-то всё это на нервы давит. И грязь снежная под ногами чавкает. Брррр. Противно. Радости не прибавляет. Вот люди и идут все унылые и сонные. А когда сонным людям куда-то приходится тащиться в холодное ночное утро, то они раздражаются. Отсюда и конфликты.

Вот куда меня занесло с моими размышлениями! Вроде как зима виновата во всех грехах! А на самом деле в моём конфликте с Тимуром никто не виноват, кроме меня самой. Нет, он, конечно, тоже виноват. Мог бы и не реагировать так агрессивно. Подумаешь, котлеты подгорели! Салат же не подгорел.

Всего на минутку и отвлеклась на звонок. Это ведь мама звонила. По срочному делу. Ей надо было узнать, какое платье я хочу заказать по каталогу. Платье, между прочим, чтобы ему понравиться! И вообще, не так уж сильно котлеты были испорчены. Оплошность тянула максимум на реплику: «Блин, Юля, повар из тебя сегодня фиговый», а не вот это — вот обидное: «Ты меня отравить решила или хочешь, чтобы я подавился и сдох?»

Моя бывшая соседка, Марианна Валерьевна, известный в городе семейный психолог, не раз повторяла, что главное в отношениях — это взаимное уважение. Так вот, когда ко мне относятся неуважительно, то и я… взаимно.

Короче, высказала я своему дорогому и любимому всё, что о нём думала. Ну не совсем всё, конечно, а только касательно этой ситуации. Я, между прочим, тоже работаю и устаю, а в поварихи не нанималась.

Разругались в пух и прах, спали в разных комнатах. С утра ему раньше на работу ехать. Пытался что-то говорить примирительное. Блин, Тим, пора бы уже знать, что спросонья я злая и не воспринимаю информацию. Перед выходом крикнул: «До вечера», а я ему: «Не дождёшься!»

Грубо, конечно. Признаю. Не в духе была. Ладно, потом днём созвонимся и помиримся. Мама говорит, что первый год совместной жизни для пары самый сложный. Люди привыкают друг к другу, учатся уступать. И я бы уступила, если бы он извинился. Правда. Но меня сбила машина.

Какая машина? Откуда мне знать? Я в них не особо разбираюсь. Чёрная какая-то. Я её не заметила потому, что чуть ногу не вывихнула. Наступила в снежную кашу, приправленную реагентом, нога стала скользить. А я в это время дорогу перебегала. Пешеходного перехода на дороге не было, но там все перебегают.

Ну так вот, нога у меня поехала, я покачнулась, сумка стала сползать с плеча. А в руке телефон был. Сумку я спасла, успела поймать. Зато уронила телефон. Я наклонилась, чтобы его поднять, и в этот момент… Заядлые автолюбители описали бы это происшествие такими словами: «Джип своим бампером въехал бабе в багажник».

Мне повезло, что водитель успел резко затормозить, и удар в пятую точку я получила не слишком сильный. И летела тоже недалеко. До ближайшего бордюрного камня. А вот камень встретил меня, как родную. Я впечаталась в него головой, и радость от встречи вспыхнула искрами в глазах. От серьёзной травмы меня спасла толстая вязаная шапка.

На пару секунд я потеряла сознание, а когда очнулась, рядом уже была куча народа. Кто-то пытался поднять меня, кто-то отряхивал, а кто-то голосил на всю улицу. Ближе всех стоял лысый смущённый дядечка. Это и был водитель сбившего меня джипа. Оказалось, что он остановил свою телегу и вылез из неё, чтобы узнать, надо ли меня додавить или можно так оставить. Какая-то старушка скандального вида наскакивала на него, ругалась и время от времени лупила сумкой. Моей сумкой!

— Маньяк! Насильник! — голосила она, входя в раж. — За решётку его надо! Повалил девку в сугроб!

— Не валил я её в сугроб, — оправдывался лысый. — Она сама посреди дороги в неприличной позе стояла. Я её только чуть-чуть задел.

— Да тебе, кабану здоровому, все позы неприличными кажутся. Маньяк! — не унималась бабуля. — На девчонку позарился! Почему-то на меня не напал, хоть я и рядом была!

