Читаем Другая муза онлайн бесплатно

С любовью и благодарностью –

Ларисе Давыдовне Нечкиной,

лучшему человеку Земли,

и моей музе, любимой сестре,

Ольге Федяковой.

* * *

О любви в семнадцать – и опять

О любви мы пишем в двадцать пять.

В тридцать пять – любовь опять сильна,

Снова к облакам зовет она.

В шестьдесят – ну, что любви сильней?

Вновь нагрянет стаей голубей,

Снова строки рвутся по ночам –

В семьдесят – любовь приходит к нам…

Мир иной, нас в дали не зови.

Мы бессмертны – пишем о любви!

Р

азлука

Разлуками поэзия сыта.

Ну что ж, проглотит и еще разлуку,

Простит поэту боль его и муку,

И вдалеке протянутую руку,

Раз только в ней разлуки полнота…

Разлуками поэзия сыта…

Что ж у нее случилось с аппетитом,

Что пошлостью раздавлена, она

Сидит, опустошенная до дна,

А мерзость пропечатана петитом?

Разлуками поэзия сыта?

Проснись, моя прекрасная подруга!

Открой свои усталые глаза.

Пусть промелькнет иссохшая слеза,

И прогремит забытая гроза,

И пусть в тебе опять поет разлука…

***

Пройдут года, и мы с тобою встретимся.

Возможно, в марте, раннею весной.

В знакомой роще птичьи стаи вертятся,

Холодным утром, не считаясь с тишиной.

Придешь ко мне нежданно и негадано,

Зачем – понятно будет только нам,

И все, что было прежде жизнью задано

Прости, но полетит ко всем чертям.

Твои виски, уже посеребренные,

И за плечами годы и ветра,

Но прежние глаза твои влюбленные

Напомнят то, что кончилось вчера.

И даже если вьюга заметелится,

И даже если пробирает дрожь,

Во что-нибудь хорошее поверится,

Ты все внезапно вспомнишь, и придешь.

И ты придешь, и склонишь тихо голову,

И позовешь забытую весну.

В знакомой роще встрепанные голуби

Как прежде, разгоняют тишину…

Одиночество. Одиночество.

Капля за каплей, и камень сточится…

Кто рассмеется, а кто растеряется,

С кем–то хорошее что-то случается,

Падают звезды, и счастья так хочется!

Одиночество.

Кто же ворвется в мой круг заколдованный?

Здесь удивленья цепями закованы,

Кружишь, и кружишь по краю кольца,

И ни начала, и ни конца…

Одиночество. Одиночество.

Капля за каплей – и камень сточится

Нет больше силы, и нет его рядом –

Синего взгляда, любимого взгляда.

Одиночество….

Ломают дом.

А в этом доме

Когда-то жили мы с тобой.

Ломают дом.

В нем жили двое.

Одной счастливою судьбой.

Ломают дом.

И клубы пыли

Вдруг занесли знакомый сад.

Так мы любовь свою разбили,

Ни разу не взглянув назад.

Я могла бы тебе стать другом.

Я могла стать твоей судьбой.

Разделила б с тобою счастье,

Все невзгоды деля с тобой.

Отказала б себе во многом,

И с тобою по жизни шла,

И счастливее этой доли

Никогда б для себя не ждала.

Ну, а если случись разлука,

Я бы сердцем своим всегда

Согревала твои дороги,

Неуютные поезда,

И всегда вечерами с надеждой

Я ждала бы тебя одного,

Я была б для тебя самой нежной…

Только ты не хотел того…

Не сказав на прощанье «люблю» – я уйду.

Провожать ты сегодня меня не пойдешь.

В шуме улиц ночных утешенье найду.

То ли слезы мои, то ли падает дождь.

Ты, наверное, прав. Ни к чему обещать.

Что ушло, то вовеки уже не вернешь.

И не будем грустить.

И не будем мечтать.

Будто слезы мои, тихо падает дождь.

Отдать тебе свои мечты и песни,

Отдать тебе все радости свои.

Отречься от всего, чтоб верить вместе

В твои надежды и твои пути.

