Читаем Черные гремлины (СИ) онлайн бесплатно

Автор иллюстраций - LiarJohnny

   Когда я был маленьким, мама много рассказывала о зеленых деревьях, на которых росли пушистые, как мех, листья. Раз в цикл деревья цвели, покрываясь пестрыми бутонами, а позже на коричневых ветках созревали плоды слаще зефира. Спелые фрукты сотнями падали в мягкую траву. Деревья не боялись света, любили воду и щедро делились сладостями.

   Но на нашем острове нет деревьев. И травы здесь нет. Наш остров сделан из железа.

   - Ты снова грустишь, - заворчала Ари-Ару, подняв хвост трубой: - Нытик.

   У Ари-Ару красные глаза и белая шерсть. Ари-Ару очень подвижная и верткая, словно бездействие причиняло ей боль.

   - Бум-Гум опять отобрал еду? Держи.

   В моей лапе появилась коричневая зефирка.

   - Спасибо, - буркнул я и сунул сладость в рот.

   - Ешь и пошли в нору. Скоро рассвет.

   - Угмум, - согласился я, жуя зефир. Рассвет на самом деле был не скоро, но Ари-Ару панически боялась лучей. Даже больше, чем остальные гремлины.

   - Быстрей, быстрей, - она заходила кругами. - Небо уже фиолетовое!

   - Совсем не фиолетовое. До рассвета еще долго.

   - Пошли! Ну пошли.

   - Хочешь - иди, раз так боишься. А я еще посижу.

   - Я?! Боюсь?! - мех Ари-Ару встал дыбом. - Я ничего не боюсь!

   Она села рядом и укуталась в хвост. Несмотря на ее внешнее сердитое спокойствие, я чувствовал ее страх. Ари-Ару сидела как на иголках. Я так не мог.

   - Ладно, идем.

   - Ха! Сам трусишка, - она сделала вид, что нехотя поднимается: - Кто первый до норы! - Ари-Ару умчалась к люку, шустро перебирая лапами. Я еле поспевал за ней. Глупое соревнование - мне никогда ее не догнать. Ари-Ару очень сильная.

   Я запыхался и покрылся пеной после изнурительного бега по металлическим платформам, когда мы наконец добрались до входа в нору. Ари-Ару лихорадочно крутилась вокруг тяжелого железного люка, пытаясь его сдвинуть.

   - Закрыто! - пропищала она, округлив глаза: - Закрыто!

   Я попробовал поднять крышку за железную ручку. Крепкая сталь даже не скрипнула. Неудивительно - вход в нору открывался только изнутри. Ари-Ару начала громко ругаться на глупых гремлинов, подозревая всех подряд, словно нас заперли намеренно.

   - Странно, зачем люк закрыли так рано? Ведь мы сгорим, когда наступит рассвет, - подумал я вслух.

   Ари-Ару прижала уши и поджала губы, словно собралась зареветь. Потом схватила меня в охапку, прижала к себе и сказала:

   - Все в порядке, Лак-Лик, не плачь, все будет хорошо.

   - Ладно, - согласился я, хотя на самом деле не собирался плакать. А вот Ари-Ару уже хныкала.

   Скоро небо стало фиолетовым. Еще немного - и яркие лучи сожгут нас дотла. Ари-Ару время от времени всхлипывала и словно хотела что-то сказать, но потом стеснялась и молчала. Какая разница, если рассвет уже близко?

   Крышка люка резко поднялась, и могучая коричневая лапа сгребла нас в охапку, чтобы утащить в темноту. Секунду спустя люк встал на место.

   - Ну что же вы, гремлины, - сказал Раг-Баг, старший механик.

   Я прогундел что-то невнятное. Сложно разговаривать с существом, которое способно убить тебя щелбаном. И хотя добродушный старший механик вряд ли бы так поступил, я все равно не мог оторвать взгляда от его могучей фигуры.

   Раг-Баг поставил нас на землю и повел темными коридорами вглубь норы: туда, где рядом со складом зефира ютились маленькие норки коричневых гремлинов; где железный пол становился теплым и на нем не было холодно спать; где на высокой стене висели огромные часы, одна стрелка которых отмеряла оставшееся до рассвета время, а вторая совершала полный оборот по прошествию цикла.

