Читаем Девятая жизнь. Студенты по обмену (СИ) онлайн бесплатно

Он поймал ее. Схватил за плечи и грубо припечатал спиной к стволу одиноко растущего дерева, с которого сорвалось несколько иссохших раньше времени листьев. От страха Бертлисс забыла, как дышать, а в ее голове набатом гремела лишь одна мысль: попалась. Арвиндражевец стремительно сокращал между ними расстояние, удерживая юную противницу эфемерной рукой. В отличие от нее, черноволосый некромаг[1] был одет в форму и темную мантию с эмблемой академии. Краем сознания девушка поняла, что перед ней точно не первокурсник — магию призрачного касания начинают проходить только на втором кругу обучения. Бертлисс попыталась вырваться, но все ее тело будто вмиг окаменело, перестав слушаться хозяйку.

— Назови свое имя! — крикнул он, когда между ними оставались какие-то жалкие пять метров.

Кажется, язык тоже превратился в непослушный плоский камень. Арвиндражевец сильнее сдавил плечи девушки, когда ее молчание затянулось на непозволительно долгий промежуток времени длиною в три секунды.

— Бертлисс тен[2] Парт, — выпалила она, чувствуя, как бешено колотится сердце, отдаваясь гулом в ушах.

Первое, что сделал некромаг, поравнявшись с Бертлисс, — сорвал с ее шеи паинитовый гравиаль[3], бросив его куда-то в траву. Сначала девушка хотела запаниковать, но потом вовремя вспомнила, что в ее арсенале была лишь одна душа, да и та принадлежала дворовой кошке. Вряд ли старая добрая Руф помогла бы ей в битве против арвиндражевца.

— Бертлисс тен Парт, — некромаг буквально выплюнул ее имя, окинув дрожащую фигурку презрительным взглядом, — незаконное проникновение на территорию академии Арвиндраж является серьезным преступлением, требующим немедленного наказания. Тем более, для шпиона академии Лорииэнд.

Он пугающе усмехнулся, отчего у Бертлисс подогнулись колени. Благо, эфемерная рука никуда не пропала, продолжая все так же сдавливать ее и не давая упасть в ноги некромага.

— Я не шпионка! — пискнула девушка, но арвиндражевец уже принялся обыскивать ее карманы в поисках защитных рун, которых у Бертлисс, конечно же, не было. — Это был обычный спор! Я… у нас сейчас плановая экскурсия на границе, и девочки сказали, что трусихам в академии не место… — Не обнаружив ничего подозрительного, некромаг отошел на несколько шагов назад и вызвал две подчиненные души, которые тут же заменили исчезнувшую руку, перехватив Бертлисс под локти. От отчаяния девушка принялась тараторить еще ожесточеннее, чувствуя дрожь во всем теле. — Точнее, сначала я проиграла спор, а потом они это сказали, и теперь мне надо достать цветок нирамита из сада Зул. Только и всего!

Когда некромаг так же молча развернулся и уверенно зашагал в сторону огромного черного замка, сверкавшего под лунным светом фиолетовыми камнями, в ее горле встал горький ком, а в уголках глаз скопились предательские слезы. То, как могли наказать ученицу вражеской академии, Бертлисс прекрасно себе представляла. И от одной только мысли по спине пробегал холодок ужаса.

— Пожалуйста, не ведите меня туда! — дрожащим голосом взмолилась она, даже через ветровку чувствуя холодные пальцы, крепко сжимавшие ее плечи. — Я не хотела делать ничего противозаконного!

— Наказание положено уставом, — строго ответил парень. — Тем более, для крысы-лорииэндовки.

Кажется, постоянное напоминание о принадлежности Бертлисс к академии Лорииэнд доставляло арвиндражевцу особое удовольствие.

