Читаем Доктор-хулиган (ЛП) онлайн бесплатно

Глава 1

ВАЙОЛЕТ

Июль

Три месяца назад

Мои каблучки стучат по изысканному каменному полу фойе «Шато Лорье» пока я направляюсь к бару отеля. Я переоделась в офисе, сменив брюки на короткую юбку и добавив достаточно украшений, чтобы превратить блузку и пиджак адвоката… в нечто иное.

Сегодня вечером я праздную, и это не имеет никакого отношения к тому, что в прошлом месяце я отработала больше всех партнеров первого или даже второго года юридической практики, или что сегодня я подписала контракты с двумя новыми клиентами.

Нет, сегодняшнее торжество — личное, именно поэтому я праздную в одиночестве.

Днем мой развод пришел к логическому завершению.

Я снова официально свободна, хотя уже больше года живу одна, а одинокой стала задолго до этого.

Так что сегодня вечером я выпью одно или три «мартини» в самом фешенебельном отеле города и буду радоваться свободе.

Я подумывала о посещении БДСМ-клуба, в котором бывала пару раз, но там меня все знают. Может, не мое полное имя, но они знают, что в этом деле я новичок. Знают, что меня нужно оберегать.

Сегодня я хочу выглядеть уверенной. Сексуальной. Безликой и жесткой. Хочу быть желанной.

И мне не требуется много времени, чтобы превратиться в кого-то другого. Не в себя. Не в ту роль, что я играю в клубе. А в новую личность. Ее тоже могут звать Вайолет. Этим я с ней поделюсь.

Но в этой женщине будет чувствоваться уверенность, которую я никогда раньше не выказывала. Я всегда боялась быть… слишком. Слишком сексуальной, слишком напористой — ха, звучит как уморительная шутка, учитывая, что я узнала о своих пристрастиях лишь в прошлом году. Последнее, чего мне хочется — быть слишком напористой. Пожалуй, я хочу, чтобы это на меня напирали.

Только я заказала «мартини» с лимоном и водкой, как энергетика в баре изменилась. Никто ничего не замечает, но я чувствую это нутром. Краем глаза, замечаю темный костюм. Мужчина. Высокий и властный.

Заставляю себя немного выждать, прежде чем повернуться и дать ему более точную оценку. Не хочу разочаровываться. Вот так. Новая Вайолет имеет право оценить и отвергнуть. Суди и решай, и найдешь нужного мужчину.

Я могу разочароваться в нем. Делаю глоток. Прохладный и бодрящий, он скользит по языку. Яркий вкус цитруса с обжигающими нотками касается горла. Позволяю приятному теплу осознания того, что я достаточно хороша, пронестись сквозь меня.

Но я его вовсе не игнорирую. Не обманываюсь этим притворством — мое внимание все также приковано к нему.

И когда я поворачиваюсь в сторону и закидываю ногу на ногу, чувствую, как его взгляд скользит по мне. Он останавливается на моем лице, и я медленно улыбаюсь, довольная собой.

Довольная тем, что вижу.

Он нисколько не разочаровывает.

Он приподнимает бровь. Молчаливый вопрос.

«Да, пожалуйста», — говорю я легким кивком.

Сделав еще один глоток, наблюдаю, как он движется через фойе, чтобы присоединиться ко мне в баре.

— Ожидаете кого-то? — Его голос глубокий и ровный. Ему подходит.

Он до невозможности красив. Точеное лицо, опаляющий взгляд, нос, вероятно, был когда-то сломан, но ему идет. Нежные губы, резко очерченный подбородок. Крупный мужчина, высокий и широкоплечий, но, кажется, созданный для стремительных движений. Борец, который может танцевать на мысочках. Спринтер, который может преследовать ветер.

Одариваю его мягкой, страстной улыбкой, кажущейся удивительно естественной.

— Возможно, я жду тебя.

— Я Макс.

Я протягиваю руку.

— Очень приятно познакомиться, Макс.

Он окидывает меня оценивающим взглядом, который в любой другой вечер показался бы мне жутковатым. Или, по крайней мере, от любого другого мужчины. Но у него такой взгляд — знакомый и, возможно, доброжелательный. Вот только смотрит он на меня совсем не по-доброму.