   Каждое утро солнце поднималось чуть правее, чем раньше, и когда рассвет делал круг по линии горизонта, а закат с восходом менялись местами два раза, проходил один цикл. В нем было очень много дней и ночей. Больше, чем когтей у меня на лапах.

   - День становится дольше, а ночь - короче, - пробасил старший механик. - Ход часов изменился. Завтра отплытие. Будьте готовы к великим переменам.

   - Спасибо, Раг-Баг, - поблагодарила Ари-Ару, поджав хвост. Мы добрались до дома.

   - Угу, - буркнул гигант и ушел по своим делам.

   - Вот видишь! - радостно завертелась Ари-Ару, когда мы остались наедине: - Все обошлось! А ты боялся.

   - Это ты боялась, - возразил я.

   - Трусишка, - потрепала она меня по голове, игнорируя мои возражения. Потом Ари-Ару повалила меня и мы игрались, царапались, дрались, бегали друг за другом, пока часы не пробили двенадцать раз и все гремлины не легли спать под скрип и лязг перестраивающегося железного острова.

   Но я этим днем спать не собирался. Дождавшись, когда Ари-Ару сонно заурчала в соседней норке, я тихо выбрался наружу, чтобы пойти к Хек-Хаку.

   - Слышал шутку? - Хек-Хак резво втащил меня внутрь, словно все время ждал моего прихода: - Гремлины поговаривают, я свихнулся. Ну не-е-ет!

   И он захихикал кашляющим, прерывистым смехом, за которое и получил свое прозвище. Я уселся и начал ждать, когда Хек-Хак расскажет, зачем меня позвал.

   - Я провел расчеты, - посерьезнел он. - В корабль все гремлины не влезут.

   Я кивнул. Кому-то придется остаться на острове. Оставят самых слабых и бестолковых. Я наверняка попаду в их число.

   - Оставят меня, Бип-Бопа и тебя. Мы самые бесполезные в отряде.

   - Дурацкий отряд! Глупый старший механик! - взбесился Хек-Хак, разделяя мои догадки: - Я придумал постройку корабля, а не они! Я даже почти полностью спроектировал его!

   - Ничего ты не придумывал и не проектировал. Ты сумасшедший, - сказал я, когда Хек-Хак успокоился.

   - Угу.

   - А я - слабый.

   - Верно.

   - А Бип-Боп - глупый.

   - Опять ты со своим Бип-Бопом!

   Он уселся напротив. Хек-Хак был пятнистым гремлином, его шерсть кое-где повылезала уродливыми проплешинами, а местами торчала клочьями. Глаза безумного Хек-Хака всегда вращались, словно он не мог сосредоточиться. А еще у него не хватало половинки хвоста. Маленький обрубок яростно хлестал по полу.

   - Поэтому. Давай. Угоним. Корабль! - выпалил он, старательно разделяя слова.

   - Нет, - ответил я и собрался уходить.

   - Ты только подумай! С тонной зефира на борту мы будем плавать по океану в поисках новых островов! - Хек-Хак загородил вход, размахивая лапами.

   - Нет.

   - Завтра они вышвырнут тебя вон, словно чужого! Почему ты не хочешь, чтобы справедливость восторжествовала? Чтобы достойные отправились в плаванье?

   - Потому что Ари-Ару расстроится.

   - И что тебе эта белошерстка?

   - Отстань, - я прошмыгнул мимо Хек-Хака и отправился в домашнюю норку.

   Дома меня встретила сонная Ари-Ару и поколотила за то, что заставил ее волноваться. Я не обиделся. Когда она отправилась спать, я смотрел на каменный потолок, крутил в лапах плюшевую шестеренку - единственную мою игрушку - и размышлял о предстоящем отплытии.

   Корабль строили уже полгода. Идею предложил Хек-Хак, но его не сразу поддержали - ведь на острове не было ничего, кроме железа. Из чего тогда строить корабль? А Хек-Хак сказал: "Раз на острове ничего нет, кроме железа, давайте строить из железа".

   Раг-Баг тогда еще не был старшим механиком. Он единственный не смеялся над предложением безумного гремлина и задумчиво рассматривал кусок магнита в лапе. А на следующий день Раг-Баг предложил проект конструкции подводного корабля, который назвали "Космос". Космос - это умное слово, значения которого никто не знал. Сейчас корабль был готов к отплытию. Только не все в него поместятся.

