Читаем Доступ запрещен (СИ) онлайн бесплатно

— Ненавижу! — с яростью прошипел мне в лицо высокий красивый инопланетник. Если судить по цвету кожи, волос и глаз — килл. — Таким, как ты, не место в приличном обществе! Убирайся туда, откуда выползла! Тебе нечего ловить в Академии! Можешь быть уверена, к экзаменам тебя не допустят, ничтожество с задворок Вселенной! Тебе следует не в Академии учиться, а мои сапоги лизать! На большее ты неспособна!

Ненависть килла обжигала физически. Словно он дышал огнем. В первый момент я даже растерялась: за что? Что такого я ему сделала? Ведь впервые увидела всего минуту назад! Я вспомнила, как с любопытством озиралась по сторонам, изучая огромную толпу соискателей, будущих абитуриентов, а если повезет, то и курсантов знаменитой на всю Вселенную Первой Звездной Академии Альянса, фактически, колыбели Звездного Флота. И как наткнулась на темный, надменный взгляд. Мгновение карие глаза смотрели на меня высокомерно, но спокойно. А потом судорога узнавания и ненависти исказила до неузнаваемости тонкое красивое лицо и инопланетник шагнул ко мне навстречу.

В просторном холле Академии мгновенно стало настолько тихо, что, если бы сюда каким-то неведомым образом попала земная муха, ее бы услышали все присутствующие. Все, кто нас окружал до этой минуты, позабыв про свои дела и разговоры, резко отпрянули в стороны, прижимаясь ближе к стенам. Вокруг меня и килла образовалось пустое пространство, своеобразная зона отчуждения. И я поймала на себе парочку наполненных ужасом и любопытством взглядов. Но анализировать это странное явление не было времени. Вытянувшись, чтобы казаться хоть немного выше и значимее, чем я есть на самом деле, вонзив в ладошки ногти почти до крови, я выплюнула в лицо надменному красавчику:

— А ты кто такой, чтобы решать, где мне быть? Начальник Академии? Или, может быть, президент Альянса миров и планет?

Меня просто трясло от бешенства. Да и чего греха таить, от страха. Я со средней школы, как только узнала про судьбу Кристины Шваб и тоже захотела увидеть звезды, училась, как проклятая. Родители, убедившись, что это не очередная блажь единственной дочери, несколько лет откладывали деньги на билет до Академии. И все это только ради того, чтобы какой-то инопланетный гад решал за меня, что мне делать? Не бывать этому! Я хотела учиться в Первой Звездной Академии Альянса, и я сделаю все, чтобы учиться здесь и летать!

Килл очень неприятно улыбнулся. Надменно. Будто он действительно являлся президентом Альянса, а я имела невежество его не узнать. Я насторожилась и окинула красавчика на всякий случай более внимательным взглядом: вдруг я и вправду не узнала какую-то важную персону? Но нет. Узкое смуглое лицо с пылающими яростным огнем темными глазами, опушенными на диво густыми смоляными ресницами, мне было незнакомо. Густые черные брови настолько идеального контура, что казались искусственными, острые скулы над гладкими, чуть впалыми щеками, тонкие, очень четко очерченные губы и несколько тяжеловатый подбородок оставляли бы после себя приятное впечатление. Если бы не эта гримаса ярости и ненависти, искажающая приятные, в общем-то, черты.

— Ты почти не ошиблась, детка, — хищно блеснул белоснежными клыками килл. — Я именно тот, кто вправе решать: допускать отсталые расы к обучению в элитной академии, или нет…

— И что же дает вам такое право, абитуриент? — раздалось прохладное у меня из-за спины.

Каюсь, я чуть не отпрыгнула в сторону, так меня напугал этот внезапно раздавшийся за спиной голос. Килл владел собой не в пример лучше. Он только вытянулся в струнку и побледнел до легкой серости смуглой кожи. Я медленно повернулась к говорившему так, чтобы видеть одновременно и его, и килла.