Слезы уже текли ручьями. Черт с ним, с наказанием! Хуже было другое — из-за этого маленького проступка могла пострадать вся ее будущая репутация, и не видать тогда некромагу славной жизни. Бертлисс громко всхлипнула и неуклюже запнулась о кочку. Привязанные к магу души удержали ее и продолжили вести дальше, лишь сильнее сжав податливые руки. Впервые в жизни девушка отчаянно жалела о том, что не приложила должных усилий в поисках душ, когда еще училась в гимназии. Возможно, сейчас у нее были бы хоть какие-то шансы в борьбе с противником. Правда, только до того, как арвиндражевец сорвал с ее шеи гравиаль.

Внезапно некромаг остановился, застыв посреди шелестящего ночного поля каменным изваянием. Внутренне напрягшись еще сильнее, Бертлисс во все глаза наблюдала за дальнейшими действиями арвиндражевца, но тот не двигался, будто на время выпав из реальности. Полы его мантии колыхались на ветру, а смольные волосы спутывались и разлетались в стороны, напоминая перепачканную сажей траву. «Подождите… Откуда взялся ветер?» — удивилась девушка, оглядываясь по сторонам. Сильный порыв воздуха осушил слезы на ее щеках и взметнул вверх длинные ореховые волосы.

Внезапно тиски, сдерживающие руки лорииэндовки, исчезли, и от неожиданности Бертлисс едва не упала на землю. Она ошарашено сверлила взглядом спину арвиндражевца, ожидая от него какой-нибудь пакости или очередного удара, но ничего так и не последовало. Вдруг некромаг повернул к ней голову, открывая вид на свой профиль, и сказал равным голосом:

— Уходи и больше никогда сюда не возвращайся.

Бертлисс сделала шаг назад, пораженная его словами, но так и не смогла заставить себя развернуться. Заметив ее бездействие, парень обернулся, явив ей перекошенное раздражением лицо.

— Я сказал — вон!

От его пугающего крика девушка очнулась, словно кто-то плеснул ей в лицо стакан ледяной воды. Арвиндражевец наблюдал за ее стремительным побегом, плотно сжав челюсти, но так и не сумел сдержать издевательского крика в девичью спину:

— Беги, мышка, беги!

На его губах расцвела победная улыбка.

Внезапно лорииэндовка свернула в сторону сада, и тут же скрылась среди его ветвей. Некромаг нахмурил брови и, чувствуя, как закипает внутри злость, сделал несколько уверенных шагов в сторону Зул. «Проклятая девчонка. Не нужно было ее отпускать», — зло подумал он, уже рисуя у себя в голове, как будет отлавливать лорииэндовку на верхушке одного из шиковых деревьев. Но уже через десяток секунд он увидел выбегающую из сада Бертлисс, державшую в руках ярко-сиреневый цветок. Некромаг растеряно замер, смотря, как девушка ловко перелезает через расщелину в ограждении и скрывается в тени деревьев.

«Она серьезно?.. Серьезно взяла этот цветок?!»

В груди защекотало. Откинув голову назад, арвиндражевец громко расхохотался, а потом, утерев выступившие в уголках глаз слезы, сложил руки на груди. Он чувствовал слабую, едва различимую пульсацию энергии сорванного с шеи девчонки гравиаля, который она даже не попыталась отыскать, хотя это можно было сделать одним лишь простым заклинанием.

— Зажгись! — прошептал некромаг и увидел красную точку, тускло освещавшую траву вокруг.

Вздохнув, арвиндражевец дошел до дерева, у которого поймал нарушительницу, и поднял с земли серебряную цепочку с красным светящимся камнем. Гравиаль обжег пальцы, но парень практически не почувствовал боли — настолько мало энергии содержал паинит[4]. Сказав обратное заклинание, он сложил потухнувшую цепочку в карман мантии и развернулся в сторону академии. Будет, что рассказать сокурсникам на досуге, а вражеский гравиаль послужит отличным доказательством правдивости его истории. Хмыкнув, некромаг зашагал к замку, даже не подозревая о том, что в один прекрасный день он лично вернет кулон его обладательнице.

