Читаем Драконьи тропы (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Что ни день у начинающей магички, то что-нибудь неожиданное. А что-нибудь неожиданное, как известно, редко оказывается чем-то при ятным. А если накануне большого праздника сниться страшный сон, то это почти наверное значит, что придется кого-то спасать. Главное, чтобы потом нашелся кто-то, кто будет спасать ее...

Быкова Ольга Борисовна

Глава 10

Быкова Ольга Борисовна

Драконьи тропы

Сыну Александру

посвящается

Гл. 1

Вечерело. По бледному небу плыли куда-то темно-сизые с серебристым краем облака. Потихоньку опускалась на землю ночная сырость.

Саднила царапина на щеке, оставленная какой-то веткой, ныл ушибленный локоть, и рукав, кажется, порван... Ну да ладно, все это чепуха. Слава Богу, глаза целы, голова на месте и ноги не переломал, когда вылетел из седла в кусты на краю дороги. И опять же повезло! До этих кустов, которые, надо отдать им должное, как могли смягчили его падение, шел кусок дороги с крутым склоном с одной стороны и крупными (и, наверное, очень жесткими) обломками скал -- с другой, а впереди, дальше кустов, по обе стороны дороги самых разных размеров камни перемежались со стволами деревьев. Там упасть помягче, наверное, совсем бы не получилось... В общем, у Левко было вполне достаточно поводов чувствовать себя счастливым.

И где же, интересно, теперь это хромоногое приключение, чертова кляча, волчья сыть, ..., ... ... ?! Да и надо ли искать эдакое счастье?.. А, нет, не надо -- вон стоит рядышком, на дороге, переминается с ноги на ногу с самым невинным видом. Левко разразился неприветливой речью:

-- Ты что же это натворил, паразит?! Что я теперь делать буду?! Ты хоть понимаешь, что произошло?

Хотя, это уж он, конечно, хватил. Тут и человеку-то сразу не понять, что случилось... Впрочем, если вспомнить и немного подумать, все довольно просто.

Дело шло к вечеру. Они гнали табун в Ковражин по неширокой дороге среди леса. Купцы ехали впереди. Три человека охраны и Левко с Дарианом -- сзади. Было тихо и спокойно, ничего подозрительного. Потом дорога немного сузилась. То справа, то слева к дороге подступали скалы. Местами получалось, что они ехали между высоких утесов -- как по коридору.

Вот в одном таком "коридоре" на них и напали. Несколько отчаянного вида мужиков, а попросту разбойников, выскочили из-за придорожных кустов, из-за деревьев, остальные сыпались по склонам, грозя окружить табун со всех сторон. Охрана -- Ринар и Тайгор с Велехом -- кинулись на бандитов, один направо, двое налево. Левко взял на себя тех, кто был сзади. Одного конем сшиб, другого мечом достал -- не достал... не понял. Повернулся к третьему и успел увидеть и услышать только, как Дариан вскинул руки в сторону табуна, крикнул что-то. Полыхнуло белым, табун рванул вперед...

И тут вдруг конь под Левко метнулся куда-то в сторону, сделал несколько прыжков, будто это и не конь был, а горный козел, и помчался -- он даже не успел понять куда. Потом, зажмурившись и нагнувшись к самой лошадиной шее, он долго несся сквозь какие-то заросли, делая судорожные попытки поймать обрывок порванного повода, приостановить коня и при этом не свалиться ему под ноги...

И теперь вот сообрази, где они сейчас оказались, где табун, куда идти. Хорошо еще меч не выронил. Левко аккуратно вернул клинок в ножны и подошел к коню. Поклажа на месте, оборванный повод свисает до самой земли. Левко связал разорванные концы. Получилось коротковато, ну да и на том спасибо. И ведь как такое могло случиться, совершенно непонятно. Уздечка была новая, крепкая. Правда, это шкодное животное уже пыталось ее пожевать, как будто нечаянно, еще когда они остановились обедать. И до этого, утром, ни с чего ремешок вдруг оказался расстегнутым.