Мне даже жалко мужика стало, но себя тоже было жалко. И зимний плащ, и брюки оказались мокрыми и грязными. Не говорю уже про руки и лицо.

— Девушка, возьмите влажные салфетки, — какая-то сердобольная женщина сунула мне в руки упаковку.

— Тётенька, вот ваш телефон, — послышался из-под локтя тоненький голосок. Худенькая девочка с огромным ранцем за спиной протянула мне нечто прямоугольное и грязное. — Только он у вас разбился и не работает.

— Как вы себя чувствуете? — оттеснил ребёнка мужчина в старомодном пальто и строгих очках. — Может вам скорую вызвать?

Психиатрическую помощь мне надо вызвать. Вот ведь дура! Раскорячилась посреди проезжей части. Сама виновата. Что же у меня вечно всё не как у людей? Или у других такая же фигня?

Вырвавшись из рук доброжелателей, я рванула на работу. Не быстро, правда, рванула, но со всей возможной скоростью. Колени болели, видимо, стукнулась сильно. И голова.

Перед дверью в здание нашей фирмы стояла высокая стремянка, и двое рабочих в зелёных комбинезонах тащили к ней большой деревянный ящик.

— Матерь божья! — воскликнул один из них, увидев меня, и уронил ящик себе на ногу. Хорошо хоть не обматерил меня. Надо же, какие теперь культурные грузчики!

С детства помню, что ходить под лестницей — это плохая примета, но чего уж мелочиться — утро всё равно испорчено. Я ворвалась в офис без одной минуты девять. Леночка, сидящая на ресепшене, округлила глаза и замахала руками.

— Женщина, сюда нельзя! Винно-водочный магазин в соседнем здании!

— Вот правильно тебя Оксана Викторовна ругает, — буркнула я. — Со всеми вошедшими здороваться надо! И сразу, чтобы ты не умерла от любопытства, скажу — меня машина сбила. Три раза переехала. Но на работу я не опоздала — можешь отметить это в журнале.

— Ой прости, Юлечка, — небесное создание захлопало огромными накладными ресницами, словно хотело взлететь. — Может, тебе надо врача вызвать?

— Ничего страшного. Сейчас ягель пожую и буду как новая!

Про ягель — это наша корпоративная шутка. Фирма, в которой я тружусь, занимается реализацией натуральной продукции из растений северного региона. Уже третий год здесь парюсь. Надеюсь, что недолго осталось. Мамина сотрудница скоро уйдёт на пенсию, и я переберусь на другую работу.

В кабинете я появилась «во всей красе», и Надюша Киселёва, моя подруга и коллега, подавилась зелёным чаем.

— Не бойся, я не призрак твоей свекрови, — успокоила я.

Вообще-то, подруга у меня стрессоустойчивая, нервы она закалила после ежедневного общения с мамой своего мужа Вячеславика.

— Снимай быстро плащ и беги умываться. Я тебя перед Оксаной Викторовной прикрою, — скомандовала Надюша.

Я побила все рекорды и привела себя в порядок за семь минут. Только накраситься не успела. Вернувшись, я застала нашу дорогую начальницу. Мы её нежно зовём Золотой Рыбкой. Она и правда похожа на рыбу и имеет нездоровую тягу украшать себя большим количеством золотых изделий.

— С добрым утром, Юлечка. Очень много времени проводите в дамской комнате, а точнее — семь минут и пятнадцать секунд. И желательно не надевайте на работу такие пятнистые брюки. Понимаю, что модно, но лучше платье. А вот то, что вы сегодня решили почти не использовать косметику — это плюс. Боевая раскраска смотрится вульгарно, и хоть вы напрямую не общаетесь с клиентами, но к нам может нагрянуть генеральный — Марк Александрович, а он такое не приветствует. Желаю вам, девочки, приятной работы, и помните — все разговоры записываются.