Бертлисс задумчиво рассматривала пляшущих овечек на своей любимой кружке, отвлекшись от того, что говорила ей мать. Ее выбрали как достойного представителя академии Лорииэнд. Одного из пяти таких же достойных. Наверное, стоило этим ужасно гордиться, но некромаг не чувствовала ничего, кроме странной потерянности. Будто она была котенком, которого отправили в открытое море на одной лишь обломанной доске. И этим морем был Арвиндраж.

— Дорогая, ты меня слушаешь?

Встрепенувшись, девушка поставила кружку на стол и подняла взгляд на встревоженную женщину.

— Извини. Я задумалась.

Бертлисс становилось не по себе от взгляда матери. Так смотрят на приговоренных к смертной казни, а умирать лорииэндовка пока не собиралась. Не на потеху арвиндражевцам уж точно. Женщина протянула вперед руку и нежно огладила ею щеку дочери.

— Мне кажется, тебе лучше закончить сборы. Иначе ты можешь опоздать на самолет.

Бертлисс поджала губы и опустила взгляд. Она понимала, как тяжело даются слова ее матери, и от этого становилось еще гаже. Вздохнув, девушка все же поднялась из-за стола, захватив с собой чашку. Все необходимые ей вещи уместились в одном чемодане и небольшой сумке через плечо. Она попросила мать не провожать ее до аэропорта — не маленькая, сама доберется — и на прощание крепко ее обняла.

— Будь умницей, дорогая, — прошептала ей на ухо женщина.

— Обязательно, мам. Увидимся через девять месяцев.

Таксис помог загрузить чемодан в багажник и довез Бертлисс до сверкающего здания аэропорта. Там ее уже ждали четыре студента-лорииэндовца (две девушки и два парня) во главе с заместителем директора.

— Отлично, все в сборе, — черкнув что-то у себя в блокноте, сказала миссис тен Грауль. — Отправляемся на посадку!

Остальные «приговоренные» выглядели не намного радостнее Бертлисс. Хмурые лица ее сокурсников вызывали не то жалость, не то желание хорошенько похлопать их по бледным щекам до появления здорового румянца. Девушка хмыкнула своим мыслям, везя за собой стучащий колесиками по ребристому полу чемодан.

На самом деле, все было не так страшно, как казалось на первый взгляд. Каждый год второкурсников обеих академий высылали партиями из пяти лучших учеников для сохранения шаткого мира между двумя государствами. И еще никто не пострадал. Ну, кроме того раза, когда одной лорииэндовке спалили волосы, наградив бедняжку ожогами второй степени… Или когда предшественника Бертлисс отвезли в больницу спустя три месяца «ссылки» с серьезным переломом ребер. Ладно, пострадавшие были, но с летальным исходом — никого! Кажется…

Бертлисс одернула себя и мотнула головой, сдавая багаж. Конечно, везут их далеко не на курорт, но даже в этой незавидной поездке были свои плюсы. Точнее, один плюс — отличный опыт. Может, арвиндражевцы и не будут жаловать таких гостей, но учителя просто обязаны учить их наравне с остальными. Такие уж были правила, и никто их нарушить не мог.

В самолете место Бертлисс находилось рядом с иллюминатором, а по левую руку от нее сидела Аринда тен Маэротти — такая же «счастливица», получившая билет на вражескую территорию. Среди их небольшой команды не было никого, с кем некромаг успела подружиться за первый год обучения, и от мысли, что в Арвиндраже она будет совсем одна, девушке становилось грустно. Аринда слушала музыку в наушниках, откинувшись головой на спинку кресла, и дремала, так что у Бертлисс не было даже шанса попытаться с ней заговорить. Вздохнув, она отвернулась к иллюминатору и принялась рассматривать рабочих, проверяющих крылья самолета.

