Читаем Дверь в одиночество онлайн бесплатно
Аннотация
После событий, описанных в книге «УАЗдао», прошло несколько лет. Герой, по его собственным словам, вышел из аскетического состояния вольного автомеханика и неожиданно впал в статус мужа и отца.
Но Хранитель уже готов вылупиться, и основы этого мира подрагивают в нетерпении.
Дверь в одиночество
Павел Иевлев
© Павел Иевлев, 2017
ISBN 978-5-4483-6682-6
Глава 1
На той стороне было нечто вроде каменного пустого сарая без ворот, яркое солнце и — непередаваемый запах и шум моря. Я выехал, заглушил мотор и вылез. Невдалеке, на обрывчике над берегом, стоял престранного вида дом — не то замок, не то донжон, не то короткая толстая башня — с этого ракурса было не разглядеть. От сарая к дому шла выложенная плоскими большими камнями с проросшей между ними травой дорожка, а вдаль к горизонту уходил удивительно синий морской простор. Люблю море!
— Нравится? — спросил Андрей.
— Ещё бы! — искренне восхитился я. — Это же море, как тут может не нравиться!
— Ну, владей тогда! Теперь это твоё. Ты тут барон и помещик. А если хочешь, даже граф или герцог, а может, и Властелин Мира — титул оспаривать некому. Мы тут разведываем кое-что неподалёку, но там буквально на пару недель работ, потом оставим тебя наедине с этим срезом.
— Офигеть! — у меня даже слов не нашлось.
— Но есть ещё один момент… — мне бы тут напрячься и почуять подвох, но я слишком обалдел от происходящего.
— Какой?
— Знаешь, я ведь понял, в чём ты меня тогда надул. Ну, когда договаривались.
— В чём? — я как-то потерялся и не сразу понял, о чём речь.
— Все получили что-то, что хотели, а я — артефакт, который до всего этого и так был моим. Так что все в плюсе, а я при своих.
— Нет-нет, — Андрей жестом пресёк мои возражения, — я не в претензии. Но я прикинул, что ты мне в итоге остался чуть-чуть должен. И потому к этому прекрасному домику на море, ты получаешь от меня небольшой довесок… Саргон, выгружай!
Не успел я опомниться, как на меня уставились большие тёмные глаза Криспи. За её спиной невозмутимый наёмник выпихивал из чрева тонированного «Патриота» блондинку-с-сиськами, девушку-аутистку и лохматого вялого паренька. На них были новенькие серые комбинезоны йири.
— Ты что, офигел?!! — завопил я в возмущении. — Куда я их дену?
— Да куда хочешь! — издевался Андрей. — Теперь они твои, делай, что хочешь. Хочешь — люби, хочешь — еби, а хочешь — с кашей съешь.
— Нет, ты что, всерьёз? — я не мог поверить в такую подставу. — Что мне с ними делать?
— А мне что? — ничуть не смутившись, ответил глойти. — У нас теперь слишком кочевая жизнь, чтобы содержать домашних животных. А тебе в самый раз — корм дадим, к горшку приучены. Будут тут у тебя на вольном выпасе… А то что же ты за Властелин Мира без подданных?
Саргон между тем выгружал из багажника коробки. Вероятно, с тем самым «кормом».
— Но, — всё ещё пытался протестовать я, — я женатый человек, у меня жена вообще не в курсе всех этих дел! Как я ей объясню трёх баб и мужика на семейном балансе?
— Мне бы твои проблемы, — рассмеялся Андрей. — Твоя жена — ты и решай. Хочешь — соври, но, мой тебе совет, правду сказать проще. Всё, бывай, наслаждайся владением. Пока мы тут рядом, я ещё заскочу на днях, погляжу, как ты устроишься. Не скучай!
Андрей запрыгнул в «Патриот», и они рванули куда-то в сторону от берега, а вскоре и скрылись за холмами. Я решил быть мужественным и стойким, а также твёрдо противостоять ударам судьбы. В конце концов, у меня есть дом на берегу моря, и было бы недурно посмотреть на него поближе. Остальные проблемы могут подождать.
Поэтому я решительно отвернулся от топчущихся на дороже «подданных» и твёрдой походкой законного владельца направился к дому.
