Читаем Динокко онлайн бесплатно

Уже в сумерках мотоцикл влетел на кривую улочку, запрыгал по брусчатке. Человек за рулём притормозил и разогнул спину, вертя по сторонам головой в шлеме с опущенным стеклом. Пришлось двигаться осторожно — тротуаров как таковых не было, несколько столиков местного кафе стояли прямо посреди дороги. Редкие горожане недоумённо оглядывались на звук мотора, отскакивавший от близко стоящих стен.

Треугольную площадь с фонтанчиком человек проехал очень медленно, словно сомневаясь в правильности выбранного направления. Дальше улочка ныряла между двумя домами-близнецами, делала резкий поворот и устремлялась в гору — прямо вдоль невысокой стены белого камня.

Хозяин гостиницы как раз зажёг фонари на веранде и теперь стоял, облокотившись на перила. Отсюда городок был виден как на ладони. Где-то внизу, за деревьями, мотор было затих, потом опять рявкнул, и пятно света от фары запрыгало по камням, приближаясь. Мотоцикл вскарабкался на дорогу перед гостиницей и остановился напротив. Человек заглушил двигатель, откинул боковую подножку и слез с мотоцикла, разминая плечи с видимым удовольствием. Он повернул голову к хозяину и спросил что-то, но слова из-под шлема разобрать было невозможно. Хозяин развёл руками и спустился с крыльца.

— Извините. — Человек снял шлем, стянул с головы подшлемник и теперь с наслаждением ерошил волосы рукой в перчатке. — Старина, я, кажется, немного заплутал…

— Разве? — Хозяин подошёл ближе и остановился, разглядывая мотоцикл. — Уж если кому-то и удаётся сюда добраться, то это происходит не случайно.

— Только не в моём случае. — Мотоциклист улыбнулся смущённо. — Похоже, я по-настоящему заблудился. Здесь где-нибудь можно найти ночлег?

— А гостиница как раз напротив.

— Да? В первый раз за сегодня повезло… Свободная койка найдётся?

— Найдётся и постель, и ванна, и ужин.

— Вот это блеск! Ужин — чёрт с ним, а вот ванна и постель — просто блеск…

— Тогда прошу.

— Уже. — Мотоциклист вскочил в седло, повернул ключ, и звук мотора разогнал ночных птиц. — Где можно коня поставить?

— Вон там, — махнул рукой хозяин. — Прямо перед крыльцом.

— Ага. — Кивнул мотоциклист.

Повесив шлем на локоть, он медленно тронулся, пересёк улицу и вкатился во двор гостиницы, хрустя камешками под колёсами. Хозяин не спеша шёл следом.

Собственно, на гостиницу это место было совсем не похоже. Двухэтажный деревянный домик с крытой верандой приткнулся к скале, по бокам стояли, как часовые, два высоченных дерева. Рядом с крыльцом росли какие-то кусты с крохотными белыми цветами.

Пока мотоциклист сбивал перчатками пыль с одежды, хозяин поднялся на крыльцо, распахнул двустворчатые двери и прошёл внутрь. Мотоциклист присел несколько раз, разминая затёкшие ноги, и потопал за ним, на ходу снимая с плеч рюкзак. В крохотном зальчике он огляделся, кивнул устало — кажется, место ему понравилось. Хозяин перегнулся за стойку, достал тяжёлый медный ключ.

— Комната наверху, ванна в подвале. Так что насчёт ужина? Всё горячее…

— Спасибо. — Гость помотал головой. — Пожалуй, я и до ванны сейчас не доберусь. Какой номер у комнаты?

Хозяин поднял бровь.

— Здесь нет номеров, есть просто комнаты. Дверь прямо напротив лестницы.

— Хорошо. — Мотоциклист кивнул благодарно. — Можно отложить формальности на завтра? Ну, оплата и всё такое…

— Конечно.

Гость кивнул ещё раз, подбросил в руке ключ и направился к лестнице, зевая на ходу.

— Как мне называть тебя? — Спросил вслед хозяин.

— Майк. Микеле. Михайло. Мигель. Как больше нравится, но Майк — короче.

Шаги на лестнице стихли, поскрёбся ключ в замке. Хозяин услышал, как хлопнула дверь, пожал плечами и принялся ужинать в одиночестве.