Он выглядел как ангел из земных сказок. Мне даже дух перехватило от этой яркой, снежной красоты: белоснежные волосы, белоснежная кожа, прозрачно-голубые как лед глаза и бледно-розовые губы. Парень, нет, молодой мужчина мне улыбнулся:

— Позвольте представиться: Айминь Шэнли Урдо, прибыл из системы Альдебаран в Первую Звездную Академию для обмена опытом.

Даже если бы я и захотела промолчать, у меня вряд ли бы это получилось. Улыбка этого молодого мужчины тараном врезалась в меня и растеклась внутри словно теплая патока. Губы сами собой изогнулись в ответной улыбке:

— Абитуриент Маргарита Гейден, землянка, прибыла для прохождения испытания по специальности «пилот»!

Айминь Шэнли Урдо одобрительно мне улыбнулся. И в груди сладко екнуло. Зато с противоположной стороны раздалось шипение килла:

— Как прибыла, так и убудешь! Тебе тут не место!

Улыбка Айминь Шэнли Урдо стала строже и острее, будто смертоносный лед:

— Абитуриент, вы — не ваш отец. Это раз. А второе — даже будь вы начальником академии, у вас все равно не было бы права единогласно вершить чужие судьбы. И в-третьих, вы слишком эмоциональны для килла, абитуриент, советую обратиться к соответствующему специалисту медицинской службы!

Килл, не назвавший своего имени, скрипнул зубами, но промолчал. Улыбка Айминь Шэнли Урдо стала теплее, он снова повернулся ко мне:

— Не переживайте, Маргарита, решение о зачислении в этой академии принимает большая комиссия. Вам будет отказано в приеме только в том случае, если для этого будут действительно веские основания. — Он улыбнулся еще теплее и еще обаятельнее. И добавил: — Я прослежу за тем, чтобы к вам не отнеслись излишне предвзято. Встретимся на испытаниях!

К моему превеликому сожалению, стычка с киллом имела для меня свои последствия. Я тысячу раз прокляла этого надменного гаденыша, из всех абитуриентов выбравшего во враги именно меня, за безобразную сцену в холле. Увы и ах, но меня запомнили все. Однако, я не сразу это прочувствовала.

Мой снежный ангел-заступник покинул меня сразу же после того, как отошел в сторону яростно скрипящий зубами килл. Просто сочувственно улыбнулся, потрепал по плечу и пообещал, что мы еще обязательно встретимся во время учебного процесса, повернулся и растворился в разношерстной массе поступающих. А я осталась одна среди многоликой и многоголосой толпы, впервые за все время, что прошло после моего отъезда из дому, ощущая враждебный настрой окружающих. Казалось, на меня смотрят все без исключения в ожидании, когда же я оступлюсь, допущу ошибку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Подавив желание поежиться, я огляделась по сторонам. Мне нужно было найти стойку регистрации и подать документы, чтобы стать абитуриентом и получить право сдавать вступительные экзамены.

От меня, конечно, не шарахались. Скорее, наоборот: старались ненавязчиво оттереть из очереди, когда я наконец нашла, где и кому сдавать документы. Приходилось зорко следить за очередностью. Но… Моя сосредоточенность сыграла со мной злую шутку.

Я двигалась, как приклеенная, за двумя девицами-игумарками, чтобы никто не смог оттолкнуть меня в сторону, занять мое место, как это случилось вначале, когда я только пристроилась в хвосте очереди. Тогда не успела я перевести дух и порадоваться, что нашла наконец, несмотря на молчаливое сопротивление окружающих, стойку, где регистрировали будущих абитуриентов-пилотов, как получила увесистый тычок в спину и отлетела к стене. Удар об обшитую пористым камнем стену получился довольно сильным, и я секунд тридцать трясла головой, в попытке избавиться от противного звона в ушах. А когда пришла в себя и попыталась вернуться на свое место в очереди, парни, за которыми я стояла, надменно заявили, что меня тут никогда и не было, и вообще, нечего наглеть и лезть без очереди. Мол, здесь все равны.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы осознать произошедшее. А также то, что союзников у меня здесь нет. Вся абсолютно очередь смотрела куда угодно, но только не на меня. Грустно усмехнувшись, я поплелась занимать очередь заново. И на этот раз я стала так, чтобы меня точно не смогли выпихнуть. Зато, когда спустя почти два часа подошло мое время подавать документы, а игумарки наконец отошли в сторону…

