Читаем Дурная кровь (ЛП) онлайн бесплатно

Данная книга предназначена только для предварительного

ознакомления! Просим Вас удалить этот файл с жесткого диска после

прочтения. Спасибо.

Дженнифер Линн Барнс

Дурная кровь

Естественные — 4

Оригинальное название: Jennifer Lynn Barnes «Bad Blood» 2016

Дженнифер Линн Барнс «Дурная кровь» 2016

Перевод: Дина Техова

Редактор: Анастасия Антонова

Русификация обложки: Ксения Левченко

Переведено специально для группы: https://vk.com/e_books_vk

Любое копирование без ссылки

на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Кэсси Хоббс присоединилась к федеральной программе «Естественные» с

единственной целью: раскрыть правду об убийстве своей матери. Но теперь всё, что

Кэсси знала о произошедшем той ночью, поставлено под сомнение. Её мать жива и

находится в плену у людей, куда более влиятельных — и опасных — чем кто-либо, с кем

прежде сталкивались Естественные.

Пытаясь раскрыть секреты группировки, тайно убивавшей людей уже много

поколений, Кэсси и её команда узнаю, что у них совсем мало времени.

Новые жертвы. Новые предательства. Новые тайны.

С каждым новым трупом становится ясно — на этот раз Естественные не

просто охотятся на серийных убийц.

Ты

Без порядка, появится хаос.

Без порядка, появится боль.

Крутится колесо. Отнимаются жизни. Семь владык. Семь способов убийства.

На этот раз — огонь. Девятеро сгорят.

Так было решено, и так случится. Колесо уже крутится. Существует порядок.

И в центре всего этого — всего этого — ты.

ГЛАВА 1

У сидящего напротив меня серийного убийцы глаза его сына. Та же форма. Тот же

цвет. Но блеск в его глазах, огонёк предвкушения — он только твой.

Опыт — и мои наставники из ФБР — научили меня тому, что обращаясь к людям, а

не разговаривая о них, я могу забираться в их головы ещё глубже. Поддавшись нужде

профилировать, я продолжила изучать сидящего напротив меня мужчину. Если бы ты мог,

ты бы причинил мне боль. Я знала это даже до того, как приехала в эту тюрьму с

повышенным уровнем охраны и увидела едва заметную улыбку, появившуюся на губах

Дэниела Рэддинга, стоило его взгляду встретиться с моим. Причинив мне боль, ты ранишь

мальчика. Я всё глубже и глубже погружалась в психопатические мысли Рэддинга. А ты

любишь ранить мальчика.

То, что руки Дэниела Рэддинга были одеты в наручники и прикованы к столу, не

имело значения. Как и то, что у двери стоял вооруженный агент ФБР. Передо мной сидел

один из самых жестоких серийных убийц в мире. Если я позволю ему пробраться сквозь

мою оборону, он выжжет на моей душе своё клеймо, с той же уверенностью, с какой он

выжигал букву «Р» на коже своих жертв.

Свяжи их. Заклейми их. Режь их. Повесь их.

Так Рэддинг убивал своих жертв. Но сегодня меня привело сюда не это.

— Однажды вы сказали, что я никогда не найду человека, убившего мою мать, —

мои слова звучали спокойнее, чем я себя чувствовала. Я знала этого психопата достаточно

хорошо, чтобы понимать — он попытается вывести меня из себя.

Ты попытаешься зарыться в мои мысли, посеять в них вопросы и сомнения, чтобы

уходя из комнаты, я забрала часть тебя с собой.

Вот, что Рэддинг сделал несколько месяцев назад, когда неожиданно заговорил о

моей матери.

И поэтому я вернулась сюда.

— Я так сказал? — медленно и вкрадчиво улыбаясь, спросил Рэддинг. — Звучит

так, как будто я мог упомянуть что-то подобное, но… — он пожал плечами.

Я сложила руки на столе и принялась ждать. Это ты хотел, чтобы я вернулась

сюда. Это ты забросил удочку. Вот она я, проглотила наживку.

Наконец, Рэддинг заговорил.

— У тебя наверняка есть, что мне сказать, — Рэддинг обладал типичным для

«организованных убийц» терпением — но только на своих условиях, а не на моих. — В

конце концов, — продолжил он с низким гулом в голосе, — у нас с тобой столько общего.

Я знала, что он имел в виду мои отношения с его сыном. А ещё я знала, что для

того, чтобы получить то, чего я хотела, мне придется это признать.

— Вы говорите о Дине.

Стоило мне произнести имя Дина, безумная улыбка Рэддинга расширилась. Мой

парень — ещё один Естественный — не знал о том, что я была здесь. Он настоял бы на

том, чтобы поехать со мной, а я не могла так с ним поступить. Дэниел Рэддинг мастерски

манипулировал людьми, но его слова никогда не смогут ранить меня так, как каждое из

них ранит Дина.