Ливень стучал в окно. Майк сонно смотрел из-под ресниц на залитые дождём стёкла, прикидывая, который может быть час. Он бы повалялся ещё немного, но из-под двери так вкусно потянуло свежесваренным кофе, что сопротивляться было невозможно. Майк спустил с кровати босые ноги, вспомнил про мотоцикл и принялся спешно одеваться.

Хозяин услышал топот на лестнице. Завтрак уже ждал постояльца на столике возле окна — поднос, накрытый салфеткой, из-под которой и пахло так соблазнительно. Майк скатился со ступенек, застёгиваясь на ходу.

— Доброе утро. — Хозяин стоял за стойкой, помешивая что-то в кастрюльке. — Ту штуку, на которой ты приехал, я закатил под навес. Тяжёлая.

— Спасибо. — Майк пригладил растрёпанные волосы. — Большое спасибо, мистер…

— Гленке. Гленке Тавал. Если тебе больше нравятся короткие имена, то Глен. И лучше зови меня на «ты» — теперь я не так стар, как может показаться. Завтрак на столе.

— Спасибо, Глен. — повторил Майк, плюхаясь на стул. — Ну-ка, что у нас тут… О-о-о!

Он с наслаждением захрустел булочкой и принялся заново оглядывать помещение. Коротенькая стойка, за которой, очевидно, и готовили, и вели дела. Широкие окна. Два стола, несколько стульев. Дверь на веранду. Несколько кованых подсвечников тёмного металла на стенах.

— Здесь уютно. — Майк прихлёбывал кофе. — Я бы остановился ещё на день, если не возражаешь — ехать в такой дождь глупо. Давно он начался?

— Шёл всю ночь. — Хозяин ритмично двигал плечами — кажется, раскатывал тесто. — Давно не было такого дождя.

— Я от него пытался удрать всю дорогу, — охотно сообщил Майк. — Я всё время видел тучу в зеркалах. Один раз она почти достала меня на заправке, даже капать начало, но я рванул как следует. Очень не хотелось мокнуть. Пришлось гнать так, что ещё немного — и можно было бы подавать заявку в клуб.

— Заявку на что? — Глен снял со стены большую сковороду, придирчиво повертел её.

— А-а-а… — засмеялся Майк. — Ну, у мотоциклистов есть такой клуб «Тысяча миль». В него попадают те, кто сумел за сутки одолеть эту самую тысячу миль. За это невероятное достижение они обречены носить почётное звание «Железная Задница»… — и он опять засмеялся. — Ещё немного — и я бы тоже удостоился, но боюсь, моя задница недостаточно железная.

Он допил кофе, отдуваясь. За окнами стало немного светлее.

— Глен, — подумав, спросил Майк. — А как называется этот город?

Хозяин отложил кухонные принадлежности и вышел из-за стойки, вытирая руки о фартук.

— Как тебе сказать, — осторожно начал он. — Дело в том, что создатель этого места так и не удосужился дать ему название. Он даже собирался спросить у местных жителей, но всё время забывал. Я слышал, что это место называется Динокко, но не исключено, что кто-нибудь из коренных жителей называет его иначе.

— Не понял. — Майк откинулся на спинку стула. — А на указателях что написано?

— На каких указателях?

— Так. — Майк поднялся. — Погоди, я сейчас.

Он поднялся к себе в комнату и принялся искать рюкзак, который вечером закинул в угол. Достал помятую карту и спустился вниз, разворачивая её на ходу.

— Вот, посмотри. — Он разложил карту на столе, обращаясь к Глену. — Я ехал вот отсюда, свернул здесь, проскочил магистраль, стало быть… Что за чёрт?

Палец Майка упёрся в тёмно-зелёное пятно.

— Нет здесь никакого города. — Озадаченно констатировал он. — Ни города, ни посёлка, ни деревни — вообще ничего! И дороги тоже нет… Откуда здесь горы?! Здесь лес должен быть, и река вот тут…

— Майк, — мягко сказал хозяин. — Я никогда не слышал ни о какой реке, хоть и прожил здесь достаточно долго. Здесь всегда были горы. И мне не известно ни одно из наименований на твоей карте. Хотя из этого вовсе не следует…

— Бред какой-то. — Майк пожал плечами. — Да нет, всё правильно — вот здесь я свернул, потом проехал туннель… Или это не туннель был? Чёрт, темно было… Нет, карта врёт. Это точно.