Я уже делала торопливый шаг к стойке, чтобы никто не успел вклиниться впереди меня, а руки протягивали регистратору-фарну файл с документами, когда кто-то ловко меня подсек. Я ощутила подножку. Но находилась в таком положении, что предпринять что-либо уже просто не успевала. Осознавая, как ужасно и неуклюже все это выглядит со стороны, я полетела вперед. Прямо на фарна…

Стойка регистрации, как я поняла, была временной, созданной из обычного письменного стола. На его столешницу я и грохнулась плашмя, животом. Документы, которые я сжимала в правой руке, угодили прямо в лицо фарну. И, кажется, уголком попали тому в глаз. Левой рукой же я сшибла стоящий на столе графин с водой. Посудина опрокинулась, вода окатила все того же несчастного регистратора-фарна. В большом холле повторно наступила пронзительная тишина.

Согласно справочнику по расам, который я усиленно изучала, фарны — потомки инсектов, у них даже местами на теле сохраняется хитиновый слой. Из-за чего фарны практически полностью лишены мимики. Но сейчас, лежа на столе и глядя в фасеточные глаза регистратора, я вдруг с ужасом заметила зловещий прищур этих округлых глаз. А может быть, мне от страха всего лишь показалось…

Смотрели мы друг на друга, наверное, с минуту. А потом фарн с отвращением поинтересовался:

— Чего разлеглась? Это тебе не пляж! Здесь нормальные граждане Звездного Альянса подают заявки на прохождение испытаний по специальности «Пилот Звездного флота»!

Наверное, я бы проглотила этот упрек и молча сползла бы со стола. Тем более что, как ни крути, а я виновата: чуть не выбила регистратору глаз. Наверное. Но слово «нормальные» у фарна прозвучало так, будто я к этим нормальным не относилась. И я вскипела:

— А я, между прочим, тоже подаю заявку! И не виновата, что у некоторых здесь слишком длинные ноги! Кстати, с нестандартной длиной конечностей в пилоты не берут! — это я проговорила так, чтобы точно услышали те, кто устроил мне подляну. Чтобы поняли, что землянки так просто не сдаются!

— А если ты не заметила чужую конечность, — с отвращением выдал фарн, — то у тебя проблемы со зрением! И ты зря тратишь мое время и время других соискателей! Отойди и не мешай!

У меня внутри словно кислотой плеснули от обиды. Злые слезы закипели в глазах. И я, позабыв все матушкины наставления быть всегда безукоризненно вежливой, яростно прошипела фарну в лицо:

— А вы разве медик, чтобы ставить мне диагноз? Приемная комиссия, раз вправе отказать?

Фарн на мгновение замер. А потом почти вырвал из моей руки файл с документами так, что я повторно едва не упала обратно на стол.

— Давай сюда, ничтожество, — едва слышно рыкнул он, — но запомни: ты здесь учиться не будешь! Я, Стринилус Теарт, тебе это гарантирую!

Резкими, словно рублеными жестами, он ввел мою заявку в систему посредством переносного терминала и процедил:

— Группа П-113, расписание экзаменов придет на комм, во время сдачи экзаменов проживаешь в общежитии 25В. — И желчно добавил: — Надеюсь, недолго…

Это была моя маленькая победа. Первая из длинной череды, как позднее выяснилось. Но на тот момент я даже не подозревала, что меня ожидает впереди и просто радовалась, что смогла настоять на своем. Не испугалась. Стала абитуриентом. Ну а в том, что сумею хорошо сдать вступительные экзамены, я даже не сомневалась. Не зря же я столько занималась и по книгам, и спортом?

