Читаем Домик под грушевым деревом онлайн бесплатно


Домик под грушевым деревом

Елизавета Ивановна Дмитриева (Васильева), более известная под литературным псевдонимом-мистификацией Черубина де Габриак, в 1927 году была выслана в Ташкент за участие в антропософском обществе.  Там по предложению близкого друга последних лет, китаиста и переводчика Ю. Щуцкого, она создала ещё одну литературную мистификацию — цикл семистиший «Домик под грушевым деревом», написанных от имени «философа Ли Сян Цзы», сосланного на чужбину «за веру в бессмертие человеческого духа». Через год Елизаветы Ивановны не стало… Так, начав свой творческий путь с мистификации, она и кончила его мистификацией. «Одной из самых фантастических и печальных фигур в русской литературе» назвал ее А. Н. Толстой. 

Елизавета Ивановна Дмитриева

Поэзия
<p>Домик под грушевым деревом</p>Предисловие

В 1927 году от Рождества Христова, когда Юпитер стоял высоко на небе, Ли Сян Цзы за веру в бессмертие человеческого духа был выслан с Севера в эту восточную страну, в город Камня.

Здесь, вдали от родных и близких друзей, он жил в полном уединении, в маленьком домике под старой грушей. Он слышал только речь чужого народа и дикие напевы желтых кочевников. Поэт сказал: «Всякая вещь, исторгнутая из состояния покоя, поет». И голос Ли Сян Цзы тоже зазвучал. Вода течет сама собой, и человек сам творит свою судьбу: горечь изгнания обратилась в радость песни.

Ли Сян Цзы написал сборник стихов, названный им: «Домик под грушевым деревом», состоящий из 21 стихотворения; всего в нем 147 стихов.

* * *

Из них первое:

На столе синий-зелёный букетПерьев павлиньих...Может быть, я останусь на много, на много летЗдесь в пустыне...«Если ты наступил на иней,Значит, близок и крепкий лёд»...*Что должно придти, то придёт!

9.IX.[1927]

* Цитата из кит<айского> поэта. Ч.

* * *

Из них второе:

На балконе под грушейПокрыто сердце пылью страха.Оно, как серые листы...Но подожди до темноты:Взметнётся в небо фуга Баха, —Очнёшься и увидишь ты,Что это он весь страх твой вытерИ наверху зажёг Юпитер.

9.IX.1927

* * *

Из них третье:

За домами, в глухом переулке,Так изогнуты ветви ив,Как волна на гребне застыв,Как резьба на моей шкатулке...Одиноки мои прогулки:Молча взял уезжающий другВетку ивы из помнящих рук. *

12.IX.[1927]

* Кит<айский> обычай: при разлуке давать ветвь ивы. Ч.

* * *

Из них четвертое:

Мхом ступени мои поросли,И тоскливо кричит обезьяна;Тот, кто был из моей земли,—Он покинул меня слишком рано.След горячий его караванаЗаметён золотым песком.Он уехал туда, где мой дом.

20.IX.[1927]

* * *

Из них пятое:

Здесь и в реке — зелёная вода,Как плотная, ленивая слюдаОттенка пыли и полыни...Ах, лишь на севере вода бывает синей...А здесь — Восток.Меж нами, как река, пустыня,А слёзы, как песок.

20.IX.[1927]

* * *

Из них шестое:

На веере — китайская сосна...Прозрачное сердце, как лёд.Здесь только чужая страна,Здесь даже сосна не растёт.И птиц я слежу перелёт:То тянутся гуси на север.Дрожит мой опущенный веер...

23.IX.[1927]

* * *

Из них седьмое:

Как для монаха радостны вериги,Ночные бденья и посты,—Так для меня (средь этой пустоты!)Остались дорогими только книги,Которые со мной читал когда-то ты!И может быть, волшебные страницыПомогут мне не ждать... и покориться.

26.IХ.[1927]

* * *

Из них восьмое:

Домик под грушей...Домик в чужой стране.Даже в глубоком снеСердце свое послушай:Там — обо мне!Звёздами затканный вечер —Время невидимой встречи.