-- Нет уж, мы так не договаривались. Я тебя на колбасу коновалу не оставил, так что, будь добр, не выступай и меня не подводи. Вот как я сейчас буду табун искать? Где?

Он вспомнил крутые склоны, с которых вдруг посыпались на них разбойники. Что же с остальными? Может, бандиты их захватили в плен, а может, и... А он что же, выходит, в самый горячий момент смылся, оставив товарищей на поле боя?! Жгучее мучительное чувство захлестнуло Левко с головой. Что же он сможет им сказать в свое оправдание, когда встретит? И когда он их втретит? Да и есть ли еще те, кому он должен что-то об этом говорить? От жуткой мысли у него перехватило горло. Он постоял с минуту, пытаясь унять волнение и сориентироваться.

Да ну и хватит же рассуждать в конце концов! Сколько можно вот так стоять и охать, как баба, упустившая в колодец ведро? Он собрался.

Так, после того как этот леший потащил его назад, они влетели в кусты, что были справа от дороги, когда они ехали в сторону Ковражина. Точно, справа -- слева были деревья. Сейчас под ногами дорога, неширокая, но плотная, набитая. Если вспомнить карту, которую они смотрели в обед, так это, выходит, дорога на Одинец. В этом месте она идет почти параллельно дороге на Ковражин. Солнце было слева. А если вот так повернуться, ага, сейчас тоже слева. Слева же и впереди -- скальник, расщелистый, не очень высокий. Если забраться повыше, может, оттуда что-нибудь да увидишь.

Левко прошел вперед до самых скал и повернулся к коню.

-- Вот что, Рыжик, стой здесь, -- он накинул повод на крепкий сук стоящего на обочине дерева, -- а я пойду посмотрю, что в округе делается.

Как мог осторожно, оглядываясь, стараясь не шуметь и прячась от любых возможных наблюдателей, Левко забирался на скалы все выше и выше. Залез почти на самый гребень, осторожно высунулся, огляделся. Слева лес, справа лес, к счастью, не очень густой, просматривался он довольно далеко. Нигде никого. Не видно и, кажется, не слышно. Левко прислушался. В чаще леса, не спеша, отсчитывала кому-то года кукушка, еле слышно шелестели под ветром листья и... еще какой-то неясный звук... Он прошел по гребню еще немного, торопясь обнаружить хоть что-нибудь до темноты. Однако скалы есть скалы, бегом не побежишь. По-прежнему никого.

Закатное солнце запалило золотом макушки деревьев. Счет до сумерек пошел уже на минуты. Когда станет совсем темно, найти в лесу кого бы то ни было будет почти невозможно. Парень еще прибавил ходу. Споткнулся, чуть не упал, обругал себя за неуклюжесть и замер... Вроде бы конь заржал... где-то впереди, в лесу, справа... Или показалось? Еще саженей сто... Тихо. Неужели он так никого и не найдет? Левко был близок к отчаянию. Рядом вдруг стрекотнула сорока. Он пригнулся к земле. Может быть, беспокойная птица заметила его? А может, и не его. Он замер, начал вглядываться в лесные кущи и, наконец, заметил крошечную трепещущую искру. Костер! Рванул вперед и чуть не загремел с каменной кручи. Быстрее, быстрее! Темнота сгущалась с каждой минутой.

Слез со скалы и двинулся в ту сторону, где виднелся огонек. Тише, тише! Торопясь, можно все испортить. Левко остановился на несколько секунд, перевел дыхание. Впереди среди стволов и веток проглядывало пламя костра. Взяв себя в руки, сдерживая нетерпение, он пошел дальше с удвоенной осторожностью.

Как сейчас была бы кстати удача! Левко нащупал на груди Наирин подарок. Может быть... Он вытащил талисман, раскрыл серебряную оправу, взглянул на опалово мерцающий молочно-белый зуб дракона, мысленно попросил помощи, сунул сокровище обратно под рубашку и начал медленно подкрадываться к костру. Может статься, это совсем не то, что он думает, может быть, это отдыхает какой-нибудь одинокий охотник... Еще ближе, еще...