— Мой сын вообразил, что он в тебя влюблен? — Рэддинг подался вперед,

складывая руки в точности как я. — Ты пробираешься в его комнату по ночам? Он

зарывается ладонями в твои волосы?

Лицо Рэддинга смягчилось.

— Когда Дин сжимает тебя в своих руках, — на распев пробормотал он, — ты

думаешь о том, что ещё немного, и он свернет тебе шею?

— Наверное, вас беспокоит то, — мягко произнесла я, — как невероятно мало вы

знаете о своём сыне.

Если Рэддинг хочет сделать мне больно, ему понадобится что-то большее, чем

попытка заставить меня сомневаться в Дине. Если он хочет, чтобы его слова преследовали

меня на протяжении дней и недель, ему придется ударить меня по самому больному. По

моей слабости.

— Наверное, тебя беспокоит то, — Рэддинг повторил мне мои же слова, — как

невероятно мало ты знаешь о том, что случилось с твоей собственной матерью.

В моих мыслях всплыла окровавленная гримерка моей матери, но я заставила своё

лицо принять нейтральное выражение. Я подстроила всё так, чтобы Рэддинг ударил меня

по больному месту, а сделав это, он направил разговор именно туда, куда я хотела.

— Разве не поэтому ты здесь? — бархатным и негромким голосом спросил у меня

Рэддинг. — Чтобы узнать, что мне известно об убийстве твоей матери?

— Я здесь, — сверля его взглядом, произнесла я, — потому что я знаю, что, когда

вы поклялись, что я никогда не найду убийцу моей матери, вы говорили правду.

У каждого из пятерых подростков в федеральной программе «Естественные» была

своя специальность. Я была профайлером. Лия Чжан — детектором лжи. Несколько

месяцев назад она назвала слова Рэддинга о моей матери правдой. Сейчас я чувствовала,

как по другую сторону двухстороннего зеркала, Лия готовится разделить каждую фразу

отца Дина на правду и ложь.

Настало время раскрыть карты.

— Я хочу узнать, — сказала я сидящему передо мной убийце, — в чём именно

заключалась эта правда. Когда вы пообещали мне, что я никогда не найду мужчину,

который убил мою мать, вы думали, что это сделала женщина? — я сделала паузу. — Или

вы считали, что моя мать всё ещё жива?

Десять недель. Вот, как долго мы искали зацепку — любую, пусть даже самую

маленькую — в деле о группе серийных убийц, которые фальсифицировали смерть моей

матери шесть лет назад. И с тех пор держали её в плену.

— Это не простой визит, не так ли? — Рэддинг откинулся на спинку стула и

склонил голову на бок, в то время как его глаза — глаза Дина — беспристрастно изучали

мои. — Ты не просто достигла переломного момента; мои слова не съедали тебя

постепенно месяц за месяцем. Ты что-то знаешь.

Я знала, что моя мать была жива. Знала, что она была у этих монстров. А ещё я

знала, что я пойду на всё, заключу сделку с любым дьяволом, чтобы их уничтожить.

Чтобы вернуть её домой.

— Что бы вы ответили, — спросила я у Рэддинга, — если бы я сказала вам, что

существует тайное сообщество серийных убийц, которое убивает девятерых жертв каждые

три года? — я слышала напряжение в собственном голосе. Я даже не походила на себя. —

Что бы вы ответили, если бы я сказала вам, что эта группа погрязла в ритуалах, что они

убивали больше столетия, а я собираюсь их уничтожить?

Рэддинг подался вперед.

— Полагаю, я бы ответил, что захочу увидеть, что эти люди сделают с тобой за то,

что ты их преследовала. Увидеть, как они разорвут тебя на части.

Продолжай, больной монстр. Расскажи мне, что они со мной сделают. Расскажи

мне всё, что знаешь.

Внезапно Рэддинг замолчал, а затем усмехнулся.

— Ну разве ты не умная девочка? Вот так заставить меня заговорить. Теперь я

понимаю, что в тебе видит мой мальчик.

На моей челюсти дернулся мускул. Я почти расколола его. Я была так близка…

— Ты читала Шекспира, девочка? — среди прочих очаровательных качеств, этот

серийный убийца любил Барда с Эйвона.

— «Будь верен сам себе»? — мрачно предположила я, гадая о том, как заставить

его снова заговорить о том, что было мне нужно.

Рэддинг улыбнулся, его губы приоткрылись, обнажая зубы.

— Я думал скорее о чём-то из «Бури». «Ад пуст. Все бесы здесь».

Все бесы. Убийца напротив меня. Сумасшедшая группировка, похитившая мою

мать.

Семь Владык, — прошептал голос в моей памяти. — Пифия. И Девятка.

