Читаем Даруй ему язык онлайн бесплатно
Ханс Иоахим Шедлих
Даруй ему язык
Жизнь и смерть баснописца Эзопа
Перевод с немецкого и вступление Г. Косарик
Сентенция древних "nomen est omen" имеет прямое отношение к Шедлиху. Имя его переводится с немецкого как "вредный". "Вредным" для ГДР он был всегда. В актах "штази" Ханс Иоахим Шедлих фигурирует не иначе как под кличкой "Вредитель".
Ханс Иоахим Шедлих родился в 1935 году в Фогтланде, исторической области Саксонии, где говорят на фогтском диалекте, которому он посвятил свою диссертацию. Лингвист с ученой степенью, Х. И. Шедлих с 1969 года начинает писать прозу, но Шедлиха-писателя долго не публиковали, а когда он в числе других подписал протест в защиту поэта-диссидента Вольфа Бирмана, власти ГДР лишили Шедлиха работы в Академии наук и выпроводили его на Запад.
Любовь к лингвистике оказала влияние на прозу автора - манере его письма свойственно не только мастерское владение выверенными литературой и временем классическими нормами немецкого языка, но и искусство особой словесной игры с использованием новых словообразований и отходом от традиционно строгих синтаксических конструкций. Извечное же политическое противостояние властям невольно подтолкнуло автора к иносказательной форме изложения, к притчам, ставшим со временем его излюбленным стилистическим приемом.
В 1986 году выходит его роман "Талховер" о германском политическом сыске от прусских времен до ГДР. В книге 1998 года, озаглавленной "Тривиальный роман", Шедлих, надо думать, окончательно "расквитался" с ГДР, описав в притчевой традиции ее бесславный конец. Так что нет ничего удивительного в том, что фигура мастера иносказательности - древнегреческого баснописца Эзопа - привлекла внимание писателя. Эзопу, жившему в VI в. до н. э., приписывались сюжеты почти всех известных в античности басен. Краткие записи их собирались с IV - III вв. до н. э. и сохранились во многих поздних списках. Дошло до наших дней и жизнеописание Эзопа. Х. И. Шедлих скромно определяет свою прозу как "пересказ" материалов по многократно разработанной до него теме и конкретно называет использованный им источник: "В основе текста лежит переведенное на немецкий язык Гюнтером Пётке (Лейпциг, 1974 г.) безымянное греческое повествование об Эзопе, сохранившееся в виде рукописи Х века".
Немецкая литературная критика высоко оценила это сочинение писателя "за мастерство языка, остроумие, четкость и ясность морали в противовес засилию софистики", назвав его "подарком читателю ".
ЭЗОП был беззубый, говорил невнятно. Косил и вытягивал шею. Нос приплюснутый, кожа темная и грязная. Живот из штанов вываливается. Сам кривоногий, левая рука короче правой. Кое-кто, однако, уверял: нет, правая короче левой.
Эзоп был раб. Но для города он не подходил. Хозяин определил его на полевые работы.
ЭЗОП увидел однажды, как его хозяину преподнесли в дар только что сорванные сочные фиги. Крестьянин при этом сказал:
- Вот, господин. Первый сбор урожая.
Хозяин Эзопа ответил:
- Славно! - и приказал слуге: - Агафопод, сейчас я выкупаюсь и позавтракаю. А затем ты подашь мне эти великолепные фиги.
Ага, значит, подоспело время завтрака, подумал Эзоп. Оставил работу и пошел в дом. И увидел, как Агафопод схватил одну фигу и съел и тут же сказал другому слуге:
- Так бы и съел их все, да страх не велит.
А тот возьми и ответь ему:
- Поделишься, научу тебя, как можно съесть все и уйти от наказания.
Агафопод только хмыкнул:
- Ха! Разве такое возможно?
- Съедим все вдвоем сами, а когда хозяин прикажет подать фиги, скажешь ему: "Эзоп их съел".
Тут они уселись и быстро расправились с фигами.
Хозяин тем временем выкупался, позавтракал, кликнул Агафопода и говорит:
- Вот теперь подай-ка мне фиги.
Агафопод потупился и печально сказал:
- А их Эзоп съел.
Хозяин тотчас же приказал:
- Приведи его сюда!
И с ходу набросился на Эзопа:
- Ах ты бессовестный негодяй! Ты что себе позволяешь?! Взял и запросто слопал мои фиги?!