Обжигающе и порочно.

— А ты… — Отпуская мою ладонь, он слегка ее пожимает, скользя пальцами вдоль указательного пальца.

Сжимаю бедра. Хочу ощутить электрический разряд, ударяющий между ног. По заднице. По соскам.

— Та, кем ты захочешь, чтобы я была.

Я краснею от своей наглости, но, проклятье, Макс — просто дар небес. Он в точности в моем вкусе. Чуть за тридцать, высокий и широкоплечий, и на висках серебрится седина, от чего все ниже талии сильно сжимается.

Слегка прикрыв глаза, он стискивает зубами нижнюю губу. Напряженно думая о том, какой хочет, чтобы я была.

Прошло гораздо больше семнадцати месяцев с тех пор, как хоть какой-то парень задумывался о желании меня трахнуть.

Высший балл Максу, хотя мы только познакомились.

— Думаю, мне бы очень хотелось, чтобы сегодня вечером ты была моей. Всю ночь, если ты не против?

— Всю ночь?

— Тебе нужно кому-то сообщить?

И он заботиться о моей безопасности. Я быстро улыбаюсь.

— Если не возражаешь.

— Вовсе нет. Я знаю правила. — Когда я отыскиваю телефон в сумочке, медленный, сексуальный, обжигающий взгляд крадет мое дыхание. Он делает то же самое — за исключением неловкости — и, быстро проверив сообщения, отключает громкость и убирает телефон.

Я быстро его фотографирую, затем посылаю снимок своему соседу Мэтью, городскому полицейскому. Сегодня вечером он уехал со своим парнем, так что я не жду, что он ответит сразу, но он отвечает.

В: Нашла себе друга на ночь.

М: Где ты?

В: «Шато Лорье».

М: Напиши, если пойдешь куда-нибудь еще.

В: Да, папочка.

М: Твой отец никогда не совал тебе в сумочку лишние презервативы перед тем, как ты уходила на работу. Развлекайся!

Покраснев, быстро проверяю сумочку и убираю телефон. Действительно, рядом с заначкой в пятьдесят долларов лежат две полоски презервативов.

— У тебя здесь номер? — спрашиваю я. Если нет, мы его снимем. Перед тем как пройти в бар, я узнала, что номера есть. Я совершенно не планировала уходить в ночь со случайным незнакомцем, как бы доброжелательно он ни выглядел и каким бы порочным ни казался.

Он улыбается медленной, сексуальной улыбкой.

— Да.

— Показывай дорогу.

Он ведет меня через вестибюль отеля, крепко придерживая за поясницу.

Пока мы ждем лифта на первом этаже, бросаю на него косой взгляд и улыбаюсь.

— Ты здесь только на одну ночь?

— Да. — Он понижает голос, и в тот самый момент его пальцы касаются моей руки. — Не могу дождаться, чтобы попробовать тебя на вкус.

Мои губы приоткрываются, глаза расширяются, и это единственная реакция, что он успевает от меня получить, потому что двери перед нами открываются, и выходят люди. Его пальцы продолжают лениво исследовать мое предплечье. Вверх и вниз. Вверх и вниз.

Я тяжело дышу, чувствуя, как под его взглядом поднимается и опускается грудь. Мы входим в лифт, теперь одни, и, когда двери закрываются, он плавно обнимает меня за талию, затем опускает руку ниже, его ладонь оставляет обжигающее клеймо на моем бедре.

Лифт останавливается слишком быстро, и к нам присоединяются два бизнесмена. Встав к нам спиной, они тихо беседуют друг с другом.

Макс поворачивается, прислоняясь плечом к задней стенке, и притягивает меня к себе. Я поднимаю к нему лицо, желая, чтобы сердце перестало колотиться.

Успокойся, Вайолет.

Легче сказать, чем сделать, мой любовник на одну ночь скользит рукой под мою юбку-тюльпан, форма подола которой и тень от его тела обеспечивают достаточное прикрытие, когда он касается пальцами обнаженной кожи бедра.

У меня перехватывает дыхание, его взгляд темнеет, а рука двигается выше.

Он не станет.

Ох.

Он точно станет.

