Читаем Друидка (СИ) онлайн бесплатно

А кто не верит страстно, Тот умрёт напрасно,

Кто не верит в сказки, Кто не верит в сказки.

© Обе-Рек — Сказки

Хандо — столица королевства Тревинор.

В трактире “Обожжённый свин” нынче было многолюдно. Это заведение и в обычные дни привлекало немало посетителей. Но сегодня дошло до того, что многие, кто хотел пройти внутрь, стояли у входа и по несколько часов ждали, когда освободиться хоть какой-нибудь столик. Они бы могли пойти и в другое питейное заведение — благо, в столице их было полно. Если бы не одно но: в других пабах и трактирах творилось такое же столпотворение. В Хандо ещё с ночи начали прибывать люди из ближайших городов и деревень, а к полудню поток желающих посетить столицу королевства Тревинор многократно возрос. Причиной такого наплыва послужил десятый день рождения сына наследного принца Балдера, принца Амира. Несведущие в истории Тревинора люди могли бы, конечно, спросить: почему простой люд с таким размахом празднует дни рождения королевских особ? Ответ на этот вопрос кроется в их родословной.

Род Селисов, что правит восточными землями Заварского континента уже больше сотни лет, чтят и уважают, как доблестных и честных правителей. Дед принца Балдера, король Сархан, прославился тем, что отстоял северные границы королевства с армией в два раза меньшей, чем у его тогдашних врагов — королевства Ганумар, самого большого на Заварском континенте. А отец принца, король Жангир, прозванный в народе всадником мира, смог предотвратить крупный конфликт между двумя своими вассалами, что воевали меж собой за территории многие десятилетия — герцогствами Шипэльт и Бангурв. Когда обстановка между ними накалилась до того, что на границе собрались многотысячные армии, готовые разорвать друг друга на части, король Жангир прибыл на поле битвы на белом коне, в сопровождении лишь своей стражи, и меньше чем за час смог примирить своих союзников.

Именно из-за этих великих людей жители королевства и празднуют дни рождения рода Селис, как великие праздники, прославляя их мужество и мудрость. По такому случаю во всех трактирах города сегодня подавали жареных на вертеле свиней, уток и баранов, фаршированных травами и овощами. На закуску подавали печёный картофель, супы и другие блюда, отличавшиеся своим восхитительным вкусом и запахом. Но самым главным, ради чего люди могли часами ждать у трактиров, в надежде, что там появится местечко, была выпивка, специально доставленная во все трактиры столицы из личных погребов королевской семьи. Танкарский эль, гунамирский бренди и ликёр, шамурский ром, ланкарская огненная вода, а также медовуха, привезённая с островов Нахит-Пирас.

В трактире “Обожжённый свин”, как и во многих других в этот день, люди пили и веселились, танцевали под песни басовитого барда, ну и, конечно, иногда дрались. Но так, забавы ради, а не чтобы кого-то убить или покалечить. Среди шумной толпы были и те, кто просто наслаждался атмосферой, вкусной едой и хорошей выпивкой, которую в обычные дни трудно достать. Сир Стрэйб, капитан королевской гвардии, и его оруженосец, юный Арий, были одними из тех, кто просто отдыхал после тяжёлой недели. Они сидели недалеко от барной стойки, поэтому миловидные девушки официантки, одетые в неприлично короткие юбки и кружевные блузки, часто посещали их столик, поднося то еду, то кувшины с выпивкой.

— А почему вы не празднуете с его высочеством? — спросил у капитана Арий, когда расправился со своим фазаном.

— Терпеть не могу это высшее общество, — пригубив мёда, ответил А́тон. — Да к тому же празднование будет только вечером, — он выпил ещё и скривился. — В замке уже не продохнуть от графов и герцогов, а к вечеру вообще шагу ступить будет нельзя без поклона и высокопарных фраз.

— Я думал, что сын его высочества вас любит и уважает, и что он будет очень рад видеть вас среди гостей, — робко отозвался оруженосец.

— Я поздравил этого сорванца с первыми лучами, — хмыкнул Атон. — Подарил ему меч, что выковали для меня по специальному заказу, только вот его матери этот подарок по душе не пришёлся.

— Она не любит мечи?

— Она не любит насилие, — пожал плечами Стрэйб, — и надеется вырастить из своего сына правителя, который будет править только словом.

— Но разве это плохо? — откусив от жирной свиной ноги, спросил Арий.

— Понимаешь, мой друг, — откинувшись на стуле и скрестив под столом ноги, протянул Атон. — Король должен быть достаточно мудрым, чтобы избегать ненужного кровопролития, но при этом он должен быть и достаточно сильным, чтобы в случае большой нужды взяться за меч. И во главе войска защищать свой дом, родных и подданных. Словами летящие стрелы не остановишь, как и нож, воткнутый в спину.