Но для чего? Тебе не нужно это.

И что чужие песни для поэта?..

О, как тебя я ненавижу!

Твои глаза, твои шаги.

Но только голос твой услышу,

Как сердце шепчет мне:

– Беги!

Беги навстречу нараспашку!

Останови, в глаза взгляни!

Поверь, минуты эти ваши,

Подумай – вы сейчас одни!

А он проходит мимо. Слышишь?

Ну, догони, останови!

О, как тебя я ненавижу,

Не одолев своей любви…

Не надо письма старые хранить.

Ведь все, что было, то давно прошло.

И радость позабыта навсегда,

И горе утешенья не нашло…

Не надо письма старые хранить.

Ведь их слова давно в душе молчат,

И образ светлый твой уже забыт,

Зачем пытаться все вернуть назад?

Не надо письма старые хранить.

Но я опять в письме твоем ищу

Слова, что мне могли бы подарить

Любовь, надежду, счастье и мечту…

Не надо письма старые хранить…

Уходишь?

Иди. До свидания.

Вернее – прощай навсегда.

Не будет тебе оправдания

И ты не вернешься сюда.

Не буду я звать и метаться,

Ничто не изменишь теперь.

И, знаешь,

Не стоит прощаться.

Иди.

И захлопывай дверь.

Ты слезы мои не заметишь.

Тебя провожаю, смеясь.

Иди!

Ну, чего же ты медлишь?

А то…

Я заплачу сейчас!

Я – звездочка твоя.

Я это знаю.

И точно также знаешь это ты.

Я по ночам

В окне твоем мерцаю,

Куда–то вдаль зовя твои мечты.

В твоих дорогах, темных и туманных,

В каких-то мне неведомых путях

Ты осознаешь вдруг

С улыбкой странной,

Что ты идешь сейчас в моих лучах.

Неясной тенью прошлого предстану,

И сна лишу, побыв опять с тобой.

И, память растревожив,

Словно рану,

Потом – исчезну

с утренней зарей

А я тебя действительно любила.

Не знаю, сможешь ты понять, иль нет,

Но счастье легкой птицей сизокрылой

Мелькнуло, в небесах оставив след.

И не вернуть – и не исправить песню,

Когда уже пропета до конца.

Как хорошо, что мы уже не вместе…

Скатись, слезинка, с моего лица!!!

Придумаем сказки….

И жизнью своей

Исполним… хотя бы немного…

И будет – снежинки, слетая с ветвей

Скользнут по щекам, и коснутся бровей,

К тебе заметая дорогу.

И время случайно качнется назад

Вчерашним сиянием ночи,

Осыплет забытый давно звездопад,

Лучами надежды и болью утрат,

И горькою памятью строчек.

Я памяти сказку плету, как венок,

И песни слагаю из памяти строк.

Где-то там, далеко глаза твои,

И рука к руке не притронется.

Где-то бури шумят на западе,

Снова солнце к закату клонится.

Ночь рассыплет огней сияния,

Неизбежные, как пророчество,

Беспощадные, как прощание,

Ледяные, как одиночество.

А под утро рассветы дальние

Сгонят прочь эту ночь жестокую,

А на песню мою печальную

Отзовется струна далекая.

Я сегодня стихи не пишу – просто времени нет у меня.

Я охапками строки ношу, как дрова для растопки огня.

Я сжигаю в камине стихи, на поэмах готовлю обед,

Разлетаются искр мотыльки, а ловить их желания нет.

Я могла бы писать для тебя, только ты не читаешь стихи.

Ты не знаешь, что есть у меня не погаснувших звезд огоньки.

Я тебя согреваю теплом обгоревших порывов души,

Ты уснешь, я сижу за столом, и себя убеждаю – пиши!

Только строки исчезли в огне очага, что горел для тебя.

И в звенящей ночной тишине я одна, бесконечно любя,

Собираю по буквам слова из поэм, что тебе не нужны,

Чтобы завтра сжигать их в огне, замирая от чувства вины.

Вдохновенье мне враг, а не друг, если ты не читаешь меня.

Не для дальних друзей и подруг собираю я искры огня.