Нет, не охотник, и не одинокий...

Из-под густого куста он оглядывал большую... да нет, пожалуй, даже и не совсем поляну, просто деревья в этом месте росли гораздо реже. А между деревьев расположились на отдых разбойники.

Он наглухо застегнул куртку, чтоб не светилась в темноте его белая рубашка, и задумался, как бы спрятать свои светлые волосы. Пошарив по карманам, вытащил на темень божий тряпку, которой протирал потного коня. Цвет и размер были вполне подходящие, ну а аромат... вполне вписывался в естественные природные запахи. Поморщившись, повязал голову и, прижавшись к земле, прокрался еще ближе, потом еще ближе...

От одного костра на поляне было не очень много света. Левко ползал вокруг разбойничьего стойбища уже с полчаса и никак не мог толком сориентироваться. На первом кругу обнаружил загон для лошадей, хлипковатую времянку из наскоро связанных жердин. Увидев там темно-серого жеребца с белой гривой, сразу и обрадовался (он там, где надо), и расстроился (все-таки они не сумели отбиться) и пополз по второму кругу, изо всех сил надеясь отыскать нечаянно оставленных им товарищей.

Он слышал разговоры вполголоса, звуки шагов, бряцанье металла -- в общем, не так уж мало. А вот видно было плохо. По счастью, тут в разрыве облаков показался месяц, и лес наполнился неверным серо-голубым светом.

Левко решил воспользоваться моментом, встал во весь рост рядом с ольхой, очень удачно для него свесившей свои ветки почти до самой земли, и оглядел все "логово".

На дальнем сейчас от него краю стоянки был лошадиный загон, справа невдалеке -- костер, около которого сидело человек десять. В их числе был высокий, темноволосый, с тонко вычерченными бровями и холеной бородой господин, судя по выражению снисходительного терпения на лице, предводитель. А по левую сторону стойбища, ближе к Левко, всего в нескольких саженях от него у кустов бересклета сидели на земле Велех и Ринар со связанными за спиной руками, а рядом лежал Тайгор. У Левко заколотилось сердце, он плотнее прижался к стволу и затаил дыхание. Ага, как же он не увидел сразу! Дариан сидел, привязанный к дереву, совсем близко к Левко.

Следопыт еще раз окинул взглядом поле своего будущего действия и снова залег в траву, пытаясь слиться с природой. Набежавшие облака меж тем опять пришли ему на помощь, и в сгустившейся темноте он подобрался совсем близко к пленникам, ну и, естественно, и к охранникам тоже. Он был от них уже буквально в двух шагах и, уткнувшись в мох, мог слышать разговор. Говорили между собой двое из разбойников, те, что сидели ближе.

-- У тебя там осталось чего? Дай-ка хлебнуть.

-- Сам бы хлебнул, коли бы че осталось. Третьи сутки из лесу не вылезаем, хозяин не велит. Завтра, может, отпустит -- в Одинец съездим. Только толку-то туда без денег ехать!

-- Думаешь, не заплатит?

-- С чего?! Табуна-то не взяли, ушел с купцами вместе. Ведьмак помешал. Нам одна охрана и осталась, да этот ведьмак ихний. За охрану-то, пожалуй, много выкупа не дадут. А мага хозяин, поди, и предлагать не будет. Трое стражников (это еще если вон тот выживет) да четыре коня -- за такую добычу как бы еще по зубам не получить.

-- Ну!

-- Вот и ну!

Молчание...

-- Ворх!

-- М-м?

-- Слышь, а мы ведь, кажись, упустили одного.

-- Еще че выдумай.

-- Да точно! Я охрану-то пересчитывал перед тем, как мы... Пятеро их было.

-- Да ты считарь-то тот еще, на руке пальцев обсчитаешься.