   Как только наступила ночь, Раг-Баг собрал всех гремлинов на поверхности и просто сказал:

   - Хек-Хак и Лак-Лик не плывут. Остальные - собирайтесь и готовьтесь...

   Он не договорил, потому что в его ухо вцепилась Ари-Ару. Завязалась драка. Огромный Раг-Баг лупил белошерстную гремлиншу лапами, но отцепить взбешенную самку удалось только вместе с половиной уха. Пнув бесчувственную Ари-Ару, старший механик прошипел, держась за окровавленную голову:

   - Ари-Ару тоже не плывет. Одно место освободилось. Кто из вас хочет?

   Я швырнул в него плюшевую шестеренку. Старший механик хмуро на меня посмотрел, но ничего не сказал. Бип-Боп промолчал, глазея в разные стороны. Раг-Баг даже не стал его упоминать. И так понятно, что он не поплывет.

   - Я хочу! Я! - обрадовался Хек-Хак.

   - Собирайся.

   Спустя полчаса на острове осталось только три гремлина. Железный корабль Космос, вращая лопастями, скрылся под водой, отправившись вместе с десятками гремлинов на поиски приключений. Они забрали с собой весь зефир, артефакты и мою плюшевую шестеренку.

   - Такие дела, - сказал Бип-Боп. Прозвучало умно и глубокомысленно.

   Ари-Ару лежала без чувств, избитая и слабая. Я попробовал ее поднять, чтобы отнести в нору, пока не наступил рассвет - но она оказалась слишком тяжелой. Тогда я начал вылизывать ее ссадины и ушибы, чтобы они быстрее зажили и в них не попала зараза.

   Бип-Боп сидел рядом и косил глазами вслед уплывшему Космосу. Бип-Боп был самым глупым среди нас, но иногда он становился на редкость гениальным и рассказывал невероятные вещи про синергию, закономерности, архитектуру и другие непонятные штуковины. Была у него и еще одна особенность. Бип-Бопа почему-то никто не хотел замечать.

   Вскоре Ари-Ару очнулась и смущенно оттолкнула меня.

   - Спасибо, - буркнула она, покраснев. Ари-Ару прошлась туда-сюда, ковыляя и попискивая от боли. Раг-Баг сильно ее побил.

   - Надо раздобыть зефир до рассвета, - сказал я, посматривая на центр острова. За день он перестроился, из железного пола выросли новые стены, препятствия и ловушки.

   Ари-Ару кивнула, сделала еще два шага, споткнулась и упала. Я помог ей сесть. Потом посмотрел на пускающего слюни Бип-Бопа и подумал, что сегодня мне придется добывать зефир одному.

   - Ждите здесь, я принесу зефир, - пообещал я Ари-Ару. Она грустно кивнула и отвернулась. Ари-Ару не верила, что у меня получится. Я и сам не верил.

   Первая деталь лежала на самом низком балконе, который чуть приподнимался над землей. Я помотал хвостом, приноровился и запрыгнул наверх. На краю балкона лежала железная лапа размером с меня, а на ее боку было выгравировано "трудись". Пыхтя, я поволок деталь к зефирному гробу.

   Зефирный гроб всегда стоял посередине острова - высокий металлический куб, вбитый в пол. Спереди гроб покрывали углубления для деталей. Кое-как подняв железную руку, я сунул ее в углубление, и она с щелчком встала на место. Устало сопя, я упал на четыре лапы, пытаясь отдышаться.

   С обратной стороны гроб походил на сейф. Там находилась металлическая дверца, привинченная огромными болтами, а над ней висела короткая надпись: "По заслугам". Когда все десять деталей встанут на места, дверца откроется, а внутри будет лежать зефир - много зефира! Я смогу накормить Ари-Ару, себя и даже глупого Бип-Бопа.

   Я побежал за второй деталью. Она находилась на третьем балконе, который возвышался над первыми двумя. Я покрутился снизу, собрался и прыгнул. И больно шлепнулся, отчаянно царапая когтями отвесную железную стену.

   Именно поэтому Раг-Баг не взял меня на корабль. Я был самым слабым гремлином в отряде, и даже принести первую, самую легкую, самую простую деталь потребовало от меня огромных усилий. Падение выбило воздух из легких, я задыхался и думал о том, что Ари-Ару останется голодной, а все потому, что я слабый и бестолковый.