— Учитывая то, что я знаю об этом коллективе, — произнёс Рэддинг, — если твоя

мать была у них все эти годы? — без какого-либо предупреждения он рванул вперед и

поднёс своё лицо так близко к моему, насколько это позволяли его цепи. — Возможно, она

и сама стала тем ещё бесом.

ГЛАВА 2

Как только Рэддинг бросился ко мне, стоявший у двери агент ФБР потянулся за

своим оружием. Я уставилась в застывшее в дюймах от моего лицо убийцы.

Ты хочешь, чтобы я отшатнулась. Насилие означало власть и контроль — у кого-

то они были, а у кого-то — нет.

— Всё в порядке, — сказала я сопровождающему меня агенту. Агент Вэнс работал

с агентом Бриггсом с тех пор, как я присоединилась к программе «Естественных». Было

решено, что он будет охранять меня, а Бриггс и его напарница — агент Стерлинг —

решили остаться по другую сторону двухстороннего зеркала. Их многое связывало с

Дэниелом Рэддингом, а сейчас мы хотели, чтобы психопат сосредоточился на мне.

— Он не может мне навредить, — сказала я агенту Вэнсу, не только чтобы

успокоить его, но и ради моей цели. — Он просто театральничает.

Я говорила короткими фразами, стараясь завлечь Рэддинга в эту словестную

шахматную партию. По крайней мере, я заставила его признать, что он знает о

существовании этой группы. Теперь я должна была узнать, что он о них слышал и от кого.

Мне нужно было сосредоточиться.

— Не стоит волноваться, — Рэддинг откинулся на спинку стула и поднял свои

закованные руки в извиняющемся жесте. Вэнс вернул свой пистолет в кобуру. — Я просто

стараюсь быть откровенным, — уголки губ Рэддинга изогнулись, и он снова

сосредоточился на мне. — Человека можно сломать. А сломанного человека — такого, как

твоя мать — можно превратить во что-то новое. — Рэддинг склонил голову на бок и

прикрыл глаза, словно он особенно ярко грезил на яву. — Что-то великолепное.

— Кто они? — не клюнув на наживку, спросила я. — Где вы о них услышали?

Последовала долгая пауза.

— Допустим, я что-то знаю, — лицо Рэддинга замерло. Он говорил не мягко, но и

не повышал голоса. — Что я получу взамен?

Рэддинг был очень умным и расчётливым садистом. У него было всего две

одержимости. То, что ты делал со своими жертвами. И Дин.

На столе мои ладони сжались в кулаки. Я знала, что я должна сделать, и бесспорно

знала, что я это сделаю. Не важно, как ужасно я буду себя чувствовать. Не важно, как

сильно я не хотела произносить эти слова.

— Теперь Дин берет меня за руку чаще, чем раньше, — я опустила взгляд на свои

ладони. Они дрожали. Я заставила себя перевернуть левую ладонь и коснуться её

пальцами правой руки. — Его пальцы переплетаются с моими, а большой палец… — я

сглотнула, касаясь большим пальцем своей ладони. — Его большой палец выводит на

моей ладони крохотные круги. Иногда он проводит пальцами по наружной стороне моих.

Иногда… — слова застряли у меня в горле. — Иногда я провожу пальцами по его шрамам.

— Он получил эти шрамы от меня, — судя по выражению лица Рэддинга, он

наслаждался этими словами, и будет наслаждаться ими ещё очень долго.

К моему горлу подступила тошнота. Продолжай, Кэсси. Ты должна.

— Вы снитесь Дину, — слова походили на наждачную бумагу, но я заставила себя

продолжить. — Иногда он просыпается от ночного кошмара и не видит ничего перед

собой, потому что он видит только вас.

Рассказывая об этом отцу Дина, я не просто заключала сделку с дьяволом. Я

продавала душу. И я была в опасной близости от того, чтобы продать душу Дина.

— Ты не расскажешь моему сыну о том, что тебе пришлось сделать, чтобы

заставить меня заговорить, — Рэддинг барабанил пальцами по столешнице. — Но каждый

раз, когда он потянется к твоей руке, каждый раз, когда ты коснешься его шрамов, ты

будешь вспоминать этот разговор. Я буду там. Даже если мальчик не будет этого знать, ты

будешь.

— Расскажите мне всё, что вы знаете, — выдавила я.

— Хорошо, — на губах Рэддинга играло удовлетворение. — Группа, за которой ты

охотишься, ищет особых убийц. Людей, которые хотят быть частью чего-то большего.

Общительных личностей.

Монстр отдавал мне обещанное.

— Сам я скорее одиночка, — продолжил Рэддинг. — Но ещё я слушатель. За все

эти годы я слышал слухи. Шепот. Городские легенды. Владыки и ученики, ритуалы и