Эзоп не проронил в оправдание ни слова. Боясь побоев, он рухнул на колени и, еле ворочая языком, с трудом произнес:
- Дай мне немного времени!
- Будь по-твоему, - согласился хозяин.
Эзоп взял пустой глиняный кувшин и попросил повара налить в него теплой воды. Потом поставил перед собой глиняную миску, выпил немного теплой воды и засунул себе в рот два пальца. Эзопа тут же вырвало, но - одной водой.
Хозяин немало подивился и приказал Агафоподу и другому слуге:
- А ну! Выпейте воды и вы тоже!
Второй слуга шепнул Агафоподу:
- Задержи воду во рту, сунь пальцы за щеку и выплюни потом воду.
Но от теплой воды их стало мутить; съеденные фиги поднялись и, подступив к горлу, буквально выскочили в миску.
Хозяин сказал:
- Вы все наврали!
Так Агафопод и второй слуга заработали хорошую порку.
На другой день хозяин возвратился в город.
ЭЗОП работал в поле, как вдруг перед ним неожиданно возникла жрица богини Исиды. Она увидела Эзопа за работой и говорит:
- Раб, если в тебе есть сострадание к смертным, то покажи мне дорогу в город - я заблудилась.
Эзоп поднял голову и подумал, что видит перед собой богиню. Он бросился перед ней на землю и невнятно забормотал:
- Как ты оказалась на поле?
Жрица поняла, что Эзоп услышал ее слова, но не может ответить ей членораздельно. Она сказала:
- Я не знаю этих мест.
Эзоп встал с колен, взял жрицу за руку и отвел ее к краю леса. Там он достал из кармана своей холщовой куртки хлеб и протянул ей. Затем принес с поля свежих овощей. Когда жрица поела, он показал ей, где родник. Она выпила кристально чистой воды, поблагодарила его и еще раз спросила, как ей выйти на дорогу. Эзоп вывел ее на проезжий тракт и показал, куда идти.
А затем снова занялся своим делом.
Жрица, стоя на верной дороге, воздела руки к небу и произнесла:
- О богиня Исида, венец Вселенной, сжалься над этим радушным рабом! Вознагради его! Ведь в твоей власти озарить светом мглу! Облегчи ему язык и даруй речь!
Тем временем началась сильная жара, и Эзоп решил про себя: "Посплю-ка я в обеденное время". Он лег под деревом в тени и заснул. Вокруг него зеленела травка и цвели полевые цветы. Невдалеке слышалось журчанье ручейка. В листве пели цикады и щебетали птицы.
И в этот момент явилась богиня Исида в сопровождении муз. Богиня сказала:
- Взгляните, дочери мои, на этого уродливого, но свято чтящего богов человека. Это он указал дорогу моей заблудившейся жрице. И я хочу, чтобы отныне он говорил легко и без помех.
С этими словами Исида исцелила его, развязав ему язык. А музы наделили Эзопа даром искусно сочинять басни.
Эзоп проснулся и неожиданно для себя смог без труда назвать все, что видел вокруг.
- Мотыга, куртка, поле, дерево. Клянусь музами, - воскликнул Эзоп, - я могу говорить свободно!
И, схватив мотыгу, продолжил работу.
Через некоторое время на поле пришел надсмотрщик Зенас. Недовольный работниками, он ударил одного из них палкой по спине.
Эзоп не стерпел и говорит Зенасу:
- Как ты смеешь бить невинного? Ладно бы кто другой, а то - ты? Ведь подлость написана на твоем лице, однако ж тебе все сходит с рук!
Зенас перепугался не на шутку. И стал лихорадочно соображать: "Что ж это такое? Эзоп заговорил! Он всегда держал рот на замке, а теперь не только разговаривает, но еще и ругает меня. И если я сейчас не приму мер, то лишусь, чего доброго, из-за него своего места".
Зенас спешно схватил коня и поскакал в город. В сильном возбуждении ворвался он в дом хозяина.
- Хозяин!.. - заорал он, но тот оборвал его:
- В чем дело, Зенас?
Надсмотрщик тут же присмирел и говорит:
- Приключилось нечто диковинное.
- Деревья начали плодоносить раньше времени? Или, может, скотина окотилась человеческим дитем?
- Нет, мой хозяин.
- Что ж тогда диковинного у тебя приключилось? Давай выкладывай как на духу!
- Эзоп, этот кривоногий, этот толстопузый...
- Ребенка, что ли, родил?
- Нет. Он вдруг заговорил как все.