Полет длился три часа, и с каждой минутой волнение Бертлисс усиливалось с необычайной скоростью. На границе Твенотрии, где должны были останавливаться все самолеты из соседних государств, лорииэндовцы прождали еще почти час, пока полиция тщательно проверяла их документы. Даже после слов миссис тен Грауль, что они — группа по обмену, которая появляется здесь каждый год вот уже на протяжении восьми лет, охрана аэропорта не спешила отпускать их, решив задать несколько совершенно бесполезных вопросов. К чужакам здесь относились крайне настороженно. Особенно, к чужакам из Лаксоля, с которым раньше Твенотрия вела нескончаемые войны.

С Бертлисс закончили раньше прочих. Сидя в зале ожидания, она проверила свой сотовый и обнаружила семь тревожных сообщений от матери, в каждом из которых говорилось примерно следующее: «Дорогая, ты уверена, что хорошо долетела/не оставила документы дома/не сломала себе все конечности?» Бертлисс любила свою мать, но сейчас ее встревоженность лишь усугубляла и без того плачевную ситуацию. Почесав переносицу, она написала: «Все хорошо, мам. Перезвоню, как заселюсь», и убрала телефон подальше в сумку.

— Привет! Не против, если я присяду?

Бертлисс удивленно подняла глаза и наткнулась взглядом на Аринду. Девушка была одета в потертые светлые джинсы и ярко-желтую толстовку с капюшоном. Раньше у некромага не было особой необходимости рассматривать своих собратьев по несчастью, но сейчас она без зазрения совести могла изучить взглядом подошедшую девушку. У Аринды были пепельные волосы, собранные в два «рыбьих хвоста», концы которых доставали ей до груди, и очень выразительные и острые черты лица. Глаза, несмотря на светлую кожу и волосы, были темно-карими, практически черными, а губы имели неестественно-яркий вишневый оттенок. Насмотревшись вдоволь, Бертлисс поняла, что ей нравилась необычность новой знакомой.

Аринда немного смутилась ее заминке и уже собиралась удалиться, но некромаг вовремя очнулась, сказав:

— Конечно, садись.

Блондинка радостно улыбнулась и приземлилась на соседнее кресло.

— Я Аринда, — она протянула ей руку. — А ты ведь Бертлисс?

— Можешь звать меня Берта, — девушка ответила на рукопожатие, натянуто улыбнувшись в ответ.

Аринда слегка кивнула головой и, задумчиво смотря на Бертлисс, прикусила нижнюю губу. Девушка почувствовала странную неловкость и зажала ладони между коленей, переведя взгляд в пол под своими ногами. Она не очень часто заводила знакомства.

— Как ты себя чувствуешь? — наконец, спросила Аринда.

— Вроде нормально, — Берта пожала плечами. — Почему ты спрашиваешь?

— Ну, наверное, потому что мы едем прямиком в Арвиндраж, — невесело хмыкнула она. — Едва ли кто-то может чувствовать себя хорошо.

Бертлисс ничего не ответила, вновь опустив взгляд. Ей не хотелось говорить и думать об Арвиндраже хотя бы до непосредственного прихода в академию. Почувствовав ее настроение, Аринда тихо выдохнула и откинулась на спинку сиденья, не проронив больше ни слова.

Вскоре все некромаги были в сборе, и миссис тен Грауль повела их к заказному автобусу. По дороге до академии она, как экскурсовод стоя спиной к водителю, перечитывала им правила поведения в месте их будущего обучения, периодически заваливаясь то на одну, то на другую ногу из-за встречающихся на пути поворотов. По лицу замдиректора можно было понять всю степень ее нелюбви ко всей этой кампании, на которую ее высылали каждый год трижды — один раз привезти, один раз увезти, и дополнительная поездка на зимних каникулах, во время которых лорииэндовцам не разрешалось уезжать домой.

Таким образом, уже через двадцать минут их автобус остановился у черных витиеватых ворот, за которыми возвышался величественный замок академии. От неприятных воспоминаний годичной давности по спине Бертлисс пробежались ледяные мурашки. Интересно, тот парень до сих пор здесь учится или уже закончил обучение? Поежившись, она выпрыгнула из автобуса вслед за Ариндой и забрала свой чемодан.