Стерва она, конечно, но это только для вида, чтобы коллектив не расслаблялся. Едва Рыба выплыла из комнаты, Надюша пристала ко мне с расспросами. А мне, если честно было не до того, очень голова болела. Видимо, сильно я приложилась. Пока искала обезболивающее, пока запивала его водой, подруга меня не оставляла в покое. Пришлось изложить ей краткую версию происшествий, включая ссору с Тимом и заканчивая Леночкой на ресепшене.

— Ты бы со своей головой врачу показалось, — посоветовала Надюша. — Вдруг у тебя сотрясение мозга.

— Не, я нормально себя чувствую. Только шишка небольшая. Врач на больничный отправит, а мне сейчас деньги нужны.

— Господи, Юля, сдай ты уже свою квартирку, и будут у тебя деньги. Всё равно ведь у Тима живёшь.

— Не хочу. Это мой путь к отступлению. Вдруг я с ним разругаюсь. Вот вчера, кстати, он на меня наорал из-за подгоревших котлет. Думала, что позвоню ему сегодня, и помиримся, но я телефон разбила.

— А ты и не звони. Пусть помучается. Будет знать, как голос повышать на гордую и красивую девушку.

Наденька ещё что-то хотела добавить, но тут зазвонил рабочий телефон и ей пришлось ответить:

— Доброе утро! Вас приветствует Центр Здоровья «Таёжное сияние»! Меня зовут Надежда, чем могу вам помочь?.. Что? Ребёнок съел крем для рук? Ничего страшного, все компоненты натурального происхождения! Правда, крем не рассчитан для употребления внутрь. Дайте ребёнку, на всякий случай, активированный уголь и посадите на горшок.

Начался обычный рабочий процесс. Между звонками клиентов мы успевали с подругой обсудить последние новости. А ещё я думала о Тимуре. Позвонить ему или нет? Я бы могла набрать его номер с Надюшеного телефона, но может, действительно, пусть понервничает?

В обеденный перерыв я почистила плащ. Хорошо, что он не впитывает влагу. Хоть тут повезло. А вот голова всё ещё болела. Маме, однако, пришлось звякнуть. Я рассказала о происшествии с наездом, а про скандал умолчала. Она долго охала, а потом напомнила, чтобы я заехала в свою квартиру полить цветы и забрать счета.

Похоже, жизнь моя опять входит своё прежнее русло, но так казалось только до наступления вечера. Надюша задержалась на работе, ждала, когда за ней приедет Вечеславик, а я вышла на улицу. Едва переступила порог, как меня ослепила вспышка света. Словно молния сверкнула. Ба-бах! Даже в голове болью отозвалось.

Я ещё толком не поняла, что произошло, а тело уже отреагировало и отпрыгнуло в сторону. Я даже сумкой замахнулась с целью обороны. И вот стою, такая, вся, как пружина на взводе, а свет в глазах погас, потом снова вспыхнул. Погас. Вспыхнул. Перед мысленным взором замелькали какие-то картинки, обрывки воспоминаний. Я вдруг ясно увидела больничную палату, огромный букет алых раз, мандарины, рассыпанные на затертом ленолиуме… Откуда взялись эти образы? Со мной такого никогда не было… Или было? При каждой новой вспышке картинки становились все более реалистичными. Кто же это слепит меня?

Оказалось — это нам такую иллюминацию сделали перед входом в офис. Вроде как, новогодняя гирлянда, обрамляющая дверной проём, но раз в десять крупнее обычной, той, что на ёлку вешают. Лампочки тут — вот не вру — размером с мой кулак. Когда вспыхивают — светло становится, как днём. Ну что за идиоты такое придумали? Так ведь люди и ослепнуть могут. Это издали, наверное, красиво смотрится, а вблизи — просто пытка.