- Ну и что? Стоит ли из-за этого так волноваться?
- А как же?
- Чего ради? Боги взяли, боги и дали.
- Да, но он ругал последними словами и тебя, и меня.
- Ах вон оно что! Тогда продай его.
- Шутишь, хозяин? Или ты забыл, какой он уродина? Кто ж его купит, эту жирную свинью.
- Отдай его кому-нибудь даром! А если никто не возьмет, тогда забей его насмерть палками!
Зенас сел на коня и поехал назад, а сам про себя думает: "Зачем мне убивать Эзопа, я лучше продам его".
По дороге, недалеко от поместья, Зенас встретил работорговца и воскликнул:
- Офелион, мудрейший из торговцев, приветствую тебя!
Офелион в долгу не остался:
- Зенас, мудрейший из надсмотрщиков, приветствую тебя! Скажи-ка, нельзя ли нанять у тебя вьючный скот? Или, может, ты даже продашь мне какую скотину?
- Нет, вьючный скот не продам, а вот раба по дешевке уступить могу, если пожелаешь.
- И ты еще спрашиваешь? Я же покупаю и продаю их.
- Тогда идем со мной, - сказал Зенас, - это совсем рядом.
Вступив на хозяйский двор, Зенас приказал одному из рабов:
- Ступай в поле и приведи сюда Эзопа.
Раб побежал к Эзопу и говорит:
- Эзоп, бросай мотыгу и иди за мной, хозяин тебя требует.
Эзоп оперся на мотыгу и спрашивает:
- Мой настоящий хозяин или всего лишь надсмотрщик?
- Да что ты такое несешь? - возмутился посыльный. - Идем, тебе говорят.
Эзоп бросил мотыгу и тяжко вздохнул:
- Ах, будь проклята эта кабала! "Эзоп, сделай это, Эзоп, сделай то". Любое мерзкое приказание приходится исполнять. Но как только сюда приедет мой хозяин, я скажу ему, какой подлый этот надсмотрщик, и хозяин уволит его. Ну ладно, идем. Пока еще я должен и надсмотрщику подчиняться.
Едва они вошли во двор, посыльный и говорит Зенасу:
- Хозяин, вот Эзоп!
Тут Зенас обратился к работорговцу:
- Взгляни на него, Офелион.
Офелион уставился на Эзопа, словно на огородное пугало, и сказал:
- Разве это человек? Зенас, и ты тащил меня сюда, чтобы я любовался всякими отбросами?
Он повернулся, собираясь уйти.
Но тут Эзоп крепко схватил Офелиона за руку и сказал:
- Послушай меня!
- Чего тебе от меня надо! - рассердился Офелион. - Отпусти меня и сгинь с моих глаз!
- Ты зачем пришел сюда? - спросил Эзоп.
- Хотел купить тебя.
- А почему теперь отказываешься?
- Отстань от меня. Мне такой не нужен.
- Купи меня! Я тебе очень пригожусь.
- Это каким же образом?
- Нет ли среди твоих рабов еще и детей, за кем глаз да глаз нужен? Приставь меня к ним дядькой. Дети будут бояться меня и станут послушными.
- А больше ничего не выдумал? - сказал Офелион и спросил Зенаса: - Что ты хочешь получить за него?
Зенас ответил:
- Да дай сколько не жалко.
Работорговец отстегнул Зенасу смехотворную сумму, и сделка на том завершилась.
РАБОТОРГОВЕЦ привез Эзопа в город. В доме Офелиона они сразу наткнулись на двух ребятишек его рабов. Увидев Эзопа, дети завопили от ужаса и забились в угол. Эзоп сказал Офелиону:
- Видишь, я был прав.
Офелион, не удостоив его ответом, указал ему на одно из помещений в доме:
- Там сидят такие же, как ты. Ступай поздоровайся с ними.
Эзоп вошел и увидел отборных рабов, все как один - красавцы. Он сказал:
- Приветствую вас. Я хоть и страшен, но такой же раб, как и вы.
Тогда один из рабов произнес:
- Клянусь Немезидой, не могу понять, что это взбрело хозяину в голову купить такое страшилище?
А другой сказал:
- Я знаю зачем.
Третий не замедлил спросить:
- И зачем же?
Раб ответил:
- Чтоб было над чем посмеяться.
Тут вошел Офелион и говорит:
- Значит, так, пришел ваш черед подчиниться своей судьбе. Мне не удалось заполучить вьючных животных. Так что готовьтесь в дорогу, завтра мы отправляемся в Азию.