Пока капитан и его оруженосец разговаривали, в центре зала вновь завязалась драка. Маленький, но крепкий мужчина что-то не поделил со здоровяком, сидевшим в компании трёх дам, которые явно придерживались не самого строгого поведения. Слово за слово — и вот уже посыпались удары, а толпа, что обступила двух дерущихся, принялась воинственными возгласами выражать поддержку то одному, то другому. Драка продлилась недолго: крепкий коротышка, конечно, бил быстро и ловко, только вот, пропустив две затрещины от здоровяка, поплыл, а после третьей и вовсе свалился на пол без чувств. Толпа радостно взревела, приветствуя победителя, в то время как двое крепких ребят поволокли побеждённого куда-то в угол.

Когда на столе сира Стрэйба в очередной раз закончилась выпивка, он поймал взгляд Верны — официантки, что весь день пялилась на него с неподдельным интересом, и, помахав ей пустым кувшином, попросил добавки. Девушка, неохотно оторвав взгляд от капитана, ушла на кухню, а вернулась оттуда, неся три кувшина, полных медовухи с островов Нахит-Пирас. Пока она шла — смотрела только на Атона, буквально раздевая его глазами. Да и не заметила компанию молодых парней, стоявших у стойки — влетела прямиком в них, щедро облив медом, который так ждал капитан.

Обескураженная Верна вскрикнула и в придачу к вылитому мёду уронила кувшины, которые разлетелись на множество осколков. Четверо парней, которые теперь выглядели, как мокрые тряпки, наконец осознали, что произошло. С бешенством во взглядах они воззрились на неуклюжую официантку.

— Ты что, дура, слепая? — рявкнул рыжеволосый парень, отчего шум в трактире резко затих и все взгляды устремились на него.

— Какого хрена ты творишь, сука? — это подал голос еще один, самый крепкий из четвёрки — с жуткой мордой, лысой башкой и странной сыпью на шее.

— Простите, — пискнула официантка. — Я вас не заметила…

— Мы что, на карликов похожи? — вновь зарычал первый. — Ты нам всю одежду испохабила, безмозглая.

— Простите, — со слезами на глазах продолжала пищать Верна. — Я сейчас же схожу за полотенцами и всё…

Девушка уже было хотела развернуться и уйти, но лысый бугай бесцеремонно схватил её за руку, да с такой силой, что она вскрикнула.

— Пустите! — закричала испуганная девушка. — Мне больно!

— Полотенца не исправят нам испорченный вечер, — прорычал он, а после жадно оглядел её, — а вот ты вполне с этим справишься.

— Нет! — с ужасом в глазах вскинула Верна, пытаясь вырвать руку, но безуспешно. — Отпустите или я…

— Протрёшь нас своими полотенцами досуха? — загоготал первый и схватил её за вторую руку. — Знаешь, это липкий мёд пролился мне на штаны. Думаю, стоит снять их в какой-нибудь комнате наверху, чтобы ты очень тщательно всё там вытерла.

Атон наблюдал за происходящим, до последнего надеясь, что кто-нибудь другой вмешается и поможет девушке. Но посетители лишь с интересом наблюдали за разгорающейся руганью, которая с минуту на минуту грозила перейти в надругательство над невнимательной дурочкой. Тяжело вздохнув, Стрэйб отстегнул от пояса меч, который носил почти всегда — даже когда заходил куда-нибудь выпить, и передал оруженосцу.

— Не потеряй, — сказал гвардеец, вставая из-за стола.

Молодые насильники были слишком увлечены своей жертвой, так что Атону ничего не стоило незаметно подойти к ним со спины.

— Вам же вроде ясно сказали, — положив руку на плечо лысому, спокойно проговорил Стрэйб, — что с вашими мерзкими мордами вам ничего не светит.

— А ты не лезь, папаша, — огрызнулся третий, что был выше своих товарищей и имел уродливый шрам на щеке, полученный явно в уличной драке. — Не видишь, мы пытаемся восстановить справедливость, — после этого он слегка толкнул капитана в плечо, заставив его отступить на пару шагов. — Вали отсюда, пока цел.

— Поаккуратнее со словами, — радостно оскалившись в предвкушении драки, проговорил Атон. — А то я тоже могу восстановить справедливость для матушки природы. Пара хороших ударов явно помогут вам обзавестись зачатками мозга, которым она вас обделила.