-- Ну, до двух-то и Харш не ошибается. А их двое было, светловолосых: этот и еще один. Только он слинял сразу, -- Левко скрипнул зубами и еще раз ругнул про себя коня, -- как раз когда колдун табун спровадил.

-- Привиделось тебе. А если и не привиделось, сиди, помалкивай лучше, а то как бы его искать не пришлось -- среди ночи-то. Да его, к тому же, может, тот же маг вместе с табуном -- того...

-- Чего?

-- Ну уж не знаю, как это они делают. Табун-то был -- и нет, только белым пыхнуло. Нам бы, едрена корень, тоже досталось, пятерых-то он успел оглушить, как бревна повалились. Хорошо, вовремя его хозяин захомутал, сейчас, вишь, смирный, не шелохнется.

-- А не проснется?

-- Не, ничо не будет. Пока у него эта хрень на башке, он как рыба снулая.

Левко, не дыша, изогнул шею, чтобы хоть одним глазом из-за травы увидеть, что там с Дарианом. То, что он увидел, ему очень не понравилось. Маг был бледен (хотя в свете луны все бледны), сидел, безвольно склонив голову, и вроде бы был без сознания. Если бы не веревки, которыми он был привязан к дереву, он, наверное, лежал бы на земле. Вокруг его головы диадемой вилась свернутая несколькими кольцами тонкая металлическая лента -- та самая "хрень", догадался Левко. Кроме тех двоих Дариановых сторожей, которых он подслушивал, совсем близко (слишком близко) сидели еще трое бандитов. Да и до костра было рукой подать, а слева, и впереди, и около загона с лошадьми еще сидят, трудно сказать даже, сколько их. Двадцать, сорок?

Что же делать? Он перебирал в уме один за другим мыслимые и немыслимые способы помочь пленникам и прислушивался к разговору.

-- Сейчас бы завалиться в деревню какую-нибудь поглуше, погуляли бы. Жаль, хозяин велит прятаться. Нас сейчас много, вот у нас где вся округа была бы. Ну да ничо, нагрянем как-нибудь хоть в Одинец, все наше будет: и погреба, и кони, и девки, и вдовицы.

-- Там че, вдов много?

-- Наедем -- будет много, -- бандит плотоядно хмыкнул.

Второй в ответ мелко, по-шакальи, засмеялся.

У Левко зачесались руки. Однако пока не время! Обнаружить себя сейчас значило бы погубить все дело. Нужно было дождаться, когда здесь сторожей будет поменьше. Ведь рано или поздно понадобится же им спать. Но время шло и шло, а ничего не менялось.

В лесу становилось все тише и тише. Густая чернота, разлившаяся под деревьями, под кустами, застрявшая меж стеблей травы, казалось, поглощает все звуки, кроме звяканья ложки и лошадиного фырканья. У Левко от напряженной неподвижности ныло и чесалось все тело. Колени, уткнувшиеся в мягкий мох, благополучно промокли. То, что несколько минут назад крайне назойливо ползало по шее, гуляло сейчас уже между лопаток и обещало в ближайшем будущем совершить длительное путешествие, крайне занятное для всех его участников. Время тянулось все медленнее и грозилось вскоре совсем остановиться. Ожиданию не было конца, а умнее, чем ждать, ничего не придумывалось...

Меж тем на небе разошлись облака, в ровном свете месяца было даже кое-что видно. Левко рассмотрел уже все разбойничье стойбище, только толку от этого не было ровным счетом никакого. "Столько времени прошло, а ничего не переменилось, скоро, кажется уже корни пущу, а из этой, леший бы ее побрал, охраны ни один даже по нужде не отошел". Он все ждал и маялся и начинал уже отчаиваться, когда в лесу вдруг поднялся какой-то шум, затрещали сучья, и на бандитскую поляну к костру выскочил...

Левко застонал.

-- Черт возьми, этого только не хватало, ..., ..., ...! -- если б только можно было, он и вслух бы это сказал.