Академия по земным меркам была чудовищно огромной. Настоящий мегаполис. Десятки различных корпусов, полигонов и лабораторий, большая часть из которых сейчас была для меня закрытой. Но мне хотелось хоть одним глазком взглянуть на них уже сейчас. На время вступительных экзаменов, как я знала из рекламного буклета, для соискателей и абитуриентов открывалась самая старая часть академии: два корпуса казарм, мужская и женская отдельно, и небольшой учебный корпус, в котором и сдавали почти все экзамены. Кроме тех профильных, которые требовали специального оборудования. Например, я точно знала, что экзамен на профпригодность я буду сдавать в действующем корпусе академии, в котором в последствии, в случае успешной сдачи экзаменов, буду проходить обучение.

Сверившись с картой в персональном комме, я нашла женский корпус общежития под литерой «В». Оставались сущие пустяки: получить постельное белье и заселиться в комнату, в которой мне выделили койку.

С бельем проблем не возникло. Не успела я войти и оглядеться, как меня окликнул ворчливый голос:

— Сюда иди! Чего рот разинула, казарму впервые видишь?

Повернув голову на голос, я увидела небольшую дверь слева от входа и женщину-шурфу в военной форме. «Наверное, комендант», промелькнуло в голове, и я уверенно приблизилась к окликнувшей меня шурфе:

— Добрый день! Простите, я вас сразу не заметила, не могу налюбоваться на Академию! И очень мечтаю…

— Будешь чирсов по сторонам ловить — только и останется что любоваться, — сварливо перебила меня шурфа. И припечатала: — В буклетах и на дисплеях терминалов!

Намек был более, чем прозрачен, и я смущенно опустила голову.

Комендант молча скрылась за дверью, у которой стояла. И спустя минут пять ожидания вынесла стопку вещей:

— Комплект постельного и два полотенца. Если замерзнешь — одеяло можно запросить с терминала, расположенного слева от входной двери. Это стандартное размещение умной системы для всех комнат. — Я кивнула в знак того, что все услышала и поняла. Но шурфа на меня даже не посмотрела: — Душевые общие, в северном конце коридоров. Предметы личной гигиены абитуриентам не положены. Обязана иметь свои. К какой группе приписана? — Шурфа впервые подняла на меня взгляд, и я вздрогнула: на меня смотрел неживой, электронный глаз. — Чего уставилась? Группа и имя! — резко рявкнула комендант, поймав мой ошарашенный взгляд. — Понаехало тут вас…

Не желая развивать и углублять конфликт, я выпрямилась и четко выдала:

— Маргарита Гейден, группа П-113!

— Пилоты?! — ошарашенно переспросила шурфа. А потом, подозрительно, окинув меня взглядом, недоверчиво уточнила: — Землянка, что ли? — Я кивнула. — Шурфа поджала губы: — Ну и дура! Мой тебе совет: переводись куда-нибудь, где полегче, пока не поздно! Все равно не сдашь!

Я не хотела конфликтовать с комендантом, но отреагировала на ее слова быстрее, чем поняла, что говорю и кому:

— С чего вы это взяли? Я готовилась!

— Все вы готовились… — Комендант принялась что-то быстро вбивать в терминал. — Знаешь, сколько вас здесь побывало после вашей знаменитой землячки? Да только требования к поступающим с тех пор существенно изменили! И ни одна из вас не поступила! У вас просто физической силы для поступления не хватает! Итог всегда один — в слезах и соплях уползаете к маменьке под юбку! — И шурфа презрительно фыркнула, будто ставя точку в нашем диалоге.