Стрэйб без труда спровоцировал четвёрку молодых и не слишком трезвых людей, отчего они бросили Верну. Едва освободившись, перепуганная официантка бросилась на кухню, а у стойки завязалась драка. Первым попытался ударить высокий, находившийся ближе всех к “папаше”. Удар был довольно грамотный, да только до цели не достал. Атон поднырнул под дылду, а после, резко выпрямившись, двинул в челюсть снизу. Высокий клацнул зубами и, отлетев в руки двух друзей, что до этого держали официантку, обмяк. Слева послышался боевой крик и в бок капитана прилетел чувствительный тычок, затем в плечо. Третий удар, направленный в скулу, цели не достиг. Стрэйб перехватил руку пухлого парня, четвёртого в компании молодых скандалистов, и хлёстким ударом свернул ему нос, заставив заскулить и отступить назад. Двое, что держали тело бессознательного товарища, бесцеремонно бросили его на пол, отчего тот звонко ударился затылком о доски, и дружно бросились на обидчика. Атон увернулся от лысого, но рыжий парень, который и начал склоку, оказался быстрым и вёртким противником — он ловко попал капитану по челюсти, сам же ушёл от ответного удара.

Во рту появился привкус железа. Глаза Стрэйба заблестели огоньками азарта, а кулаки, до этого лишь слегка зудевшие, зачесались не по-детски. Выпрямившись и став в стойку, Атон стал ждать, кто из трёх оставшихся первым сделает ход. Второй жертвой стал пухлый, нос которого уже был свёрнут влево, а вся рубаха залита кровью. Он бросился капитану в ноги, видимо в надежде повалить его, но Стрэйб увернулся от летевшего шара, от чего тот врезался головой в стойку, а следом получил звонкий удар каблуком по затылку и обмяк бесформенной массой. Затем на капитана кинулся лысый. Этот не стал ничего придумывать — просто попытался достать кулачищем до груди противника, но промахнулся. Атон крутанулся на пятках, и лысый, не удержав равновесия, повалился вперёд, напоровшись челюстью на выброшенное Стрэйбом колено. Неприятно хрустнуло — свет в глазах третьего насильника потух и тот упал на своего пухлого приятеля.

В полукруге побоища, где с одной стороны ревела в экстазе толпа, до этого смирно наблюдавшая за побоищем, а с другой — возвышалась барная стойка, остались двое. Капитан королевской гвардии Стрэйб и нахальный парнишка с сальными рыжими волосами и тусклыми веснушками, обсыпавшими большую часть лица. В этот раз Атон ждать не стал, а напал первым. Парнишка и правда был очень вёртким, капитан трижды атаковал, делал обманные выпады и пытался подсечь нахала, но рыжий ушёл почти от всех ударов, а три из них стойко принял в блоке. Стрэйб такой ловкостью не обладал, поэтому вначале пропустил болезненный удар в рёбра, нанесённый левой рукой с хорошим замахом, а после и в плечо, от чего правая рука почти отнялась. Атон, чувствуя, как кипит в жилах кровь, решил больше не играть в чучело для битья. Рывок влево, вправо, ложный замах ногой и мощный удар с разворотом корпуса в челюсть. Парень поймал удар в руки, но судя по тому, как его качнуло, и как скривилось лицо, попало ему неслабо.

Решив провернуть тот же фокус, но бить уже прямой, чтобы отправить рыжего в нокаут, Стрэйб начал крутить корпусом из стороны в сторону, не давая парню сосредоточиться. И когда он уже был готов нанести решающий удар, дверь в трактир с треском распахнулась, вызвав в толпе испуганные возгласы. Атон на секунду отвлекся, оглянувшись в сторону двери — скорее инстикнивтно, чем нарочно — и этого оказалось достаточно. Рыжий паренёк с налитыми кровью глазами, не видящий ничего, кроме противника, вписал хлёсткий удар в челюсть зазевавшегося гвардейца. Капитан, пошатнувшись, почувствовал, как в глазах плывёт, и что он вот-вот свалится. Но даже затуманенным взором он чётко видел разъярённое лицо парня. Тот намеревался нанести ещё один удар, да только не успел. Из толпы, что теперь вскрикивала и охала вместо ликования, вынырнули шесть крепких ребят в доспехах и с развевающимися за плечами голубыми плащами. Быстро сориентировавшись, они, нимало не церемонясь, в секунду уложили ничего не подозревающего рыжего парня мордой в пол.

— Сир Стрэйб, — раздался над ухом знакомый голос.

Атон выпрямился и попытался сфокусировать взгляд на том, кто любезно придержал его под руку. Когда в глазах прояснилось, он смог различить небритое лицо капитана городской стражи.

— Мальвэйн, — удивлённо протянул Стрэйб. — Что вы здесь делаете?

— Ну, судя по всему, спасаю вас от неприятностей, — он недовольно посмотрел вначале на рыжего, который, лёжа на полу, бурчал какие-то ругательства и жаловался, что ему больно, а после — на троицу лежавших. — Эти юнцы на вас напали?

— Ничего серьёзного, — освободившись из рук стражника, проговорил капитан. — Будьте любезны, отпустите его и помогите ему довести друзей до ближайшего лекаря, — когда рыжий оказался на ногах, Атон посмотрел на него и жёстко ухмыльнулся. — Ещё раз такое устроите, в темницу отправитесь.