Чем ближе я подходил к зданию, тем страннее оно выглядело. Во-первых, я, кажется, сильно недооценил масштаб строения — до сих пор я смотрел на него с самого узкого ракурса, в котором оно выглядело круглой башней. Однако огибая его по мощёной дорожке, я вскоре увидел, что закругление — лишь часть дома, имеющего в плане вид вытянутой подковы. Круглая часть возвышалась этажа на три, оканчиваясь залупообразной крышей-куполом, крылья в профиль добавляли очарования — с этого ракурса башня была до смешного похожа на стоящий торчком короткий и толстый каменный хуй.
Сами крылья оказались вдвое ниже, но довольно длинными, и заканчивались миниатюрными квадратными башенками. Оценить размеры сходу было сложно, однако по масштабам это совсем не «дачка». Это, скорее, небольшой «отель на берегу моря». Номеров на двадцать. Ну и на кой чёрт мне такая громадина? Такую за всю жизнь не обиходить. Да тут только полы помыть — целая клининговая компания нужна!
Крыши «крыльев» двускатные, крытые чем-то вроде плоской тёмной черепицы, оконечные башенки с четырёхгранными навершиями… Довольно странно — вроде бы средневековьем каким-то отдаёт, а вроде бы и слишком аккуратно сделано.
Не поленился потоптать высокую траву и подойти вплотную. Да, действительно, — стена сложена из крупных, по виду естественных, камней, но по какой-то странной технологии — без раствора, с фантастически точной подгонкой по граням. Казалось, камни просто переходили один в другой, без заметного стыка. При этом, наружная сторона камня оставалась необработанной, так что стена была неровная, в разномастных выступах, за которые зацепился мох и какие-то тонкие вьюнки. Из-за них строение приобрело вид романтический и винтажный. Однако романтика романтикой, а вот то, что окна были без стёкол, меня расстроило. Чёрт его знает, во что превратились внутренние помещения, отданные на волю морских ветров и дождей. Хотел заглянуть внутрь — не дотянулся. Ряд окон начинался на высоте метров трёх от земли. Ничего себе… Это для какой такой надобности так окна задирать? Осады ждали? Странная тут архитектура какая-то… Ох, чувствую, зря я Андрея вот так отпустил, не расспросив подробнее. Растерялся от всего этого, что уж там. А кто бы не растерялся?
Вернулся на дорожку, обогнул здание. Между крыльями подковы открылся внутренний дворик, в котором угадывались следы какой-то хозяйственной деятельности, напрочь заросшие высокой степной травой. Вообще, по природной зоне место напоминало степную часть Крыма или, например, Тамань. То есть, наверное, можно и точнее аналогию подобрать, но я по заграницам путешествовал мало, материала для сравнений не набрался. Но правда похоже — плоская степь, переходящая в берег моря. Только скал тут, пожалуй, побольше. Я, конечно, тот ещё ботаник, но флора вокруг выглядела довольно обыденно, никаких тебе пальм или баобабов. Тут, небось, и зима вполне настоящая бывает. Что в свете отсутствующих окон как бы намекает, да.
Судя по остаткам дровообразных конструкций, крылья архитектурной подковы соединялись некогда каким-то несерьёзным заборчиком, не выдержавшим неравной борьбы с природой. Надо будет его осмотреть потом тщательнее, на предмет определить, как давно тут всё заброшено. По каменным стенам фиг поймёшь, они могут тысячу лет без изменений стоять, как мне кажется. Сурово сделано, не пенобетон с гипсокартоном. Эта «дачка» не то, что меня, она моих праправнуков переживёт…
В глубине дворика, в основании центральной башни, виднелся вход — кажется, единственный способ попасть внутрь без осадных лестниц. Внутренние, выходящие во двор окна были ничуть не ниже наружных. Затейники они тут, как погляжу. Хотя правильнее, наверное, в прошедшем времени говорить. Были затейники. Были-были — да все вышли. Интересно, куда. Нет, не то чтобы интересно, но, наверное, полезно это знать. Для общей, так сказать, эрудиции и для понимания границ собственной тут безопасности. Потому что тут не только окна в трёх метрах над землёй, но и дверь оказалась какая-то мамонтоустойчивая. Относительно массивного здания она смотрелась небольшой, но, подойдя поближе, я понял, что это только так казалось. Высота закруглённого проёма была под два с половиной метра, ширина не меньше двух — неслабые такие ворота. Набраны они были из каких-то деревянных плах, в отличие от прочих деревянных конструкций, кажется, не тронутых временем вовсе. Тёмное, массивное, прочное дерево. Каждая такая плаха была длиной во всю высоту двери и на вид довольно толстой — насколько можно было судить по наружной поверхности. Ну, то есть, если вы делает ворота из таких деревях, вы же вряд ли будете делать их толщиной с фанерку? Они под собственным весом поведутся тогда. А тут всё намекало на такую, знаете ли, параноидальную основательность. Доски крепились к каким-то внутренним конструкциям за счёт утопленных глубоко в древесину широких железных головок — не то болтов, не то заклёпок, не то супергвоздей, калибром с железнодорожный костыль. Снаружи створки не имели никаких видимых устройств открывания — ни замочной скважины, ни ручек, ни даже верёвочки, чтобы за неё подёргать, вызывая дворецкого. Вероятно, гостям тут не были особенно рады. Хочешь — головой бейся, хочешь — так стой. Пока сверху горячей смолой, к примеру, не обольют. Там как раз такой карнизик интересный над дверным проёмом… Но это я уже фантазирую, конечно. Просто общая атмосфера располагает.