27.IХ.[1927]

* * *

Из них девятое:

На пороге гость крылатый:Строгий облик, меч и латы...Под землёю — змей —Источает смрад и пламя...Вниз с открытыми глазамиЗа крылатыми шагамиВниз иди смелей.

29.IX.1927

* * *

Из них десятое:

Пустыни горький океан...Слова в душе оцепенели...Идёт к неведомой мне целиСквозь пыльный, солнечный туман,Как серый жемчуг, караван...Что может быть прекрасней линийВерблюдов, странников пустыни?

3.Х. 1927

* * *

Из них одиннадцатое:

Китайский лиловый платочекЗнаки твоей страны.Узор из серебряных точекИ ветка сосны.Я при слабом свете луныУзор на платке разберу...И слёзы со щек не сотру.

3.Х.1927

* * *

Из них двенадцатое:

Нет больше журавля!Он улетел за другом,Сомкнулось Небо кругом,Под ним такая плоская Земля!О, почему вернуться мне нельзяТуда, домой, куда ушёл ты,А следом за тобой журавль жёлтый.

З.Х.[1927]

* * *

Из них тринадцатое:

Вся комнатка купается в луне,Везде луна, и только чётко, чёткоТень груши чёрная на голубой стене,И чёрная железная решёткаВ серебряном окне...Такую же луну видала я во сне,Иль, может быть, теперь всё снится мне?

12.Х.[1927]

* * *

Из них четырнадцатое:

...И сон один припомнился мне вдруг:Я бабочкой летала над цветами;Я помню ясно: был зелёный луг,И чашечки цветов горели, словно пламя.Смотрю теперь на мир открытыми глазами,Но может быть, сама я стала сномДля бабочки, летящей над цветком? *

12.Х.[1927]

* Образ из кит<айской> поэзия. Ч.

* * *

Из них пятнадцатое:

Огонь под пеплом...Не навеки душа ослепла —Золотые цветы огняРасцветают под грудой пеплаДля тебя и для меня,Потому что такое пламяИ его погасить нельзя.

12.Х.1927

* * *

Из них шестнадцатое:

Здесь всюду мчался белый коньМолниеносного героя,И среди пыли, вихря, знояЗвучат рога его погонь.И как запёкшийся огоньСтал цвет земли тёмно-лиловым.О, странник, к битве будь готовым.

12.Х.1927

* * *

Из них семнадцатое:

Воспоминаний злых страна...Каким мучительным пожаромЗдесь плоть земли опалена?Скажи, какая власть данаТвоим обугленным чинарам?— «Здесь под землею чёрный ад,Отсюда я приду назад».

12.Х.1927

* * *

Из них восемнадцатое:

Чёрной гроздью виноградаСтало сердце, вот оно!Эту ль гроздь мне выжать надо,Чтоб из чаши, полной ядаСделать доброе вино?Сердце выжатое плачет,Почему нельзя иначе?

13.Х.1927

* * *

Из них девятнадцатое:

Чужеземного дерева плот,По реке ты плыви без страха.И увидишь: Небесная ПряхаЦелый год Пастуха к себе ждёт.Только реку Дракон стережёт,Лишь единожды в год среди звёздПтичьи крылья сплетают мост.

13.Х.1927

* * *

Из них двадцатое:

В пустыне знойной нет дорог...Последний бой был здесь проигран...Как будто жёлтой шкурой тиграПокрыт трепещущий Восток.Но кровь текла... И Джин ПроклятыйЗабрызгал кровью весь песок —И стала шкура полосатой.

13.Х.1927

* * *

Из них двадцать первое:

Ему нет имени на небе.А на земле, куда пришёл,Приняв, как дар, позорный жребий,Он оправданья не нашёл.Здесь каждый встречный горд и золМой брат, ищи его внутри,Не забывай Его — гори.

15.Х.1927

* * *

Источник: Черубина де Габриак «Исповедь». Москва: Аграф, 1998

В оформлении обложки использован фрагмент старинной китайской миниатюры

Похожие книги

Другие книги Елизавета Ивановна Дмитриева