Для тебя почерпнула воды, для тебя собирала цветы,

Для тебя приглушила я свет, прогнала голубые мечты,

Только ты не увидел цветы, только ты недоволен опять,

Я сгораю в огне суеты, я пытаюсь тебе угождать.

Прочитай мою душу в огне, что зажжен от пылающих строк.

Пролетит по гитарной струне ускользающий вдаль огонек.

Загляни в золотистый огонь, что горит в глубине шалаша.

Ты сейчас постарайся понять, как важна для поэта душа.

И из тех мотыльков золотых, что парят в тишине над огнем,

Песню ты о любви собери. И давай ее вместе споем.

Я сегодня в тебе встречаю

И разлуку, и боль, и отчаяние,

Я к тебе сегодня стремлюсь,

О тебе сегодня молюсь,

За ошибки тебя хвалю –

Я тебя, как всегда, люблю.

Ну что ж – и это было у меня.

И это было.

Бродила ночью в отзвуках огня.

Тебя любила.

Далекой синей стае голубей

Рукой махала.

Роняла молча слезы у дверей.

Тебя прощала…

Я беру на себя твои радости,

Я беру на себя твои беды

До последней, до самой малости,

До нелегкой твоей победы.

Я скрываю твои неловкости,

Я ошибки твои прощаю

Я с привычной уже сноровкою

От других тебя защищаю.

Ты – мои не прощаешь слабости,

Счет ошибкам ведешь жестоко,

Ты со мною разделишь радости,

А в беде я всегда одинока…

Если вдруг я уйду безжалостно,

Ты пойдешь покаянно следом,

Чтоб взвалить на меня свои радости,

Чтоб взвалить на меня свои беды…

Ты сегодня где-то далеко.

Очень.

Я слежу за стаей облаков

Ночью.

Я ловлю летящую звезду

С неба,

Сочиняю сказку на ходу –

Небыль.

В этой сказке ты со мной всегда

Рядом.

Со своим – как чистая вода –

Взглядом.

Только ты сегодня далеко

Очень.

Я бегу за стаей облаков

Ночью.

Ну что ж, я тебя прощаю,

Прощаю за все, за это…

А гордые птичьи стаи

Спешат возвратиться в лето.

А гордые птичьи стаи

Спешат возвратиться к дому….

Конечно, они не знают,

Стало все по-другому.

Не знают, что сильный ветер

Гнездо разорвал по клочьям,

От ветра спасенья нету,

И негде укрыться ночью.

И люди, что рядом жили,

Покинули место это,

Быть может, они решили,

Что больше не будет лета.

А птицы – они не люди,

И, верность храня руинам,

Гнездом заниматься будут,

Дождям подставляя спину.

Я птицам машу руками,

Как правду, я их встречаю…

Не знаю, что будет с нами.

И все ж – я тебя прощаю…

Годы птицами пролетали,

Уносили мечты с собою,

Нам морщинки нарисовали,

И припудрили сединою,

И грустинки у песен наших,

А на листьях желтеют точки,

Только встретимся мы однажды

Этой сказочной поздней ночью…

Знаешь, это еще не осень

Это просто остаток лета,

Мы сегодня еще приносим

Ночи в дар королям рассвета,

Вместе с эльфами на поляне

Мы танцуем волшебным утром,

Дети с внуками вместе с нами,

Им за нами угнаться трудно.

Нам сегодня судьба приносит

То, что мы потеряли где-то.

И про годы она не спросит -

Не захочет узнать ответа,

Сказка время сегодня спрячет.

В свете лунном морщинок нету,

И, наверное, это значит,

Что любовь призвала к ответу.

Значит, это еще не осень,

Это просто остаток лета,

Мы сегодня еще приносим

Ночи в дар королям рассвета,

Даже если у сказки этой

Только ночь, то она чудесна,

Значит, в давнее наше лето

Мы с тобою добавим песню…

Забытые лица, ненужные встречи -

А память, как птица, садится на плечи,

А зеркало снова читает морщинки,

Забытое слово, сухие слезинки…

А когда-то мы были одни на планете,