Ворота прилегали к проёму с удивительной плотностью. Ну, то есть, удивительной для такого средневекового стиля. Ни малейших щелей — что между досками, что между створками, что между воротами и каменным проёмом. Во времена рыцарских замков, знаете ли, так не строили. Очень может быть, что всё это просто стилизация такая, исполненная современными средствами. Я ж, получается, про здешний мир вообще ничего не знаю. Может, тут конные рыцари свиньёй ходили, а может, боевые роботы на лазерах дуэлировали. Вообще-то, для рыцарских времён окна широковаты. Если вы ожидаете штурмовых лестниц и смолу регулярно кипятите, то окна должны быть такими, чтобы даже самый худой ландскнехт с алебардой туда пьяную харю свою не просунул. А здесь высоковатые, но вполне широкие стрельчатые проёмы. Их в замках уже попозже стали делать, когда изобретение артиллерии сделало оборонительные сооружения бессмысленными.
Как я ни бился, ни потянуть ворота на себя, ни толкнуть от себя не вышло. Стояли, как вмурованные. Тянуть на себя было особо не за что, вставленное между створками лезвие швейцарского карманного ножичка (Еле влезло! Подогнано удивительно!) не создало достаточного рычага, а от себя я как не толкался — только плечо отшиб. Вообще никакого люфта, насмерть стоит. Ну да и глупо было бы делать такие ворота открывающимися вовнутрь. Наоборот, они должны в проём там упираться, чтобы любой таран обломался. Такое только взрывать…
В общем, и внутрь я не попал, и для себя не определился — это бывший отель «под старину», для романтического туриста, или вправду что-то по нашим меркам глубоко историческое. Побившись безуспешно в двери, обошёл здание, завершив круг, и убедился, что вход один. Тоже, кстати, странно — для отеля-то. Не должны гости с прислугой в одну дверь ходить. Поворачивая за угол, нос к носу столкнулся с Криспи — от неожиданности чуть удар не хватил. Увлёкшись прикладной археологией я уже и забыл про свой новоприобретённый зоопарк. Девушка кинулась ко мне и неожиданно, упав на колени, обхватила мои ноги, прижавшись лицом… в общем, неловкая вышла сцена, хорошо, что жена меня сейчас не видит.
Осторожно освободив ноги от энергичных объятий, присел рядом, чтобы быть на одном уровне. Приобнял за плечи, откинул с лица спутанные волосы и увидел, что она плачет — беззвучно, но ручьём.
— Ну, Криспи, это что за нафиг? — растерянно спросил я.
Услышав своё имя, она вдруг разрыдалась в голос. Это была настоящая истерика — она кричала, слёзы текли по покрасневшему лицу, она то хватала меня за руки, прижимаясь лицом к плечу, то отталкивала и била маленьким кулачком в грудь. Вскоре я был мокрый от слёз и окончательно потерявшийся. Она вела себя одновременно, как оскорблённая женщина и как обиженный маленький ребёнок, а я бессилен перед обоими этими явлениями. Женские и детские слёзы — тотальное оружие против меня, это нечестно и должно быть запрещено международными конвенциями как негуманное обращение с пленными.