Рабы принялись распределять между собой хозяйскую поклажу. Эзоп и говорит:
- Я новенький и не такой силач, как вы, и потому прошу: дайте мне что-нибудь полегче.
Один раб и говорит ему:
- Да хоть вообще ничего не неси.
Эзоп на это ответил:
- Это выйдет мне боком, хозяин подумает, что все рабы вон как стараются, от одного меня никакой пользы нет.
Другой раб только хмыкнул:
- Смотри какой у него длинный язык!
А первый сказал:
- Ну, выбери себе тогда что тебе под силу.
Эзоп огляделся. Сундук, мешки. Циновки из камыша, глиняные кувшины. И вдруг увидел корзину, доверху наполненную хлебами, - ее должны были нести четверо рабов. Тут Эзоп и говорит:
- Поднимите эту корзину и поставьте ее мне на спину.
Рабы принялись смеяться над Эзопом. Один даже сказал:
- Что за болван! Просил что полегче, а сам выбрал самое тяжелое.
Другой, однако, произнес:
- Не так уж он и глуп. Он хочет съесть больше хлеба, чем получит каждый из нас. Так что пускай несет эту корзину!
Четверо рабов взгромоздили корзину Эзопу на спину. Согнувшись в три погибели под непосильной ношей, Эзоп, пошатываясь, двинулся в путь. Работорговец Офелион безмерно удивился:
- Смотрите-ка, как надрывается Эзоп. Он тащит груз, что под силу только вьючному животному. Поистине я купил его незря.
Все остальные рабы, разбившись попарно, несли вдвоем какой-нибудь один груз. Они смеялись и издевались над Эзопом. А тот думал только, как бы не отстать от них. Измученные рабы добрались наконец до первой харчевни.
И тут работорговец сказал:
- Эзоп, раздай всем хлеб - один каравай на двоих.
Корзина наполовину опустела. Поев, они тут же двинулись в путь дальше. Рабы по-прежнему маялись со своим тяжелым грузом, а Эзоп шел теперь гораздо проворнее, чем прежде. Через час они дошли до второй харчевни. Эзоп снова раздавал хлеба - по одному караваю на двоих. Корзина совсем опустела. Эзоп поднял пустую корзину на плечо и бодро зашагал впереди всех. Кто-то из рабов спросил:
- Кто это несется там впереди? Чужак, что ли?
Другой раб ответил ему:
- Да вроде нет. Похоже, это наш новенький.
Тогда первый сказал:
- Ох и хитер бестия!
- Да, - согласился второй, - рожей не вышел, а башка варит.
- Хитрая лиса, одно слово, - сказал первый.
Караван рабов все шел и шел и добрался наконец до Эфеса. Работорговец Офелион распродал в Эфесе всех рабов, кроме троих: учителя чужих языков, музыканта, игравшего на лютне, и Эзопа. Никто не дал за них той цены, которую назначил Офелион.
Тут один из друзей работорговца и говорит ему:
- Офелион, если хочешь выгодно продать всех троих, перебирайся на остров Самос. Там полно богатых людей. А кроме того, там живет философ Ксанф, у него много учеников. Кто-нибудь из них наверняка купит у тебя учителя. И на музыканта тоже найдется покупатель. Глядишь, и Эзоп кому-нибудь сгодится, может, страж у ворот понадобится или повар на кухне.
ОФЕЛИОН так и сделал. С тремя оставшимися рабами он переправился на судне на Самос. Прибыв туда, он обрядил музыканта в белый хитон и нарядную тогу и расчесал ему волосы. Учителю языков Офелион дал легкую, воздушную одежду, доходившую ему до щиколоток и скрывавшую его некрасивые икры. Ему он тоже расчесал волосы. Эзопу же приказал надеть на себя хламиду из мешковины и подпоясал его какой-то тряпкой. В таком виде он выставил всех троих на продажу, поместив Эзопа между обоими рослыми красавцами. Глашатай расхваливал товар, и многие, заинтересовавшись рабами, стали подходить поближе. Кто-то в толпе крикнул:
- Посмотрите-ка на обоих молодцов! А этот коротышка посредине только весь вид портит. Уберите его!
Но Эзоп не двинулся с места.
Случайно или нет, но как раз в это время мимо проносили паланкин, где сидела жена философа Ксанфа. Она послушала глашатая и велела тотчас же нести ее домой.