Шумно вдохнув, кусаю губу. Лифт снова останавливается, пока еще не на нашем этаже, и, выходя, люди одаривают нас странным взглядом.

— Ты ужасен, — говорю дрожащим, но поддразнивающим голосом, когда Макс подносит пальцы ко рту.

Он лишь пожимает плечами, каждый его дюйм кричит о дерзком плохом мальчике.

— Но я хотел попробовать.

Глядя, как он облизывает пальцы, я не могу дышать.

— Невероятно, — бормочет он, и мы, наконец, прибываем на его этаж.

Дерзкий плохой мальчик настроен на победу.

Совершенно потеряв дар речи, следую за ним по коридору, с каждым шагом становясь все ближе к тому, что произойдет дальше.

Он плавно открывает дверь гостиничного номера и, придерживая ее для меня, входит внутрь. Он следит за тем, как я вхожу — пристально — и по телу прокатывается волна жара.

Что бы ни случилось дальше, я однозначно в игре.

Глава 2

МАКС

Вот уже более десяти лет у меня есть договоренность с одной обосновавшейся в Ванкувере Мадам, которая всегда подбирала мне женщин, способных удовлетворить мои причуды. Но на этот раз она превзошла саму себя. Эти губы. Из бесчисленных женщин, которых она предоставляла за эти годы, эта первая, ради которой я почти уверен, что нарушу свои собственные гребаные правила. Потому что хочу ощутить вкус ее губ даже больше, чем хочу увидеть ее перед собой на коленях.

Улучив момент, разглядываю ее. Почему? Без понятия. И даже не хочу знать. Для этого, вероятно, потребовалось бы отправиться в неуютное путешествие в чертогам моей души, для которого у меня нет ни времени, ни желания.

Запустив пальцы ей в волосы, слегка оттягиваю назад ее голову. Сверкнув сапфирово-голубыми глазами, она одаривает меня широкой улыбкой. Я усиливаю хватку, проверяя ее реакцию. Не думаю, что она играет, чтобы мне угодить. Она напоминает мне новеньких саб из клуба — нетерпеливых, затаивших дыхание. Я не такого ожидал сегодня вечером, но если ей хочется поиграть, я не против. Мои губы почти касаются ее губ, отчего она перестает дышать.

— Когда тебя в последний раз держали за волосы так, как тебе нравится? — Ее грудь поднимается и опускается.

— А может, никто этого не делал.

Безусловно — игра, но она мне по вкусу.

— Ты этого от меня хочешь?

— Да.

— Что еще ты хочешь? — Не понимаю, почему спрашиваю. Клиент — я. Важны мои желания. Но сейчас, единственное, о чем я могу думать, — это исследовать ее пределы.

Ее глаза расширяются, когда она понимает, что я спрашиваю всерьез. Да, вероятно, она тоже этого не ожидала.

Я ухмыляюсь.

— Давай начнем с основ. Твое стоп-слово…

— Красный, — перебивает она, и я сурово на нее смотрю.

— Это был не вопрос, красавица.

Она хмуро смотрит на меня.

— Ох!

Восхитительно.

— Сегодня мне не хочется наказывать, в противном случае, ты бы заработала, скажем, десять ударов.

— Ох! — Она облизывает губы. — Точно. Ладно. Что же…

Нервничающая, но жаждущая сексуальная кошечка абсолютно мне подходит. Отступив назад, скрещиваю руки на груди, в равной степени удивленный и возбужденный.

— Да?

— Нам следует обсудить ограничения.

— Конечно.

Мои требования всегда неизменны: покорная, гибкая, согласная на порку, когда при мне игрушки, а если их нет — на извращенные игры; открытая для контроля оргазма и легкого унижения, потому что последнее, чего мне хочется, — это натолкнуться на жесткое ограничение, когда я начну распускать свой грязный язык. Обычно стадия переговоров пропускается, но, полагаю, сегодня у нас все пойдет не по сценарию.

— Стоп-слово для нас обоих — «красный». «Желтый» — для предупреждения или перерыва, чтобы что-то обсудить.

— Это… хорошо. — Она складывает руки вместе, затем расправляет плечи.