Всё, хватит с меня на сегодня потрясений, пора домой! Там меня Тим ждёт. Он умеет успокаивать. Резкая головная боль, возникшая после вспышки, преследовала меня всю дорогу до дома. Я ехала в автобусе, смотрела в окно на город, украшенный к Новому году, на радостных людей, а мне было больно и невесело. И ещё, где-то в глубине души возникло чувство обречённости, словно моя жизнь рушится и скоро оборвется совсем. Я пыталась понять, чем это вызвано, но в голове как будто кисель образовался вместо мозга. Там плавали мысли и воспоминания, но ухватить их и вытащить наружу не удавалось. Перед внутренним взором вдруг появилось лицо какого-то парня. Я его явно знала, и очень хорошо знала — он вызывал во мне какие-то тёплые чувства, но вот кто он такой — вспомнить не получалось. Я закрыла глаза, стараясь сосредоточится, и тут же получила ощутимый удар по ноге.

Какая-то полная женщина, закутанная в пальто неопределённого цвета и формы, стояла в проходе между сидениями автобуса, держала в руках, разбухшие от продуктов огромные пакеты, и они, раскачиваясь, время от времени стукались об мою ногу. Народу в автобусе было немного, проход был полностью свободен, но женщина почему-то встала именно возле меня. Я подняла глаза и узрела недовольное красное лицо с сжатыми губами, нахмуренными бровями и рассерженным взглядом. Пассажирка шумно дышала, словно собиралась ринуться в бой. Ей явно хотелось с кем ни будь поскандалить, выпустить пар, и она выбрала в качестве жертвы меня. Автобус тряхнуло, женщина с явным удовольствием качнула пакетами, намереваясь посильнее стукнуть меня ими по ноге, но я быстро передвинулась на другое сиденье, ближе к окну. Несостоявшаяся скандалистка прожгла меня взглядом полным ненависти и разочарования, что-то пробормотала себе под нос и двинулась к выходу, задевая сумками других пассажиров. Настроение было окончательно испорчено.

В завершении пакостного дня, когда я добралась до дома, ещё и в подъезд попасть никак не могла. Несколько раз прикладывала магнитный ключ, а он не срабатывал. Пришлось набирать код квартиры.

— Кто там? — послышался голос моего любимого.

— Я. Юля. Ты меня пустишь?

Мог бы и догадаться. Я всегда в одно и то же время возвращаюсь.

— Юля! Юлечка! Я сейчас открою!

С чего бы такой восторг? Словно год меня не видел. Послышался писк домофона. Я открыла дверь и поднялась на второй этаж. Тим встречал меня в дверях. Волосы взлохмачены, на щеках щетина, в глазах — щенячий восторг. Стоп! Щетина! Он же вчера вроде брился? Или нет?

— Как же я рад тебя видеть! Ты пройдёшь?

Прикалывается, что ли? Или пьян? Вон как глазки блестят!

— Пройду, если перестанешь проход загораживать.

Он пропустил меня в квартиру, помог снять плащ. Щенячий восторг не пропал. Тим выглядел очень взволнованным — едва не подпрыгивал.

— Ты ужинать будешь? Я не ожидал, но сейчас быстро что-нибудь приготовлю.

Странный он сегодня. Не ожидал меня? Как это понимать?

— Меня утром машина сбила, — пожаловалась я. — Не сильно. Только я упала и на работу пришла вся мокрая и грязная. Телефон ещё разбился. Я сразу ванну приму, ладно?

Глаза Тима расширились от ужаса. В них читался такой неподдельный испуг, что мне самой стало страшно.

— Юлечка, с тобой точно всё нормально? Что-нибудь болит?

— Колени, голова, и устала очень, но не волнуйся — я в порядке. Ты мне только чай с мятой сделай, пожалуйста.

Он состроил умильную мордашку и метнулся на кухню. Боже, какой же он у меня замечательный и заботливый. За что мне такое счастье? Только жаль, что я сегодня оценить это не в силах. Голова болит просто ужасно, и сил никаких не осталось. Я ввалилась в ванную, включила свет и заметила, что там почему-то нет ни моего полотенца, ни халата, ни косметики, ни даже зубной щётки. Что всё это значит? Не успела я ни понять, ни возмутиться, а Тим уже приоткрыл дверь и просунул в щель свой халат, махровое полотенце и новую зубную щётку. Хм, я что должна надеть его халат на голое тело? Что за чудачество? Так, ладно, потом всё выясню, пока подыграю.