   - Соберись с силами. Ты справишься, - сказал Бип-Боп.

   - У меня получится? - спросил я, удивляясь, что Бип-Боп смог незаметно подкрасться.

   - Тебе хватит сил. Постарайся. Или Ари-Ару останется голодной. И я тоже, - объяснил косоглазый гремлин. Он иногда говорил правильно, но недолго. После Бип-Боп опять становился глупым и пускающим слюни. Вот и сейчас он скосил глаза и потрусил ко входу в нору. Не стоит рассчитывать на его помощь.

   Десять деталей. На каждой из них было написано слово. Если я успею собрать статую до рассвета, нам хватит еды еще на несколько ночей. Сдерживая писк от боли в лапах, я поднялся и побежал ко второму балкону. Умереть от голода страшнее, чем от солнечных лучей.

   Второй деталью была "Грусти" - левая лапа. Она оказалась еще тяжелей, острые края царапались, и я оставил на железных углах два клочка коричневой шерсти, прежде чем установил деталь в зефирный гроб. Затем была "Спи", которую было очень неудобно нести; "Ешь" я два раза уронил себе на лапу; "Мечтай" отдавила мне хвост; об "Строй" я вывихнул кисть и долго пищал, прежде чем вставить сустав на место; а ведь еще оставались "Дерись", "Пищи", "Потей" и "Страдай".

   Каждая деталь, сделанная из фиолетового железа, весила вдвое больше меня. Их было очень неудобно переносить - без креплений, без ручек, с острыми углами. Самые большие детали всегда несли двое, а то и трое гремлинов. Но главная проблема заключалась не в этом. Чем тяжелее была деталь, тем выше она лежала. Если упав с третьего балкона, я больно ушибся, то свалиться с десятого или даже с восьмого балкона означало смерть. Я никогда не забирался так высоко - старший механик не пускал меня дальше первой детали. Я хотел отказаться от попыток закончить статую еще на "Грусти", но каждый раз говорил себе - еще чуть-чуть. Еще чуть-чуть, и я сдамся. После следующей детали.

   И теперь я стоял на пятнадцатом балконе, и при одном взгляде вниз у меня кружилась голова, уши хотелось прижать к голове, обнять хвост и никуда больше не ходить. Я так и сделаю. Только принесу еще одну деталь, и сразу спрячусь. Еще одну штучку.

   Лапы болели, но мне хватило сил на еще один прыжок, и я оказался на шестнадцатом балконе. Отсюда было видно весь железный остров! Грязно-серый, абсолютно правильный квадрат. А дальше - океан белой воды. Я разглядел два маленьких пятнышка рядом с люком в нору - Ари-Ару с Бип-Бопом.

   "Страдай" была туловищем, покрытым шипами, неимоверно большим и совершенно неподъемным. Я покатил деталь вниз, спихивая с балкона на балкон. С грохотом и лязгом "Страдай" приближалась к зефирному гробу. Я все лапы об нее ободрал, прежде чем спустил деталь на пол, и чуть спину не надорвал, пока вставлял железное туловище в зефирный гроб.

   - Ура! - устало сказал я, когда собранная конструкция начала сдвигаться. Это была статуя гремлина, целиком закованного в доспехи. Гремлин-гигант из фиолетового железа сурово поглядывал на меня, блестя надписями на деталях, прежде чем исчез внутри куба. Скрипнуло - открылась дверца. Я торопливо оббежал гроб и пискнул от неожиданности.

   Зефира не было. За открытой дверцей оказалась пустота. Тут всегда был зефир, очень много! Словно в насмешку остров устроил испытание и ничего не дал взамен. Я хотел заплакать, но потом понял, что слишком устал даже для слез.

   Внутри что-то блеснуло. Я утер глаза хвостом и подошел поближе. На дне лежала маленькая зефирка лазурного цвета. На ощупь она была словно мягкая резина, а пахла чем-то кислым и свежим. Испорченная? Я бережно взял ее и поковылял к люку - пусть испорченная, другой все равно нет. Небо уже светлело, нужно спешить.

   - Глупый, глупый Лак-Лик! - запищала Ари-Ару, мигом вскочив. Она начала крутиться вокруг меня, как юла.