Я не упускаю из виду ее нервозность, и несколько пересматриваю планы на вечер. Но ничего, чтобы могло усмирить мой член. Ей хочется просто грубого секса? Меня устраивает.

— Так каковы твои пределы?

— Для первой ночи?

Конечно. Я пожимаю плечами и жду продолжения.

— Никакой порки. — Она усмехается. — Но мне нравится угроза наказания. Грязные разговоры вроде этого — просто здорово.

Я киваю. По крайней мере, она это помнит.

— Можешь быть грубым.

— Насколько грубым? — Я вижу ее на четвереньках, мои руки сжимают ее задницу так сильно, что она белеет. Если бы я это сделал, то оставил бы свою метку.

Блядь, я хочу увидеть синяк на ее заднице. Хочу, чтобы на следующий день она вспоминала обо мне каждый раз, когда будет двигаться.

— Достаточно грубо. Удерживай меня… бери, что хочешь.

— Таков план.

Она краснеет.

— Отлично.

— Что-нибудь еще?

— Я, вероятно, что-то могла подзабыть.

Может, она новенькая. Подсказываю, чтобы знать наверняка.

— Мне нравится быть главным. Я хочу твоей покорности.

Она кивает.

— Ладно.

— Можешь не называть меня «сэр». Если я назову тебя шлюхой, обещаю, это будет комплимент. Я хочу, чтобы твоя киска была мокрой и все время умоляла о моем члене. Если тебя что-то не устраивает, мне надо это знать, но до тех пор, я хочу раздвигать твои пределы.

Ее глаза широко распахиваются.

— Да.

— Никакой порки, но что, если от сжатия появится синяк?

— Ладно. — Она сглатывает. — Но не на шее.

— Конечно, нет. — Я колеблюсь, потому что это есть в моем досье, но она взволнована, и мне не помешает укрепить ее уверенность в моих хороших качествах. Она вот-вот встретится с той стороной моей личности, которая представляет собой великого засранца. — Я доктор. Обещаю, ты в безопасности.

— Я тебе верю, — тихо говорит она, и мой член пульсирует.

Хватит разговоров.

— Раздевайся… медленно.

Я отворачиваюсь и, пересекая комнату, смотрю на нее в зеркало.

— Аккуратно сверни каждый предмет одежды и положи ее на комод, — говорю, когда она хочет бросить пиджак на стул возле двери. Ее удивление заставляет меня улыбнуться. Обычно они так надрессированы, что кажутся почти равнодушными или пресыщенными.

В другом конце комнаты стоит кресло и оттоманка. Сдвинув оттоманку так, чтобы она оказалась именно там, где я хочу, накрываю ее пиджаком, подкладкой наружу. К тому времени, когда я усаживаюсь, чтобы досмотреть оставшуюся часть шоу, ее блузка наполовину расстегнута, и я вижу верхушки кремовых грудей.

Мой член тверд и нетерпелив, но я не собираюсь торопиться.

Расстегнув последнюю пуговицу, она сбрасывает шелковую ткань с плеч и позволяет ей соскользнуть по рукам, пока та не повисает на согнутом указательном пальце. Отличный ход, я более чем впечатлен.

Бежевый — не тот цвет, что я обычно считаю сексуальным для бюстгальтера, но это уже не важно, когда я вижу, как прозрачная кружевная ткань намекает на темные соски, дразня меня.

Приложив правую руку к груди, левая исчезает за ее спиной. Движение ее руки аппетитно подчеркивает ключицу. Затем бретельки спадают, открывая самую идеальную пару грудей, которую я видел за последнее время. Полные и круглые, увенчанные дерзкими сосками, которые я умираю от желания укусить.

Эта женщина убивает меня. О чем, черт возьми, я думал, приказав раздеться медленно? Ах да, у меня впереди целая ночь. Но дело в том, что я хочу провести всю ночь с членом внутри нее, а это чертовски долго.

Она снова заводит руки за спину, и в тишине я слышу звук расстегиваемой молнии, а затем ее юбка падает на пол, и она остается обнаженной, если не считать едва прикрывающего ее кусочка кружева.

С сексуальной усмешкой она выходит из юбки, поворачивается ко мне спиной и наклоняется, открывая мне захватывающий вид на восхитительную задницу.