— …вовсе не следует, что она неправильна.

Майк нервно хихикнул.

— Ладно. — Сказал он. — Если есть въезд, значит, есть и выезд. Разберёмся.

— Конечно. — Глен опять удалился за стойку и принялся греметь посудой.

Майк подошёл к окну.

— Вроде бы стихает. Пойти прогуляться, что ли?

Глен наставительно произнёс:

— Никакой дождь не заменит хорошей ванны.

— Ну да. — Майк смутился. — Конечно. Ванна в подвале, да?

— И ванна, и туалет.

Через полчаса Майк снова подошёл к стойке.

— Пойду всё-таки прогуляюсь, делать-то нечего. Глен, у тебя зонтика случайно нет?

— Почему же нет? — Глен опустил руку куда-то под стойку и принялся шарить там. — Тебе какой?

— А что, есть выбор? — Усмехнулся Майк. — В детстве я любил брать бабушкин зонт. Старый, как палеолит. С парусиновым верхом и толстой деревянной ручкой. Он был такого размера, что под ним запросто могло поместиться трое таких, как я. Или даже четверо. Внушительный был зонт.

— Попробуй вот этот. — Глен выволок из-под стойки старый пыльный зонт.

Майк с удивлением взял его в руки.

— Знаешь, — сказал он, приглядываясь. — Почти как тот. Очень похож. Ладно, я пойду поброжу по городу, которого нет на карте — когда ещё случай представится.

Он распахнул дверь на веранду. Мокрый ветер, пахнущий листвой, пробежался по комнате и спрятался где-то в углу.

— Обед через два часа. — Глен поправил фартук, закатал рукава. — Лучше не опаздывать — некоторые блюда нужно есть свежеприготовленными, второй раз разогревать — значит испортить.

— Совсем как бабушка. — Майк улыбнулся и закрыл за собой дверь.

На веранде он раскрыл зонт и вышел под дождь. Капли тут же начали выбивать пыль из чёрного парусинового верха, и Майк чихнул. Сначала он подошёл к навесу, оглядел мотоцикл. Открыл бак, заглянул внутрь. Похлопал мотоцикл по сиденью и отправился в город.

Майк закурил, перехватив зонтик. Несколько минут он просто стоял под деревом, разглядывая город. Что-то знакомое чудилось во всём этом. Мощёная булыжником улочка уходила вниз, петляла между домами из камня. Некоторые были увенчаны ажурными башенками. Совсем недалеко виднелся дом белого кирпича, оплетённый плющом доверху. На шпиле поскрипывал флюгер в форме попугая. Плющ добрался и туда — обвил кованую фигурку, мешая вращаться. Немного в стороне проходила, кажется, канатная дорога — наверняка сказать было нельзя, верхний конец находился где-то в облаке, опустившемся между гор. Майк улыбнулся — как говорится, всё это слишком хорошо для того, чтобы быть правдой.

Городок прикрылся пеленой дождя, спрятался за ней, как прячется застенчивый ребёнок от незнакомых гостей, вдруг появившихся в доме — с осторожным любопытством выглядывая из своего укрытия и снова отступая, почувствовав нескромный взгляд. Майк попытался не обращать внимания на колотящееся сердце — докурил и затопал вниз по мокрому булыжнику, стараясь шагать бодро и непринуждённо. Мало ли на свете похожих городов.

Он прошёл между домами-близнецами, удивлённо глядящими оконными глазницами друг на друга с разных сторон улицы. На крохотной треугольной площади с фонтаном ему навстречу попалась тоненькая девушка с прозрачным зонтом. Она улыбнулась ему, и он улыбнулся в ответ почему-то облегчённо, вдруг почувствовав себя так, словно вернулся домой. Постоял немного у фонтана, глядя, как вода, льющая сверху, играет с водой, бьющей снизу. Прошёл мимо навеса с пустующими столиками, свернул куда-то в переулок и едва вспомнил, что Глен просил его быть к обеду вовремя.

Мокрый зонт он оставил на веранде.

— Глен, у меня, кажется, дежа вю. Ещё немного — и я решу, что попал в сказку. — Он принюхался. — Пахнет божественно. Как ты это делаешь?

— Очень просто. — Хозяин жестами опытного фокусника начал расставлять прибор. — Надо всё делать вовремя, и подавать на стол тоже.

— Твоя правда. — Майк сглотнул слюну. — Мне приходилось бывать в нескольких местах, хваставшихся своей кухней, и везде приходилось дожидаться. Есть такое смешное место, где ты можешь взять тарелку, пойти к общему столу и набрать в неё всяких кушаний на свой вкус — так вот, там приходилось дожидаться, пока тебе принесут эту самую пустую тарелку… Это что, такой тайный поварской ритуал — выжимать из клиента желудочный сок?

— Может быть. Я не знаю всех обычаев. — Глен снял крышку с поблёскивающей кастрюльки, и Майк застонал в предвкушении. — Я не всегда был поваром и не так уж много путешествовал. Но мне нравится, когда всё происходит вовремя, не раньше и не позже.

Майк принялся уминать что-то воздушно-жёлтое, вздувавшееся, едва к нему прикасались ложкой. Было видно, что как минимум в течение двадцати минут он не способен будет разговаривать. Глен удовлетворённо поднял бровь и величественно удалился за стойку.

Позже, когда Майк откинулся наконец на спинку стула, хозяин опять появился, чтобы собрать опустевшую посуду.

— Потрясающе. — Объявил Майк. — Не уверен, что смогу расплатиться за такой обед. Если так питаться, можно быстро набрать килограммов двадцать… Здесь можно курить?

— Не знаю. Видишь ли, я не всегда хозяйничал в этом заведении и понятия не имею, что разрешалось прежними владельцами, а что нет. Лучше придерживаться порядков.

— Да? Ну ладно. — Майк убрал вынутую было мятую пачку обратно в карман. — А на веранде?

Глен немного подумал.

— Наверное, можно. Если хочешь, возьми стул.

— Спасибо.

Через минуту Майк восседал у перил верхом на стуле, выпуская дым между дождевыми каплями. Лило как из ведра.

— Пожалуй, я тоже к тебе присоединюсь. — Глен показался на веранде, держа ещё один стул за спинку: — Не возражаешь?

— О чём разговор. — Майк повернулся. — Тем более, что я всё равно хотел пристать к тебе с кое-какими вопросами… Сигарету?

— Нет, спасибо.

Они немного помолчали, глядя вниз на прячущийся в дожде городок.

— Глен, ты давно здесь?

— Как тебе сказать… Не знаю. Наверное, давно.

— Это что, такая шутка для приезжих?

— Да нет, я действительно не знаю. Здесь мало кто считает дни. Здесь просто живут, не расходуя силы на то, чтобы подсчитывать прожитое. Иногда здесь идёт дождь, как сейчас. Изредка выпадает снег, и жизнь замирает, даже птицы куда-то прячутся. Тогда Ита опускает навес и убирает внутрь стулья; она разжигает камин, и в полуподвальном кафе, где пляшут по стенам отблески, становится очень уютно. Чаще светит солнце. Жители распахивают окна и прогуливаются от фонтана до парка — того, что слева от площади; пахнет ветром и дикими цветами, что распускаются у подножия гор… Но этих дней никто не считает, здесь не принято. Не считаю и я, так что не могу ответить на твой вопрос.

— Понятно. — Сказал Майк, немного озадаченный такой речью хозяина. — Что ничего не понятно. Но ведь когда-то ты сюда попал, правда? Это ты помнишь?

— Прекрасно помню. — Глен обернулся к собеседнику, и Майк решил, что лицо его вовсе не такое незапоминающееся, как показалось сначала. — Я появился, когда один очень могущественный… человек пожелал, чтоб я оказался там, где мне будет хорошо. Вышло так, что я оказался здесь, и я этому несказанно рад.

— Ладно. — Майк потихоньку начал терять нить разговора. — Ты не коренной житель, ты сюда пришёл…

— Разве я сказал — пришёл? — Глен улыбнулся.

— Ага. — Сказал Майк. — Допустим, появился. По твоим меркам — давно, или, если я правильно понимаю, чёрт знает сколько лет назад. И всё это время ты сидишь здесь?